Танец вампиров: Мюзикл о графе фон Кролоке

Введение

Музыкальный «Танец вампиров» – это музыкальный ремейк фильма Романа Полански 1967 года (известного как «Бесстрашные убийцы вампиров» в США). Полански также был режиссером оригинальной постановки мюзикла на немецком языке (под названием «Tanz der Vampire»). Музыку написал Джим Штайнман, оркестровку создал Стив Маргошес, а Майкл Кунце – автор оригинальной книги и текстов песен на немецком языке.

Сюжет

Примечание: Данный синопсис относится только к европейским и японским постановкам. Бродвейская версия была значительно переработана. Кроме того, некоторые части этого синопсиса могут отражать более поздние изменения в европейском шоу, которые станут понятны при ознакомлении со списком песен ниже.

Акт I

Когда-то в конце 19-го века профессор Абронсиус и Альфред, его неуклюжий молодой помощник, прибывают в небольшой еврейский штетл где-то в Карпатах, где они надеются доказать теорию профессора о существовании вампиров. Почти замерзая насмерть в близлежащем лесу (He, Ho, He), двое были приючены Шагалом, трактирщиком, который большую часть свободного времени проводит, страстно желая Магду, его красивую горничную, к большому огорчению своей долготерпеливой жены Ребекки (Knoblauch – "Чеснок"). Профессор, заметив бесчисленные гирлянды чеснока, развешанные повсюду и на шеях людей, приходит в восторг, уверенный в близости своей цели, и немедленно начинает расспрашивать Шагала. Сельчане, явно испуганные, делают вид, что ничего не знают, заставляя замолчать местного дурака, который все же умудряется пробормотать что-то о замке и графе, живущем там. После осмотра комнат наверху, где они остановились (Bitte, meine Herren – "Пожалуйста, господа"), Альфред обнаруживает и влюбляется в красивую семнадцатилетнюю дочь Шагала, Сару. Шагал очень бережно относится к своей дочери, заколачивая дверь ее комнаты, чтобы она не купалась при посторонних (Eine schöne Tochter ist ein Segen – "Красивая дочь – благословение"). Той ночью Альфред и Сара поют о взаимном влечении, в то время как Шагал пытается добиться Магды, а Абронсиусу жена Шагала быстро бьет по голове (Nie geseh'n – "Никогда не видела"). Не зная об этом, поздно ночью Саре поет серенады таинственный незнакомец, обещающий ей вечную жизнь и власть (Gott ist tot, – "Бог мертв"). На следующее утро профессор становится свидетелем небольшой сделки между Шагалом и Куколом, отвратительным горбуном, живущим где-то в лесу (Alles ist hell – "Всё светло"). Он спрашивает об этом странном человеке (Wahrheit – "Истина"), но Шагал отказывается обсуждать этот вопрос. В ту же ночь Сара обманом заставляет Альфреда отказаться от ванны в ее пользу ("Du bist wirklich sehr nett – "Ты действительно очень мил"), и пока она радостно намыливает губку, граф фон Кролок, аристократический вампир, врывается в ванную с крыши и приглашает ее на полуночный бал в свой замок ("Einladung zum Ball – "Приглашение на бал"). Он собирается укусить девушку, но Альфред, подглядывающий за купанием Сары, кричит о помощи. Шагал и Ребекка в ярости прибегают. Отец Сары отшлепал ее и запретил выходить на улицу. Однако позже той же ночью Кукол приходит в трактир и оставляет на пороге Сары красный сверток. Она выбегает наружу и обнаруживает пару дорогих красных сапог. Альфред тоже выходит и признается ей в любви (Draußen ist Freiheit – "На улице свобода"). Они планируют сбежать вместе, и Сара просит Альфреда вернуться в дом за ее губкой. Пока Альфреда нет, Сара мечтает о фантастическом, романтическом вампирском бале, который она может пропустить, и решает принять приглашение графа (Stärker als wir sind – "Сильнее, чем мы"). Она убегает в лес. Альфред начинает паниковать, Шагал и Ребекка выбегают, но уже слишком поздно, и Сары нет. Шагал обернулся чесноком и бросился в лес за своей дочерью. На следующее утро обнаруживают замерзшее тело Шагала; Ребекка убита горем (Trauer um Chagal – "Скорбь по Шагалу"). Профессор Абронсиус обнаруживает маленькие проколы по всему телу, но сельчане, все еще отрицающие это, ошибочно полагают, что они от волчьих укусов. Профессор дает Ребекке деревянный кол и объясняет, что она должна проткнуть сердце Шагала, чтобы предотвратить его превращение в вампира. В истерике Ребекка выгоняет его и Альфреда из комнаты, накрывая мужа простыней и клянясь, что не позволит никому осквернить его тело. Среди ночи Магда пробирается вниз, чтобы посмотреть на труп Шагала, выражая смешанные чувства по поводу его смерти (Tot zu sein ist komisch – "Быть мертвым – странно"). Внезапно Шагал садится, теперь он вампир. Магда пытается отбиться от него крестом, но, будучи еврейским вампиром, он одолевает ее и пьет ее кровь, убивая ее. Альфред и профессор тоже пробираются в комнату, планируя убить Шагала, но вместо этого находят там тело Магды. Начинается погоня, и они наконец загоняют Шагала в угол, который умоляет о пощаде и обещает показать им дорогу к замку вампиров, где, предположительно, удерживается его дочь, если его пощадят. Шагал ведет двух героев к гигантскому замку в лесу (Durch die Wildnis zum Schloß – "Через дикую местность к замку"), где их встречают таинственный граф фон Кролок и его экстравагантный сын Герберт, который мгновенно очарован Альфредом (Vor dem Schloß – "Перед замком"). Фон Кролок приглашает двух мужчин в свои владения, и они неохотно принимают его приглашение.

