Введение

Варшавское восстание 1944 года завершилось капитуляцией города и его почти полным разрушением немецкими войсками. По мнению многих историков, основной причиной этого стало почти полное отсутствие внешней поддержки и запоздалое прибытие тех сил, которые все же прибыли. Единственной операцией поддержки, продолжавшейся на протяжении всего восстания, были ночные сбросы снабжения с дальних самолетов Королевских ВВС (RAF), других воздушных сил Содружества и, особенно, подразделений Польских ВВС (PAF), которым приходилось использовать удаленные аэродромы в Италии (Бриндизи и другие), что существенно ограничивало их эффективность. Советское руководство четко донесло свою позицию по ситуации в Варшаве до посла Соединенных Штатов, У. Аверелла Гарримана. 15 августа 1944 года Гарриман получил ноту от советского заместителя министра иностранных дел Андрея Вышинского. В этой ноте Вышинский, по указанию министра иностранных дел Вячеслава Молотова, должен был сообщить Гарриману, что советское правительство "не может согласиться" с планами США по сбросу оружия группам сопротивления в Варшаве и что "акция в Варшаве, в которую вовлечено население города, носит чисто авантюристический характер, и советское правительство не может ее поддерживать". В ноте Вышинского также указывалось, что Сталин 5 августа обратил внимание Черчилля на то, что невозможно представить, как несколько польских отрядов так называемой Армии Крайовой, не имеющих ни танков, ни артиллерии, ни авиации, смогут "взять" Варшаву, когда у нацистов в распоряжении находятся четыре танковые дивизии для обороны города. Важной причиной, которая также проявилась, было стремление Сталина колонизировать Польшу и создать коммунистическое государство, являющееся советским сателлитом, а успешное восстание Армии Крайовой могло угрожать этому плану. Таким образом, отказ от поддержки восстания отвечал гегемонистским амбициям Сталина. Если рассматривать политические намерения Сталина, могли существовать и другие логистические причины, по которым советские войска не могли оказать помощь Варшаве. Одно из альтернативных объяснений отсутствия ранней поддержки заключается в том, что восстание началось слишком рано, и близлежащие советские силы не могли немедленно вступить в бой за город для оказания поддержки. До и во время восстания немецкая армия начала масштабное контрнаступление танковых сил в районе Варшавы. Другое возможное объяснение заключается в том, что Красная Армия была просто истощена и, следовательно, не могла оказать эффективную поддержку восстанию. В подтверждение этой точки зрения часто утверждается (в основном из советских источников), что с начала операции "Багратион" многие подразделения Красной Армии преодолели сотни километров в ходе масштабного наступления, и их передовые части достигли предела своих логистических возможностей. Это, в сочетании с присутствием нескольких танковых дивизий Ваффен-СС и Вермахта в районе Варшавы, которые нанесли серьезный удар по советской 2-й танковой армии в последние дни июля, по мнению некоторых, было достаточно, чтобы остановить Красную Армию на Варшавском фронте. Однако подразделения, достигшие Варшавы в конце июля 1944 года, не участвовали в операции "Багратион", а продвигались из Западной Украины в рамках Люблин-Брестской операции, пройдя значительно меньшее расстояние. Эти подразделения смогли достаточно эффективно действовать против немецких войск к югу и северу от Варшавы в августе и сентябре, успешно захватив плацдармы на реках Висла и Нарев в этих секторах. Несмотря на этот успех, они оставались бездействующими в течение августа и первой половины сентября на наиболее прямом направлении к Варшаве, через пригород Прага. Более того, после захвата Праги советскими войсками в середине сентября 1944 года для попытки форсирования Вислы и оказания помощи повстанцам были привлечены лишь слабо поддерживаемые и неопытные подразделения 1-й польской армии. Эти попытки форсирования не привели к созданию устойчивого плацдарма на левом берегу реки и повлекли за собой значительные потери среди польских подразделений. Остается открытым вопрос, смогли бы более опытные советские подразделения с достаточной поддержкой достичь и форсировать Вислу в районе Варшавы и оказать своевременную и эффективную помощь польским подразделениям, сражающимся в городе. Продолжающиеся трудности с доступом к советским и британским документам того времени затрудняют для историков ответ на этот вопрос с какой-либо степенью уверенности.

Спускаются с воздуха .

