Измерение человеческого разума: Критика биологического детерминизма.

Введение

«Неправильная оценка человека» – книга 1981 года палеонтолога Стивена Джей Гулда. Книга представляет собой одновременно историю и критику статистических методов и культурных мотивов, лежащих в основе биологического детерминизма – убеждения, что «социальные и экономические различия между человеческими группами – прежде всего между расами, классами и полами – происходят из унаследованных, врожденных различий, и что общество, в этом смысле, является точным отражением биологии». Гулд утверждает, что основное предположение, лежащее в основе биологического детерминизма, заключается в том, что «ценность можно присваивать отдельным людям и группам, измеряя интеллект как единую величину». Биологический детерминизм анализируется в контексте обсуждения краниометрии и психологического тестирования – двух основных методов, используемых для измерения интеллекта как единой величины. По мнению Гулда, эти методы содержат две фундаментальные ошибки. Первая ошибка – реификация, которая представляет собой «нашу склонность превращать абстрактные понятия в сущности». Примеры реификации включают коэффициент интеллекта (IQ) и общий фактор интеллекта (g-фактор), которые стали краеугольным камнем многих исследований человеческого интеллекта. Вторая ошибка – это «ранжирование», то есть «склонность упорядочивать сложные вариации в виде постепенно возрастающей шкалы». Широкой публике он был известен главным образом благодаря 300 популярным эссе, опубликованным в журнале «Natural History». Как и в книге «Неправильная оценка человека», Гулд критиковал биологические теории человеческого поведения в работах «Против социобиологии» (1975) и «Спандерели Сан-Марко и панглоссианская парадигма» (1979).

Предвзятость и фальсификация

"Неправильное измерение человека" представляет собой историческую оценку концепций коэффициента интеллекта (IQ) и общего фактора интеллекта (g-фактор), которые использовались и используются психологами для измерения интеллекта. Гоулд утверждал, что большинство психологических исследований были сильно предвзяты из-за убеждения в том, что поведение людей определенной расы лучше всего объясняется генетической наследственностью. Он ссылается на "Дело Берта", связанное с часто цитируемыми исследованиями близнецов, проведенными Сирилом Бертом (1883–1971), который утверждал, что человеческий интеллект в значительной степени наследуется.

IQ, g, статистическая корреляция и наследственность

Будучи эволюционным биологом и историком науки, Гулд принимал биологическую изменчивость (основополагающее предположение о передаче интеллекта посредством генетической наследственности), но выступал против биологического детерминизма, который утверждает, что гены определяют окончательную и неизменную социальную судьбу каждого мужчины и каждой женщины в жизни и обществе. Книга «Неправильное измерение человека» представляет собой анализ статистической корреляции, математических методов, используемых психологами для установления валидности тестов IQ и наследуемости интеллекта. Например, для подтверждения обоснованности утверждения о том, что IQ поддерживается общим фактором интеллекта (g-фактором), ответы на несколько тестов когнитивных способностей должны положительно коррелировать; таким образом, чтобы g-фактор был наследуемой чертой, результаты тестов IQ близких родственников должны коррелировать сильнее, чем результаты тестов IQ дальних родственников. Однако корреляция не подразумевает причинно-следственную связь; например, Гулд приводил пример того, что показатели изменений с течением времени в «моем возрасте, численности населения Мексики, цене швейцарского сыра, весе моей домашней черепахи и среднем расстоянии между галактиками» демонстрируют высокую положительную корреляцию, однако эта корреляция не означает, что возраст Гулда увеличивался из-за роста населения Мексики. В частности, высокая положительная корреляция между коэффициентами интеллекта родителя и ребенка может рассматриваться как свидетельство генетической наследственности IQ или как свидетельство наследственности IQ через социальные и экологические факторы. Более того, поскольку данные тестов IQ могут быть использованы для обоснования логической валидности обоих предположений – генетической и экологической наследственности – психометрические данные не имеют внутренней ценности. Гулд указывал, что даже если генетическая наследуемость IQ будет доказана в пределах определенной расовой или этнической группы, это не объяснит причины различий в IQ среди представителей этой группы, и не позволит установить, обусловлены ли эти различия в IQ факторами окружающей среды. Например, рост человека определяется генетически, но внутри определенной социальной группы существуют различия в росте, которые могут быть объяснены факторами окружающей среды (например, качеством питания) и генетической наследственностью. Эволюционный биолог Ричард Левонтин, коллега Гулда, является сторонником этой точки зрения в отношении тестов IQ. Примером интеллектуальной путаницы относительно того, что такое наследуемость, а что ею не является, является утверждение: «Если бы все условия окружающей среды стали одинаковыми для всех, наследуемость возросла бы до 100 процентов, поскольку все оставшиеся различия в IQ обязательно имели бы генетическое происхождение», которое, по мнению Гулда, в лучшем случае вводит в заблуждение, а в худшем – ложно. Во-первых, очень трудно представить себе мир, в котором каждый мужчина, каждая женщина и каждый ребенок росли бы в одинаковых условиях, поскольку их пространственное и временное распределение на планете Земля делает это невозможным. Во-вторых, даже если бы люди росли в одинаковых условиях, не все различия были бы генетическими из-за случайности молекулярного и генетического развития. Следовательно, наследуемость – это не мера фенотипических (физиогномических и физических) различий между расовыми и этническими группами, а мера различий между генотипом и фенотипом в данной популяции. Кроме того, он отверг предположение о том, что показатель IQ измеряет общий интеллект (g-фактор) человека, поскольку тесты когнитивных способностей (тесты IQ) содержат вопросы разных типов, и ответы на них, как правило, формируют кластеры интеллектуальных способностей. То есть разные вопросы и ответы на них дают разные баллы, что указывает на то, что тест IQ представляет собой комбинированный метод оценки различных аспектов. Таким образом, Гулд предположил, что сторонники тестов IQ исходят из существования «общего интеллекта» как дискретного качества в человеческом разуме и, следовательно, анализируют данные тестов IQ для получения числового значения IQ, которое устанавливает окончательный общий интеллект каждого мужчины и каждой женщины. Следовательно, Гулд отвергал число IQ как ошибочный артефакт статистической математики, применяемой к исходным данным тестов IQ, особенно потому, что психометрические данные могут быть проанализированы различными способами для получения множества значений IQ.