Sometime in the late 19th century, Professor Abronsius and Alfred, his bumbling young assistant, arrive in a small Jewish shtetl somewhere in the Carpathians, where they hope to prove the professor's theory that vampires exist. Nearly freezing to death in the nearby woods (He, Ho, He), the two are taken in by Chagal, an innkeeper who spends most of his free time lusting after Magda, his beautiful chambermaid, much to the disdain of his long suffering wife, Rebecca (Knoblauch – "Garlic"). The professor, upon noticing the countless strings of garlic hung about the place and around people's necks, is overjoyed, confident of the nearness of his goal, and immediately starts probing Chagal for information. The villagers, evidently frightened, pretend to be completely oblivious, silencing the local fool, who still manages to blurt something about the castle and the count that lives there. After exploring the rooms upstairs in which they are staying (Bitte, meine Herren – "Please, Gentlemen"), Alfred discovers and is smitten by Chagal's beautiful seventeen year old daughter, Sarah. Chagal is very protective of his child, going as far as boarding up her room so she wouldn't bathe around the two guests (Eine schöne Tochter ist ein Segen – "A Beautiful Daughter is a Blessing"). That night, Alfred and Sarah sing of their mutual attraction, while Chagal tries to coerce his way into Magda's bed and Abronsius is swiftly knocked on the head by Chagal's wife (Nie geseh'n – "Never Seen"). Unbeknownst to Alfred, late at night Sarah is serenaded by a mysterious stranger, who promises her eternal life and power (Gott ist tot, – God is Dead"). The next morning, the Professor bears witness to a small business exchange between Chagall and Koukol, a hideous hunchback living somewhere in the woods (Alles ist hell – "Everything's Bright"). He inquires about the odd man (Wahrheit – "truth"), but Chagal refuses to discuss the matter. That same night, Sarah tricks Alfred into giving up his bath for her ("Du bist wirklich sehr nett – "You're Really Very Nice") and as she joyfully soaps her sponge, Count von Krolock, an aristocratic vampire, breaks into the bathroom from the roof above and invites her to a midnight ball at his castle ("Einladung zum Ball – "Invitation to the Ball"). He is about to bite the girl, but Alfred, who has been spying on Sarah's bathing ritual, screams for help. Chagal and Rebecca arrive, furious. Sarah's father spanks her and forbids her to ever go outside. However, later that night, Koukol arrives at the inn and leaves a red bundle for Sarah on the doorstep. She sneaks outside and discovers it to be a pair of expensive red boots. Alfred comes outside as well and professes his love to her (Draußen ist Freiheit – "Outside is Freedom"). The two plan on running off together and Sarah asks Alfred to go back into the house to fetch her sponge. With Alfred gone, Sarah fantasizes about the fantastical, romantic vampire ball she could be missing and decides to accept the Count's invitation (Stärker als wir sind – "Stronger Than We Are"). She runs off into the woods. Alfred starts to panic, Chagal and Rebecca rush outside, but it's too late and Sarah's gone. Chagal wraps himself in garlic and runs into the woods after his daughter. The next morning, Chagal's frozen body is found; Rebecca is devastated (Trauer um Chagal – "Mourning for Chagal"). Professor Abronsius discovers small puncture wounds all over the body, but the villagers, still in denial, incorrectly assume they came from wolf bites. The Professor hands Rebecca a wooden stake and explains she must puncture Chagal's heart in order to prevent him from becoming a vampire. Hysterical, Rebecca chases him and Alfred out of the room, covering her husband with a bed sheet and swearing that she would never let anyone violate his corpse. In the middle of the night, Magda sneaks downstairs to look at Chagal's corpse, expressing mixed feelings about his death (Tot zu sein ist komisch "To be Dead is Strange"). Suddenly, Chagal sits up, now a vampire. Magda tries to fend him off with a crucifix, but being a Jewish vampire, he manages to overpower her and feed on her blood, killing her in the process. Alfred and the Professor sneak into the room as well, planning to stake Chagal, but they find Magda's body there instead. A chase ensues and the two finally corner Chagal, who begs for mercy and promises to show them the route to the vampire's castle where his daughter supposedly is held if he's spared. Chagal leads the two heroes to a giant castle in the woods (Durch die Wildnis zum Schloß – "Through the Wilderness to the Castle"), where they are greeted by the mysterious Count von Krolock and his flamboyant son Herbert, who is instantly attracted to Alfred (Vor dem Schloß – "In Front of the Castle"). Von Krolock invites the two men into his domain and the two reluctantly accept his invitation.

