Введение

1871 комедийная опера Гилберта и Салливана "Thespis, или Боги состарились" – это оперная экстраваганза, ставшая первым совместным произведением драматурга В. С. Гилберта и композитора Артура Салливана. Музыкальная партитура "Тесписа" так и не была опубликована, и большая часть музыки была утеряна. Гилберт и Салливан стали самым известным и успешным творческим дуэтом в викторианской Англии, создав ряд долговечных комических оперных хитов, таких как "H. M. S. Pinafore", "Пираты Пензанса" и "Микадо". Премьера "Тесписа" состоялась в Лондоне в театре "Гейти" 26 декабря 1871 года. Подобно многим постановкам этого театра, она была написана в широком, бурлескном стиле, существенно отличающемся от более поздних работ Гилберта и Салливана. Спектакль имел успех как рождественское развлечение того времени и был закрыт 8 марта 1872 года после 63 представлений. Он рекламировался как "полностью оригинальная гротескная опера в двух актах". Сюжет рассказывает об актерской труппе во главе с Тесписом, легендарным греческим отцом драмы, который временно меняется местами с богами на горе Олимп, состарившимися и забытыми. Актеры оказываются комически некомпетентными правителями. Увидев последовавший хаос, разгневанные боги возвращаются и отправляют актеров обратно на Землю как "выдающихся трагиков, которых никто не посещает". Гилберт вернулся к этой теме двадцать пять лет спустя в своей последней опере с Салливаном, "Великий герцог", где театральная труппа временно заменяет правителя небольшой страны и решает "возродить славные классические воспоминания об Афинах". Сезонные постановки, такие как "Теспис", обычно не предназначались для долгой жизни, и, за исключением благотворительного представления вскоре после премьеры, "Теспис" больше не ставился при жизни его создателей. Возрождение интереса к опере началось в 1950-х годах, и с тех пор было поставлено множество версий, либо с использованием музыки из других произведений Салливана, либо с оригинальной музыкой.

Бытие

Импресарио и автор Джон Холлингсхед, арендовавший лондонский театр "Гейти" с 1868 года, поставил там ряд успешных музыкальных бурлесков и оперетт. Более того, Холлингсхед "хвастался тем, что поддерживает 'священный свет бурлеска' ". Гилберт и Салливан хорошо знали "Гейти" и его труппу. "Роберт Дьявол" Гилберта (бурлеск на оперу "Роберт-дьявол") был включен в программу на вечер открытия театра 21 декабря 1868 года, с Нелли Фаррен в главной роли, и успешно шел более ста ночей. Констанс Лозеби и Энни Тремейн (обе участвовали в "Тесписе") также были в актерском составе "Роберта", а Артур Салливан присутствовал на этом открытии в качестве одного из гостей Холлингсхэда. Спектакль имел огромный успех, "встреченный бурей аплодисментов". Менее удачной была пьеса Гилберта для этого театра в 1869 году под названием "Старая задолженность". Позже Холлингсхед сказал, что эта пьеса была "слишком правдивой". К концу сентября или началу октября 1871 года в программах "Гейти" было объявлено, что "Рождественская оперная экстраваганза будет написана У. С. Гилбертом на оригинальную музыку Артура Салливана". В ней должны были сыграть популярный комик Дж. Л. Туль, а также Фаррен, звезда театра, исполнявшая роль "главного юноши" во всех его бурлесках. Неизвестно, как и когда они пришли к сотрудничеству над "Тесписом". Гилберт был логичным выбором для этой задачи. С семью операми и пьесами, премьера которых состоялась в том году, и более дюжины других бурлесков, фарсов и экстраваганц в его активе, он был хорошо известен лондонским театралам как комический драматург. Однако на тот момент Салливан был известен главным образом своей серьезной музыкой. В том же году он завершил хоровую кантату "На берегу и на море", сюиту к шекспировскому "Венецианскому купцу" и множество гимнов, включая "Вперед, христианские воины". У него было две комические оперы – "Кокс и Бокс" (1866) и "Контрабандист" (1867), но последняя была написана четыре года назад и не имела успеха. В сентябре 1871 года Салливан был приглашен дирижировать в Королевскую национальную оперу, но она внезапно закрылась, оставив его неожиданно без работы. Предложение Холлингсхэда роли его брату Фреду Салливану, возможно, побудило его написать музыку к "Теспису". Постановка "вызвала большой интерес и множество спекуляций". По иронии судьбы, она собрала "вероятно, самую большую аудиторию" из всех премьер Гилберта и Салливана, поскольку "Гейти" был самым большим из пяти лондонских театров, где проходили премьеры их совместных работ.

