Введение

Медный змей в Торе

В библейских Книгах Царств (2 Царств 18:4; написанной около 550 г. до н.э.) Нехуштан (/n//@//'//h//U//S//t//@//n/; Nəḥuštān) – это бронзовое изображение змея на шесте. Это изображение описано в Книге Чисел, где Яхве повелел Моисею воздвигнуть его, чтобы израильтяне, взглянув на него, исцелились и были защищены от смерти от укусов "огненных змей", которых Яхве послал в наказание за их ропот против Него и Моисея.
Согласно Книге Царств, царь Езекия провел иконоборческую реформу, которая включала уничтожение "медного змея, который сделал Моисей, ибо до тех пор сыны Израилевы кадили ему; и он был назван Нехуштаном".

Этимология

Термин — это имя собственное, происходящее от слова, означающего «змея» или «латунь», и таким образом переводится как «Великий Змей» или «Великая Латунь».

Альтернативные переводы

В «Стандартном переводе Библии» и в большинстве современных английских переводов змей описывается как сделанный из «бронзы», в то время как в «Библии короля Иакова» и ряде других переводов говорится «латунь». Во 2 Царств 18:4 в «Библии короля Иакова» используется термин «латунный». В издании «Дуэ Реймс» 1899 года встречается «латунный». Юджин Х. Петерсон в своем переводе Библии «Послание» (2002) использовал выражение «змея из раскаленного металла».

Змеиный образ

Культы змей были широко распространены в Ханаане в бронзовом веке: археологи обнаружили предметы змеиного культа в слоях бронзового века в нескольких доизраильских городах Ханаана: два в Мегиддо, один в Гезере, один в Кодеш ха-Кодашим (Святая святых) храма в районе H в Хазоре и два в Сихеме. Культовые изображения змей не ограничивались Ханааном и встречались в соседних регионах, включая вавилонский храм Эсагила, где по обе стороны от каждого входа в храм возводились пары бронзовых змей. По мнению Лоуэлла К. Хэнди, Нехуштан мог быть символом второстепенного божества, исцеляющего от укусов змей, в Храме.

Новый Завет

В Евангелии от Иоанна Иисус проводит сравнение между возвышением Сына Человеческого и действием Моисея, вознесшего змея, чтобы исцелить людей. Иисус говорит: "И как Моисей вознес змея в пустыне, так и Сыну Человеческому должно быть вознесено". Чарльз Сперджон произнес знаменитую проповедь о "Тайнах Медного Змея" и этом отрывке из Евангелия от Иоанна в 1857 году.

Книга Мормона

В Книге Мормона об этом событии упоминают два пророка. Первый – пророк Нефий, сын Лехия, в общем наставлении, а второй – много лет спустя, пророк Алма. Нефий говорит народу, что многие израильтяне погибли из-за простоты и веры, которые требовались, то есть: «и труд, который им предстояло совершить, заключался в том, чтобы смотреть; и из-за простоты этого пути, или его легкости, многие погибли». В более позднем повествовании Алма говорит жителям Антионии, что многие израильтяне умерли, потому что не имели веры, чтобы взглянуть на медного змея. Затем он уподобляет медного змея прообразу Христа и призывает людей взирать на Христа и жить духовно.

