Введение
Бартоломе де лас Касас (исп. Bartolomé de las Casas, OP; 11 ноября 1484 – 18 июля 1566) – испанский священник, писатель и активист, наиболее известный своей работой как историк и социальный реформатор. Он прибыл на Эспаньолу как мирянин, а затем стал доминиканским монахом. Он был назначен первым резидентом-епископом Чиапаса и первым официально назначенным «Защитником индейцев». Его обширные труды, наиболее известные из которых – «Краткий отчёт о разрушении Индий» и «История Индий», описывают первые десятилетия колонизации Вест-Индии. Он задокументировал зверства, совершённые колонизаторами против коренного населения. Прибыв одним из первых испанских поселенцев в Америку, Лас Касас изначально принимал участие, но впоследствии почувствовал себя обязанным выступать против злоупотреблений, совершаемых европейскими колонистами по отношению к коренным народам Америки. В результате, в 1515 году он отказался от своих индейских рабов и системы энкоменд, а затем выступал перед Карлом V в защиту прав коренного населения. В своих ранних работах он выступал за использование африканских рабов вместо коренных жителей в колониях Вест-Индии, но делал это, не зная о «жестоких и несправедливых войнах», которые португальцы вели во имя распространения веры. Позже он отказался от этой позиции, считая обе формы рабства одинаково предосудительными. В 1522 году он попытался основать новый тип мирной колонии на побережье Венесуэлы, но эта попытка не увенчалась успехом. Лас Касас вступил в Доминиканский орден и стал монахом, оставив общественную жизнь на десять лет. Он отправился в Центральную Америку, где служил миссионером среди майя в Гватемале и участвовал в дебатах среди колониальных церковнослужителей о наилучшем способе обращения коренного населения в христианскую веру. Вернувшись в Испанию для набора новых миссионеров, он продолжал добиваться отмены системы энкоменд, добившись важной победы с принятием Новых законов в 1542 году. Он был назначен епископом Чиапаса, но служил лишь короткое время, прежде чем был вынужден вернуться в Испанию из-за сопротивления энкомендерос Новым законам и конфликтов с испанскими поселенцами из-за его проиндейской политики и активной религиозной позиции. Он оставался при испанском дворе до конца своей жизни, оказывая значительное влияние на вопросы, связанные с Индиями. В 1550 году он участвовал в Вальядолидском диспуте, в котором Хуан Хинес де Сепульведа утверждал, что индейцы неполноценны и нуждаются в испанских хозяевах для цивилизации. Лас Касас настаивал на том, что они являются полноценными людьми, и насильственное подчинение их недопустимо. Бартоломе де лас Касас посвятил 50 лет своей жизни активной борьбе с рабством и колониальным насилием над коренными народами, особенно пытаясь убедить испанский двор принять более гуманную политику колонизации. В отличие от некоторых других священников, стремившихся уничтожить книги и письменность коренных народов, он решительно выступал против этого. Хотя ему не удалось полностью изменить испанское отношение к колонизации, его усилия привели к улучшению правового статуса коренного населения и к усилению внимания к этическим вопросам колониализма.
Bartolomé de las Casas, OP (/us//l//ɑː//s// /'/k//ɑː//s//ə//s/ lahss KAHsəss; baɾtoloˈme ðe las ˈkasas; 11 November 1484 – 18 July 1566) was a Spanish clergyman, writer, and activist best known for his work as a historian and social reformer. He arrived in Hispaniola as a layman, then became a Dominican friar. He was appointed as the first resident Bishop of Chiapas, and the first officially appointed "Protector of the Indians". His extensive writings, the most famous being A Short Account of the Destruction of the Indies and Historia de Las Indias, chronicle the first decades of colonization of the West Indies. He described the atrocities committed by the colonizers against the indigenous peoples. Arriving as one of the first Spanish settlers in the Americas, Las Casas initially participated in, but eventually felt compelled to oppose, the abuses committed by European colonists against the indigenous peoples of the Americas. As a result, in 1515 he gave up his Native American slaves and encomienda, and he then advocated, before Charles V, on behalf of rights for the natives. In his early writings, he advocated the use of African slaves instead of Natives in the West Indian colonies but did so without knowing that the Portuguese were carrying out "brutal and unjust wars in the name of spreading the faith". Later in life, he retracted this position, as he regarded both forms of slavery as equally wrong. In 1522, he tried to launch a new kind of peaceful colonialism on the coast of Venezuela, but this venture failed. Las Casas entered the Dominican Order and became a friar, leaving public life for a decade. He traveled to Central America, acting as a missionary among the Maya of Guatemala and participating in debates among colonial churchmen about how best to bring the natives to the Christian faith. Travelling back to Spain to recruit more missionaries, he continued lobbying for the abolition of the encomienda, gaining an important victory by the passage of the New Laws in 1542. He was appointed Bishop of Chiapas, but served only for a short time before he was forced to return to Spain because of resistance to the New Laws by the encomenderos, and conflicts with Spanish settlers because of his pro Indian policies and activist religious stance. He served in the Spanish court for the remainder of his life; there he held great influence over Indies related issues. In 1550, he participated in the Valladolid debate, in which Juan Ginés de Sepúlveda argued that the Indians were less than human, and required Spanish masters to become civilized. Las Casas maintained that they were fully human, and that forcefully subjugating them was unjustifiable. Bartolomé de las Casas spent 50 years of his life actively fighting slavery and the colonial abuse of indigenous peoples, especially by trying to convince the Spanish court to adopt a more humane policy of colonization. Unlike some other priests who sought to destroy the indigenous peoples' native books and writings, he strictly opposed this action. Although he did not completely succeed in changing Spanish views on colonization, his efforts did result in improvement of the legal status of the natives, and in an increased colonial focus on the ethics of colonialism.
