Эволюционная психология изнасилования: спорные теории и адаптации.

Введение

Теории о том, как эволюционная адаптация влияет на психологию насильников. Социобиологические теории об изнасиловании исследуют, каким образом эволюционная адаптация влияет на психологию насильников. Эти теории вызывают серьезные споры, поскольку традиционные теории обычно не рассматривают изнасилование как поведенческую адаптацию. Некоторые возражают против этих теорий по этическим, религиозным, политическим или научным причинам. Другие утверждают, что для разработки эффективных мер профилактики необходимо точное понимание причин изнасилования.

Естественная история изнасилования

Идея о том, что изнасилование в определенных обстоятельствах эволюционировало как генетически выгодная поведенческая адаптация, была популяризирована биологом Рэнди Торнхиллом и антропологом Крейгом Т. Палмером в их книге "Естественная история изнасилования" (2000).

Секс с животными

Поведение, напоминающее изнасилование, можно наблюдать в животном мире, в том числе у уток и гусей, афалин и шимпанзе. У орангутанов, ближайших родственников человека, такие копуляции составляют до половины всех наблюдаемых спариваний. Такие "принудительные копуляции" включают в себя приближение к животному и сексуальное проникновение, в то время как оно сопротивляется или пытается убежать. Наблюдения за принудительным сексом у животных не вызывают споров; спорными являются интерпретация этих наблюдений и применение основанных на них теорий к людям. "Торнхилл представляет эту теорию, описывая сексуальное поведение скорпионниц, у которых самец может добиться спаривания либо путем подношения самке подарка в виде пищи во время ухаживания, либо без него, в этом случае ему необходимо применить силу, чтобы ее удержать."

Изнасилование человека

Изнасилование гипотетически гомологично подобному поведению у животных. "Изнасилование людей представляется не как аномалия, а как альтернативная стратегия распространения генов, которую вероятнее всего выберут "проигравшие" в конкурентной борьбе за формирование гарема. Если доступ к законному, добровольному сексу невозможен, то мужчина может оказаться перед выбором между насилием и генетическим вымиранием". Маккиббин и др. (2008) утверждают, что могут существовать несколько различных типов насильников или стратегий изнасилования. Один из них – изнасилование, совершаемое мужчинами с низким социальным статусом, которые не могут получить секс иным способом. Другой тип – "специализированные насильники", которые испытывают больше сексуального возбуждения от изнасилования, чем от полового акта по обоюдному согласию. Третий тип – оппортунистические насильники, которые переключаются между принудительным и добровольным сексом в зависимости от обстоятельств. Четвертый тип – психопатические насильники. Пятый тип – изнасилование партнера, обусловленное конкуренцией спермы, когда мужчина подозревает или знает, что женщина вступала в половые отношения с другим мужчиной. Существуют различные уровни эмпирического подтверждения существования каждого из этих типов. В более общем плане они упоминают исследования, показывающие, что как минимум треть мужчин "признаются, что изнасиловали бы при определенных условиях", и что другие опросы выявляют, что многие мужчины сообщают о наличии сексуальных фантазий, связанных с принуждением. Они, как и другие исследователи, "предполагают, что изнасилование – это условная стратегия, которая потенциально может быть использована любым мужчиной". Исследования также показали, что чувствительность к потенциальному принудительному поведению у мужчин, а также сила хвата (но только в смоделированной ситуации принуждения) возрастают в фертильную фазу менструального цикла.

Натуралистическая ошибка

Торнхилл и Палмер пишут, что «изнасилование рассматривается как естественное, биологическое явление, являющееся продуктом человеческого эволюционного наследия». Они далее заявляют, что, классифицируя поведение как «естественное» и «биологическое», они ни в коем случае не подразумевают, что это поведение оправдано или даже неизбежно. «Биологический» означает «относящийся к жизни», поэтому это слово применимо ко всем человеческим особенностям и моделям поведения. Однако делать вывод из этого, как утверждают многие критики, что Торнхилл и Палмер делают, что биологическое каким-то образом правильно или хорошо, означало бы впасть в так называемую апелляцию к природе. Они проводят сравнение с «природными катастрофами, такими как эпидемии, наводнения и торнадо». Это показывает, что то, что можно найти в природе, не всегда благо, и что меры должны приниматься и принимаются против природных явлений. Они также утверждают, что хорошее знание причин изнасилования, включая эволюционные, необходимо для разработки эффективных мер профилактики. Эволюционные психологи Маккиббин и др. утверждают, что утверждение о том, что эволюционные теории оправдывают изнасилование, является логической ошибкой, точно так же, как было бы ошибочно обвинять ученых, исследующих причины рака, в оправдании рака. Вместо этого они утверждают, что понимание причин изнасилования может помочь в создании профилактических мер. Уилсон и др. (2003) утверждают, что эволюционные психологи, такие как Торнхилл и Палмер, неправомерно используют натуралистическую ошибку, чтобы предотвратить законное обсуждение этических последствий их теории. По мнению Торнхилла и Палмера, натуралистическая ошибка заключается в выводе этических заключений (например, изнасилование – это хорошо) из (истинных или ложных) утверждений о фактах (например, изнасилование – это естественно). Уилсон и др. указывают на то, что сочетание фактического утверждения с этическим утверждением для получения этического вывода является стандартным этическим рассуждением, а не натуралистической ошибкой, поскольку моральное суждение не выводится исключительно из фактического утверждения. Они далее утверждают, что если объединить фактическую посылку Торнхилла и Палмера о том, что изнасилование повышает приспособленность потомства женщины, с этической посылкой о том, что увеличение приспособленности потомства – это правильно, то полученный дедуктивно обоснованный вывод заключается в том, что изнасилование также имеет положительные последствия и что его этический статус неоднозначен. Уилсон и др. утверждают, что Торнхилл и Палмер отклоняют все этические возражения фразой «натуралистическая ошибка», хотя «именно Торнхилл и Палмер ошибаются, используя натуралистическую ошибку таким образом».

