Памела Расмуссен: Американский орнитолог и эксперт по птицам Азии.

Введение

Американский орнитолог Памела Сесиль Расмуссен (Pamela Cecile Rasmussen; род. 16 октября 1959 года) – американский орнитолог, специалист по птицам Азии. Ранее она была научным сотрудником Смитсоновского института в Вашингтоне, округ Колумбия, а в настоящее время работает в Мичиганском государственном университете. Она сотрудничает с другими ведущими исследовательскими центрами в США и Великобритании. Первые исследования Расмуссен были посвящены морским птицам Южной Америки и ископаемым птицам Северной Америки. Позже она специализировалась на азиатских птицах, описав несколько новых видов и уточнив статус других, в частности, белоглазок и сов. В последнее время она участвует в масштабных коллаборативных проектах по изучению закономерностей глобального биоразнообразия и оценивает таксономический статус южноазиатских гриффов. Она является главным автором книги «Птицы Южной Азии: руководство Рипли», ставшей важной публикацией благодаря более широкому географическому охвату и числу описанных видов по сравнению с предыдущими изданиями. В ходе изучения музейных коллекций птиц для работы над книгой, она сыграла ключевую роль в раскрытии масштабов краж из музеев и фальсификации документов, совершенных известным британским орнитологом Ричардом Майнерцхагеном.

Ранние годы и карьера

Памела Расмуссен – дочь Хелен Расмуссен, адвентистки седьмого дня, чей муж, доктор Честер Мюррей Расмуссен, покинул семью, когда Памела и её сестры были маленькими. Её интерес к птицам начался, когда мать подарила ей юношеское издание книги Оливера Остина «Птицы мира», и впоследствии Памела всегда просила книги о птицах в качестве подарков. Она получила степень магистра в 1983 году в университете Уолла-Валла, адвентистском университете в юго-восточном Вашингтоне, а степень доктора философии – в университете Канзаса в 1990 году. В Канзасе она изучала голубоглазых бакланов и познакомилась с теорией эволюции, которой не преподавали в её альма-матер. Расмуссен – приглашённый ассистент-профессор зоологии и помощник куратора музея по маммологии и орнитологии в Мичиганском государственном университете (MSU), ранее она была научным сотрудником выдающегося американского орнитолога С. Диллона Рипли в Смитсоновском институте в Вашингтоне, округ Колумбия. Она является членом Североамериканского классификационного комитета (NACC) Американского орнитологического общества (AOS), научным сотрудником группы птиц зоологической секции Британского музея естественной истории в Тринге и помощником редактора научного журнала Британского орнитологического союза The Ibis. В 2020 году она сменила орнитолога Фрэнка Гилла на посту редактора Всемирного списка птиц IOC, онлайн-списка, поддерживаемого от имени Международного союза орнитологов. Расмуссен замужем за Майклом Д. Готфридом, который является куратором палеонтологии, доцентом геологии и директором Центра интегративных исследований в области естественных наук в МГУ.

Южноамериканские морские птицы

Ранние работы Расмуссена были в основном сосредоточены на изучении систематики, экологии и поведения морских птиц Патагонии, в особенности корморантов. Она изучала вариации оперения у молодых голубоглазых, королевских и красноногих корморантов, а также использовала оперение и поведенческие особенности для установления родственных связей между королевскими и голубоглазыми бакланами. Она также исследовала промысловую активность оливковых корморантов.