As an evolutionary biologist and historian of science, Gould accepted biological variability (the premise of the transmission of intelligence via genetic heredity), but opposed biological determinism, which posits that genes determine a definitive, unalterable social destiny for each man and each woman in life and society. The Mismeasure of Man is an analysis of statistical correlation, the mathematics applied by psychologists to establish the validity of IQ tests, and the heritability of intelligence. For example, to establish the validity of the proposition that IQ is supported by a general intelligence factor (g factor), the answers to several tests of cognitive ability must positively correlate; thus, for the g factor to be a heritable trait, the IQ test scores of close relation respondents must correlate more than the IQ test scores of distant relation respondents. However, correlation does not imply causation; for example, Gould said that the measures of the changes, over time, in "my age, the population of México, the price of Swiss cheese, my pet turtle's weight, and the average distance between galaxies" have a high, positive correlation—yet that correlation does not indicate that Gould's age increased because the Mexican population increased. More specifically, a high, positive correlation between the intelligence quotients of a parent and a child can be presumed either as evidence that IQ is genetically inherited, or that IQ is inherited through social and environmental factors. Moreover, because the data from IQ tests can be applied to arguing the logical validity of either proposition—genetic inheritance and environmental inheritance—the psychometric data have no inherent value. Gould pointed out that if the genetic heritability of IQ were demonstrable within a given racial or ethnic group, it would not explain the causes of IQ differences among the people of a group, or if said IQ differences can be attributed to the environment. For example, the height of a person is genetically determined, but there exist height differences within a given social group that can be attributed to environmental factors (e. g. the quality of nutrition) and to genetic inheritance. The evolutionary biologist Richard Lewontin, a colleague of Gould's, is a proponent of this argument in relation to IQ tests. An example of the intellectual confusion about what heritability is and is not, is the statement: "If all environments were to become equal for everyone, heritability would rise to 100 percent because all remaining differences in IQ would necessarily be genetic in origin", which Gould said is misleading, at best, and false, at worst. First, it is very difficult to conceive of a world wherein every man, woman, and child grew up in the same environment, because their spatial and temporal dispersion upon the planet Earth makes it impossible. Second, were people to grow up in the same environment, not every difference would be genetic in origin because of the randomness of molecular and genetic development. Therefore, heritability is not a measure of phenotypic (physiognomy and physique) differences among racial and ethnic groups, but of differences between genotype and phenotype in a given population. Furthermore, he dismissed the proposition that an IQ score measures the general intelligence (g factor) of a person, because cognitive ability tests (IQ tests) present different types of questions, and the responses tend to form clusters of intellectual acumen. That is, different questions, and the answers to them, yield different scores—which indicate that an IQ test is a combination method of different examinations of different things. As such, Gould proposed that IQ test proponents assume the existence of "general intelligence" as a discrete quality within the human mind, and thus they analyze the IQ test data to produce an IQ number that establishes the definitive general intelligence of each man and of each woman. Hence, Gould dismissed the IQ number as an erroneous artifact of the statistical mathematics applied to the raw IQ test data, especially because psychometric data can be variously analyzed to produce multiple IQ scores.