История и прибытие в Новый Свет
Бартоломе де лас Касас родился в Севилье 11 ноября 1484 года. На протяжении веков считалось, что дата его рождения – 1474 год; однако в 1970-х годах исследователи, работавшие в архивах, доказали ошибочность этого утверждения, обнаружив в Archivo General de Indias записи о судебном процессе, который показал, что он родился на десять лет позже, чем предполагалось. Последующие биографы и авторы в целом приняли и отразили этот пересмотр. Его отец, Педро де лас Касас, купец, происходил из одной из семей, мигрировавших из Франции для основания христианской Севильи; его семья также писала фамилию Casaus. По словам одного из биографов, его семья имела корни в среде конверсо, хотя другие считают их древними христианами, эмигрировавшими из Франции. Первая встреча Лас Касаса с коренными народами произошла еще до его отплытия в Америку. В своей "Historia general de las Indias" он описывает возвращение Христофора Колумба в Севилью в 1493 году. Лас Касас записал, что видел "семь индейцев" в свите Христофора Колумба, выставленных для обозрения в окрестностях церкви Сан-Николас-де-Бари, вместе с "красивыми зелеными попугаями яркой окраски" и предметами индейского быта. Педро де лас Касас, отец Бартоломе, отправился во вторую экспедицию Христофора Колумба. По возвращении в 1499 году Педро де лас Касас привёз сыну "молодого индейца". Три года спустя, в 1502 году, Лас Касас вместе с отцом эмигрировал на остров Эспаньола в составе экспедиции Николаса де Овандо. Лас Касас стал хасиендадо и рабовладельцем, получив земельный участок в провинции Сибао. Он участвовал в набегах на рабов и военных экспедициях против коренного населения таино на Эспаньоле. В 1506 году он вернулся в Испанию и завершил обучение каноническому праву в Саламанке. В том же году он был рукоположен в сан диакона, а затем отправился в Рим, где в 1507 году был рукоположен в священники. В сентябре 1510 года в Санто-Доминго прибыла группа доминиканских монахов во главе с Педро де Кордовой; потрясенные несправедливостью, которую они наблюдали по отношению к индейцам со стороны рабовладельцев, они решили отказать рабовладельцам в исповеди. Лас Касас был среди тех, кому отказали в исповеди по этой причине. В декабре 1511 года доминиканский проповедник Фрай Антонио де Монтесинос произнес пламенную проповедь, в которой обвинил колонистов в геноциде коренного населения. По преданию, он говорил следующее: "Скажите мне, на каком основании справедливости вы держите этих индейцев в таком жестоком и ужасном рабстве? Каким правом вы развязали такие отвратительные войны против этих людей, которые спокойно и мирно жили на своей земле? Войны, в которых вы уничтожили бесчисленное множество из них посредством убийств и резни, подобных которым мир еще не видел. Почему вы держите их в таком угнетении и изнурении, не давая им достаточно пищи и не исцеляя от болезней, вызванных чрезмерным трудом, который вы им возлагаете, и они умирают, вернее, вы убиваете их, чтобы день за днем добывать и приобретать золото?"
Завоевание Кубы и перемена сердца
В 1513 году, будучи капелланом, Лас Касас участвовал в завоевании Кубы Диего Веласкесом де Куэльяром и Панфило де Нарваэсом. Он принимал участие в кампаниях в Байамо и Камагуэе, а также в резне в Хатуэе. Он стал свидетелем многочисленных зверств, совершаемых испанцами против коренных народов сибони и гуанахатабей. Позже он писал: "Здесь я видел жестокость, подобной которой ни одно живое существо не видело и не ожидает увидеть". При поддержке Педро де Кордобы и в сопровождении Антонио де Монтесиноса он отправился в Испанию в сентябре 1515 года и прибыл в Севилью в ноябре.
Лас-Касас и король Фердинанд
Лас Касас прибыл в Испанию с планом убедить короля положить конец системе энкомендаций. Это оказалось сложнее, чем предполагалось, поскольку большинство влиятельных людей были сами энкомендерос или иным образом извлекали выгоду из притока богатств из Индий. Зимой 1515 года король Фердинанд заболел в Пласенсии, но Лас Касасу удалось получить от архиепископа Севильи Диего де Десы рекомендательное письмо к королю. В канун Рождества 1515 года Лас Касас встретился с монархом и обсудил с ним ситуацию в Индиях; король согласился выслушать его более подробно в удобное время. Ожидая аудиенции, Лас Касас подготовил доклад, который представил епископу Бургоса Хуану Родригесу де Фонсеке и секретарю Лопе Кончильосу, которые несли полную ответственность за королевскую политику в отношении Индий; оба были энкомендерос. Их рассказ не произвел на них впечатления, и Лас Касасу пришлось искать другие пути к переменам. Он возлагал надежды на предстоящую аудиенцию с королем, но она так и не состоялась, поскольку король Фердинанд умер 25 января 1516 года. Регентство Кастилии перешло к Хименесу Сиснеросу и Адриану Утрехтскому, которые были опекунами несовершеннолетнего принца Карла. Лас Касас намеревался встретиться с принцем Карлом, проживавшим во Фландрии, но по пути в Мадрид он передал регентам письменный отчет о ситуации в Индиях и предлагаемых им решениях. Так появился его "Memorial de Remedios para las Indias" 1516 года. В этой ранней работе Лас Касас выступал за ввоз африканских рабов, чтобы облегчить страдания индейцев, позицию, от которой он впоследствии отказался, став защитником африканцев в колониях. Это показывает, что первоочередной задачей Лас Касаса было не отменить рабство как институт, а прекратить физическое насилие и страдания индейцев. В соответствии с юридической и моральной доктриной того времени Лас Касас считал, что рабство может быть оправдано, если оно является результатом справедливой войны, и в то время он полагал, что порабощение африканцев было оправданным. Обеспокоенный описаниями Лас Касаса ситуации в Индиях, кардинал Сиснерос решил отправить группу монахов-иеронимитов для управления островами.
