Средневековые коммуны Европы

Введение

Европейская коммуна в Средние века

Средневековые коммуны в Европе в эпоху Средневековья заключали клятвенные соглашения о взаимной обороне (как физической защите, так и защите традиционных свобод) между жителями города или поселения. Они принимали различные формы и значительно отличались по организации и составу. Первые упоминания о коммунах относятся к концу XI – началу XII веков, после чего они получили широкое распространение. Наибольшее развитие они получили в центральной Северной Италии, где превратились в город-государства, основанные на принципах частичной демократии. Одновременно в Германии они стали вольными городами, независимыми от местной знати.

Этимология

Английское и французское слово "коммуна" встречается в латинских записях в различных формах. Они происходят от средневекового латинского communia – множественного числа от commune (общее, община, государство), существительного, образованного от communis (общий). Изначально, протоиндоевропейский корень – *mey (менять, обменивать). Когда автономия достигалась путём насильственного восстания и свержения, коммуна часто называлась conspiratio (заговор).

Происхождение

В течение 10-го века в нескольких частях Западной Европы крестьяне начали тяготеть к обнесенным стенами населенным пунктам, поскольку успехи в сельском хозяйстве (трехпольная система) привели к большей продуктивности и острой конкуренции. В центральной и северной Италии, а также в Провансе и Септимании, большинство старых римских городов сохранились – даже если трава росла на их улицах – в основном как административные центры для епархии или для местного представителя далекой королевской или имперской власти. В Нидерландах некоторые новые города были основаны на основе торговли на дальние расстояния, где основным товаром было производство шерстяных тканей. Места для этих городов, возникших с нуля, чаще всего представляли собой укрепленные крепости графов, епископов или территориальных аббатов. Такие города также основывались в Рейнской области. Другие города были просто рыночными поселениями, местными центрами обмена. Жителям этих городов требовалась физическая защита от беззаконных дворян и разбойников, что было одной из причин для объединения за общинными стенами, но они также стремились утвердить свои свободы – свободу вести и регулировать свои дела, а также безопасность от произвольного налогообложения и притеснений со стороны епископа, аббата или графа, в чьей юрисдикции находились эти неясные и презренные социальные изгои. Это был долгий процесс борьбы за получение хартии, гарантирующей такие базовые права, как право на проведение рынка. Такие хартии часто покупались за непомерно высокие цены или выдавались не местной властью, а королем или императором, которые надеялись привлечь города в качестве союзников для централизации власти. Обнесенный стеной город обеспечивал защиту от прямого нападения ценой корпоративного вмешательства на самых незначительных уровнях, но как только горожанин покидал городские стены, он (поскольку женщины редко путешествовали) оказывался на милосердии часто жестоких и беззаконных дворян в сельской местности. Поскольку в средневековой Европе не было центральной власти, обеспечивающей защиту, каждый город должен был обеспечивать свою собственную защиту для граждан как внутри городских стен, так и за их пределами. Таким образом, города образовывали коммуны, которые служили правовой основой для превращения городов в самоуправляющиеся корпорации. В большинстве случаев развитие коммун было связано с развитием городов. Однако существовали и сельские коммуны, особенно во Франции и Англии, которые создавались для защиты общих интересов сельских жителей. В основе коммун лежали присяги о взаимной обороне. При создании коммуны все участники собирались и приносили присягу на публичной церемонии, обещая защищать друг друга в трудные времена и поддерживать мир в самом городе. Движение коммун началось в 10-м веке, с нескольких более ранних примеров, таких как Форли (возможно, 889 год), и набрало силу в 11-м веке в северной Италии, которая в то время имела самое урбанизированное население в Европе. Затем в начале 12-го века оно распространилось во Францию, Германию, Испанию и другие страны. Английское государство уже было очень централизованным, поэтому движение коммун в основном проявлялось в приходах, ремесленных и торговых гильдиях и монастырях. Государственный аппарат расширился в Англии и Франции с 12-го века, в то время как Священная Римская империя управлялась коммунальными коалициями городов, рыцарей, крестьянских республик, князей-епископов и крупных владений имперских лордов. В Восточной Европе распад Киевской Руси позволил образоваться коммунам типа вече, таким как Новгородская республика (1136–1478 гг.) и Псковская республика (1348–1510 гг.). К 1300 году в каждой четвертой городской общине во Франции управление осуществлялось мэрами и эшевенами (Северная Франция) или консулами и юратами (Южная Франция), и это число быстро возросло в течение следующих двух столетий из-за финансовых потребностей строительства городских стен. Многие получили права на собрания, а исполнительная власть часто была сосредоточена в руках одного избранного должностного лица, мэра или первого консула, с консультативным органом советов. Выборы часто ограничивались богатой местной купеческой элитой. В средневековой Испании городские общины управляли собой через свой concejo abierto или открытый совет землевладельцев. Более крупные города делегировали полномочия рехидорам (городским советникам) и алькальде (юристам), которые управляли городом и окружающими землями как единой comunidad. После Средневековья отбор должностных лиц был изменен с выборов на жребий, чтобы разрешить фракционные конфликты. В Кантабрии приморские города во главе с Бургосом образовали Hermandad de las Marismas (Братство болот), организацию, подобную Ганзейскому союзу. В 1470-х годах была образована Santa Hermandad или Святое братство, в котором все муниципалитеты отправляли представителей в junta general, которая координировала правоохранительную деятельность для защиты торговли.