Последствия

После постановки «Тесписа» Гилберт и Салливан разошлись, воссоединившись три года спустя с Ричардом Д’Ойли Карте в качестве менеджера для постановки «Суда присяжных» в 1875 году. Когда эта работа имела неожиданный успех, возникли обсуждения о скором возобновлении «Тесписа» к Рождеству 1875 года. Гилберт написал Салливану:
«Они, кажется, очень стремятся получить его и просили меня назвать конкретные условия. Разумеется, я не мог отвечать за вас, но они так настаивали на том, чтобы я дал им представление о наших возможных условиях, что я предположил, что, возможно, мы могли бы согласиться на две гинеи за ночь каждому с гарантией минимум 100 представлений. Соответствует ли это вашему мнению, и если да, то сможете ли вы подготовить это вовремя? Я собираюсь переписать значительную часть диалога». Предлагаемое возобновление упоминалось в нескольких письмах в течение осени 1875 года, пока 23 ноября Гилберт не написал: «Я больше ничего не слышал о «Тесписе». Удивительно, как быстро эти капиталисты иссякают под магическим влиянием слов «наличные деньги». В 1895 году, когда Ричард Д’Ойли Карт пытался вновь обрести успех в Савойе, он снова предложил возобновить «Теспис», но эта идея не была реализована. Никаких упоминаний о местонахождении музыки «Тесписа» не существует с 1897 года, и исследователи искали ее во многих сохранившихся коллекциях. За исключением двух песен и некоторой балетной музыки, считается, что она утеряна. Если бы это было правдой, то «по этой одной причине возобновление стало бы невозможным». Однако доказательств того, что Салливан это сделал, обнаружить не удалось. Другое возможное объяснение заключается в том, что Гилберт и Салливан стали относиться к «Теспису» с его «дерзкими девушками в трико и коротких юбках»…

В 1879 году Салливан, Гилберт и Карт оказались в центре судебной тяжбы с бывшими директорами Comedy Opera Company, которая поставила «H.M.S. Pinafore». Салливан написал Холлингсхеду: «Вы однажды создали для меня прецедент, который может быть сейчас очень важен для меня. Я попросил у вас партитуры для оркестра «Веселых жен Виндзора», и вы сказали: «Они ваши, так как наш срок прошел». Теперь, пожалуйста, пришлите их мне вместе с партитурами «Тесписа» немедленно. Я задерживаю партитуры «Пинафора», чтобы директорам не разрешить забрать их завтра из «Комика», и я основываю свое требование на созданном вами прецеденте».

Современные постановки

После последнего представления в Гаети в 1872 году «Теспис», по-видимому, оставался неисполненным до 1953 года, хотя была обнаружена попытка реконструкции, датируемая 1940-ми годами. Тиллетт и Спенсер, обнаружившие балетную музыку, выявили двадцать отдельных реконструкций «Тесписа» в период с 1953 по 2002 год. Примерно половина из них использует музыку, адаптированную из других произведений Салливана, остальные – новую музыку для всех песен, кроме сохранившихся, или, в некоторых случаях, перекладывают и их. Ни одна из версий не стала доминирующей в недавних постановках. Театральный историк Теренс Рис разработал версию либретто, стремящуюся исправить многочисленные ошибки, обнаруженные в сохранившемся тексте. Рис также подготовил сценическую версию, основанную на либретто, включив в нее несколько интерполированных текстов из опер Гилберта, не написанных на музыку Салливана, чтобы заменить отсутствующие песни. Партитуру предоставил Гарт Мортон, основанную на музыке из менее известных опер Салливана, и эта версия была записана. Версия с оригинальной партитурой Брюса Монтгомери (за исключением двух номеров Салливана) исполнялась несколько раз, в том числе в 2000 году на Международном фестивале Гилберта и Салливана. Оригинальная партитура 1982 года, написанная Кингсли Деем, использовалась в нескольких постановках в районе Чикаго. В 1996 году Огайо Лайт Опера представила другую версию с новой музыкой, написанной Куадом Винтером. В 2008 году партитура в стиле пастиша на музыку Салливана (с добавлением некоторых произведений Оффенбаха), аранжированная Тимоти Хенти, впервые была использована с либретто Гилберта, адаптированным Энтони Бейкером, в театре Нормансфилд в Теддингтоне, Миддлсекс, Англия – это была первая профессиональная британская постановка с 1872 года. Впоследствии она была исполнена несколько раз, в том числе на Международном фестивале Гилберта и Салливана в 2014 году. Также в 2008 году оригинальная партитура Томаса З. Шепарда впервые прозвучала в концертном исполнении труппы Blue Hill в Нью-Йорке и, наконец, получила полноценную любительскую постановку в 2014 году.