Защитник индейцев
Три монаха-иеронима, Луис де Фигероа, Бернардино де Мансанедо и Алонсо де Санто-Доминго, были избраны комиссарами для принятия на себя власти в Индиях. Лас Касас сыграл значительную роль в их выборе и составлении инструкций, определявших основы их нового правления, опираясь главным образом на мемориал Лас Касаса. Сам Лас Касас получил официальный титул Защитника индейцев и годовое жалованье в сто песо. На этой новой должности Лас Касас должен был выступать советником новых губернаторов по вопросам, касающимся индейцев, защищать интересы индейцев в суде и отправлять доклады в Испанию. Лас Касас и комиссары отправились в Санто-Доминго разными кораблями, и Лас Касас прибыл на две недели позже иеронимцев. За это время иеронимцы успели сформировать более прагматичный взгляд на ситуацию, чем тот, который отстаивал Лас Касас; их положение было шатким, поскольку каждый энкомендеро на островах яростно выступал против любых попыток ограничить использование труда коренного населения. В результате комиссары не смогли предпринять радикальных шагов для улучшения положения туземцев. Они отозвали некоторые энкоменды у испанцев, особенно у тех, кто жил в Испании, а не на самих островах; они даже лишили энкомьенды Фонсеку, епископа Бургоса. Они также провели расследование по индейскому вопросу, в ходе которого все энкомендеры утверждали, что индейцы совершенно не способны жить самостоятельно без их надзора. Лас Касас был разочарован и пришел в ярость. Когда он обвинил иеронимцев в соучастии в похищении индейцев, отношения между Лас Касасом и комиссарами окончательно испортились. Лас Касас стал ненавистным человеком для испанцев по всей Острове и вынужден был искать убежища в доминиканском монастыре. Доминиканцы первыми выступили с обвинениями против энкомендерос и продолжали обличать их, отказывая рабовладельцам в отпущении грехов и даже заявляя, что священники, принимающие их исповедь, совершают смертный грех. В мае 1517 года Лас Касас был вынужден вернуться в Испанию, чтобы донести до регента о провале иеронимских реформ. Только после отъезда Лас Касаса иеронимцы начали собирать индейцев в поселения, подобные тем, которые хотел Лас Касас.
Лас-Касас и император Карл V: схема колонизации крестьян
Когда он прибыл в Испанию, его бывший покровитель, регент и кардинал Хименес Сиснерос, был болен и измучен настойчивостью Лас-Касаса. Лас-Касас решил вместо этого обратиться к молодому королю Карлу I. Хименес умер 8 ноября, а молодой король прибыл в Вальядолид 25 ноября 1517 года. Лас-Касасу удалось заручиться поддержкой фламандских придворных короля, включая влиятельного канцлера Жана де ла Саваджа. Влияние Лас-Касаса обратило расположение двора против секретаря Кончиллоса и епископа Фонсеки. Саваж высоко отзывался о Лас-Касасе перед королем, который назначил Лас-Касаса и Саваджа разработать новый план реформирования системы управления Индиями. Лас-Касас предложил план, согласно которому система энкомьенды должна быть отменена, а индейцы объединены в самоуправляющиеся поселения, чтобы стать платящими налоги вассалами короля. Он также предположил, что нехватку рабочей силы, вызванную отменой труда индейцев для колонистов, можно компенсировать разрешением ввоза африканских рабов. Важной частью плана было внедрение нового типа устойчивой колонизации, и Лас-Касас выступал за поддержку миграции испанских крестьян в Индии, где они могли бы заниматься мелкомасштабным земледелием и сельским хозяйством – колонизацией, не основанной на истощении ресурсов и эксплуатации индейского труда. Лас-Касас работал над привлечением большого числа крестьян, желающих отправиться на острова, где им предоставлялись бы земли для обработки, денежные ссуды, а также инструменты и ресурсы, необходимые для обустройства. Набор был сложным, и в ходе этого процесса расстановка сил при дворе изменилась, когда канцлер Саваж, главный сторонник Лас-Касаса, неожиданно скончался. В итоге было отправлено гораздо меньше крестьянских семей, чем планировалось, и их снабдили недостаточным количеством провизии и не обеспечили никакой поддержки по прибытии. Те, кто выжил в путешествии, были встречены враждебно и вынуждены упорно трудиться, чтобы выжить в недружелюбных колониях. Лас-Касас был разбит трагическим исходом своей схемы переселения крестьян, которую, по его мнению, сорвали его враги. Вместо этого он решил заняться личным делом, не зависящим от поддержки других, и боролся за получение земельного гранта на американском материке, находившемся на самой ранней стадии колонизации.
Предприятие Кумана
Следуя предложению своего друга и наставника Педро де Кордобы, Лас Касас просил о выделении земли для основания поселения в Кумане, на севере Венесуэлы. Кумана была основана в 1515 году, там уже существовал небольшой францисканский монастырь, а в Чирибичи – доминиканский, однако монахов преследовали испанцы, совершавшие работоргоческие набеги с близлежащего острова Кубагуа. Чтобы добиться расположения короля, Лас Касасу пришлось включить в предложение перспективы прибыли для королевской казны. Он предложил укрепить северное побережье Венесуэлы, построить десять королевских фортов для защиты индейцев и организовать торговлю золотом и жемчугом. Все индейские рабы Нового Света должны были быть переселены в эти города и стать плательщиками дани королю. Чтобы получить разрешение, Лас Касасу пришлось вести долгий судебный процесс против епископа Фонсеки и его сторонников – Гонсало де Овьедо и епископа Квеведо из Тьерра-Фирме. Его поддерживали Диего Колумб и новый канцлер Гаттинара. Враги Лас Касаса клеветали на него перед королем, обвиняя в намерении бежать с деньгами в Геную или Рим. В 1520 году Лас Касас получил концессию, но она оказалась значительно меньше, чем он первоначально просил; ему также отказали в праве на добычу золота и жемчуга, что затруднило поиск инвесторов для предприятия. Лас Касас обязался обеспечивать 15 000 дукатов годового дохода, с увеличением до 60 000 через десять лет, и построить три христианских поселения, каждое с населением не менее 40 человек. Первым 50 акционерам в его проекте также были предоставлены некоторые привилегии. Король обещал не выдавать энкомьенды в районе, выделенном Лас Касасу. Однако найти пятьдесят человек, готовых инвестировать по 200 дукатов и отработать три года бесплатно, оказалось невозможным. В итоге Лас Касас отплыл в ноябре 1520 года лишь с небольшой группой крестьян, оплатив предприятие деньгами, одолженными у шурина. Прибыв в Пуэрто-Рико в январе 1521 года, он узнал о разграблении доминиканского монастыря в Чирибичи индейцами и о карательном походе, предпринятом испанцами с островов под предводительством Гонсало де Окампо в самое сердце территории, которую Лас Касас хотел колонизировать мирным путем. Индейцы были спровоцированы напасть на поселение монахов из-за постоянных работорговых набегов испанцев с Кубагуа. Когда корабли Окампо начали возвращаться с рабами с земли, предоставленной Лас Касасу, он отправился на Эспаньолу, чтобы пожаловаться Аудиенсии. После нескольких месяцев переговоров Лас Касас отплыл в одиночку; крестьяне, которых он привел, дезертировали, и он прибыл в свою колонию, уже разоренную испанцами. В течение последующих месяцев Лас Касас работал там в тяжелых условиях, постоянно подвергаясь преследованиям со стороны испанских жемчужников с острова Кубагуа, которые обменивали рабами на алкоголь с местными жителями. В начале 1522 года Лас Касас покинул поселение, чтобы пожаловаться властям. В его отсутствие коренные карибы напали на Куману, сожгли ее дотла и убили четырех его людей. В январе 1522 года он вернулся на Эспаньолу и узнал о резне. Ходили слухи, что он тоже погиб. Его противники использовали это событие как доказательство необходимости усмирения индейцев военными средствами.