Раввинская литература

Поскольку змей в Талмуде символизирует такие пороки, как пересуды и клевета (Бытие 3:4-5), Мидраш видит в язве огненных змей наказание за грехи, совершенные посредством злословия (Числа 21:5). Бог сказал: «Пусть змей, который первым согрешил, используя ‘злой язык’, накажет тех, кто виновен в том же грехе и не извлек урока из его примера». Одной из причин этого недовольства была неудовлетворенность манной. В то время как манна, как говорится, приобретала любой вкус, желаемый едящим ее (Шемот Рабба 25:3), для змея все имело вкус пыли, в соответствии со словами: «И пыль ты будешь есть все дни жизни твоей» (Бытие 3:14). Поэтому было вполне закономерно, что те, кто презирал пищу, дарующую любой вкус, были наказаны посредством существа, для которого все имеет один и тот же вкус (Тан., изд. Бубера, Хуккат, xlv. [337]; Мидраш Р. Чис. XIX. 22). Мишна не понимает буквально слова «Каждый, кого укусила змея, должен смотреть на змея и жить», но толкует их символически. Люди должны взирать на Бога небесного, ибо не змей дарует жизнь и не лишает ее, а Бог (Мишна Р.Х. 3:8, Вавилонский Талмуд Р.Х. 29а). Однако со временем люди утратили понимание символического значения и стали считать самого змея источником целительной силы, превратив его в объект поклонения, что побудило Езекию уничтожить его (2 Царств 18:4; см. также Бер. 10а). Вопрос, который волновал Генриха Эвальда («История народа Израиля», III. 669, примечание 5) и других, – «Где находился медный змей до времени Езекии?» – также занимал талмудистов. Они ответили на него просто: Аса и Иосафат, уничтожая идолов, намеренно оставили медного змея, чтобы Езекия также мог совершить достойное дело, разрушив его (Хул. 6b).

Спорные истоки

Ученый Ветхого Завета Х. Х. Роули предположил, что Нехуштан, каким он был известен во время правления Езекии, не имел корней в традиции Яхве, несмотря на то, что во время его уничтожения он считался символом Яхве. Вместо этого Роули высказал теорию, что бронзовый змей, уничтоженный царем Езекией, был священным доизраильским символом змеиного культа, связанным с ханаанским богом, и был воспринят израильтянами после заселения Иерусалима. В. В. Г. Бодиссин также полагал, что ханаанский бронзовый змей был адаптирован израильтянами в период между 850 и 750 гг. до н.э. после их поселения в Иерусалиме. Египтолог Х. Р. Холл поддерживает теорию о том, что Нехуштан, уничтоженный Езекией, не был связан с Яхве, но Холл альтернативно предполагает, что это был древний змеиный образ, привезенный из Египта предками израильтян. Эту теорию подтверждает общепринятая египетская практика использования изображения змея для защиты от змеиных укусов, как форма симпатической магии. Рассуждая о том, что медный змей существовал в Иерусалиме до прихода израильтян, Роули утверждает, что нет никаких упоминаний о Нехуштане до правления Езекии, за исключением истории о бронзовом змее из Книги Чисел, 21 глава. Роули утверждает, что если бы Нехуштан был принесен в Иерусалим когда-либо как подлинная реликвия, то было бы задокументировано его прибытие или перемещение. В своем аргументе Роули также отмечает, что прибытие священного жезла Моисея было бы публичным зрелищем с торжественной процессией, которая была бы хорошо задокументирована. Вместо этого он предполагает, что бронзовый змей стал ассоциироваться с Нехуштаном в результате процесса религиозного синкретизма, ссылаясь на постепенное слияние ханаанских и израильских верований и обычаев. Он предположил, что символы, представляющие обе религии, могли быть установлены бок о бок в святилище или общественном месте в качестве политического маневра после заселения израильтян. Ученый-гебраист и исследователь Ветхого Завета Р. Х. Кеннетт предположил, что Медный Змей был изготовлен Моисеем, и что Ковчег был создан специально для хранения бронзового змея, несмотря на отсутствие каких-либо известных письменных упоминаний о содержимом Ковчега. Кеннет также предположил, что если Нехуштан действительно относится ко времени Моисея, то он либо хранился священниками после бегства в Ноб из Силома, либо сопровождал Ковчег, когда его унесли филистимляне. Это не получило широкого признания из-за отсутствия какой-либо известной традиции или связи между Змеем и Ковчегом.

В искусстве

На горе Нево в Иордании находится монумент «Медный змей», созданный итальянским художником Джованни Фантони. Подобно этому, на потолке Сикстинской капеллы Микеланджело изобразил фреску об избавлении израильтян от нашествия змей посредством создания медного змея.