Введение
Итальянский поэт Дино Кампана (20 августа 1885 – 1 марта 1932) был итальянским поэтом-визионером. Его известность связана с его единственной опубликованной книгой стихов – «Орфические песни» (Canti Orfici), а также с его буйным и эксцентричным характером, включая трагическую любовную связь с Сибиллой Алерамо. Его часто рассматривают как итальянский пример «проклятого поэта».
Dino Campana (20 August 1885 – 1 March 1932) was an Italian visionary poet. His fame rests on his only published book of poetry, the Canti Orfici ("Orphic Songs"), as well as his wild and erratic personality, including his ill fated love affair with Sibilla Aleramo. He is often seen as an Italian example of a poète maudit.
Жизнь
Кампана родился недалеко от Фаэнцы, в небольшом городке Марради, расположенном в Апеннинах на границе между регионами Эмилия-Романья и Тоскана. Его отец, Джованни, всегда был ласков и понимал Дино, был директором начальной школы и принципиальным человеком в обществе, но отличался слабохарактерностью и невротичностью. Его мать, Фанни Лути, происходила из состоятельной семьи, но была эксцентричной и болезненно навязчивой женщиной, страдавшей психическим расстройством. Она часто бродила по холмам, забывая о домашних обязанностях, но была чрезмерно привязана к брату Дино, Манлио, родившемуся в 1888 году. С появлением младшего брата Дино был словно забыт матерью и вынужден был бороться за её внимание. В 1900 году, примерно в возрасте пятнадцати лет, у Кампаны были выявлены первые признаки нервных расстройств, ему было назначено лечение, и он был помещён в психиатрическую клинику. Однако это не помешало ему завершить основную часть обучения. Он окончил начальную школу в Марради, а третий, четвёртый и пятый классы гимназии – в Салезиани ди Фаэнца. Затем он поступил в лицей Торричелли в Фаэнце, а после – в Карманьолу близ Турина, где в июле 1903 года получил аттестат зрелости. Вернувшись в Марради, его нервное состояние ухудшилось, и он стал страдать от частых перепадов настроения, вызванных сложными отношениями с семьёй (особенно с матерью) и с городом. Чтобы скрасить однообразные зимние вечера в Марради, Дино часто ездил в ближайший городок Гербарола, где проводил время с местными жителями, наслаждаясь жареными каштанами (каштаны марони растут в окрестностях Марради). Эта деятельность, казалось, оказывала положительное влияние на его психическое здоровье. В возрасте 18 лет, осенью 1903 года, он поступил на химический факультет Болонского университета. В 1905 году, после отказа в зачислении в армию на должность офицера в Равенне, Дино поступил на факультет фармацевтической химии во Флоренции, но вернулся в Болонью уже через несколько месяцев. Именно здесь были написаны некоторые из его первых поэтических работ, которые впоследствии вошли в сборник «Орфические песни». Кампана не закончил университет и долго не мог найти своё истинное призвание.
Путешествия
Кампана испытывал непреодолимое желание сбежать и посвятить себя бродяжничеству, чего он добился, устроившись на различные работы. Первой реакцией его семьи, жителей его города и властей было расценивание странного поведения Кампаны и его поездок за границу как явных признаков безумия. К нему относились с подозрением как из-за его внешности, которую считали слишком немецкой, так и из-за страстного обсуждения поэзии и философии. После его путешествий полиция (в соответствии с психиатрической практикой того времени и нерешительностью его семьи) поместила его в психиатрическую больницу в возрасте 21 года. В мае-июле 1906 года Кампана совершил первое путешествие в Швейцарию и Францию, которое завершилось его арестом в Бардонеккье и помещением в психиатрическую лечебницу Имолы. В 1907 году, не зная, как поступить с безумием сына, родители Кампаны отправили его в Латинскую Америку к семье итальянских иммигрантов. Это было не совсем самостоятельное путешествие для поэта, который не смог бы самостоятельно получить паспорт в Новый Свет, поскольку он был известен как «безумец», и фактически его семье пришлось подавать заявление на получение паспорта и организовывать поездку. Кампана покинул страну из страха быть возвращенным в психиатрическую больницу. Родители Кампаны также поддержали решение отправить его в Америку, надеясь на его выздоровление, но, по-видимому, паспорт был действителен только для въезда – вероятно, это была попытка от него избавиться, поскольку совместная жизнь с Кампаной стала невыносимой. По всей видимости, его мать пришла к убеждению, что ее сын – антихрист. Его путешествия по Америке – особенно неясный и малоизученный эпизод в его биографии: одни считают его «поэтом двух миров», другие утверждают, что Кампана вообще не посещал этот континент. Существуют также различные мнения о возможных датах путешествия и маршруте возвращения. Наиболее правдоподобная версия заключается в том, что он отправился осенью 1907 года из Генуи и скитался по Аргентине до весны 1909 года, когда вернулся в Марради и был арестован. После непродолжительного пребывания в Сан-Сальви во Флоренции он отправился в Бельгию, но был вновь арестован в Брюсселе и помещен в «maison de santé» в Турне в начале 1910 года. После просьбы о помощи к семье его вернули в Марради, где он пережил более спокойный период, вероятно, снова поступив в университет.