Второе издание

Переработанное и расширенное второе издание (1996) включает две дополнительные главы, в которых содержится критика книги Ричарда Хернштейна и Чарльза Мюррея "Кривая колокола" (1994). Гулд утверждает, что в их книге нет новых аргументов и не представлено убедительных данных; она лишь переосмысливает более ранние доводы в пользу биологического детерминизма, который Гулд определяет как "представление интеллекта как единой сущности, его локализацию в мозге, количественную оценку интеллекта одним числом для каждого человека и использование этих чисел для ранжирования людей по единой шкале ценности, неизменно приводящее к выводу о врожденном неполноценстве угнетенных и неблагополучных групп – рас, классов или полов – и оправдывающее их положение".

Хвала

Большинство рецензий на книгу «Неправильная мера человека» были положительными, как отмечает Гулд. Ричард Левонтин, выдающийся эволюционный биолог, занимавший должности в Чикагском и Гарвардском университетах, опубликовал восторженную рецензию на книгу Гулда в журнале The New York Review of Books, поддержав большинство аспектов её изложения и предположив, что она могла бы быть ещё более критичной по отношению к расистским мотивам учёных, о которых идёт речь, поскольку учёные «иногда сознательно лгут, полагая, что небольшая ложь может служить большой правде». Гулд отметил, что наиболее положительная рецензия на первое издание, написанная психологом, появилась в British Journal of Mathematical & Statistical Psychology, где сообщалось, что «Гулд оказал ценную услугу, выявив логическую основу одной из важнейших дискуссий в социальных науках, и эта книга должна стать обязательным чтением как для студентов, так и для практикующих специалистов». В The New York Times журналист Кристофер Леман Хаупт написал, что критика факторного анализа «убедительно демонстрирует, как факторный анализ привёл к фундаментальной ошибке в рассуждениях – смешению корреляции с причинно-следственной связью, или, другими словами, к приписыванию ложной конкретности абстрактному». Британский журнал Saturday Review назвал книгу «увлекательным историческим исследованием научного расизма», отметив, что её аргументы «иллюстрируют как логические несостыковки теорий, так и предвзятое, хотя и непреднамеренное, использование данных в каждом конкретном случае». В журнале American Monthly Review Ричард Йорк и социолог Брет Кларк высоко оценили тематическую сосредоточенность книги, заявив, что «вместо попытки масштабной критики всех «научных» усилий, направленных на оправдание социального неравенства, Гулд проводит хорошо аргументированную оценку ошибок, лежащих в основе конкретного набора теорий и эмпирических данных». Журнал Newsweek дал книге положительную оценку за разоблачение предвзятой науки и злоупотреблений ею. В декабре 2006 года журнал Discover поместил книгу «Неправильная мера человека» на 17-е место в списке величайших научных книг всех времён.

The majority of reviews of The Mismeasure of Man were positive, as Gould notes. Richard Lewontin, a celebrated evolutionary biologist who held positions at both the University of Chicago and Harvard, wrote a glowing review of Gould's book in The New York Review of Books, endorsing most aspects of its account, and suggesting that it might have been even more critical of the racist intentions of the scientists he discusses, because scientists "sometimes tell deliberate lies because they believe that small lies can serve big truths." Gould said that the most positive review of the first edition to be written by a psychologist was in the British Journal of Mathematical & Statistical Psychology, which reported that "Gould has performed a valuable service in exposing the logical basis of one of the most important debates in the social sciences, and this book should be required reading for students and practitioners alike." In The New York Times, journalist Christopher Lehmann Haupt wrote that the critique of factor analysis "demonstrates persuasively how factor analysis led to the cardinal error in reasoning, of confusing correlation with cause, or, to put it another way, of attributing false concreteness to the abstract". The British journal Saturday Review praised the book as a "fascinating historical study of scientific racism", and that its arguments "illustrate both the logical inconsistencies of the theories and the prejudicially motivated, albeit unintentional, misuse of data in each case". In the American Monthly Review magazine, Richard York and the sociologist Brett Clark praised the book's thematic concentration, saying that "rather than attempt a grand critique of all 'scientific' efforts aimed at justifying social inequalities, Gould performs a well reasoned assessment of the errors underlying a specific set of theories and empirical claims". Newsweek gave it a positive review for revealing biased science and its abuse. In December 2006, Discover magazine ranked The Mismeasure of Man as the 17th greatest science book of all time.

