Введение

В морской войне «флот в готовности» — это военно-морская сила, оказывающая контролирующее влияние, не выходя в море. Если этот флот выйдет в море и вступит в бой с противником, он может потерпеть поражение и утратить способность влиять на действия противника, но пока он остается в безопасности в порту, противник вынужден постоянно держать силы наготове для противодействия ему. «Флот в готовности» может быть частью стратегии воспрещения морского пространства, но не стратегии господства на море.

Использование термина

Термин впервые был использован в 1690 году, когда лорд Торрингтон, командующий силами Королевского флота в Ла-Манше, оказался перед лицом превосходящего французского флота. Он предложил избегать морского сражения, за исключением крайне благоприятных условий, до прибытия подкреплений. Сохраняя таким образом свой "флот в боевой готовности", он мог поддерживать активную угрозу, вынуждая противника оставаться в этом районе и не давая ему возможности действовать в другом месте.

Вторичное использование

Рудьярд Киплинг опубликовал серию статей о британском флоте Ла-Манша под названием «Флот в боевой готовности: Заметки о трех походах с эскадрой Ла-Манша» в 1898 году, но не использовал этот термин в значении, описанном здесь.

Концепция

Концепция "флот в существовании" основана на предположении, что флот относительно безопасен в порту, даже находясь вблизи противника. Хотя это не всегда верно в современную эпоху, на протяжении большей части истории человечества флот, стоявший в гавани, был гораздо менее уязвим для атак и других опасностей, таких как штормы. Это затрудняло или даже делало невозможным для противника нанесение ущерба флоту, не понеся непропорциональных потерь. Противник не может просто игнорировать "флот в существовании", поскольку у него всегда есть возможность выйти в море и атаковать при благоприятных условиях. Однако силы блокады должны быть достаточно значительными, чтобы "флот в существовании" не мог реально атаковать их самостоятельно. Это создает тупиковую ситуацию, выгодную обороняющемуся, поскольку нападающему всегда необходимо развертывать превосходящие силы для противодействия, и эти силы не могут выполнять другие задачи. Однако после битвы при Таранто и нападения на Перл-Харбор стало очевидно, что авиация делает флот, сосредоточенный в порту, уязвимым, а концепция "флот в существовании" становится слишком рискованной для практического применения. Порт – это известное место, на которое противник может сосредоточить свои атаки, и даже небольшое количество самолетов или подводных лодок может повредить или потопить несколько военных кораблей, даже при наличии современных средств обороны. В результате современным флотам предпочтительнее находиться в море, где их местоположение не полностью известно, что обеспечивает определенную степень защиты. Это не делает "флот в существовании" полностью неактуальным, поскольку существуют ситуации, когда противник не желает или не может атаковать флот в гавани, например, по политическим причинам. Примером этого является Фолклендский конфликт. После рассмотрения альтернатив, "стратегия, принятая для аргентинского флота [в Фолклендской войне 1982 года], заключалась в концепции "флот в существовании". Флот не будет проводить прямую атаку; он будет атаковать только тогда, когда шансы будут в его пользу. В противном случае он останется за пределами объявленных британских зон исключения и будет ждать подходящей цели". Аргентинцам не удалось эффективно использовать свой "флот в существовании", поскольку потопление ARA General Belgrano британской подводной лодкой HMS Conqueror показало, что крейсера времен Второй мировой войны и другие активы аргентинского флота уязвимы для атак современных подводных лодок. Идею "флота в существовании" можно обобщить и на другие виды войск. Осажденная крепость по сути является "армией в существовании", которая сковывает силы противника, не рискуя вступать в бой. Существуют также несколько аналогичных примеров для военно-воздушных сил, хотя и менее развитых. Во время войны в Персидском заливе Саддам Хусейн использовал свои ВВС с оперативной доктриной, аналогичной "флоту в существовании". Само присутствие иракских ВВС в укрепленных бункерах заставило коалицию, наступающую на Ирак, действовать осторожно и сопровождать свои бомбардировочные вылеты, пока не было установлено, что укрытия для самолетов уязвимы. Во всех случаях принцип остается неизменным. Пока существует меньшая сила и у нее есть выбор – вступать в бой или нет, большая сила может проводить операции только в достаточной силе, чтобы полностью уничтожить меньшую силу. Это значительно ограничивает возможности противника и может даже полностью лишить его возможности действовать. Чем ближе меньшая сила по своим возможностям к большей, тем более значительным будет эффект.