Лас Касас как доминиканский монах
Сокрушённый, Лас Касас отреагировал, вступив в 1522 году в доминиканский монастырь Санта-Крус в Санто-Доминго в качестве послушника и, наконец, приняв в 1523 году священные обеты как доминиканский монах. Там он продолжил свои богословские изыскания, особенно увлекаясь томистской философией. Он руководил строительством монастыря в Пуэрто-Плате на северном побережье Эспаньолы, впоследствии служив приором монастыря. В 1527 году он начал работу над своей "Историей Индий", в которой описал многое из того, что видел своими глазами во время завоевания и колонизации Новой Испании. В 1531 году он написал письмо Гарсиа Манрике, графу Осорно, вновь протестуя против жестокого обращения с индейцами и выступая за возвращение к своему первоначальному плану реформ 1516 года. В 1531 году энкомендерос Эспаньолы подали жалобу, что Лас Касас снова обвиняет их в смертных грехах с амвона. В 1533 году он способствовал заключению мирного договора между испанцами и мятежной группой таино вождя Энрикильо. В 1534 году Лас Касас предпринял попытку отправиться в Перу, чтобы наблюдать первые этапы завоевания этого региона Франсиско Писарро. Его отряд дошёл до Панамы, но из-за неблагоприятной погоды пришлось вернуться в Никарагуа. Некоторое время он пробыл в доминиканском монастыре Гранады, где вскоре вступил в конфликт с Родриго де Контрерасом, губернатором Никарагуа, когда Лас Касас яростно выступил против экспедиций губернатора по захвату рабов. В 1536 году Лас Касас последовал за несколькими монахами в Гватемалу, где они начали готовиться к миссии среди индейцев майя. Они остались в монастыре, основанном несколько лет назад братом Доминго Бетансосом, и изучали язык киче с епископом Франсиско Маррокином, прежде чем отправиться во внутреннюю область, называемую Тузулутлан, "Земля войны", в 1537 году. Также в 1536 году, перед тем как отправиться в Тузулутлан, Лас Касас отправился в Оахаку, Мексика, чтобы принять участие в серии дискуссий и дебатов среди епископов доминиканского и францисканского орденов. У двух орденов были очень разные подходы к обращению индейцев. Францискане использовали метод массового обращения, иногда крестя за день многие тысячи индейцев. Этот метод поддерживали выдающиеся францисканцы, такие как Торибио де Бенавенте, известный как "Мотолиния", и Лас Касас нажил много врагов среди францисканцев, утверждая, что обращения, совершённые без достаточного понимания, недействительны. Лас Касас написал трактат под названием "De unico vocationis modo" (Об единственном пути обращения), основанный на миссионерских принципах, которые он использовал в Гватемале. Мотолиния позже стал яростным критиком Лас Касаса, обвиняя его в пустых разговорах и отсутствии действий в деле обращения индейцев. В результате споров между доминиканцами и францисканцами и под влиянием трактата Лас Касаса папа Павел III издал буллу "Sublimis Deus", в которой говорилось, что индейцы являются разумными существами и должны быть мирно обращены в веру как таковые. В 1537 году Лас Касас вернулся в Гватемалу, желая применить свой новый метод обращения, основанный на двух принципах: 1) проповедовать Евангелие всем людям и относиться к ним как к равным, и 2) утверждать, что обращение должно быть добровольным и основанным на знании и понимании веры. Для Лас Касаса было важно, чтобы этот метод был испытан без вмешательства светских колонистов, поэтому он выбрал территорию в самом сердце Гватемалы, где не было предыдущих колоний и где местные жители считались жестокими и воинственными. Поскольку завоевать эту землю военными средствами было невозможно, губернатор Гватемалы Алонсо де Мальдонадо согласился подписать контракт, в котором обещал, что если предприятие увенчается успехом, он не будет создавать в этом районе новых энкомендаций. Группа монахов Лас Касаса основала доминиканское присутствие в Рабинале, Сакапуласе и Кобане. Благодаря усилиям миссионеров Лас Касаса так называемая "Земля войны" стала называться "Верапас", "Истинный мир". Стратегия Лас Касаса заключалась в том, чтобы учить христианским песням индейских христиан-торговцев, которые затем отправлялись в этот район. Таким образом ему удалось обратить в свою веру нескольких местных вождей, в том числе вождей Атитлана и Чичикастенанго, и построить несколько церквей на территории под названием Альта-Верапас. Там собралась группа христианских индейцев в месте, где сейчас находится город Рабиналь. В 1538 году епископ Маррокин отозвал Лас Касаса из его миссии, желая, чтобы он отправился в Мексику, а затем в Испанию, чтобы найти больше доминиканцев для помощи в миссии. Лас Касас покинул Гватемалу и направился в Мексику, где пробыл более года, прежде чем отправиться в Испанию в 1540 году.