Азиатские птицы

Расмуссен описала четыре новых азиатских вида птиц по результатам изучения музейных образцов. Никобарская во́ро́нковая сова *Otus alius*, сова Сангихе *Otus collari* и сова-ко́бчик *Ninox ios*, эндемик Сулавеси, все в 1998 году, а тайваньский кустарниковый сла́вник *Bradypterus alishanensis* – в 2000 году. Она заново открыла лесную сову *Athene blewitti*, которую не видели с 1884 года, в западной Индии. Предыдущие поиски С. Диллона Рипли, Салима Али и других не увенчались успехом, поскольку они опирались на фальсифицированные документы Ричарда Майнерцхагена. Вместе со своими коллегами она уточнила таксономию индонезийских белоглазок, установив видовой статус белоглазки Сангихе *Zosterops nehrkorni* и белоглазки Серам *Z. stalkeri*, и подтвердила идентичность совы Serendib scops, впервые обнаруженной в Шри-Ланке местным орнитологом Дипалом Варакагодой. Императорский фазан – редкая птица, обитающая в лесах Вьетнама и Лаоса. Расмуссен и ее коллеги использовали морфологию, эксперименты по гибридизации и анализ ДНК, чтобы показать, что этот фазан, ранее считавшийся находящимся под критической угрозой исчезновения, на самом деле является естественным гибридом между вьетнамским фазаном *Lophura hatinhensis* и подвидом *annamensis* серебряного фазана *L. nycthemera*. В статье 2008 года был возвращен вопрос о таксономии белоглазок с официальным описанием тогианской белоглазки *Zosterops somadikartai* – эндемичного вида Тогианских островов Индонезии, который, в отличие от большинства своих сородичей, лишен белого кольца вокруг глаза, давшего название этой группе птиц. Интерес Памелы Расмуссен к азиатским птицам привел к ее участию в проектах, более конкретно направленных на охрану природы. Две разновидности грифов рода *Gyps* – индийский белоспинный гриф *Gyps bengalensis* и «длинноклювый гриф» – пережили сокращение популяции на 99 процентов в Южной Азии из-за отравления диклофенаком, ветеринарным препаратом, вызывающим почечную недостаточность у птиц, питающихся тушами обработанного скота. Расмуссен показала, что существует два различных вида длинноклювых грифов: индийский гриф *G. indicus* и тонкоклювый гриф *G. tenuirostris*. Это важно для охраны природы, поскольку была создана программа разведения в неволе для восстановления численности находящихся под угрозой исчезновения видов грифов.

Rasmussen described four new Asian bird species from her study of museum specimens. The Nicobar scops owl Otus alius, the Sangihe scops owl Otus collari, and the cinnabar hawk owl Ninox ios, a Sulawesi endemic,
all in 1998, and the Taiwan bush warbler Bradypterus alishanensis in 2000. She rediscovered the forest owlet Athene blewitti, which had not been seen since 1884, in western India, previous searches by S. Dillon Ripley, Salim Ali and others having failed because they relied on fake documentation from Richard Meinertzhagen. With her colleagues, she clarified the taxonomy of Indonesian white eyes, establishing the specific status of the Sangihe white eye Zosterops nehrkorni and the Seram white eye Z. stalkeri and confirmed the identity of the Serendib scops owl which had originally been discovered in Sri Lanka by local ornithologist Deepal Warakagoda. The imperial pheasant is a rare bird found in the forests of Vietnam and Laos. Rasmussen and her co workers used morphology, hybridisation experiments, and DNA analysis to show that this pheasant, previously thought critically endangered, is actually a naturally occurring hybrid between the Vietnamese pheasant Lophura hatinhensis and the subspecies annamensis of the silver pheasant L. nycthemera. A 2008 paper saw a return to white eye taxonomy with the formal description of the Togian white eye Zosterops somadikartai, an endemic species of the Togian Islands of Indonesia, which, unlike most of its relatives, lacks the white ring around the eye which give this group of birds its name. Pamela Rasmussen's interest in Asian birds led to her involvement in more specifically conservation directed projects. Two Gyps vultures, the Indian white rumped vulture, Gyps bengalensis, and the "long billed vulture" suffered a 99 percent population decrease in South Asia due to poisoning by diclofenac, a veterinary drug that causes kidney failure in birds that have eaten the carcasses of treated cattle. Rasmussen showed that there are two distinct species of long billed vulture: the Indian vulture G. indicus and slender billed vulture G. tenuirostris. This is important to conservation, since a captive breeding program has been established to assist the recovery of at risk vulture species.