Акт II

Сара сейчас в замке графа фон Кролока, бродит по темным пустым залам и размышляет о том, что́ на самом деле связывает её с графом. Граф, кажется, приветствует её и сдерживает себя, чтобы не укусить, планируя приберечь её для бала следующей ночью (Totale Finsternis – "Тотальное затмение"). В то же время Альфред спит с профессором в гостевой комнате в другой части замка, мучаясь от кошмаров, в одном из которых он теряет Сару из-за кровожадных вампиров (Carpe Noctem – "Seize the Night"). На следующее утро Альфред хочет найти Сару и бежать из замка (Ein perfekter Tag / Für Sarah – "Идеальный день / Для Сары"), но профессор Абронсиус больше обеспокоен тем, чтобы осилить фон Кролока и Герберта. Альфред и профессор направляются в склеп (In der Gruft – "В крипте"), где обнаруживают двух вампиров. Профессор застревает на перилах, пытаясь проникнуть в склеп, и поручает Альфреду убить фон Кролока и его сына, но Альфред не может заставить себя вонзить кол в их сердца. Прежде чем профессор успевает что-то придумать, он слышит шум, и несчастная парочка бежит из склепа, как раз в тот момент, когда Шагал прибывает с гробом Магды. Магда выбирается из гроба, теперь уже вампир, и наконец признается в сексуальной связи с Шагалом. Альфред и профессор продолжают искать замок и разделяются в библиотеке (Bücher, Bücher – "Книги, книги"). Альфред находит небольшую спальню, где обнаруживает Сару в ванной, казалось бы, невредимой. Альфред умоляет её уйти, но Сара отказывается, говоря, что хочет остаться на полуночный бал. Она уговаривает Альфреда выйти из комнаты (включая ещё одну встречу в библиотеке, Noch mehr Bücher – "Еще больше книг"), пока она одевается, но когда Альфред возвращается, Сары нет, а на её месте Герберт. Герберт пытается заигрывать с озадаченным и испуганным "героем" (Wenn Liebe in dir Ist – "When Love is Inside You"), что приводит к тому, что он бросается на шею Альфреда, но профессор появляется в самый последний момент и бьет молодого вампира зонтом. Когда Альфред и профессор выходят на улицу, солнце садится, и они сталкиваются с фон Кролоком, который насмехается над наивной попыткой профессора уничтожить его (Sie irren, Professor – "Вы ошибаетесь, профессор"). К их ужасу, они видят, как целая толпа вампиров поднимается с близлежащего церковного кладбища и направляется к бальному залу (Ewigkeit – "Вечность"). Пока вампиры покидают свои убежища, фон Кролок размышляет о своем мучительном проклятии как о члене нежити (Die unstillbare Gier – "Неутолимая жажда"), что Альфред случайно слышит, но профессор отмахивается от фон Кролока, считая его не более чем монстром. Вампиры прибывают в замок, и начинается бал (Tanzsaal – "Танцевальный зал"). Альфред и профессор Аброниус пробираются внутрь, переодетые в нежить. Граф фон Кролок появляется на вершине лестницы, чтобы представить своего "гостя", которого он запрещает трогать другим вампирам. Сара входит в бальный зал в элегантном красном бальном платье и подходит к фон Кролоку. Он быстро обнимает её и кусает, выпивая её кровь. Затем граф начинает танцевать с ослабевшей Сарой, а другие вампиры присоединяются к ним в менюэте. Альфред и профессор планируют выкрасть Сару во время танца, но, к несчастью, открывается зеркало, раскрывая их маскировку, поскольку только они отражаются в нём. Фон Кролок приказывает своей стае вампиров напасть на Альфреда и его наставника, но первому удается соорудить импровизированный крест из двух канделябров, отвлекая их внимание. Трое людей сбегают, а фон Кролок, в ярости, посылает Кукола преследовать девушку. Кукол преследует Альфреда, Сару и профессора по лесу, но подвергается нападению волков и погибает. Трое героев останавливаются на небольшом холме, чтобы отдохнуть. Альфред вновь признается Саре в любви, и влюбленные обнимаются (Draußen ist Freiheit – Reprise – "На свободе (Реприза)"). Однако Сара уже превратилась и кусает Альфреда во время песни, превращая его в вампира, и они оба бегут в лес. Профессор Абронсиус, слишком увлеченный своими записями, не замечает, что происходит за его спиной, пока не становится слишком поздно. В эпилоге все вампиры радуются своему вечному танцу (Der Tanz der Vampire – "Танец вампиров").