Новые законы
В Испании Лас Касас начал добиваться официальной поддержки для гватемальской миссии и сумел получить королевский указ, запрещающий светское вмешательство в Верапасе в течение следующих пяти лет. Он также проинформировал саламанкских теологов, во главе с Франсиско де Виторией, о массовом крещении, практикуемом францисканцами, что привело к вынесению постановления, осуждающего эту практику как кощунственную. Но помимо церковных дел, Лас Касас прибыл в Испанию и с собственной целью: продолжить борьбу против жестокого обращения колонистов с индейцами. Энкоменда, по сути, была отменена в 1523 году, но восстановлена в 1526 году, а в 1530 году королевский указ, запрещавший рабство, был отменен. По этой причине Бартоломе де лас Касас был вынужден вновь ходатайствовать за индейцев перед Карлом V, который к тому времени стал императором Священной Римской империи и перестал быть юношей. Он написал письмо с просьбой разрешить ему остаться в Испании на некоторое время, чтобы убедить императора в том, что обращение и колонизация наиболее эффективно достигаются мирными средствами. Когда слушания начались в 1542 году, Лас Касас представил описание зверств, совершенных против коренного населения Индий, которое позже, в 1552 году, было опубликовано под названием «Краткий отчёт о гибели Индий». Перед советом, состоящим из кардинала Гарсиа де Лоайса, графа Осорно, епископа Фуэнлеала и нескольких членов Совета Индий, Лас Касас утверждал, что единственным решением проблемы является изъятие всех индейцев из-под власти светских испанцев, отмена системы энкоменд и подчинение их непосредственно короне в качестве плательщиков королевской дани. 20 ноября 1542 года император подписал Новые законы, отменяющие энкоменды и отстраняющие некоторых чиновников от Совета Индий. Новые законы запрещали использовать индейцев в качестве носильщиков, за исключением случаев, когда не было доступного иного транспорта, запрещали захват индейцев в рабство и предусматривали постепенную отмену системы энкомьенд, при этом каждая энкоменда возвращалась короне после смерти её владельца. Кроме того, немногие выжившие индейцы на островах Испаньола, Куба, Пуэрто-Рико и Ямайка были освобождены от уплаты дани и любых требований личной службы. Однако реформы вызвали такую непопулярность в Новом Свете, что вспыхнули бунты и поступали угрозы жизни Лас Касасу. Вице-король Новой Испании, сам являвшийся энкомендеро, решил не применять законы на своей территории и вместо этого отправил делегацию в Испанию, чтобы выступить против законов от имени энкомендеро. Сам Лас Касас также остался недоволен законами, поскольку они были недостаточно радикальными, и система энкомьенд, согласно плану постепенной отмены, должна была функционировать ещё долгие годы. Он подготовил предложение о поправке, утверждая, что законы против рабства сформулированы таким образом, что подразумевают продолжение насильственных завоеваний, и вновь призвал к началу этапа мирной колонизации крестьянами, а не солдатами.
Епископ Чиапасский
Перед возвращением в Испанию Лас Касас был также назначен епископом Чиапаса, недавно учрежденной епархии, которую он принял в 1545 году по возвращении в Новый Свет. Он был рукоположен в доминиканской церкви Сан-Пабло 30 марта 1544 года. Поскольку архиепископ Лоайса крайне не одобрял Лас Касаса, церемонию возглавил племянник Лоайсы, Диего де Лоайса, епископ Модруша, в сослужении Педро Торреса, титулярного епископа Арбанума, и Кристобаля де Педрасы, епископа Комаягуа. Как епископ, Лас Касас часто вступал в конфликты с энкомендеро и светскими прихожанами своей епархии: среди землевладельцев был конкистадор Берналь Диас дель Кастильо. В пастырском послании, изданном 20 марта 1545 года, Лас Касас отказал в отпущении грехов рабовладельцам и энкомендеро даже на смертном одре, если только все их рабы не будут освобождены и их имущество им возвращено. Более того, Лас Касас пригрозил отлучением от церкви любому, кто плохо обращался бы с индейцами в пределах его юрисдикции. Он также столкнулся с конфликтом с епископом Гватемалы Франсиско Маррокином, к чьей юрисдикции ранее принадлежала эта епархия. К большому огорчению Лас Касаса, епископ Маррокин открыто выступил против Новых законов. Будучи епископом, Лас Касас был главным рукополагающим Антонио де Вальдивиесо, епископа Никарагуа (1544). На встрече, вероятно, после долгих размышлений и осознания того, что Новые законы потерпели неудачу в Мексике, Лас Касас представил умеренную точку зрения на проблемы исповеди и реституции имущества. Архиепископ Хуан де Зумаррага из Мексики и епископ Джулиан Гарсес из Пуэблы полностью согласились с его новой умеренной позицией, епископ Васко де Кирога из Мичоакана высказал незначительные замечания, а епископы Франсиско Маррокин из Гватемалы и Хуан Лопес де Зарате из Оахаки не возражали. Результатом стало новое решение, которое было представлено вице-королю Мендосе. Его последним актом в качестве епископа Чиапаса было написание конфиссионала – руководства по совершению таинства исповеди в его епархии, в котором он по-прежнему отказывал в отпущении грехов нераскаявшимся энкомендеро. Лас Касас назначил викария для своей епархии и отправился в Европу в декабре 1546 года, прибыв в Лиссабон в апреле 1547 года и в Испанию в ноябре 1547 года.
