Введение
Битва за Гуантанамо велась с 6 по 14 июня 1898 года во время испано-американской войны, когда американские и кубинские войска захватили стратегически и коммерчески важную гавань Гуантанамо на Кубе. Захват бухты у испанских войск имел решающее значение для последующей битвы за Сантьяго-де-Куба и последовавшего вторжения в Пуэрто-Рико. Несмотря на то, что это сражение было затмено сухопутными и морскими битвами при Сантьяго, создание военно-морской базы США в заливе Гуантанамо и разгром оборонявшихся испанских войск американскими и кубинскими силами сыграли важную роль в окончательном поражении Испании.
The Battle of Guantánamo Bay was fought from June 6 to June 14 in 1898, during the Spanish–American War, when American and Cuban forces seized the strategically and commercially important harbor of Guantánamo Bay, Cuba. Capturing the bay from the Spanish forces was instrumental in the following Battle of Santiago de Cuba and the subsequent invasion of Puerto Rico. Although overshadowed by the land and sea battles at Santiago, the establishment of the United States naval base at Guantánamo Bay and the rout of defending Spanish troops by American and Cuban forces was important in the final Spanish defeat.
Предыстория
Куба находилась в состоянии восстания против Испании с 1895 года. Вскоре после начала восстания два лидера повстанцев – Хосе Марти и генерал Максимо Гомес – высадились на пляже Кахобабо, между заливом Гуантанамо и мысом Майси, но после трех лет боев по всему острову повстанцы добились успеха лишь в двух провинциях – Ориенте и Камагуэй. После взрыва линкора "Мэйн" в гавани Гаваны в феврале 1898 года США объявили войну Испании в поддержку кубинских повстанцев. Гаванская гавань была заблокирована, и к концу мая испанский флот оказался заблокированным в заливе Сантьяго, в 64 км к западу от залива Гуантанамо, под командованием контр-адмирала Уильяма Т. Сэмпсона. Одновременно в США быстро готовился экспедиционный корпус для действий на Кубе. Таким образом, Америка вступила в союз с кубинскими повстанцами. Залив Гуантанамо имел определенное коммерческое значение благодаря сахарному порту Кайманера, расположенному на западном берегу внутренней части залива, примерно в восьми километрах от моря.
Позиции Испании
Несмотря на номинальное наступательное положение повстанцев в районе залива Гуантанамо, испанские регулярные войска и партизаны контролировали город Гуантанамо, порт Кайманера и железную дорогу, соединяющую оба города, крупные сахарные фабрики и другие отдаленные укрепленные пункты. Гарнизон Гуантанамо насчитывал около 5000 человек под командованием генерала Феликса Парейи. Испанский блокгауз стоял на холме с видом на поселок на Фишерманс-Пойнт, недалеко от входа в залив, а форт на Кайо-дель-Торо контролировал относительно узкий канал, ведущий из внешней бухты во внутреннюю. Испанский канонерский катер "Сандоваль" базировался в Кайманере, во внутренней бухте, а цепь блокгаузов защищала железную дорогу к городу Гуантанамо, расположенному в 23 км вглубь страны. Кубинские повстанцы поддерживали прибрежные опорные пункты от устья реки Ятерас, к востоку от залива, до точки в 24 км к западу от Сантьяго, и бесспорно владели западной точкой у входа в залив.