Больше чем обычная бурлеска

"Теспис" был шагом вперед по сравнению с тем типом бурлесков, к которым привыкла публика "Гайети". Франсуа Сельер вспоминал спустя много лет: "Я смутно помню, как видел эту постановку и был впечатлен свежестью либретто Гилберта, особенно его текстов, которые было истинным наслаждением читать после бессодержательной, пустой тарабарщины рифм без всякой логики, которая до того считалась приемлемой в те дни упадка. Для всех театралов это была новая "сенсация" в музыкальных пьесах. Что касается музыки Артура Салливана, стоит ли говорить, как каждый номер очаровывал и очаровывал снова? Несколько критиков предположили, что пьеса, возможно, была слишком изысканной для ее публики — или, по крайней мере, для той публики, которая встретила ее премьеру в День подарков. Газета "Таймс" писала: "Диалоги на протяжении всей пьесы превосходят по мастерству и остроумию те, к которым нас приучили обычные бурлески и экстраваганзы; настолько, что представлять такую пьесу в такой день было смелым экспериментом. Однако она была встречена с отличным успехом, и в любой другой день многочисленные достоинства пьесы несомненно обеспечили бы ей видное место среди новинок сезона в глазах публики". Другие рецензии на премьеру придерживались аналогичной точки зрения: "Спортивная жизнь" предположила, что "возможно, они ожидали чего-то менее отполированного, чем стихи мистера Гилберта, и чего-то более грубого и простого, чем юмор этого замечательного автора. Возможно, "Теспис" был немного — я говорю лишь немного — "выше их понимания". "Оркестр" выразил схожие чувства: "Фактически, и музыка, и идея были несколько выше головы публики". В "Тесписе" боги меняются местами с актерами и спускаются на Землю; в "Орфее" боги отправляются в ад на приятный отдых от скучного совершенства. Сюжет Оффенбаха — хотя Кремье и Халеви написали либретто, идея принадлежала Оффенбаху — помещает в центр повествования Орфея, великого музыканта; однако сюжет Гилберта фокусируется на Тесписе, отце драмы. Хотя это может быть совпадением, это также можно рассматривать как ответ Оффенбаху, поскольку в его оперетте музыка находится в центре внимания, а Гилберт возвышает роль драматурга. Либретто получило высокую оценку нескольких биографов и историков. Один отметил, что "диалоги содержат множество подлинно гильбертовских черт". Другой назвал его "веселым, искрящимся либретто". Сидни Дарк и Роуленд Грей писали, что "либретто "Тесписа" — это подлинный Гилберт, Гилберт, которого сейчас любит весь мир. "Теспис" вновь подчеркивает тот факт, что с годами на художественное мастерство Гилберта почти не повлияло время. Многие его песни вполне могли бы появиться в более поздних операх". Они указывают на арию Меркурия "Я небесный слуга", которая предвосхищает арию Джузеппе "Ранний подъем по утрам" в "Гондольерах", и находят "настоящий гильбертовский переворот" в песне о бывшем главе железнодорожной компании "Я знал одного парня, который выполнял функцию". Исаак Голдберг считал, что "Теспис" гораздо чаще смотрит в будущее, чем оглядывается в прошлое: он предвосхищает характерные приемы и иногда персонажей более поздних произведений. Его диалоги комичны и, пожалуй, несколько выше головы публики "Гайети" 1871 года". В 1929 году Голдберг написал, что либретто "не имеет конкретных предшественников — ни в его бурлесках, ни в его балладах — Гилберт не играл с богами и богинями греческой мифологии". Однако Гилберт написал серию юмористических зарисовок, пародирующих греческие мифы, в основном героев "Илиады", для иллюстрированного журнала Fun в 1864 году, а "Пигмалион и Галатея", которую он представил незадолго до "Тесписа", была более серьезной трактовкой греческой мифологии. Джейн В. Стедман отмечает, что "Теспис" "напоминает французскую оперетту", но "в основном это гильбертовский сюжет вторжения, в котором посторонние проникают и влияют на данное общество, часто к худшему". Она сравнивает театральную труппу в "Тесписе" с политиками, которые переделывают страну фей в пьесе Гилберта "Счастливая земля" 1873 года, и с англичанами, которые реформируют островное государство Утопия в "Утопии, Лимитед" (1893).