Оригинальное название:
В своей первоначальной форме единственная книга стихов Кампаны содержала стихотворения, написанные в период с 1906 по 1913 год. В 1913 году Кампана отправился во Флоренцию, чтобы встретиться с сотрудниками журнала Lacerba Джованни Папини и поэтом/художником Арденго Соффи (его дальним родственником), чтобы передать свою рукопись для публикации под названием «Самый длинный день». Её не приняли во внимание, и рукопись была утеряна, чтобы вновь обнаружиться в 1971 году, после смерти Соффи, среди его бумаг в доме в Поджио-а-Кайано (вероятно, в том же месте, где она была брошена и забыта). После нескольких месяцев ожидания Кампана отправился из Марради во Флоренцию, чтобы вернуть свою рукопись. Папини её не имел и направил его к Соффи, который отрицал, что когда-либо видел этот сборник. Кампана, чьё сознание уже было ослаблено, пришёл в ярость и отчаяние, ведь он доверил, наивно полагая, единственный имевшийся у него экземпляр. Его постоянные мольбы вызвали лишь презрение и безразличие культурной среды, вращавшейся вокруг «красных рубашек» в Caffè Giubbe Rosse. В конце концов, придя в бешенство, Кампана пригрозил прийти с ножом, чтобы покарать «бесчестного» Соффи и его сообщников, которых он называл «sciacalli» (шакалами). Зимой 1914 года, убедившись, что восстановить рукопись ему не удастся, Кампана решил переписать всё заново, полагаясь на память и свои наброски. За несколько дней, работая по ночам и прикладывая огромные умственные усилия, ему удалось переписать стихотворения, хотя и с изменениями и дополнениями. Весной 1914 года, при помощи местного типографа религиозных трактатов, Кампана наконец-то смог самостоятельно издать сборник «Орфические песни» за свой счёт, название которого отсылало к мифической фигуре Орфея, первого из поэтов-музыкантов. Первый тираж составил около 500 экземпляров (первоначально планировалось 1000). 44 экземпляра были проданы по подписке, и Кампана с небольшим успехом попытался продать оставшуюся часть своего тиража (типограф взял половину книг в качестве частичной оплаты печати) в флорентийских кафе. Текст представляет собой автобиографическое путешествие из Марради через Болонью, Геную, Аргентину и обратно в Геную. Параллельно фактическому физическому путешествию происходит духовное и мистическое странствие, предпринятое Кампаной в поисках самого длинного дня Генуи (il più lungo giorno di Genova) – его концепции вечного настоящего (l'eterno presente) вне обычного пространства-времени, где всё и везде существует одновременно. Эта концепция не определена в тексте, который скорее инкантационный, чем объяснительный или дидактический. Действительно, критикам пришлось экстраполировать большую часть теоретической основы работ Кампаны. Кампана, несистематичный самоучка, самостоятельно овладел функциональным французским, немецким и английским языками – достаточным, чтобы читать символистов и Уитмена в оригинале. Текст имеет подзаголовок на немецком языке «Трагедия последнего немца в Италии» и посвящён кайзеру Вильгельму II. Кампана завершил свою книгу ошибочно воспроизведённой цитатой на английском языке из «Листьев травы»: «They were all torn and cover'd with the boy's blood». Оригинальная рукопись была найдена среди вещей Соффи в 1971 году. Это открытие показало, что Кампана не только почти идеально переписал оригинальный текст, но и почти удвоил его объём. Это заставило некоторых предположить, что у Кампаны была ещё одна копия рукописи, на основе которой он «реконструировал» произведение.