Sarah is now at Count von Krolock's castle, wandering the dark empty halls and considering what her relationship with the Count truly is. The Count appears to welcome her and manages to resist biting her, planning to save her for the ball the next night (Totale Finsternis – "Total Eclipse"). At the same time, Alfred is asleep with the Professor in a guest bedroom in another part of the castle, suffering from terrifying nightmares, with one nightmare in which he loses Sarah to the bloodthirsty vampires (Carpe Noctem "Seize the Night"). The next morning, Alfred wants to find Sarah and flee the castle (Ein perfekter Tag / Für Sarah – "A Perfect Day/For Sarah"), but Professor Abronsius is more concerned with staking Von Krolock and Herbert. Alfred and the Professor make their way to the crypt (In der Gruft – "In the Crypt"), where they locate the two vampires. The Professor becomes stuck on a banister as he attempts to get into the crypt and assigns Alfred to kill von Krolock and his son, but Alfred can't bring himself to drive a stake through their hearts. Before the Professor can think of something else, he hears a noise and the hapless duo flee the crypt just as Chagal arrives with Magda's coffin. Magda climbs out, now a vampire, and finally concedes to having a sexual relationship with Chagal. Alfred and the Professor continue searching the castle and separate in the library (Bücher, Bücher – "Books, Books"). Alfred comes across a small bedroom where he finds Sarah in the bathroom, apparently unharmed. Alfred begs for her to leave, but Sarah refuses, saying she wants to stay for the midnight ball. She coaxes Alfred to leave the room (involving another encounter in the library, Noch mehr Bücher – "Even More Books") while she gets dressed, but when Alfred returns, Sarah is gone, and Herbert is in her place. Herbert tries flirting with the confused and terrified "hero" (Wenn Liebe in dir Ist – "When Love is Inside You"), which culminates with him lunging at Alfred's neck, but the Professor comes in the nick of time and hits the young vampire with an umbrella. As Alfred and the Professor make it outside, the sun sets and they are confronted by von Krolock, who mocks the Professor's naive attempt to destroy him (Sie irren, Professor – "You're Wrong, Professor"). To their horror, the two watch a whole mob of vampires rise up from a nearby church yard and head towards the ballroom (Ewigkeit – "Eternity"). As the vampires leave their resting places, von Krolock reflects on his painful damnation as a member of the undead (Die unstillbare Gier – "The Insatiable Greed"), which Alfred overhears, but the Professor dismisses von Krolock as nothing more than a monster. The vampires arrive in the castle and the ball begins (Tanzsaal – "The Dance Hall"). Alfred and Professor Abronisus sneak their way inside dressed as members of the undead. Count von Krolock appears at the top of the stairs to introduce his "guest," whom he forbids the other vampires to touch. Sarah enters the ballroom in an elegant red ballgown and approaches von Krolock. He is quick to embrace her with a bite, draining her blood. The Count then proceeds to dance with the weakened Sarah as the other vampires join them in a menuet. Alfred and the Professor plan to sneak Sarah out during the dance, but unfortunately for them, a mirror is unveiled, blowing their cover since they're the only ones reflected. Von Krolock commands his vampire flock to attack Alfred and his mentor, but the former manages to form a makeshift cross out of two candelabras, causing a diversion. The three humans make their escape as von Krolock, furious, sends Koukol chasing after the girl. Koukol chases Alfred, Sarah and the Professor through the woods, but is attacked by wolves and killed. The three heroes stop on a small hillside to rest. Alfred once more professes his love to Sarah and the two lovers embrace (Draußen ist Freiheit – Reprise – "Outside is Freedom (Reprise)"). However, Sarah is already turned and bites Alfred mid song, turning him into a vampire as well and both of them flee into the woods. Professor Abronsius, too consumed by his note taking, does not see what is happening behind him until it is too late. In the epilogue, all vampires rejoice in their eternal dance (Der Tanz der Vampire – "Dance of the Vampires").