Музыка

Обычно музыку Салливана хвалили, хотя критики, как и на протяжении всей его жизни, отмечали, что театральные партитуры не соответствуют его таланту. В журнале "The Standard" А. Э. Т. Уотсон писал: "Мистер Джон Холлингсхед разумно обратился к мистеру В. С. Гилберту с просьбой написать для него оригинальную оперную экстраваганзу и доверил музыкальное оформление мистеру Артуру Салливану. От сочетания этих двух имен в течение последних нескольких недель ожидали наилучшего результата, что полностью оправдалось успехом вчерашнего вечера. Мистер Гилберт в "Thespis" удачно предоставил композитору все, что тот мог пожелать, овладев жанром оперной экстраваганзы, который не позволяет развернуться высшим проявлениям гения музыканта и ограничивает его возможности. Клемент Скотт в "The Daily Telegraph" отметил, что опера "не омрачена амбициозной музыкой". Но он добавил: "На протяжении всей оперы звучит мелодичность, всегда красиво, часто вдохновляюще, песни и танцы полностью соответствуют замыслу автора. Некоторые номера, безусловно, останутся в памяти, а общее впечатление от музыки таково, что она вызовет интерес, выходящий за рамки мимолетного". Скотт назвал песню "нелепой балладой", но "вполне в духе известных композиций "Баба", и поскольку она была положена на живую мелодию и энергичный хор, искренний бис был неизбежен. Несмотря на то, что песня была длинной, публика с удовольствием послушала бы ее еще раз". В "The Sunday Times" также отметили: "Вся труппа присоединяется к хору, музыка которого прекрасно передает вихрь и грохот скоростного поезда". Журнал "The Era" назвал его "кричащим, свистящим и восторженным хором, который буквально сносит крышу". Другой автор писал: "Мистер В. С. Гилберт и мистер Артур Салливан с немалым успехом попытались подражать французской комической опере, о которой мы так много слышали последние шесть лет. В наше время, когда французские критики яростно нападают на нас, называя нас карманниками, приятно обнаружить, что у нас есть авторы и музыканты, столь же талантливые, как наши соседи. Мистер Салливан, безусловно, убедил нас в одном: музыкант может писать в любом размере". "The Morning Advertiser" полагал, что "очевидно, была предпринята попытка скопировать произведения популярного в настоящее время иностранного композитора, который написал очаровательную музыку для богов и богинь в буффонаде". Другие обвиняли Салливана в откровенном копировании. В "The Athenaeum" писали, что музыка "была аранжирована и сочинена мистером А. С. Салливаном (первое глагольное действие не было указано в программке, как должно было быть)". В 1873 году аранжировщик Джозеф Руммелл (который аранжировал партитуру Салливана "Венецианский купец" для фортепиано) написал Салливану, спрашивая о песне с целью публикации. Композитор ответил: "Thespis не опубликована, но если хотите, я пришлю вам полную партитуру этого дуэта", но ничего не вышло. Однако известно, что Салливан ее не уничтожил, и балет, по крайней мере, был доступен для повторного использования в 1897 году. Это был единственный номер из оперы, опубликованный в то время. Он был одним из четырех номеров, получивших бис в первую ночь. "The Daily Telegraph" писала: "Для публики, несомненно, музыкальной жемчужиной станет баллада под названием "Кузен Робин" – проникновенные и нежные слова, с мечтательной и несколько гуносовской мелодией. Мадемуазель Клэри так сладко ее исполнила, что еще один бис был неизбежен". Первый биограф Салливана предположил, что "Thespis запомнится прежде всего изысканным музыкальным оформлением простой гильбертовской баллады". Гольдберг говорит, что она "изысканная, простая и полностью соответствует духу слов Гилберта, которым, как и почти во всех более поздних случаях, музыка Салливана придает оригинальную ритмическую пикантность". Фитцджеральд считает ее "предвестником легкого стиля Гилберта", а Дарк и Грей называют ее "типичной изящной гильбертовской любовной песней, достойной сравнения с лучшими его произведениями". Некоторые предполагают, что другая музыка из "Thespis" могла быть использована в "Пиратах". Гольдберг предполагает, что "разумно полагать, что Салливан щедро использовал музыку из "Thespis" в других опереттах: возможно, из-за обстоятельств, при которых был написан "Пираты Пензанса", в нем содержится более одного непризнанного заимствования из неудачного первенца счастливой пары". Тиллетт и Спенсер полагают, что большая часть первого акта "Пиратов" была взята из "Thespis". Однако эти предположения имеют лишь косвенные доказательства. За исключением "Преодолевая скалистые горы", ни один из авторов не признался в заимствованиях из "Thespis" для более поздних опер.