Поздние годы
В 1915 году Кампана снова отправился в путешествие, не имея определенной цели: проехать через Турин, Домодоссолу, а затем Флоренцию. С началом Первой мировой войны Кампана, пацифист и нейтралист, был освобожден от военной службы, формально из-за проблем со здоровьем, но в действительности было известно о его тяжелом психическом заболевании. В 1916 году поэт безуспешно искал работу. Он написал Эмилио Чеки и завязал короткую переписку с писателем. В Ливорно он встретился с журналистом Афосом Гастоном Банти, который опубликовал о нем уничижительную статью в журнале "Il Telegrafo", что чуть не привело к дуэли. В том же году Кампана познакомился с Сибиллой Алерамо, автором романа "Una donna", и начал с ней страстные и бурные отношения, которые она разорвала в начале 1917 года после короткой встречи в Марради в канун Рождества 1916 года. Их письма и переписка, опубликованные Feltrinelli в 2000 году, свидетельствуют об отношениях между Кампаной и Алерамо. Эта переписка начинается с письма Алерамо от 10 июня 1916 года, в котором автор выражает восхищение "Canti Orfici", утверждая, что стихи "зачаровали и ослепили" ее. Письмо было написано, когда Сибилла отдыхала в вилле Ла Топаия в Борго Сан-Лоренцо, а Кампана находился в критическом состоянии в Фирензуоле, восстанавливаясь после частичного паралича правой стороны тела. В 1918 году Кампана вновь был помещен в психиатрическую больницу в Кастель Пулчи, в Скандиччи (Флоренция), где оставался до самой смерти. Единственными сохранившимися свидетельствами этого периода жизни Кампаны являются интервью с психиатром Карло Париани, который подтвердил безоговорочный диагноз психического состояния Кампаны: дезорганизованная шизофрения – неизлечимая и крайне тяжелая форма шизофрении. Дино Кампана умер, предположительно от сепсиса, 1 марта 1932 года. Существует версия, что инфекция была вызвана раной от колючей проволоки во время попытки побега. На следующий день тело Кампаны было похоронено на кладбище Сан-Коломбано в Бадия-а-Сетимо, Скандиччи. В 1942 году по настоянию Пьеро Барджеллини останки поэта были перезахоронены с большим почтением, и тело было перенесено в часовню под колокольней церкви Сан-Сальваторе. Во время Второй мировой войны 4 августа 1944 года отступающие немецкие войска взорвали колокольню, разрушив часовню. В 1946 году, после церемонии, в которой приняли участие многочисленные итальянские интеллектуалы, включая Эухенио Монтале, Альфонсо Гатто, Карло Бо, Оттоне Розай, Пратолини и других, останки поэта были помещены в церковь Сан-Сальваторе в Бадья-а-Сетимо, где они находятся и по сей день.
Поэзия
Поэзия Кампаны – это новая поэзия, в которой звуки, цвета и музыка сливаются в мощном видении. Линия размыта, выразительное воплощение монотонности, но одновременно полная драматических образов разрушения и чистоты. Название единственной опубликованной работы Кампаны отсылает к Орфическим гимнам – литературному жанру, возникшему в Древней Греции между II и III веками нашей эры и отличающемуся неклассической теогонией. Эти гимны, являющиеся молитвами к богам (особенно к богу Фанесу), также содержат заклинания для защиты от зла и несчастий.
Основные темы
Одной из главных тем у Кампаны, которая прослеживается в начале "Орфических песен" в ранних прозаических частях – "Ночь", "Путешествие и возвращение", – является размытость границы между сном и бодрствованием. Прилагательные и наречия возвращаются с навязчивой повторяемостью, свойственной речи во сне: сон, однако, прерывается резкими сменами тона (как, например, в стихотворении "Скайлайт"). Во второй части, в ноктюрне "Генуя", вновь появляются все основные мифические фигуры и сцены, которые будут волновать Кампану: портовые города, варварские материнские образы, огромные проститутки, бескрайние равнины, юноша в плену. Даже в его прозаических стихотворениях использование повторов, превосходных степеней и ключевых слов, а также эффект резонанса в предлогах создают яркую, запоминающуюся картину.
Интерпретация
В течение пятнадцати лет после его смерти в конце Второй мировой войны, а также ранее, в период экспрессионизма и футуризма, интерпретация поэзии Кампаны сосредотачивалась на кажущейся неконтролируемой глубине слова, скрытой в психологическом состоянии галлюцинации и разрухи. В его стихах, отмеченных слабостью структуры и нарочитой грубостью, многие критики видят жизненную силу авангарда рубежа веков. Именно поэтому его поэзия привлекла внимание многих поэтов, таких как Марио Лузи, Пьер Паоло Пазолини и Андреа Занцотто.
Избранные произведения
Текущее издание собрания сочинений Дино Кампаны — Dino Campana Opere (Милан: Editori Associati, 1989).