Введение

Древнегреческая трагедия Еврипида Алкестида (/æ//l/'s//ɛ//s//t//ɪ//s/; , Alkēstis) - афинская трагедия древнегреческого драматурга Еврипида. Впервые он был представлен на фестивале Городской Дионисии в 438 году до н.э. Еврипид представил его как заключительную часть тетралогии несвязанных пьес в конкурсе трагедий, за которую он получил вторую премию; эта постановка была исключительной, так как четвертая часть обычно была пьесой сатира. Его неоднозначный, трагикомический тон, который может быть "весело романтичным" или "горько ироничным", заслужил ярлык "проблемной пьесы". Алькестис, возможно, за исключением Реза, является самой старой сохранившейся работой Еврипида, хотя на момент ее первого представления он писал пьесы в течение 17 лет.

События до начала пьесы

Задолго до начала пьесы король Адмет получил от Мойр привилегию жить дольше, чем ему было предначертано. Мойры были убеждены позволить это богу Аполлону (который их опьянил). Эта необычная сделка была заключена после того, как Аполлон был изгнан с Олимпа на год и день и провёл это время на службе у фессалийского царя, человека, славившегося своим гостеприимством и хорошо относившегося к Аполлону. Аполлон желает отблагодарить Адмета за гостеприимство и предлагает ему избавление от смерти. Однако этот дар имеет свою цену: Адмет должен найти того, кто заменит его, когда придет Смерть. Настало время смерти Адмета, а он всё ещё не нашёл добровольца. Его отец, Ферес, отказывается подменить его и считает абсурдным, что его просят отказаться от жизни, которой он так наслаждается, ради этой странной сделки. Наконец, преданная жена Адмета, Алкестида, соглашается пожертвовать собой, чтобы не оставить детей сиротами и не разлучиться со своим любимым. К началу пьесы она находится на пороге смерти.

Синопсис

В прологе пьесы бог Аполлон выходит из дворца Адмета в Фере (современный Велестино в Магнезии), одетый в белое и несущий золотой лук, с намерением уйти, чтобы не запятнаться неминуемой смертью Алькестиды, которую утешают внутри. Он повествует о событиях, приведших к этому моменту. Он приветствует прибытие Танатоса (Смерти), одетого в черное и несущего меч, явившегося во дворец в роли психопомпа, чтобы сопроводить Алькестиду в подземный мир. Танатос бросает вызов очевидной защите Алькестиды Аполлоном и обвиняет его в "скользких уловках", когда тот помог Адмету обмануть смерть изначально. Аполлон успокаивает его и в быстрой стихомифической перепалке предлагает отсрочить смерть Алькестиды, что саркастически отвергается. Танатос заключает: "Не тебе владеть тем, что не твое". Пораженный, Аполлон гневно уходит, предрекая прибытие человека (Геракла), который отвоюет Алькестиду у Смерти. Оставшись наедине с публикой, Танатос предупреждает, что "это был многословный бог, но / слов недостаточно", прежде чем кончиком меча открывает двери и медленно входит во дворец. За этим следует вступление хора, или "парод", – хор из пятнадцати ферийцев во главе с "корифеем" (предводителем хора), входящий в оркестр театра. Предводитель хора жалуется, что они в состоянии неведения, не зная, следует ли им совершать траурные обряды по своей королеве. Лирическая ода хора, под которую они танцуют и поют, состоит из двух парных строф – строфы и антистрофы. Они поют о тишине, встречающей их поиски признаков траура, о свидетельствах смерти Алькестиды. "Когда гибнет добродетель, – сетуют они, – страдают и все достойные люди". Предводитель хора завершает, отвергая надежду на улучшение ситуации: "Царь исчерпал все ритуалы". Кто может это отрицать? Разве есть благороднее того, чтобы жена умерла за мужа? Весь город знает это и подтверждает. Служанка (Эпизод I) Первый эпизод начинается со служанки, входящей из дворца в слезах. Когда предводитель хора требует от нее новостей, она дает сбивчивый ответ: "Она жива. И мертва". Она объясняет, что в этот момент Алькестида находится на границе между жизнью и смертью. Предводитель хора с тревогой подтверждает, что все необходимые приготовления к ее погребению сделаны. Служанка присоединяется к предводителю хора в восхвалении добродетели Алькестиды. Она подробно рассказывает о молитвах и приготовлениях Алькестиды к смерти, о том, как она плакала над брачным ложем, которое ее погубит, обнимала своих плачущих детей и прощалась со всеми. Она описывает, как Адмет держал плачущую Алькестиду на руках, пока ее взгляд задерживался на последних лучах солнца, которые ей суждено увидеть. Служанка приглашает предводителя хора во дворец и уходит, чтобы сообщить Адмету об их прибытии. Алькестида, на смертном одре, просит, чтобы в обмен на ее жертву Адмет никогда больше не женился, не забывал ее и не доверял своим детям злобной мачехе. Адмет соглашается с этим и также обещает вести жизнь, полную скорби, в ее честь, воздерживаясь от веселья, которое было неотъемлемой частью его дома. Затем Алькестида умирает. Вскоре после этого старый друг Адмета Геракл прибывает во дворец, не подозревая о постигшем это место горе. Не желая отказывать гостю, царь решает не обременять Геракла печальными новостями и приказывает слугам оказать ему радушный прием и молчать. Таким образом, Адмет нарушает свое обещание Алькестиде воздерживаться от веселья в период, последовавший за ее смертью. Геракл напивается и начинает раздражать слуг, которые любили свою королеву и горько сожалеют, что им не позволено должным образом оплакать ее. Наконец, один из слуг не выдерживает и высказывает гостю, что произошло. Геракл глубоко смущен своей ошибкой и своим поведением и решает напасть на Смерть, когда будут принесены погребальные жертвы на могиле Алькестиды. Вернувшись, он приводит с собой женщину в покрывале, которую, по его словам, выиграл в состязании. Он просит своего хозяина принять ее и позаботиться о ней, пока он не вернется со своих подвигов. После долгих уговоров он заставляет нежелающего Адмета взять ее за руку, но, подняв покрывало, обнаруживает, что это, кажется, Алькестида, вернувшаяся из мертвых. Геракл сразился со Смертью и заставил ее отпустить ее. Она не сможет говорить в течение трех дней, после чего будет очищена и полностью возвращена к жизни.