Дебаты в Вальядолиде
Лас Касас вернулся в Испанию, оставив позади множество конфликтов и нерешенных вопросов. По прибытии в Испанию он столкнулся с обрушившимся на него потоком обвинений, многие из которых основывались на его «Конфессионарии» и ее 12 правилах, которые многие его противники считали по сути отрицанием легитимности испанского правления в колониях, а значит, формой предательства. Корона, например, получила пятую часть огромного числа рабов, захваченных в недавней войне Микстон, и поэтому не могла быть признана безупречной с точки зрения строгих правил Лас Касаса. В 1548 году корона постановила сжечь все экземпляры «Конфессионарии» Лас Касаса, и его францисканский оппонент Мотолиния выполнил это предписание и отправил отчет в Испанию. Лас Касас защищался, написав два трактата о «Справедливом титуле», утверждая, что единственным законным основанием для претензий испанцев на владения в Новом Свете было мирное распространение веры. Любая война была незаконной и несправедливой, и только посредством папского мандата на мирное обращение язычников в христианство можно было получить «справедливые титулы». В рамках своей защиты, сочетающей оборону с наступлением, Лас Касасу пришлось спорить с Хуаном Хинесом де Сепульведой. Сепульведа, доктор теологии и права, в своей книге «Демократский строй, или Новый демократ, или о справедливых причинах войны против индейцев» утверждал, что некоторые коренные народы не способны к самоуправлению и должны быть силой умиротворены. Теологи Саламанки и Алкалы сочли книгу непригодной для публикации из-за содержащейся в ней сомнительной доктрины, но сторонники системы энкоменд использовали Сепульведу в качестве своего интеллектуального лидера. Для разрешения возникших вопросов был организован официальный диспут, известный как Вальядолидский диспут, который состоялся в 1550–1551 годах, в ходе которого Сепульведа и Лас Касас представили свои аргументы перед советом юристов и теологов. Сначала Сепульведа зачитал выводы своего труда, а затем совет выслушал контраргументы Лас Касаса в форме «Апологии». Сепульведа утверждал, что порабощение некоторых индейцев оправдано их грехами против естественного закона; что их низкий уровень цивилизации требует цивилизованных правителей для поддержания социального порядка; что их следует обратить в христианство, а это, в свою очередь, требует их умиротворения; и что только испанцы могут защитить слабых индейцев от злоупотреблений со стороны более сильных. Лас Касас возразил, что Писание не поддерживает войну против всех язычников, а только против определенных ханаанских племен; что индейцы вовсе не нецивилизованны и не лишены социального порядка; что мирная миссия – единственный истинный способ обращения туземцев; и, наконец, что страдания некоторых слабых индейцев от рук более сильных предпочтительнее страданиям всех индейцев от рук испанцев. Судья, фра́й Доминго де Сото, обобщил аргументы. Сепульведа ответил на аргументы Лас Касаса двенадцатью опровержениями, на которые Лас Касас вновь ответил. Судьи затем несколько месяцев обсуждали представленные аргументы, прежде чем вынести вердикт. Вердикт был неоднозначным, и оба участника диспута заявили о своей победе. Аргументы Сепульведы способствовали политике «войны огнем и кровью», которую Третий мексиканский провинциальный совет реализовал в 1585 году во время войны с чичимеками. По словам Льюиса Ханке, хотя Сепульведа стал героем конкистадоров, его успех был недолгим, и его труды больше не издавались в Испании при его жизни. Идеи Лас Касаса оказали более длительное влияние на решения короля Филиппа II, а также на историю и права человека. Критика Лас Касасом системы энкоменд способствовала ее замене на редукции. Его свидетельства о мирном характере коренных американцев также поощряли ненасильственную политику в отношении обращения индейцев в христианство в Новой Испании и Перу. Это также помогло убедить больше миссионеров отправиться в Америку для изучения коренных народов, таких как Бернардино де Саагун, который выучил местные языки, чтобы узнать больше об их культуре и цивилизации. Влияние доктрины Лас Касаса также было ограничено. В 1550 году король приказал прекратить завоевания, поскольку Вальядолидский диспут должен был решить, была ли война справедливой или нет. Приказам правительства едва ли подчинялись; конкистадоры, такие как Педро де Вальдивия, продолжали вести войну в Чили в первой половине 1550-х годов. Возобновление расширения испанских территорий в Новом Свете было разрешено в мае 1556 года, а через десятилетие Испания начала завоевание Филиппин. Он продолжал работать в качестве своего рода прокурора для коренных жителей Индий, многие из которых направляли к нему прошения с просьбой обратиться к императору от их имени. Иногда представители коренной знати даже излагали ему свои дела в Испании, например, нахуа́тский дворянин Франсиско Тенамастле из Ночистлана. Его влияние при дворе было настолько велико, что некоторые считали, что он имеет решающее слово при выборе членов Совета Индий. В 1552 году Лас Касас опубликовал «Краткий отчет о разрушении Индий». Эта книга, написанная десятилетие назад и направленная тогдашнему принцу Филиппу II Испанскому, содержала рассказы о злоупотреблениях, совершенных некоторыми испанцами против коренных американцев на ранних этапах колонизации. В 1555 году его старый францисканский оппонент Торибио де Бенавенте Мотолиния написал письмо, в котором охарактеризовал Лас Касаса как невежественного, высокомерного бунтовщика. Бенавенте возмущенно описал, как Лас Касас однажды отказал в крещении пожилому индейцу, который прошел много лье, чтобы получить его, только на том основании, что он не верил, что человек получил достаточного доктринального наставления. Это письмо, которое вновь подняло старый конфликт между двумя орденами относительно требований к таинству крещения, было направлено на то, чтобы дискредитировать Лас Касаса. Однако это не удалось. Одно из дел, которому он посвятил много усилий, касалось политической ситуации в вице-королевстве Перу. В Перу борьба за власть между конкистадорами и вице-королем переросла в открытую гражданскую войну, в которой конкистадоры во главе с Гонсало Писарро восстали против Новых законов и в 1546 году победили и казнили вице-короля Бласко Нуньеса Вела. Император послал Педро де ла Гаску, друга Лас Касаса, чтобы восстановить законность, и тот, в свою очередь, победил Писарро. Чтобы стабилизировать политическую ситуацию, энкомендерос начали добиваться не только отмены Новых законов, но и превращения энкоменд в наследственное владение энкомендерос – наихудшего возможного исхода с точки зрения Лас Касаса. Энкомендерос предложили выкупить права на энкоменды у короны, и Карл V был склонен согласиться, поскольку его войны оставили его в глубоких экономических затруднениях. Лас Касас приложил много усилий, чтобы убедить императора в том, что это будет плохое экономическое решение, что это вернет вице-королевство на грань открытого восстания и может привести к потере колонии короной. Император, вероятно, из-за сомнений, вызванных аргументами Лас Касаса, так и не принял окончательного решения по вопросу об энкомендах. В 1561 году он закончил свою «Историю Индий» и передал ее Коллегии Сан Грегорио, оговорив, что она не может быть опубликована до истечения сорока лет. Фактически она была опубликована только через 314 лет, в 1875 году. Ему также приходилось неоднократно защищаться от обвинений в предательстве: кто-то, возможно, Сепульведа, донес на него в Испанскую инквизицию, но дело не получило развития. Лас Касас также выступил в качестве свидетеля в деле инквизиции в защиту своего друга архиепископа Бартоломе Каррансы де Миранды, которого ложно обвинили в ереси. В 1565 году он написал свое последнее завещание, передав свою огромную библиотеку колледжу. Бартоломе де Лас Касас умер 18 июля 1566 года в Мадриде.