Переоценка размеров черепа Мортона

В статье, опубликованной в 1988 году, Джон С. Майкл сообщил, что первоначальное исследование Сэмюэля Г. Мортона в XIX веке было проведено с меньшим уклоном, чем описал Гулд; что "в отличие от интерпретации Гулда, исследование Мортона было проведено добросовестно". Тем не менее, анализ Майкла показал, что в краниометрических расчетах Мортона были несоответствия, его таблицы данных были научно несостоятельны, и он "не может быть оправдан за свои ошибки или несправедливые сравнения средних значений". Позже Майкл пожаловался, что некоторые авторы, в том числе J. Philippe Rushton, выборочно "подбирали факты" из его исследований для подтверждения собственных утверждений. Он выразил сожаление: "Некоторые люди превратили спор между Мортоном и Гулдом в дискуссию, где либо одна сторона права, либо другая, и я думаю, что это ошибка. Оба ученых допускали ошибки, и доказательство неправоты одного не доказывает правоту другого". В другом исследовании, опубликованном в 2011 году, Джейсон Э. Льюис и его коллеги повторно измерили объемы черепов из коллекции Мортона и пересмотрели соответствующие статистические анализы, выполненные Мортоном и Гулдом, заключив, что, вопреки анализу Гулда, Мортон не фальсифицировал результаты краниометрических исследований для поддержки своих расовых и социальных предубеждений, и что у "европеоидов" был наибольший средний объем черепа в выборке. Если краниометрические измерения Мортона были неточными, то ошибка была противоположна его личным предубеждениям. В конечном итоге Льюис и его коллеги не согласились с большинством критических замечаний Гулда в адрес Мортона, обнаружив, что работа Гулда была "недостаточно обоснована", и что, по их мнению, подтверждение результатов оригинальной работы Мортона "ослабляет аргумент Гулда и других о том, что предвзятые результаты распространены в науке". Несмотря на эту критику, авторы признали, что восхищаются принципиальной позицией Гулда против расизма. Исследование Льюиса охватило 46% образцов Мортона, в то время как более раннее исследование Гулда основывалось исключительно на повторном анализе таблиц исходных данных Мортона. Однако исследование Льюиса впоследствии подверглось критике со стороны ряда ученых за искажение утверждений Гулда. В 2015 году эту статью рассмотрел Майкл Вайсберг, который сообщил, что "большинство аргументов Гулда против Мортона обоснованы. Хотя Гулд допускал некоторые ошибки и преувеличивал в ряде случаев, он предоставил прямые доказательства, которые пока не опровергнуты, что Мортон действительно неправильно измерял черепа, что соответствовало расовым предубеждениям XIX века".

In a paper published in 1988, John S. Michael reported that Samuel G. Morton's original 19th century study was conducted with less bias than Gould had described; that "contrary to Gould's interpretation Morton's research was conducted with integrity". Nonetheless, Michael's analysis suggested that there were discrepancies in Morton's craniometric calculations, that his data tables were scientifically unsound, and he "cannot be excused for his errors, or his unfair comparisons of means". Michael later complained that some authors, including J. Philippe Rushton, selectively "cherry picked facts" from his research to support their own claims. He lamented, "Some people have turned the Morton Gould affair into an all or nothing debate in which either one side is right or the other side is right, and I think that is a mistake. Both men made mistakes and proving one wrong does not prove the other one right." In another study, published in 2011, Jason E. Lewis and colleagues re measured the cranial volumes of the skulls in Morton's collection, and re examined the respective statistical analyses by Morton and by Gould, concluding that, contrary to Gould's analysis, Morton did not falsify craniometric research results to support his racial and social prejudices, and that the "Caucasians" possessed the greatest average cranial volume in the sample. To the extent that Morton's craniometric measurements were erroneous, the error was away from his personal biases. Ultimately, Lewis and colleagues disagreed with most of Gould's criticisms of Morton, finding that Gould's work was "poorly supported", and that, in their opinion, the confirmation of the results of Morton's original work "weakens the argument of Gould, and others, that biased results are endemic in science". Despite this criticism, the authors acknowledged that they admired Gould's staunch opposition to racism. Lewis' study examined 46% of Morton's samples, whereas Gould's earlier study was based solely on a reexamination of Morton's raw data tables. However Lewis' study was subsequently criticized by a number of scholars for misrepresenting Gould's claims, faulted for examining fewer than half of the skulls in Morton's collection,

In 2015 this paper was reviewed by Michael Weisberg, who reported that "most of Gould's arguments against Morton are sound. Although Gould made some errors and overstated his case in a number of places, he provided prima facie evidence, as yet unrefuted, that Morton did indeed mismeasure his skulls in ways that conformed to 19th century racial biases".