Морская битва в заливе Гуантанамо
Первый успешный американский набег на залив Гуантанамо произошел 6 июня, с прибытием незащищенного крейсера "Марблхед" под командованием командира Боумана Х. МакКаллы и вспомогательных крейсеров "Сент-Луис" и "Янки" под командованием Уилларда Х. Браунсона. Командир МакКалла был отстранен адмиралом Сэмпсоном от блокадной флотилии у Сантьяго и получил приказ провести разведку залива для выбора места для военно-морской базы. Капитану "Сент-Луис" было поручено перерезать кабели, имевшие выход на небольшую станцию на Фишерманс-Пойнт и соединявшие Кубу с Гаити и внешним миром. Ранее, во время аналогичной миссии, "Сент-Луис" был вынужден покинуть залив под огнем испанской канонерской лодки "Сандоваль". На этот раз, когда три военных корабля вошли в залив на рассвете, испанские солдаты собрались вокруг блокгауза на холме, известном сегодня как холм МакКаллы. Блокгауз и деревня были быстро взяты огнем из 6-фунтового орудия "Марблхеда" и одиноким снарядом. Испанские канонерские лодки "Альварадо" и "Сандоваль" вышли из Кайманеры навстречу атаке, но поспешно отступили, оценив калибр орудий противника. Единственная пушка форта на Кайо-дель-Торо открыла огонь по "Марблхеду", но не причинила вреда и вскоре была подавлена. Телеграфные кабели, ведущие на восток к Кап-Айтиен, на запад к Сантьяго, и небольшой кабель в заливе, соединявший Кайманеру и город Гуантанамо с Кап-Айтиен, были успешно перерезаны, и с 7 июня по 5 июля город Гуантанамо остался без связи с внешним миром. По возвращении к блокадной флотилии после разведки, "Марблхед" принял на борт двух кубинских офицеров, которых доставили с Левард-Пойнта (западного берега) залива Гуантанамо. Они были отправлены адмиралу Сэмпсону генералом Каликсто Гарсией (тем самым, что участвовал вместе с лейтенантом США Роуэном в знаменитом "Послании Гарсии"), чтобы доложить, что кубинские силы, чьи передовые посты занимали позиции на побережье от устья реки Ятерас до точки в 15 милях (24 км) к западу от Сантьяго, находятся в распоряжении главнокомандующего вооруженными силами США. После этого командир МакКалла поддерживал тесную связь с генералом Педро Пересом, командующим кубинскими силами в районе города Гуантанамо, через его начальника штаба, полковника Виету, и таким образом получал ценные советы и помощь.
Морская атака приземляется
С принятием решения об основании базы в заливе Гуантанамо, Первому батальону морской пехоты, состоящему из шести рот общей численностью около 650 человек (четыре пехотные и одна артиллерийская), было приказано следовать на переоборудованном транспорте «Пантера» и присоединиться к флоту у Сантьяго. Первый батальон под командованием подполковника Роберта У. Хантингтона проходил батальонные учения в Ки-Уэсте, ожидая приказов. USS «Пантера» прибыла в Сантьяго 9 июня 1898 года, оставив на борту роты A и F (артиллерийскую роту) для разгрузки корабля, поскольку командир Рейтер, капитан «Пантеры», отказался санкционировать использование экипажа для разгрузочных работ. Рейтер также отказался разрешить разгрузку оставшихся боеприпасов для стрелкового оружия морской пехоты, утверждая, что они необходимы в качестве балласта. Морские пехотинцы сожгли грубые хижины деревни и остатки блокгауза вместе со всем содержимым, чтобы избежать возможности заражения жёлтой лихорадкой. Испанцы бежали в такой спешке, что оставили одежду, деньги, драгоценности и оружие. Расположенный на песчаном открытом пляже, лагерь морской пехоты оказался идеальной целью для снайперов, скрывавшихся в зарослях. На рассвете (05:00) в субботу, 11 июня, испанские партизаны открыли огонь по морским пехотинцам в лагере МакКалла из окружающих кустарников. Ведя шквальный огонь из скорострельных винтовок Маузер, партизаны двинулись к лагерю. Огонь с «Мраморноголового» пролетел над головами и упал в близлежащие холмы. Нося большие пальмовые листья, привязанные к форме для маскировки, и используя патроны с бездымным порохом, испанские войска было трудно обнаружить, когда они перемещались из куста в куст в густом подлеске. Морские пехотинцы ответили огнём из винтовок Ли с прямым взводом затвора, а также огнём из пулемётов и артиллерии, используя 3-дюймовые полевые орудия. Захватив и уничтожив единственный близлежащий источник пресной воды, надеялись, что обороняющиеся испанские силы будут вынуждены покинуть район. Командир МакКалла одобрил планы, и атака была назначена на 8:00 следующего дня. Роты морской пехоты C и D, около 160 человек, под командованием капитана Джорджа Ф. Эллиота, будущего коменданта корпуса морской пехоты, вместе с пятьюдесятью кубинцами под командованием