Мемориал Ремедиос парас лас Индиас
Текст, написанный в 1516 году, начинается с описания его цели: представить "средства, которые представляются необходимыми для того, чтобы зло и вред, существующие в Индиях, прекратились, и чтобы Бог и наш Господин Принц могли извлечь большую выгоду, чем прежде, и чтобы государство было лучше сохранено и утешено". Во второй части Мемориала содержались предложения по социальной и политической организации индейских общин в отношении колониальных. Лас Касас выступал за демонтаж города Асунсьон и последующий сбор индейцев в общины примерно из 1000 человек, которые должны были располагаться как спутники испанских городов или горнодобывающих районов. Здесь Лас Касас утверждал, что индейцами можно будет лучше управлять, обучать и наставлять в христианской вере, и их будет легче защитить от злоупотреблений, чем если бы они жили в разрозненных поселениях. В каждом городе должна быть построена королевская больница с четырьмя крыльями в форме креста, где одновременно можно было бы лечить до 200 больных индейцев. Он подробно описал социальную организацию, распределение труда, как будут распределяться провизии и даже как следует внедрять правила поведения за столом. Что касается расходов, он утверждал, что "это не должно казаться дорогим или сложным, потому что, в конце концов, все исходит от них [индейцев], они работают на это, и это их". Он даже составил бюджет расходов каждого пуэбло для оплаты труда администраторов, священнослужителей, бакалавров латыни, врачей, хирургов, фармацевтов, адвокатов, скотоводов, шахтеров, мулеводов, больничных служащих, свиноводов, рыбаков и т. д.
Краткий рассказ о разрушении Индийских островов
Краткий рассказ о разрушении Индий (англ. A Short Account of the Destruction of the Indies) – это произведение, написанное в 1542 году (опубликованное в Севилье в 1552 году) о жестоком обращении с коренным населением Америки в колониальную эпоху и направленное тогдашнему принцу Филиппу II Испанскому. Одной из заявленных целей написания этого труда был страх Лас Касаса перед тем, что Испанию постигнет божественное наказание, и его забота о душах коренных народов. Это произведение стало одной из первых попыток испанского автора колониальной эпохи описать несправедливое обращение, которое коренное население претерпевало на ранних этапах испанского завоевания Больших Антильских островов, в особенности острова Эспаньола. Точка зрения Лас Касаса была резко критична по отношению к некоторым испанским методам колонизации, которые, по его описанию, привели к огромным потерям среди коренного населения островов. Кроме того, его критика колонизаторов служила для того, чтобы донести до читателей истинный смысл христианства и развеять любые заблуждения относительно евангелизации. Его труд во многом способствовал принятию Новых законов 1542 года, которые впервые в истории европейского колониализма отменили рабство коренного населения и привели к Вальядолидскому диспуту. Книга стала важным элементом в создании и распространении так называемой «Чёрной легенды» – традиции изображения Испанской империи как исключительно морально развращённой и жестокой. Она неоднократно переиздавалась группами, критически настроенными по отношению к испанскому государству по политическим или религиозным мотивам. Первое издание в переводе было опубликовано на голландском языке в 1578 году, во время религиозных преследований голландских протестантов со стороны испанской короны, за которым последовали издания на французском (1578), английском (1583) и немецком (1599) языках – во всех странах, охваченных религиозными войнами. Первое издание, опубликованное в Испании после смерти Лас Касаса, вышло в Барселоне во время Каталонского восстания 1646 года. В 1659 году арагонская инквизиция запретила эту книгу. Описанные Лас Касасом сцены впоследствии были изображены Теодором де Брай в гравюрах на медных пластинах, которые стали средством распространения «Чёрной легенды» против Испании.
Апологетическая история Индий
"Апологетическая краткая история народа этих Индий" (Lang es) была впервые написана как 68-я глава "Общей истории Индий", но Лас Касас преобразовал её в отдельный том, осознав, что представленный материал не носит исторического характера. Материал, содержащийся в "Апологетической истории", состоит главным образом из этнографических описаний коренных культур Индий – таино, сибони и гуанахатабей, но также включает описания многих других коренных культур, о которых Лас Касас узнал во время своих путешествий и из своих чтений. Эта история носит апологетический характер, поскольку написана в защиту культурного уровня индейцев, последовательно доказывая, что коренные народы Америки были столь же цивилизованны, как римская, греческая и египетская цивилизации, и даже превосходили некоторые европейские цивилизации. По сути, это сравнительная этнография, сопоставляющая обычаи и традиции европейских и американских культур и оценивающая их с христианской точки зрения как хорошие или плохие. Он писал: "Я открыто заявил и доказал, и пришел к выводу, начиная с 22-й главы и до конца всей этой книги, что все народы этих наших Индий, насколько это возможно естественным и человеческим путем и без света веры, были людьми, имели свои республики, поселения, города и хорошо обеспеченные общины, и ни в чем не нуждались для политической и социальной жизни, для достижения и наслаждения гражданским благополучием. Они были равны многим известным и считающимся цивилизованными народам мира, и превосходили многие другие, ни одному из них не уступая. Среди равных им были греки и римляне, а по многим добрым и лучшим обычаям они превосходили их. Они превосходили также англичан, французов и некоторых жителей нашей собственной Испании, и были несравненно выше бесчисленных других народов благодаря своим добрым обычаям и отсутствию многих злых".
История Индийских островов
"История Индий" – это трехтомный труд, начатый в 1527 году, когда Лас-Касас находился в монастыре Пуэрто-де-Плата. Окончательный вид он приобрел в 1561 году, когда Лас-Касас работал в Коллегии Сан-Грегорио. Изначально задуманный как шеститомное издание, каждый том описывает десятилетие истории Индий, начиная с прибытия Христофора Колумба в 1492 году и заканчивая 1520 годом, и большая его часть представляет собой свидетельство очевидца. "История Индий" до сих пор не была полностью переведена на английский язык. Существуют лишь частичные переводы, выполненные Андре М. Коллард в 1971 году, а также частичные переводы Синтии Л. Чемберлин, Найджела Гриффина, Майкла Хаммера и Блэр Салливана, опубликованные в UCLA Repertorium Columbianum (тома VI, VII и XI).