During the 10th century in several parts of Western Europe, peasants began to gravitate towards walled population centers, as advances in agriculture (the three field system) resulted in greater productivity and intense competition. In central and northern Italy, and in Provence and Septimania, most of the old Roman cities had survived—even if grass grew in their streets—largely as administrative centers for a diocese or for the local representative of a distant kingly or imperial power. In the Low Countries, some new towns were founded upon long distance trade, where the staple was the woolen cloth making industry. The sites for these ab ovo towns, more often than not, were the fortified burghs of counts, bishops or territorial abbots. Such towns were also founded in the Rhineland. Other towns were simply market villages, local centers of exchange. Such townspeople needed physical protection from lawless nobles and bandits, part of the motivation for gathering behind communal walls, but also strove to establish their liberties, the freedom to conduct and regulate their own affairs and security from arbitrary taxation and harassment from the bishop, abbot, or count in whose jurisdiction these obscure and ignoble social outsiders lay. This was a long process of struggling to obtain charters that guaranteed such basics as the right to hold a market. Such charters were often purchased at exorbitant rates, or granted, not by the local power, but by a king or by the emperor, who came to hope to enlist the towns as allies in order to centralize power. The walled city provided protection from direct assault at the price of corporate interference on the pettiest levels, but once a townsman left the city walls, he (for women scarcely travelled) was at the mercy of often violent and lawless nobles in the countryside. Because much of medieval Europe lacked central authority to provide protection, each city had to provide its own protection for citizens both inside the city walls, and outside. Thus towns formed communes which were a legal basis for turning the cities into self governing corporations. In most cases the development of communes was connected with that of the cities. However, there were rural communes, notably in France and England, that formed to protect the common interests of villagers. At their heart, communes were sworn allegiances of mutual defense. When a commune formed, all participating members gathered and swore an oath in a public ceremony, promising to defend each other in times of trouble, and to maintain the peace within the city proper. The commune movement started in the 10th century, with a few earlier ones like Forlì (possibly 889), and gained strength in the 11th century in northern Italy, which had the most urbanized population of Europe at the time. It then spread in the early 12th century to France, Germany, Spain and elsewhere. The English state was already very centralized, so the communal movement mainly manifested itself in parishes, craftsmen's and merchants' guilds and monasteries. State officialdom expanded in England and France from the 12th century onwards, while the Holy Roman Empire was ruled by communal coalitions of cities, knights, farmer republics, prince bishops and the large domains of the imperial lords. In eastern Europe, the splintering of Kievan Rus' allowed the formation of veche communes like the Novgorod Republic (1136 1478) and the Pskov Republic
(1348 1510). One in four urban communities in France were under the administration of mayors and échevins (Northern France) or consuls and jurats (Southern France) by 1300, and this number increased rapidly in the next 2 centuries due to the financial demands of city wall building. Many were granted the rights to assembly, and executive power was often concentrated in one elected official, the mayor or first consul, with an advisory body of conseils. Election was often restricted to the wealthy local merchant elite. In medieval Spain, urban communities were self governing through their concejo abierto or open council of property owners. The larger towns delegated authority to regidores (town councillors) and alcaldes (law officers), who managed the town and the surrounding lands as one communidad. After the Middle Ages, selection of officials was changed from election to sortition, in order to resolve factional conflict. In Cantabria, seafaring towns led by Burgos formed the Hermandad de las Marismas (Marsh brotherhood), an organisation similar to the Hanseatic league. In the 1470s the Santa Hermandad or Holy Brotherhood was formed, in which all municipalities sent representatives to a junta general which would coordinate law enforcement to protect trade.