подполковника Томаса, должны были приблизиться к Куско вдоль скал у моря. Небольшой отряд морской пехоты должен был продвигаться по внутренней долине, удерживая пикетную линию для основных сил, с резервом для оказания помощи в случае необходимости. Канонерская лодка «Дельфин» была назначена для поддержки атаки с моря. День уже был жарким, когда объединённые американо-кубинские силы начали свой марш 14 июня. Полковник Лаборд возглавлял основные силы, а кубинский разведчик по имени Поликарпио — небольшой отряд во главе со вторым лейтенантом Магиллом. Марш замедлялся из-за пересечённой местности, густых зарослей и усиливающейся жары; в какой-то момент капитаны рот C и D в основной колонне отстали из-за теплового истощения. По словам рядового Джона Клиффорда из роты D, пулемёты сыграли важную роль в поддержке штурма морской пехоты. Это было первое известное тактическое применение пулемётного огня для мобильной огневой поддержки в наступательном бою. Небольшой вес новых 6-мм патронов «Ли» оказался значительным преимуществом, позволяя каждому морскому пехотинцу и расчёту пулемёта перевозить большое количество боеприпасов по гористой, заросшей джунглями местности. В середине битвы у кубинских повстанцев закончились 6-мм патроны, и им было дополнено шесть клипов (30 патронов) из поясов отдельных морских пехотинцев, однако у американцев не закончились боеприпасы, несмотря на то, что в бою было произведено около шестидесяти выстрелов на человека. Во время этого этапа сражения капитан Эллиотт запросил, чтобы «Дельфин» оказал огневую поддержку морской пехоте, обстреливая испанский блокгауз и близлежащие позиции с помощью корабельной артиллерии. Однако из-за ошибки в передаче сигналов канонерская лодка начала неосознанно сбрасывать снаряды прямо на путь небольшого отряда из пятидесяти морских пехотинцев и десяти кубинских нерегулярных войск во главе со вторым лейтенантом Магиллом, который пытался обойти испанскую позицию и, возможно, отрезать пути отступления. Лагерь МакКалла больше не подвергался атакам со стороны испанских или партизанских сил и был расформирован 5 августа 1898 года. Тем временем внимание вскоре было сосредоточено на других районах залива. Испанцы укрепляли свои земляные укрепления на Кайо-дель-Торо, где у них было три бронзовые пушки и современная пушка Круппа. В Кайманере, на обрыве к югу от деревни, было установлено ещё три пушки, а небольшой канонерский катер «Сандоваль» был вооружён одной шестифунтовой и одной автоматической однофунтовой пушкой Максима.
Бомбардировка Форта Торо
Адмирал Сэмпсон решил обстрелять форт Кайо-дель-Торо, и 16 июня он послал корабли «Техас» и «Янки» присоединиться к «Марблхед» для выполнения этой задачи. Огонь с трех кораблей временно вывел из строя две крупные пушки противника, разрушил строения на Кайо и вытеснил войска с орудий и из траншей. Их совместная огневая мощь привела испанский форт к полному бессилию в течение 15 минут после начала обстрела. Один вражеский снаряд упал недалеко от носовой части «Марблхеда», затонув в десяти ярдах от корабля, но попаданий не было зафиксировано. Когда американцы медленно продвигались вперед, наблюдатель на «Марблхеде» доложил о том, что правый винт зацепился за буй. Двигатель был остановлен, и винт был очищен от «буя», который оказался контактной миной. Мина была успешно обезврежена. Впоследствии выяснилось, что корабли прошли через минное поле, состоящее из 18 таких мин, или торпед, как при входе в залив, так и при выходе из него, не получив никаких повреждений. Через несколько дней после атаки на Кайо-дель-Торо минное поле было тщательно обследовано, и было извлечено 14 мин. Их отказ взрываться при контакте был объяснен механическими неисправностями и обильным обрастанием ракушками контактных рычагов. Операция по тралению мин, проводившаяся без специального оборудования, включала два паровых катера и две шлюпки с «Марблхеда» и «Дельфина». Катер и шлюпка шли бок о бок, соединенные канатом с цепным тралом посередине, прочесывая канал. Когда трал встречал препятствие, лодки сближались и перекрещивали концы трала. Затем лодки осторожно поднимались к мине, которая извлекалась на поверхность и обезвреживалась. Дважды трал поднимал сразу две мины. Во время траления мин лодки подверглись обстрелу с пляжа Хикакал, где 250 испанских пехотинцев охраняли минное поле. Было решено уничтожить последние силы противника, оставшиеся в районе залива, и 25 июня подполковник Хантингтон возглавил две роты морской пехоты и 40 кубинцев в десантной операции на пляже Хикакал. Операция оказалась бескровной, поскольку испанцы покинули это место за день или два до этого.