С 4 августа западные союзники начали поддерживать Варшавское восстание с помощью авиационных сбросов боеприпасов и других припасов. Первоначально воздушные налеты проводились в основном польским полком 1586 ВВС Польши, дислоцированным в Бари и Бриндизи в Италии, на самолетах "Либератор", "Галифакс" и "Дакота". Позже, по настоянию польского правительства в изгнании, к ним присоединились "Либераторы" 2-го крыла, 31-й и 34-й эскадрильи Южноафриканских ВВС (СААФ), базирующиеся в Фоггии в Южной Италии, и "Галифаксы", на которых летали 148-я и 178-я эскадрильи Королевских ВВС Великобритании. Доставки продолжались до 21 сентября, в общей сложности было доставлено 104 тонны грузов. Советский Союз не дал союзникам разрешения на использование своих аэродромов для этих операций по снабжению, поэтому самолеты были вынуждены использовать базы в Соединенном Королевстве и Италии, что уменьшило их грузоподъемность и количество вылетов. 22 августа Сталин отклонил конкретный запрос союзников на использование посадочных полос, сделанный 20 августа. Он назвал сопротивление "горсткой преступников". Самолеты Вооруженных сил США не участвовали в операции. 6 августа польский посол обратился к генерал-лейтенанту Макнарни с просьбой передать срочную просьбу президента Польши о поставках для польской подпольной армии, сражающейся с немцами в Варшаве. Польская просьба заключалась в том, чтобы генерал Эйзенхауэр получил разрешение на отправку поставок по воздуху или чтобы немецкие боеприпасы, захваченные у врага советскими войсками, были отправлены в Варшаву с баз США в Советском Союзе. В меморандуме посла также говорилось, что оружие и боеприпасы, которые Черчилль обещал сбрасывать с парашютом в Варшаву, не были отправлены из-за технических трудностей. В ответном письме от Объединенного комитета начальников штабов от 7 августа говорилось, что "считается, что просьба польского посла была рассмотрена военными властями США с большим сочувствием, и вопрос был передан Объединенному комитету начальников штабов для принятия возможных мер в данных обстоятельствах". В приложениях к письму Объединенного комитета начальников штабов указывалось, что в соответствии с согласованной политикой Объединенного комитета начальников штабов поставки и оборудование для польских подпольных сил являются ответственностью Великобритании, и что польский запрос должен быть передан начальникам штабов Великобритании для принятия ими необходимых и желательных мер. После возражений Сталина против поддержки восстания Черчилль телеграфировал Рузвельту 25 августа и предложил отправить самолеты в нарушение воли Сталина и "посмотреть, что произойдет". 26 августа Рузвельт ответил: "Я не считаю целесообразным для долгосрочных перспектив войны присоединяться к вам в предлагаемом сообщении к дяде Джо". Хотя немецкая противовоздушная оборона над самой Варшавой была почти отсутствующей, около 12% из 296 самолетов, участвовавших в операциях, были потеряны, поскольку им приходилось пролетать 1600 км над сильно охраняемой территорией противника и возвращаться тем же маршрутом. Большинство сбросов производились ночью с высоты не более 100–300 футов, и плохая точность приводила к тому, что многие парашютные грузы оказывались на территории, контролируемой немцами. С 13 сентября советские войска начали собственные авиационные налеты с поставками, сбросив в общей сложности около 55 тонн. Сбросы продолжались до 28 сентября. Наконец, 18 сентября Советы разрешили одному рейсу ВВС США из 110 бомбардировщиков B-17 3-й дивизии 8-й воздушной армии дозаправиться и перегрузиться на советских аэродромах, использовавшихся в операции "Франтик", но это было слишком мало и слишком поздно. На обратном пути в Фоггию, а затем в Англию бомбардировщики B-17 разбомбили железнодорожные станции в Будапеште, Венгрия, которая все еще находилась под немецкой оккупацией.