Сельские общины

Развитие средневековых сельских коммун было обусловлено скорее необходимостью сотрудничества для управления общими ресурсами, чем потребностью в обороне. Во времена слабого центрального правительства коммуны обычно создавались для обеспечения безопасности на дорогах, проходящих через их территорию, с целью поддержания торговли (Landfrieden). Одной из наиболее успешных таких общин была община в альпийских долинах к северу от перевала Готард. Это впоследствии привело к формированию Старой Швейцарской Конфедерации. Швейцарцы заключали множество письменных союзов: для каждого нового кантона, присоединявшегося к конфедерации, заключался новый договор. Помимо Швейцарского Эйдгеноссафенкта, подобные сельские альпийские коммуны существовали в графстве Тироль, но были уничтожены династией Габсбургов. Другие сельские коммуны развивались в Граубюндене, во Французских Альпах (Республика Эскартонов, или Бриансонне), в Пиренеях, в северной Франции (Румаре), в северной Германии (Фризия и Дитмаршен), а также в Швеции и Норвегии. С этим также связана колонизация вальзеров. Пиренейские деревни, такие как Висдесос, наряду со многими другими горными общинами, пользовались гораздо большей свободой, чем деревни на севере Франции. Графы Фуа предоставляли этим деревням хартии, признающие их право на самоуправление и осуществление гражданского и уголовного правосудия собственными консулами, а также освобождали от платы за использование лесов, вод, шахт, пастбищ, гор, лугов и пошлин на торговлю с другими деревнями. Им даже удалось выиграть дело против уплаты налогов королю Франции Филиппу IV. Валле-д’Аспе была еще одной средневековой пиренейской республикой, базировавшейся в Аккусе и находившейся под сюзеренитетом виконтов Беарн. Права республики были подтверждены королем Людовиком XIII, когда он объединил Беарн с Францией. Эти общины процветали благодаря естественной изоляции и отсутствию интереса сеньоров к вмешательству, особенно в Западных Пиренеях, таких как Валле-д’Аспе (управляемая собственными юратами), Валле-д’Оссо, а также независимые законодательные собрания в долине Котерец или Валле-д’Азюн. Эти общины, называемые безио, заключали договоры с другими деревнями, которые обычно регулировали доступ к пастбищам. Некоторые средневековые коммуны Южной Европы испытали влияние итальянского прецедента, но многие северные (и даже швейцарские коммуны к северу от перевала Готард) вполне могли развиваться одновременно и независимо от итальянских. Лишь немногие из этих средневековых сельских коммун достигли имперской непосредственности, когда они подчинялись только королю или императору; большинство по-прежнему оставались подданными того или иного более или менее отдаленного сюзерена.

The development of medieval rural communes arose more from a need to collaborate to manage the commons than out of defensive needs. In times of a weak central government, communes typically formed to ensure the safety on the roads through their territory to enable commerce (Landfrieden). One of the more successful of these medieval communities was the one in the alpine valleys north of the Gotthard Pass. This later resulted in the formation of the Old Swiss Confederacy. The Swiss had numerous written acts of alliance: for each new canton that joined the confederacy, a new contract was written. Besides the Swiss Eidgenossenschaft, there were similar rural alpine communes in County of Tyrol, but these were destroyed by the House of Habsburg. Other such rural communes developed in the Graubünden, in the French Alps (Republic of the Escartons or Briançonnais), in the Pyrenees, in northern France (Roumare), in northern Germany (Frisia and Dithmarschen), and also in Sweden and Norway. The colonization of the Walser also is related. Pyrenean villages such as Vicdessos, in common with many other montane communities, enjoyed far greater liberties than those enjoyed in the north of France. The Counts of Foix granted these villages charters recognising their right to governance and both civil and criminal justice administered by their own consuls, and exemption from fees on the use of forests, waters, mines, pastures, mountains, meadows and tolls on trading with other villages. They even successfully won their case against payment of taxes to King Philip IV of France. The Vallée d'Aspe was another medieval Pyrenean republic, based in Accous and under the suzerainty of the Viscounts of Bearn. The rights of the republic was confirmed by King Louis XIII when he united Bearn to France. These communities thrived in natural isolation and lack of seigneurial interest in interference, particularly in the Western Pyrenees such as the Vallée d'Aspe (governed by their own jurats), Vallée d'Ossau, as well as the independent legislative assemblies in the Valley of Cauterets, or the Vallée d'Azun. These communities, called beziau, signed treaties with other villages generally meant to govern access to pastures. Some Southern European medieval communes were influenced by the Italian precedent, but many northern ones (and even the Swiss communes north of Gotthard Pass) may well have developed concurrently and independently from the Italian ones. Only a few of these medieval rural communes ever attained imperial immediacy, where they would have been subject only to the king or emperor; most still remained subjects of some more or less distant liege.