Балет

Второй акт включал в себя пятичастный балет, поставленный В. Х. Пейном. Заголовок в либретто «Хор и балет» связывает его с заключительной частью финала, но не указывает на его роль в сюжете. Большинство рецензий помещали его примерно в это место, хотя некоторые – чуть раньше в акте. В некоторых постановках балет исполнялся в первом акте, но в ночь премьеры он, несомненно, был во втором акте и, по всей видимости, окончательно закрепился там. В 1990 году Родерик Спенсер и Селвин Тиллет обнаружили балет из второго акта «Тесписа». Две из пяти частей, написанных той же рукой, что и партитура «Восхождение на скалистую гору», были найдены вместе с сохранившимися материалами к балету Салливана 1864 года «L’Île Enchantée». Еще одна часть была обнаружена в материалах к его балету 1897 года «Виктория и Весёлая Англия». Нумерация страниц сохранившихся трех частей позволила приблизительно определить длину недостающих фрагментов, а современная гравюра, представленная слева, и другие косвенные доказательства позволили правдоподобно идентифицировать два оставшихся движения: костюм дракона, не упомянутый в либретто, предположительно относится к балету, а арфа, видимая в оркестровой яме, была необычным инструментом для оркестра театра Гаети. Движения подходящей длины, объясняющие эти особенности, были найдены в других балетах Салливана, и реконструированный балет был дважды записан на CD. Салливан часто использовал повторно свою балетную музыку. Из пяти частей, идентифицированных Тиллеттом и Спенсером, только одна (Вальс № 3) не встречается в других произведениях. Три части ранее использовались в «Очарованном острове». Две из них, а также еще одна, впоследствии были использованы в «Виктории и Весёлой Англии». Одна из них также вошла в его музыку к «Макбету». В 1889 году Салливана попросили написать балет для франкоязычной постановки «Микадо» в Брюсселе, что он и сделал. Тиллетт предполагает, что балет «Теспис» почти наверняка и был той музыкой, которую предоставил Салливан, поскольку это был единственный балет, написанный им для оперы, и маловероятно, что через три недели после создания «Гондольерів» он написал что-то оригинальное.

Текст

Сохранившийся либретто не соответствует версии, которую слышали зрители в театре Гайети. Существует множество расхождений между оригинальным либретто и тем, что описывалось как происходящее на сцене, а рецензенты неоднократно цитировали диалоги, не имеющие соответствий в опубликованном либретто. По крайней мере, одной песни не хватает, а целый персонаж, Венера, упоминается в не менее чем пяти рецензиях как полная, пожилая и с обильным макияжем; она отсутствует в либретто, но была указана в программке первого представления. Более того, персонажи иногда появлялись на сцене дважды подряд, не покинув её. Кроме того, Салливан сообщил своей матери, что как минимум одну песню исключили из постановки после премьеры, и, вероятно, были и другие сокращения, учитывая чрезмерную продолжительность первого представления. Однако текст либретто, в опубликованном виде, оставался "практически неизменным" с декабря 1871 года по март 1872 года. В письме к Перси Стржелецкому от 23 апреля 1890 года Гилберт принес извинения за состояние либретто. Он писал: "Я находился в Соединенных Штатах, когда оно было опубликовано, и у меня не было возможности проверить отпечатки. Это объясняет наличие бесчисленных опечаток и других ошибок". Даже после первой публикации, похоже, не предпринималось попыток исправить ошибки: между декабрем и мартом вышло четыре отдельных издания либретто, но никаких исправлений внесено не было. Однако Гилберт умер до того, как смог проверить отпечатки для этого издания, поэтому был перепечатан текст 1871 года, с исправлением лишь нескольких орфографических ошибок.