Архивирование дневника Христофора Колумба
Де Лас Касас переписал дневник Колумба, ведённый во время его плавания 1492 года к современным Багамским островам. Эта копия важна, поскольку сам дневник Колумба не сохранился.
Наследие
Наследие Лас-Касаса было весьма спорным. В годы, последовавшие за его смертью, его идеи стали табуированными в испанском мире, и его стали считать почти еретическим экстремистом. Рассказы, написанные его врагами Лопесом де Гомарой и Овьедо, получили широкое распространение и были опубликованы в Европе. По мере того как влияние Испанской империи уступало место влиянию других европейских держав, отчеты Лас-Касаса использовались как политический инструмент для оправдания вторжений в испанские колонии. Это историографическое явление некоторые историки называют «Чёрной легендой» – тенденцией, преимущественно среди протестантских авторов, изображать испанский католицизм и колониализм в наиболее негативном свете. Противостояние Лас-Касасу достигло своего пика в историографии, когда испанские правые, националистические историки в конце XIX и начале XX веков создали про-испанскую «Белую легенду», утверждая, что Испанская империя была благожелательной и справедливой, и отрицая любые негативные последствия испанского колониализма. Испанские проимперские историки, такие как Менендес и Пелайо, Менендес Пидаль и Х. Перес де Баррада, изображали Лас-Касаса как безумца, описывая его как «параноика» и мономана, склонного к преувеличениям, и как предателя своей страны. Менендес Пелайо также обвинил Лас-Касаса в том, что он сыграл ключевую роль в подавлении публикации труда Хуана Хинеса де Сепульведы «Демократ Альтер» (также известный как «Демократ Секундус») из личной неприязни, однако другие историки считают это маловероятным, поскольку он был отвергнут богословами как Алькалы, так и Саламанки, которые вряд ли могли находиться под влиянием Лас-Касаса.
Критика
Лас Касаса также часто обвиняли в преувеличении зверств, описанных им в Индиях. Некоторые исследователи полагают, что первоначальные данные о численности населения, представленные им, были завышены, что создавало впечатление о более резком сокращении населения, чем было на самом деле. Они также утверждают, что эпидемии европейских болезней стали основной причиной сокращения населения, а не насилие и эксплуатация. Демографические исследования, такие как работы Шерберна Ф. Кука по колониальной Мексике в середине XX века, показали, что сокращение населения в первые годы завоевания действительно было значительным, составляя от 80 до 90%, и было вызвано множеством факторов, но все они в конечном итоге связаны с прибытием европейцев. Главной причиной были болезни, занесенные европейцами. Историки также отмечают, что в письменных источниках XVI века преувеличение и искажение цифр были обычным явлением, и как современники, критиковавшие Лас Касаса, так и его сторонники, были склонны к подобным преувеличениям. Доминиканские монахи Антонио де Монтесинос и Педро де Кордова сообщали о масштабном насилии уже в первое десятилетие колонизации Америки, а на протяжении всего периода завоевания поступали сообщения о злоупотреблениях в отношении коренного населения со стороны монахов, священников и простых граждан. Многие случаи массового убийства коренных жителей были подробно описаны самими исполнителями. Даже некоторые противники Лас Касаса, такие как Торибио де Бенавенте Мотолиния, сообщали о многочисленных жестоких зверствах, совершенных колонизаторами против индейцев. В целом, современные историки склонны не принимать во внимание точные цифры, приведенные Лас Касасом, но признают, что его общая картина насильственного и жестокого завоевания соответствует действительности. Некоторые поздние критики возлагают на него ответственность за возникновение трансатлантической работорговли. Один из критиков, аболиционист Дэвид Уокер, назвал Лас Касаса "подлым человеком, движимым лишь корыстной жадностью" и обвинил его в порабощении тысяч африканцев. Однако с этой точкой зрения не согласна Сильвия Винтер, которая утверждает, что Мемориал Лас Касаса 1516 года послужил непосредственной причиной того, что Карл V в 1518 году разрешил перевозку первых 4000 африканских рабов на Ямайку. Растет число исследований, направленных на деконструкцию и переосмысление роли Лас Касаса в испанском колониализме. Даниэль Кастро в своей книге «Другое лицо империи» (2007) ставит перед собой эту задачу. Он утверждает, что Лас Касас был скорее политиком, чем гуманистом, и что его политика освобождения всегда сочеталась с планами по повышению эффективности колониальной эксплуатации ресурсов коренного населения. Он также утверждает, что Лас Касас не осознал, что, стремясь заменить духовность коренных народов христианством, он осуществлял религиозный колониализм, который был более навязчивым, чем физический. Реакция на его работы неоднозначна. Некоторые считают, что изображение Лас Касаса, данное Кастро, носит анахроничный характер. Другие согласны с деконструкцией Лас Касаса Кастро как сложной и противоречивой исторической фигуры.
Культурное наследие
В 1848 году город Сан-Кристобаль, тогдашняя столица мексиканского штата Чьяпас, был переименован в Сан-Кристобаль-де-лас-Касас в честь своего первого епископа. Его деятельность служит особым вдохновением для работы Института Лас-Касаса при Блэкфриарс-Холле в Оксфорде. События проходили 18 июля и в евангелическо-лютеранской церкви 17 июля. В католической церкви доминиканцы инициировали процесс его канонизации в 1976 году. Он одним из первых стал развивать идею единства человечества в Новом Свете, утверждая, что «все люди в мире – люди», и что они обладают естественным правом на свободу – сочетание философии прав, основанной на томизме, с августинианской политической теологией. В связи с этим, экуменический институт по правам человека, расположенный в Сан-Кристобале-де-лас-Касас, Центр имени Фрай Бартоломе де лас Касас по правам человека, был основан епископом Самуэлем Руисом в 1989 году. Жилой комплекс Residencial Las Casas в Сантурсе, Сан-Хуан, Пуэрто-Рико, назван в честь Лас-Касаса. Его изображение также присутствует на гватемальских монетах достоинством в один сентаво (Q0.01). Небольшой город Ласкассас в штате Теннесси, США, также получил своё название в его честь.