Биоразнообразие

В 2005 году Расмуссен участвовала в крупном многоинституциональном сотрудничестве, изучавшем очаги биоразнообразия, играющие важную роль в природоохранной деятельности. В рамках исследования локации были количественно оценены по трем критериям разнообразия птиц – богатству видов, уровню угрозы и числу эндемичных видов. Результаты показали, что очаги не демонстрируют одинакового географического распределения по каждому фактору. Лишь 2,5% площади очагов соответствуют всем трем аспектам разнообразия, при этом более 80% очагов характеризуются только одним критерием. Каждый критерий объяснял менее 24% вариации других факторов, что указывает на то, что даже в пределах одного таксономического класса различные механизмы ответственны за происхождение и поддержание различных аспектов разнообразия. Следовательно, различные типы очагов также значительно различаются по своей эффективности в качестве инструментов охраны природы. Недавние работы Расмуссен сосредоточены на дальнейшем крупномасштабном сотрудничестве с той же группой учреждений, изучающих глобальные закономерности биоразнообразия. Исследование богатства видов и размера географического ареала не выявило ожидаемого ранее уменьшения размера ареала от умеренных широт к тропикам; хотя эта закономерность в значительной степени справедлива для Северного полушария, она не наблюдается в Южном полушарии. Исследования, оценивающие связь между вымиранием и антропогенным воздействием, показали, что после учета богатства видов, лучшими предикторами глобальной картины риска вымирания являются показатели антропогенного воздействия, в то время как экологические факторы играют второстепенную роль. Анализ распространения редких и находящихся под угрозой видов позвоночных выявил различные закономерности для птиц, млекопитающих и амфибий, что имеет последствия для стратегий охраны природы, основанных на очагах биоразнообразия. Другие исследования, проведенные Расмуссен и ее международными коллегами, рассматривали важность доступности энергии, а статья 2007 года показала, что глобальные закономерности пространственной смены видов обусловлены главным образом широко распространенными, а не ограниченными видами. Это дополняет другие работы и способствует установлению единой модели, объясняющей вариации наземного биоразнообразия как внутри, так и между основными массивами суши Земли.

In 2005, Rasmussen was part of a large multi institutional collaboration investigating biodiversity hotspots, which have a prominent role in conservation. The study assessed locations quantitatively for three criteria of bird diversity – species richness, the level of threat, and the number of endemic species. The results demonstrated that hotspots did not show the same geographical distribution for each factor. Only 2.5% of hotspot areas are common to all three aspects of diversity, with over 80% of hotspots registering on only one criterion. Each criterion explained less than 24% of the variation in the other factors, suggesting that even within a single taxonomic class, different mechanisms are responsible for the origin and maintenance of various aspects of diversity. Consequently, the different types of hotspots also vary greatly in their utility as conservation tools. Rasmussen's recent work has concentrated on further large scale collaborations with the same group of institutions studying global patterns in biodiversity. A survey of species richness and geographical range size did not show the decrease in range size from temperate regions to the tropics that had been previously assumed; although that pattern was largely true in the northern hemisphere, it did not appear to apply in the southern hemisphere. Research evaluating the relationship between extinction and human impact showed that, after controlling for species richness, the best predictors of the global pattern of extinction risk are measures of human impact, with ecological factors being of secondary importance. An examination of the distribution of rare and threatened vertebrate species, showed differing patterns for bird, mammal and amphibian species, which has consequences for hotspot based conservation strategies. Other studies by Rasmussen and her international colleagues looked at the importance of energy availability, and a 2007 paper showed that global patterns of spatial turnover are driven principally by widespread species rather than restricted ones. This complements other work, and helps to establish a unified model of how terrestrial biodiversity varies both within and between the Earth's major land masses.