Русско-японская война 1904-1905

Первым современным примером стало противостояние между Императорским русским флотом и Императорским японским флотом (IJN) в Порт-Артуре во время русско-японской войны в 1904 году. Россия располагала тремя боевыми флотами: один в Балтийском море, второй в Черном море и третий на Дальнем Востоке. Тихоокеанский отряд на Дальнем Востоке базировался во Владивостоке и Порт-Артуре. Поскольку последний был ближе к сухопутным боевым действиям, Порт-Артур приобрел большее стратегическое значение. IJN располагал лишь одним боевым флотом против трех флотов России, поэтому для японцев было крайне важно не сражаться со всеми тремя одновременно. Англо-японский договор 1902 года фактически нейтрализовал Черноморский флот, удерживая его заблокированным в Черном море, чтобы избежать войны с Великобританией. Однако Балтийский флот (позже переименованный во 2-й Тихоокеанский отряд) получил приказ о подкреплении отряда Порт-Артура в 1905 году. Предотвращение этого маневра стало задачей IJN. Только после уничтожения "флота в готовности" Порт-Артура Балтийский и Японский флоты могли бы сойтись в бою, что и произошло в следующем году, в битве при Цусиме в мае 1905 года. Для окончательного уничтожения боевого отряда Порт-Артура IJN провел три операции. Первая – внезапная торпедная атака эсминцев внутри гавани в начале февраля 1904 года. За ней последовала попытка заблокировать вход в гавань путем затопления старых пароходов (заградительных кораблей) в фарватере. Третья и последняя попытка полностью запереть флот заключалась в установке минного поля у входа в гавань. Хотя эта последняя попытка также не удалась, она непреднамеренно привела к потере одним из самых выдающихся русских морских офицеров – адмирала Степана Макарова. Когда его флагманский корабль, линкор "Петропавловск", подорвался на одной из этих мин, он почти мгновенно затонул, утянув на дно Макарова вместе с экипажем. "Флот в готовности" оставался таковым до тех пор, пока под новым командованием адмирала Вильгельма Витгефта отряду Порт-Артура не было приказано прорваться и выйти во Владивосток 10 августа 1904 года. Выход Витгефта из Порт-Артура привел к сражению в Желтом море – затяжному артиллерийскому поединку на больших дистанциях, в результате которого ни одна крупная единица с обеих сторон не была потоплена, но "флот в готовности" Порт-Артура был окончательно уничтожен: его корабли рассеялись в нейтральных портах (где были интернированы), а уцелевшие получили настолько серьезные повреждения, что оказались негодными к дальнейшей службе.

Первая мировая война

Более поздним примером является противостояние немецкого Флота Открытого моря и британского Гранд-флота во время Первой мировой войны. Германия в основном предпочитала сохранять свой флот в целости, чем рисковать потерять крупное сражение с превосходящим Королевским флотом, особенно после Ютландского сражения.

Вторая мировая война

Во Второй мировой войне действия итальянской Реджия Марина в 1940 году также демонстрируют концепцию "флота в бытии". После ряда незначительных сражений с Королевским флотом, которые в основном не принесли результатов, основная часть итальянского флота оставалась в Таранто, откуда могла быстро выйти в море против любой британской попытки достичь Мальты, оказывая "непропорциональное влияние на британскую стратегию и дислокацию флота". Даже после крупного тактического успеха британской авианосной атаки на Таранто в ноябре 1940 года, неспособность британцев нанести решающий удар по итальянскому флоту привела к тому, что Королевский флот в течение следующих трех лет был вынужден удерживать в Средиземном море значительные военно-морские силы. Еще в большей степени, чем другие надводные корабли Кригсмарине (военно-морского флота) нацистской Германии, немецкий линкор "Тирпиц" на протяжении всей своей карьеры служил "флотом в бытии" сам по себе. Хотя он никогда не открывал огня по вражескому кораблю, само его присутствие в норвежских фьордах вынуждало Королевский флот и его союзников выделять мощные корабли для защиты арктических конвоев и привело к рассеиванию крупного конвоя (PQ 17), который понес огромные потери, главным образом от подводных лодок и авиации. Атака карманных подводных лодок в 1943 году и последовавшие за этим авиаудары, нанесенные Королевскими ВВС и авиацией флота, устранили угрозу к ноябрю 1944 года, когда "Тирпиц" был потоплен в Тромсё.