Критика

В обзоре книги «Неправильная оценка человека» Бернард Дэвис, профессор микробиологии в Гарвардской медицинской школе, заявил, что Гулд построил аргумент «соломенного человека», основанный на неверно определенных ключевых терминах — в частности, реификации, — которые Гулд подкреплял «высокоселективной» подачей статистических данных, мотивированной скорее политикой, чем наукой. Дэвис отметил, что хвалебный обзор книги Филиппа Моррисона «Неправильная оценка человека» в журнале Scientific American был написан и опубликован, поскольку редакторы журнала «давно считали изучение генетики интеллекта угрозой социальной справедливости». Дэвис также критиковал популярную прессу и литературные обзоры книги «Неправильная оценка человека», которые в целом были благосклонны; в то время как, по его словам, большинство научных журналов, рецензировавших книгу, были в основном критичны. Дэвис обвинил Гулда в искажении исследования Генри Г. Годдарда (1866–1957) об интеллекте еврейских, венгерских, итальянских и русских иммигрантов в США, в котором Гулд утверждал, что Годдард квалифицировал этих людей как «слабоумных»; тогда как в вводном предложении исследования Годдард указал, что исследуемые являлись нетипичными представителями своих этнических групп и были отобраны из-за подозрений на пониженный интеллект. Дэвис также утверждал, что Годдард предположил, что низкие показатели IQ у мужчин и женщин с пониженным интеллектом, прошедших тесты на когнитивные способности, вероятно, обусловлены их социальной средой, а не их генетическим наследием, и заключил, что «мы можем быть уверены, что их дети будут иметь средний интеллект и, при правильном воспитании, станут хорошими гражданами». Гулд опроверг некоторые утверждения Дэвиса в пересмотренном издании книги 1994 года. В то время как Дэвис характеризовал реакцию на книгу в научных журналах как негативную, Гулд утверждал, что из двадцати четырех академических рецензий на книгу, написанных экспертами в области психологии, четырнадцать были положительными, три – смешанными, а семь – отрицательными. В своем обзоре психолог Джон Б. Кэрролл заявил, что Гулд не понимал «природы и цели» факторного анализа. Статистик Дэвид Дж. Бартоломеу из Лондонской школы экономики отметил, что Гулд допустил ошибку в использовании факторного анализа, неуместно сосредоточился на логической ошибке реификации (восприятие абстрактного как конкретного) и проигнорировал современный научный консенсус относительно существования психометрического фактора g.

In a review of The Mismeasure of Man, Bernard Davis, professor of microbiology at Harvard Medical School, said that Gould erected a straw man argument based upon incorrectly defined key terms—specifically reification—which Gould furthered with a "highly selective" presentation of statistical data, all motivated more by politics than by science. Davis said that Philip Morrison's laudatory book review of The Mismeasure of Man in Scientific American was written and published because the editors of the journal had "long seen the study of the genetics of intelligence as a threat to social justice". Davis also criticized the popular press and the literary journal book reviews of The Mismeasure of Man as generally approbatory; whereas, he said that most scientific journal book reviews were generally critical. Davis accused Gould of having misrepresented a study by Henry H. Goddard (1866–1957) about the intelligence of Jewish, Hungarian, Italian, and Russian immigrants to the U. S., wherein Gould reported Goddard's qualifying those people as "feeble minded"; whereas, in the initial sentence of the study, Goddard said the study subjects were atypical members of their ethnic groups, who had been selected because of their suspected sub normal intelligence. Davis also argued that Goddard had proposed that the low IQs of the sub normally intelligent men and women who took the cognitive ability test likely derived from their social environments rather than from their respective genetic inheritances, and concluded that "we may be confident that their children will be of average intelligence, and, if rightly brought up, will be good citizens". Gould pushed back against some of Davis' claims in a 1994 revised edition of the book. While Davis characterized the book's reception as negative in the scientific journals, Gould argued that of twenty four academic book reviews written by experts in psychology, fourteen approved, three were mixed opinions, and seven disapproved of the book. In his review, psychologist John B. Carroll said that Gould did not understand "the nature and purpose" of factor analysis. Statistician David J. Bartholomew, of the London School of Economics, said that Gould erred in his use of factor analysis, irrelevantly concentrated upon the fallacy of reification (abstract as concrete), and ignored the contemporary scientific consensus about the existence of the psychometric g.