Эволюция в Италии и спад в Европе

В XI веке в северной Италии возникла новая политическая и социальная структура. В большинстве мест, где возникали коммуны (например, во Франции, Великобритании и Фландрии), они были поглощены монархическими государствами. Однако в северной и центральной Италии некоторые средневековые коммуны развились в независимые и могущественные города-государства. Отторжение этих коммун от их феодальных сеньоров произошло в конце XII и XIII веков, во время спора об инвеституре между папой и императором Священной Римской империи. Милан возглавил ломбардские города против императоров Священной Римской империи и одержал победу, добившись независимости (битва при Легнано в 1176 году и при Парме в 1248 году). Тем временем республики Венеции, Пизы и Генуи смогли завоевать морские империи в Средиземном море (в 1204 году Венеция завоевала три восьмых Византийской империи во время Четвертого крестового похода). Города, такие как Флоренция, Парма, Феррара, Верона, Падуа, Лука, Сиена, Мантуя и другие, смогли создать стабильные государства за счет своих соседей, некоторые из которых просуществовали до наших дней. В южной Италии, которая тогда формировала Королевство Сицилия, автономные коммуны были редки, примером является Республика Сассари на Сардинии. В Священной Римской империи императоры всегда сталкивались с борьбой с другими влиятельными силами: имперскими князьями, с одной стороны, и городами и коммунами – с другой. Императоры, таким образом, постоянно вели политические (не всегда военные) сражения, чтобы укрепить свои позиции и позиции имперской монархии. В Золотой булле 1356 года император Карл IV запретил любые союзы, конфедерации и заговоры, подразумевая, в частности, лиги городов, а также сельские коммунальные союзы, которые возникли. Большинство лиг городов впоследствии были распущены, иногда насильственно, а при повторном основании их политическое влияние значительно уменьшилось. Тем не менее, некоторые из этих коммун (например, Франкфурт, Нюрнберг, Гамбург) смогли просуществовать в Германии на протяжении веков и стали почти независимыми городами-государствами, вассалами императоров Священной Римской империи (см. Свободный имперский город).

During the 11th century in northern Italy a new political and social structure emerged. In most places where communes arose (e. g. France, Britain and Flanders), they were absorbed by monarchical states. But in northern and central Italy, some medieval communes developed into independent and powerful city states. The breakaway from their feudal overlords by these communes occurred in the late 12th century and 13th century, during the Investiture Controversy between the Pope and the Holy Roman Emperor. Milan led the Lombard cities against the Holy Roman Emperors and defeated them, gaining independence (battles of Legnano, 1176, and Parma, 1248). Meanwhile, the republics of Venice, Pisa and Genoa were able to conquer their naval empires on the Mediterranean sea (in 1204 Venice conquered three eights of the Byzantine Empire in the Fourth Crusade). Cities such as Florence, Parma, Ferrara, Verona, Padua, Lucca, Siena, Mantua and others were able to create stable states at the expenses of their neighbors, some of which lasted until modern times. In southern Italy, which then formed the Kingdom of Sicily, autonomous communes were rarer, Republic of Sassari in Sardinia being one example. In the Holy Roman Empire, the emperors always had to face struggles with other powerful players: the land princes on the one hand, but also the cities and communes on the other hand. The emperors thus invariably fought political (not always military) battles to strengthen their position and that of the imperial monarchy. In the Golden Bull of 1356, emperor Charles IV outlawed any conjurationes, confederationes, and conspirationes, meaning in particular the leagues of towns but also the rural communal leagues that had sprung up. Most leagues of towns were subsequently dissolved, sometimes forcibly, and where refounded, their political influence was much reduced. Nevertheless, some of these communes (as Frankfurt, Nuremberg, Hamburg) were able to survive in Germany for centuries and became almost independent city state vassals to the Holy Roman Emperors (see Free imperial city).

Коммунализм

Анархист Петр Кропоткин утверждал, что элементы взаимопомощи и взаимной обороны, проявленные в средневековой коммуне и ее гильдейской системе, соответствовали тем же чувствам коллективной самозащиты, которые заметны в современном коммунизме и социализме.