Сантьяго
После успешной оккупации залива Гуантанамо, интерес США сосредоточился на операциях в Сантьяго. Американский экспедиционный корпус численностью 17 000 офицеров и солдат под командованием генерал-майора Уильяма Р. Шафтера был высажен к востоку от города в небольших портах Дайкири и Сибони между 22 и 25 июня, без какого-либо сопротивления. Неделю спустя, 1 июля, исторические сражения при Эль-Кэни и Сан-Хуан-Хилл завершились победой американских войск, открыв подступы к самому Сантьяго. Утром 3 июля испанскому командующему, генералу Арсенио Линаресу, было направлено требование о капитуляции или об угрозе бомбардировки города. В то же утро испанский флот под командованием адмирала Паскуаля Серверы вышел из залива Сантьяго, где и был полностью уничтожен флотом США. Основное испанское сопротивление в Сантьяго было сломлено, хотя предварительное соглашение было подписано лишь 15 июля. 17 июля войска США заняли город. 7000 испанских солдат, находившихся в городе Гуантанамо – всего в 64 км – не пришли на помощь осажденной армии Линареса, поскольку до перерезания его коммуникаций генерал Пареджа получил от своих вышестоящих приказы любой ценой удерживать город Гуантанамо. Это было обусловлено опасениями испанцев, что долина Гуантанамо может быть использована американскими войсками в качестве маршрута вторжения, как это когда-то сделали англичане при продвижении к Сантьяго. После того, как флот перерезал кабели и создал базу в заливе Гуантанамо, генерал Пареджа оставался в полном неведении о ходе войны, поскольку кубинские повстанцы установили настолько плотное окружение вокруг города, что ни один гонец не смог прорваться через их линии. Пятнадцать гонцов были схвачены и казнены как шпионы. Ни один из отчаянных запросов генерала Линареса о помощи не достиг Пареджи. Угроза со стороны военно-морских сил США и батальона морской пехоты в заливе Гуантанамо, а также блокада наземных коммуникаций, осуществленная 1000 кубинскими повстанцами, фактически сковали армию из 7000 человек, которая могла изменить исход сражений за Сантьяго. Менее чем через неделю после капитуляции Сантьяго база в заливе Гуантанамо была использована для начала вторжения в Пуэрто-Рико, расположенный в 805 км к востоку. 3500 солдат под командованием генерала Майлза отплыли из залива 21 июля. Это было последнее важное событие в фазе испано-американской войны в Гуантанамо; 12 августа война завершилась подписанием мирного протокола и перемирия. Формальное оформление новой военно-морской базы США посредством договора аренды между США и Кубой произошло лишь пять лет спустя, в 1903 году, когда она была приобретена как "угольная и военно-морская станция", но ее ценность уже была доказана. Первый батальон морской пехоты подполковника Хантингтона, который во время осады и капитуляции Сантьяго вернулся на борт "Резолюта", отплыл в Соединенные Штаты и, после остановки в Нью-Йорке, прибыл в Портсмутскую гавань, высадив морских пехотинцев вечером 24 августа 1898 года.