В рецензии на книгу Стивен Ф. Блинкхорн, старший преподаватель психологии в Университете Херфордшира, написал, что «Неправильная оценка человека» — это «шедевр пропаганды», который избирательно сопоставлял данные для продвижения политической повестки дня. Психолог Ллойд Хамфрис, тогдашний главный редактор журналов The American Journal of Psychology и Psychological Bulletin, написал, что «Неправильная оценка человека» — это «научная фантастика» и «политическая пропаганда», и что Гулд исказил взгляды Альфреда Бине, Годфри Томсона и Льюиса Термана. В своем обзоре психолог Франц Сэмэльсон написал, что Гулд ошибочно утверждал, что психометрические результаты тестов интеллекта, проведенных армией США среди новобранцев, способствовали принятию Закона об ограничении иммиграции 1924 года. В своем исследовании протоколов Конгресса и слушаний комитетов, связанных с иммиграционным законом, Марк Снайдерман и Ричард Дж. Хернштейн сообщили, что «сообщество специалистов по тестированию интеллекта в целом не рассматривало свои выводы как поддерживающие ограничительную иммиграционную политику, подобную той, что была в Законе 1924 года, и Конгресс практически не обращал внимания на тестирование интеллекта». Психолог Дэвид П. Бараш писал, что Гулд несправедливо объединяет социобиологию с «расистской евгеникой и ошибочным социальным дарвинизмом». В статье 2018 года утверждалось, что Гулд был неправ в своей оценке армейского теста Бета и что, учитывая знания, технологии и стандарты разработки тестов того времени, он был адекватным и мог измерять интеллект, возможно, даже в наши дни. В 2011 году группа исследователей повторно измерила черепа Мортона, обнаружив, что критика Гулда Мортона в основном не подтверждается имеющимися данными.

Ответы субъектов книги

В своем обзоре книги «Неправильная оценка человека» Артур Дженсен, педагог Калифорнийского университета (Беркли), которого Гулд подверг резкой критике в этой книге, написал, что Гулд использовал аргументы, основанные на искажении позиции оппонента, для продвижения своих взглядов, неверно представлял работы других ученых и проводил политическую пропаганду. По мнению Дженсена, книга являлась «явным примером» предвзятости, которую политическая идеология навязывает науке, – именно это Гулд и стремился показать в своей книге. Дженсен также критиковал Гулда за концентрацию на давно опровергнутых аргументах (отметив, что 71% ссылок в книге датируются периодом до 1950 года), вместо того чтобы рассматривать «то, что в настоящее время считается важным учеными в соответствующих областях», подразумевая, что делать выводы об интеллекте, основываясь на ранних исследованиях, все равно что осуждать современную автомобильную промышленность, опираясь на характеристики Ford Model T.

Чарльз Мюррей, соавтор книги «Кривая колокола» (1994), заявил, что его взгляды на распределение человеческого интеллекта среди рас и этнических групп, составляющих население США, были искажены в книге «Неправильная оценка человека». Психолог Ханс Эйзенк писал, что книга «Неправильная оценка человека» представляет собой «искаженное видение психологии, сформированное палеонтологом, не знакомым даже с элементарными фактами этой науки».

Ответы на второе издание (1996)

Артур Дженсен и Бернард Дэвис утверждали, что замена g-фактора (общего фактора интеллекта) моделью, оценивающей несколько типов интеллекта, приведет к изменениям результатов, меньшим, чем можно было бы ожидать. Следовательно, по мнению Дженсена и Дэвиса, результаты стандартизированных тестов когнитивных способностей по-прежнему будут коррелировать с результатами других подобных стандартизированных тестов, а разрыв в интеллектуальной успеваемости между представителями разных рас сохранится. Однако, вместо защиты позиций Дженсена и Раштона, Флинн заключил, что эффект Флинна – негенетическое повышение IQ на протяжении XX века – опровергает их основной аргумент, поскольку их методы ошибочно интерпретировали даже это изменение как генетическое.