Советское участие: высадка Берлинга на Повисле

Роль Красной Армии во время Варшавского восстания остается спорной и до сих пор оспаривается некоторыми историками. Восстание началось, когда Красная Армия появилась на подступах к городу, и поляки в Варшаве рассчитывали на советскую помощь в течение нескольких дней. Этот базовый сценарий восстания против немцев, начатый за несколько дней до прибытия сил союзников, успешно реализовался в ряде европейских столиц, в частности в Париже и Праге. Однако, несмотря на то, что Красная Армия находилась менее чем в 10 км от центра Варшавы около 40 дней, а затем приблизилась еще ближе, к правому берегу Вислы, в нескольких сотнях метров от основного сражения восстания в течение последних двух недель, Красная Армия не оказала эффективной помощи осажденному городу. Некоторые западные историки, а также официальная позиция коммунистического режима в Польше до 1989 года, утверждали, что Красная Армия, истощенная длительным наступлением по пути к Варшаве, не обладала достаточной боевой мощью, чтобы разгромить немецкие войска вокруг Варшавы и оказать эффективную помощь восстанию. Однако, по мнению большинства историков, Сталин не хотел помогать Армии Крайовой в Варшаве, состоявшей из вероятных противников коммунистического режима, который он намеревался установить в Польше после войны, и другие союзные державы не желали вмешиваться против воли Сталина. Тем не менее, поражение не изменило факта подавляющего советского превосходства над немцами в этом секторе. Советские войска удерживали свои позиции к юго-востоку от Варшавы вдоль Вислы, в 10 км от центра города, на окраине пражского пригорода Прага. Польские бойцы восстания рассчитывали, что советские войска захватят Прагу в течение нескольких дней, а затем смогут переправиться на левый берег, где шли основные бои, и прийти на помощь. Однако на этой линии вдоль окраины Праги, на самом прямом пути к Варшаве, советские войска остановили наступление, и линия фронта не сдвинулась с места в течение следующих 45 дней. Сектор удерживала ослабленная немецкая 73-я пехотная дивизия, многократно уничтоженная на Восточном фронте и недавно восстановленная. Дивизия, хотя и слабая, не испытывала серьезного советского давления в этот период. В то же время Красная Армия вела ожесточенные бои к югу от Варшавы, чтобы захватить и удержать плацдармы на Висле, и к северу – для захвата плацдармов на Нареве. Именно в этих секторах сражались лучшие немецкие танковые и бронетанковые дивизии. Несмотря на это, обе эти цели были в основном достигнуты к началу сентября. Бездействие Красной Армии непосредственно перед Варшавой вызвало удивление у немцев, что зафиксировано в оперативном журнале немецкой 9-й армии 16 августа 1944 года: вопреки нашим ожиданиям, противник прекратил все наступательные действия на всем фронте 9-й армии. Наконец, 11 сентября советская 47-я армия начала наступление на Прагу. Сопротивление 73-й немецкой дивизии было слабым и быстро сломалось, и к 14 сентября советские войска взяли под контроль пригород. С захватом Праги советские войска оказались прямо напротив восстания, сражающегося на левом берегу Варшавы. Если бы советские войска достигли этой точки в начале августа, переправа через реку была бы легкой, поскольку поляки тогда контролировали значительные участки набережной. К середине сентября серия немецких атак вынудила поляков удерживать лишь узкий участок берега реки в районе Черняково. Тем не менее, Советы предприняли попытку помочь восстанию, но не с помощью частей Красной Армии. В районе Праги находились польские части под командованием генерала Зигмунда Берлинга (иногда называемые "берлинговцами" – "люди Берлинга"), 1-я польская армия (1 Armia Wojska Polskiego). В ночь с 14 на 15 сентября три разведывательных патруля высадились на берег в районах Черняково и Повисле и установили контакт с силами Армии Крайовой. Под сильным немецким огнем на берег сумели переправиться лишь небольшие группы основных подразделений (I и III батальоны 9-го пехотного полка 3-й пехотной дивизии). В то же время командование Красной Армии отказалось поддержать польские войска артиллерией, танками или бомбардировщиками. Немцы усилили атаки на позиции Армии Крайовой у реки, чтобы предотвратить новые высадки, которые могли серьезно подорвать их оборону, но в течение нескольких дней не смогли добиться значительных успехов, в то время как польские силы удерживали эти важные позиции в ожидании новой волны советских десантов. Польские части с восточного берега предприняли еще несколько попыток высадки и в течение следующих дней понесли большие потери (включая уничтожение всех десантных лодок и большей части другого речного оборудования). Другие советские части ограничили свою помощь спорадической и незначительной артиллерийской и воздушной поддержкой. Вскоре после высадки "берлинговцев" Советы решили отложить все планы по переправе через Вислу в Варшаве "как минимум на 4 месяца", а вскоре после этого генерал Берлинг был отстранен от командования. В ночь с 19 на 20 сентября, после того как с другой стороны реки больше не предпринималось попыток, а обещанная эвакуация раненых не состоялась, солдаты Армии Крайовой и высадившиеся элементы Войска Польского были вынуждены начать отход со своих позиций на берегу реки. Из примерно 3000 человек, переправившихся на берег, лишь около 900 вернулись на восточный берег Вислы, примерно 600 из них – тяжелораненые.

Закрытые или уничтоженные военные архивы

Исследование причин недостаточной поддержки Варшавского восстания (по мнению историков, таких как Норман Дэвис) в настоящее время затруднено из-за ограниченного доступа к архивным материалам. Как сообщается, архивы Великобритании и российские архивы (где хранится большая часть советских архивов) остаются преимущественно закрытыми для исследователей. Ситуацию усложняет заявление Великобритании об утрате архивов польского правительства в изгнании в результате случайного уничтожения.