Палеоорнитология

На месте ископаемых в карьере вблизи Чесволда, штат Делавэр, образованном при строительстве шоссе, было обнаружено 11 фрагментарных и не связанных между собой образцов ископаемых птиц. Расмуссен идентифицировал их как останки небольшого гагара, чайки, похожей на малую, и пять образцов морской птицы, предположительно Morus loxostylus – распространенного вида в миоцене. Все эти формы уже были известны по находкам в Чесапикском заливе, штат Мэриленд. Эти находки позволяют предположить, что территория Делавэра в то время представляла собой прибрежную зону обширной бухты. Расмуссен также принимал участие в изучении ископаемых птиц из миоценовых и плиоценовых отложений Северной Каролины. Среди находок были раннемиоценовый гагар Colymboides minutus, различные виды уток, гребенчатый крачок, очень похожий на современного королевского крачка Sterna maxima, и представитель рода врановых – одна из немногих ископаемых воробьинообразных птиц того периода. В ходе исследования было установлено, что ископаемые птицы этого периода в целом очень близки к современным видам или родам, а те, которые отличаются, обычно можно с достаточной уверенностью отнести к современным семействам.

Птицы Южной Азии

В 1992 году Расмуссен занял должность помощника С. Диллона Рипли, бывшего секретаря Смитсоновского института, который планировал создать авторитетный справочник по птицам Южной Азии. Когда Рипли вскоре после начала проекта заболел, Расмуссен возглавил работу и совместно с художником Джоном С. Андертоном выпустил «Птицы Южной Азии: Руководство Рипли» – двухтомный определитель птиц для Индийского субконтинента, ставший первым полевым справочником в этом регионе, включающим сонограммы. Том 1 содержит полевой определитель с более чем 3400 иллюстрациями на 180 таблицах и более чем 1450 цветными картами. Том 2 («Характеристики и статус») содержит измерения экземпляров, данные об идентификации, статусе, распространении и повадках. Описания вокализаций основаны на записях, представлено более 1000 сонограмм. В справочнике охвачено 1508 видов птиц, встречающихся в Индии, Бангладеш, Пакистане, Непале, Бутане, Мальдивах, архипелаге Чагос и Афганистане, включая 85 гипотетических и 67 видов, обозначенных как «возможные», о которых представлена лишь краткая информация. Отличительными особенностями «Птиц Южной Азии» являются обоснованность данных о распространении – авторы почти полностью опирались на музейные экземпляры при составлении информации о распространении – и таксономический подход, предполагающий значительное количество разделений на видовом уровне. Географический охват справочника также был шире, чем у более ранних работ, особенно в части включения Афганистана. Несмотря на то, что обзоры в орнитологической и птицеводческой прессе часто были положительными, имелись и критические замечания. Питер Кеннерли, автор и эксперт по азиатским птицам, считал, что некоторые иллюстрации слишком малы, кричащие или технически неточные. Он также полагает, что чрезмерная опора на порой очень старые музейные экземпляры и игнорирование большого количества данных наблюдений, собранных любителями-орнитологами, – ошибка, и утверждает, что многие таксономические решения кажутся случайными и не подтверждены опубликованными исследованиями. Помимо фальсификации Майнерцхагена, о которой говорится в следующем разделе, и смерти С. Диллона Рипли, другие проблемы при создании «Птиц Южной Азии» включали потерю основной базы данных карт во время поездки в Бирму и плохо подготовленные шкурки экземпляров. Также возникали трудности с согласованием источников, задержки в создании иллюстраций и карт, а также с получением достоверных данных для труднодоступных регионов, таких как Ассам, Аруначал-Прадеш, Бангладеш и Афганистан. Острова Андаман и Никобар также представляли серьезные проблемы в отношении статуса и таксономии их авифауны.