Комментарии критиков

Категоризация «Алкестиды» была предметом споров среди литературных критиков. В пьесе сочетаются трагические и комические элементы, и (при первой постановке) она занимала место, обычно отводимое сатировским драмам. Конахер исследует, как Еврипид расширил миф об Адмете и Алкестиде, добавив элементы комедии и народных сказок. Бей также рассматривает легендарные и сказочные аспекты пьесы. «Алкестида» также является популярным объектом исследований в области женских исследований. Критики отмечают, что центральное внимание в пьесе сосредоточено на Адмете, а не на Алкестиде. Сегал, например, писал о патриархальных чертах пьесы. Природа жертвоприношения, особенно в древности, по-разному анализировалась Рабиновицем, Веллакоттом и Бернеттом, которые объясняют, что моральные нормы в Древней Греции значительно отличались от современных. Современные интерпретации пьесы чрезвычайно разнообразны, настолько, что критики (такие как Микелини и Гунариду) отмечают их неспособность прийти к согласию по многим вопросам. Гунариду утверждает, что Еврипид намеревался, чтобы пьеса допускала различные толкования. Особенно активно обсуждаются психология и мотивы Адмета и Алкестиды, при этом вопрос об эгоизме Адмета вызывает острые споры.

Адаптации

По этой пьесе написано по меньшей мере семь опер, шесть из них носят название «Альцеста»: опера Жана-Батиста Лулля 1674 года, опера Георга Фридриха Генделя 1750 года, опера Кристофа Виллибальда Глюка 1767 года, известная тем, что была опубликована вместе с его предложениями по реформированию оперной композиции, опера Антона Швейцера 1773 года и опера Пьетро Алессандро Гульеми 1768 года. Опера «Алькестис» 1922 года Рутленда Бутона основана на переводе Гилберта Мюррея. Она была поставлена в Ковент-Гардене Британской национальной оперной компанией и транслировалась только что созданной Британской вещательной компанией, обе в 1924 году. Постановка дополняла пьесу Еврипида материалами из различных источников, объединенными общим исследованием тем смерти и возрождения. Она начиналась с пролога – «Взрыва памяти» (Описание картины) Хайнера Мюллера (1985); эта пьеса представляет собой повествование о сновидении, частично созданное с использованием автоматического письма. Мюллер описал его как изображение «ландшафта по ту сторону смерти», представляющего собой «переосмысление «Альцесты» Еврипида с цитатами из пьесы Но «Кумасака», одиннадцатой песни «Одиссеи» и фильма Хичкока «Птицы». В постановке также использовались японские пьесы кёгэн, пародирующие темы «Альцесты», лазерные проекции, музыкальное сопровождение Лори Андерсон и звуковые скульптуры композитора Роберта Ратмана.