Thornhill and Palmer write that "Rape is viewed as a natural, biological phenomenon that is a product of the human evolutionary heritage". They further state that by categorizing a behavior as "natural" and "biological" they do not in any way mean to imply that the behavior is justified or even inevitable. "Biological" means "of or pertaining to life," so the word applies to every human feature and behavior. But to infer from that, as many critics assert that Thornhill and Palmer do, that what is biological is somehow right or good, would be to fall into the so called appeal to nature. They make a comparison to "natural disasters as epidemics, floods and tornadoes". This shows that what can be found in nature is not always good and that measures should be and are taken against natural phenomena. They further argue that a good knowledge of the causes of rape, including evolutionary ones, are necessary in order to develop effective preventive measures. Evolutionary psychologists McKibbin et al. argue that the claim that evolutionary theories are justifying rape is a fallacy in the same way that it would be a fallacy to accuse scientists doing research on the causes of cancer that they are justifying cancer. Instead, they say that understanding the causes of rape may help create preventive measures. Wilson et al. (2003) argue that evolutionary psychologists like Thornhill and Palmer use the naturalistic fallacy inappropriately to forestall legitimate discussion about the ethical implications of their theory. According to Thornhill and Palmer, a naturalistic fallacy is to infer ethical conclusions (e. g., rape is good) from (true or false) statements of fact (e. g., rape is natural). Wilson et al. point out that combining a factual statement with an ethical statement to derive an ethical conclusion is standard ethical reasoning, not a naturalistic fallacy, because the moral judgment is not deduced exclusively from the factual statement. They further argue that if one combines Thornhill and Palmer's factual premise that rape increases the fitness of a woman's offspring with the ethical premise that it is right to increase fitness of offspring, the resulting deductively valid conclusion is that rape has also positive effects and that its ethical status is ambiguous. Wilson et al. state that Thornhill and Palmer dismiss all ethical objections with the phrase 'naturalistic fallacy' although "it is Thornhill and Palmer who are thinking fallaciously by using the naturalistic fallacy in this way".