In 1992, Rasmussen took the position of assistant to S. Dillon Ripley, the former secretary of the Smithsonian, who was planning to produce a definitive guide to the birds of South Asia. When he became ill shortly after beginning the project, Rasmussen took over the project, and with artist John C. Anderton, produced Birds of South Asia: The Ripley Guide, a two volume bird guide for the Indian subcontinent which was the first field guide for the area to include sonograms. Volume 1 contains the field guide with over 3400 illustrations in 180 plates, and more than 1450 colour maps. Volume 2 (Attributes and Status) gives specimen measurements, data about identification, status, distribution and habits. Vocalizations are described from recordings, and there are over 1000 sonograms. 1508 species that have occurred in India, Bangladesh, Pakistan, Nepal, Bhutan, Maldives, the Chagos archipelago and Afghanistan are covered, including 85 hypothetical and 67 'possible' species, which are given only short accounts. Notable aspects of Birds of South Asia are its distribution evidence base – the book's authors based their distributional information almost completely on museum specimens – and its taxonomic approach, involving a large number of species level splits. Its geographical range was also greater than that of older works, notably in the inclusion of Afghanistan. Although reviews in the birding and ornithological press have often been favourable, there have been criticisms. Peter Kennerley, author and Asian bird expert, considered that some of the illustrations are small and garish or technically inaccurate. He also believes that the over reliance on sometimes very old museum specimens and dismissal of the wealth of observational data filed by amateur travelling birders is a mistake, and states that many of the taxonomic decisions appear to be random choices, unsupported by published research. Apart from the Meinertzhagen fraud, which is discussed in the next section, and the death of S. Dillon Ripley, other problems in the production of Birds of South Asia included the loss of the main map database during a trip to Burma, and poorly prepared specimen skins. There were also difficulties reconciling sources, delays in producing illustrations and maps, and in obtaining reliable data for "difficult" areas like Assam, Arunachal Pradesh, Bangladesh and Afghanistan. The Andaman and Nicobar Islands also presented serious challenges with regard to the status and taxonomy of their avifaunas.

Майнерцхаген мошенничество

[[Файл:Hill Blue Flycatcher (Cyornis whitei), Фрейзерс Хилл, Малайзия. ogv|thumb|Горный синий мухолов (ранее крупный синий мухолов), вид, фигурирующий в ложных записях Мейнертцхагена.

При исследовании для книги «Птицы Южной Азии» Расмуссен изучила десятки тысяч образцов птиц, поскольку покойный С. Диллон Рипли настоятельно рекомендовал использовать музейные образцы для определения, каких птиц следует включить. Вместе с Робертом Прайсом Джонсом из Музея естественной истории она показала, что многолетний обман Мейнертцхагена был гораздо масштабнее, чем предполагалось изначально. Многие из 20 000 образцов птиц в его коллекции были перемаркированы с указанием неверного места сбора, а иногда и перемонтированы. Ложная документация задержала повторное открытие лесной совы, поскольку предыдущие поиски основывались на сфабрикованных записях Мейнертцхагена. Успешная экспедиция Расмуссен проигнорировала эти записи и искала в районах, определенных сохранившимися подлинными образцами. Мейнертцхаген был отстранен от работы в орнитологическом отделе Музея естественной истории на 18 месяцев за несанкционированное изъятие образцов, и подозрения в краже образцов и библиотечных материалов фиксировались сотрудниками более 30 лет, дважды доходя до стадии возбуждения уголовного дела. (впоследствии рассматривался как подвид C. banyumas).

Выставки

MSUM регулярно проводит выставки; среди них проекты Расмуссена, такие как "Земля пернатых драконов: Китай и происхождение птиц" в 2015 году, "Они пролетели как облако: пассажирский голубь и вымирание" в 2014 году, "Эхо тихой весны: 50 лет экологического сознания" (в честь 50-летия публикации книги "Тихая весна" в 2012 году), "Эволюция: птицы в развитии эволюционных теорий Дарвина" в 2010 году и "Птицы Южной Азии: история и загадки" в 2003–2004 годах. Последняя также экспонировалась в интерпретационном центре дикой природы Детройтского зоопарка в 2005–2006 годах.