Предотвращение изнасилования

Торнхилл и Палмер (2000) предлагают ряд возможных стратегий предотвращения изнасилования. Один из примеров – объяснение мужчинам, что у них может быть предрасположенность к неверному истолкованию женского согласия на сексуальные отношения. Они считают, что представление изнасилования как следствия стремления к доминированию, а не сексуального желания, в целом вредно. Приводится пример утверждения о том, что одежда женщины не влияет на риск изнасилования. Они утверждают, что значительно возросшая общественная свобода в свиданиях без присмотра и устранение многих барьеров между мужчинами и женщинами создали среду, которая также ослабила прежние общественные механизмы контроля над изнасилованием. Рекомендуется, чтобы "мужчины и женщины общались только в общественных местах на начальных этапах отношений". Палмер и Торнхилл ответили на эту критику в статье, опубликованной в журнале Evolutionary Psychology. Смит и др. (2001) подвергли критике гипотезу Торнхилла и Палмера о том, что предрасположенность к изнасилованию в определенных обстоятельствах является эволюционировавшей психологической адаптацией. Они разработали математическую модель соотношения затрат и выгод для приспособленности и заполнили ее оценками определенных параметров (некоторые оценки параметров были основаны на исследованиях народа аче в Парагвае). Их модель показала, что, как правило, только мужчины с будущей репродуктивной ценностью, составляющей одну десятую или меньше от ценности типичного 25-летнего мужчины, получили бы чистую положительную выгоду от совершения изнасилования. На основе своей модели и оценок параметров они предположили, что это делает маловероятным, что изнасилование в целом принесет чистую пользу для приспособленности большинству мужчин. Защищая эволюционно-психологическую теорию изнасилования от наиболее резких критиков, Вандермассен (2010) критикует некоторые аспекты этой точки зрения. Она характеризует позицию Торнхилла и Палмера как "крайнюю" (с. 736), поскольку они не учитывают влияние каких-либо несексуальных мотивов в совершении изнасилования. Вандермассен также отмечает две проблемы с данными, представленными Торнхиллом и Палмером, относительно психологической травмы, вызванной насилием, связанным с изнасилованием: во-первых, данные представлены в книге неточно и запутанно, часто скрывая тот факт, что они не подтверждают "контринтуитивную гипотезу" Торнхилла и Палмера (с. 744) о том, что большее физическое насилие во время изнасилования связано с меньшей психологической болью. Во-вторых, более поздние исследования не подтвердили эту гипотезу. Вандермассен представляет более умеренную позицию, интегрирующую эволюционно-психологические и феминистские теории изнасилования, частично основанную на работе исследователя-феминистки эволюционистки Барбары Сматс. Гамильтон (2008) критиковал определение Торнхилла и Палмера изнасилования как принудительного вагинального проникновения женщин репродуктивного возраста. Он предположил, что исключение изнасилования мужчин, изнасилования женщин вне репродуктивного возраста, изнасилования с убийством и невагинальных форм изнасилования фактически гарантировало подтверждение их гипотезы о том, что изнасилование является эволюционировавшей репродуктивной стратегией, а не преступлением, связанным с насилием. Гамильтон утверждает, что эволюционная психология не может объяснить изнасилование, поскольку, по собственным критериям эволюционной психологии, адаптация к изнасилованию детей или мужчин, или невагинальное изнасилование, была бы устранена в ходе эволюции, поскольку не давала бы репродуктивного преимущества нашим предкам. Эволюционный психолог Дэвид Басс утверждает, что убедительных доказательств в пользу или против изнасилования как адаптации не существует. Он предполагает, что изнасилование может быть неадаптивным побочным продуктом других эволюционировавших механизмов, таких как стремление к сексуальному разнообразию и сексу без вложений, чувствительность к сексуальным возможностям и общая способность к физической агрессии.

Thornhill and Palmer (2000) suggest a number of possible strategies for preventing rape. One example is explaining to males that they may have predispositions to misread the female invitation of sex. They believe that viewing rape as being due to a desire for domination, and not related to sexual desire, is generally harmful. One example given is the claim that the way women dress will not affect the risk of rape. They argue that the much greater societal freedom of dating without supervision, and removal of many barriers between males and females, have created an environment that has also removed many earlier societal controls against rape. It is recommended that "men and women interact only in public places during the early stages of their relationships". Palmer and Thornhill responded to these critics in an article in the journal Evolutionary Psychology. Smith et al. (2001) criticized Thornhill and Palmer's hypothesis that a predisposition to rape in certain circumstances is an evolved psychological adaptation. They developed a fitness cost/benefit mathematical model and populated it with estimates of certain parameters (some parameter estimates were based on studies of the Aché in Paraguay). Their model suggested that generally only men with a future reproductive value of one tenth or less of a typical 25 year old man would have a net positive cost/benefit fitness ratio from committing rape. On the basis of their model and parameter estimates, they suggested that this would make it unlikely that rape generally would have net fitness benefits for most men. While defending the evolutionary psychology theory of rape against its more vehement critics, Vandermassen (2010) provides a critique of some aspects of the view. She characterises the view of Thornhill and Palmer as "extreme" (p. 736), as they fail to allow for the influence of any non sexual motivations in the crime of rape. Vandermassen also notes two problems with the data cited by Thornhill and Palmer regarding the psychological trauma caused by the violence associated with rape: firstly, the data is inaccurately and confusingly presented in the book, often obscuring the fact that they do not support Thornhill and Palmer's "counterintuitive hypothesis" (p. 744) that more physical violence during rape is associated with less psychological pain. Secondly, more recent research has failed to support this hypothesis. A more moderate position, integrating the evolutionary psychology and feminist theories on rape, is presented by Vandermassen, based in part on the work of feminist evolutionary researcher Barbara Smuts. Hamilton (2008) has criticized Thornhill and Palmer's definition of rape as the coerced vaginal penetration of women of reproductive age. He has suggested that the exclusion of male rape, rape of women outside the reproductive age range, murderous rape, and non vaginal forms of rape virtually guaranteed the confirmation of their hypothesis that rape is an evolved reproductive strategy and not a crime of violence. Hamilton has argued that evolutionary psychology fails to explain rape because, by evolutionary psychology's own criteria, an adaptation to rape children or men, or non vaginal rape, would have been eliminated in the course of evolution because it did not confer reproductive advantage on our ancestors. Evolutionary psychologist David Buss states that clear cut evidence for or against rape as an adaptation is lacking. He states that rape may instead be a non adaptive by product of other evolved mechanisms, such as desire for sexual variety and for sex without investment, sensitivity to sexual opportunities, and a general capacity for physical aggression.