Австрия

Танц дер вампир первоначально шел с 4 октября 1997 года по 15 января 2000 года в театре Раймунда в Вене, Австрия. Стив Бартон получил премию IMAGE 1998 года за лучшую мужскую роль за создание образа графа фон Кролока. Полная студийная запись и сборник лучших номеров венской постановки были выпущены на двойном CD в 1998 году. К десятой годовщине мюзикла "Танц дер вампир" вернулся в театр Раймунда на неделю с 3 по 11 февраля 2007 года в сокращенной концертной версии. С 16 сентября 2009 года по 25 июня 2011 года "Танц дер вампир" вновь был показан в Вене, в театре Ронахер. Постановка в Ронахере не является копией оригинальной. Она отличается новыми декорациями, костюмами и освещением. Декорации и костюмы для постановки 2009 года были разработаны Кентауром на основе эскизов, созданных им ранее для будапештской постановки (см. ниже).

Германия

Премьера спектакля состоялась в немецком городе Штутгарт, в театре «Аполлон» и шла с 31 марта 2000 года по 31 августа 2003 года. Также он шел в Гамбурге в театре Neue Flora с 7 декабря 2003 года по 22 января 2006 года, в Берлине в театре des Westens с 10 декабря 2006 года по 30 марта 2008 года и в Оберхаузене в театре Metronom am Centro с 7 ноября 2008 года по 31 января 2010 года. По результатам зрительского голосования «Танц дер вампир» вернулся в Штутгарт в театр «Палладиум» с 25 февраля 2010 года по 16 октября 2011 года. Затем шоу вернулось в Theater des Westens в Берлине с 14 ноября 2011 года по 25 августа 2013 года. 24 апреля 2016 года «Танц дер вампир» начал гастроли по Германии, которые завершились 17 марта 2019 года.

Предварительное открытие

С момента премьеры "Танца вампиров" английские продюсеры стремились представить шоу в англоязычных странах. Композитор Штейнман хорошо знал театральную сцену Нью-Йорка, проведя пять лет под руководством основателя Нью-Йоркского Шекспировского фестиваля Джозефа Паппа в начале 1970-х годов, и написав несколько мюзиклов, включая "The Dream Engine", "Neverland" и "The Confidence Man", а также тексты песен для мюзикла Эндрю Ллойда Вебера "Усвистни ветер". После непродолжительного рассмотрения возможности постановки в Вест-Энде, под влиянием Штейнмана и его менеджера Дэвида Соненберга, было решено привезти мюзикл (теперь под названием "Dance of the Vampires") в Нью-Йорк на сезон 1998 года. Штейнман взялся за перевод и адаптацию немецкой книги и текстов, Полански вернулся в качестве режиссера, а оригинальный венский продюсер и менеджер Полански, Эндрю Браунсберг, стал исполнительным продюсером. Попытки вернуть Полански в Соединенные Штаты не увенчались успехом, что привело сначала к переносу премьеры на Хэллоуин 2000 года, а затем к решению (принятому примерно в марте 2000 года). Однако, с приближением начала 2001 года и объявлением о читке для потенциальных продюсеров и инвесторов в новостной ленте фан-сайта Штейнмана, проект начал обретать более конкретные очертания. Джон Кейрд должен был стать со-режиссером, а комедийный драматург Дэвид Айвз помогал переработать книгу, стремясь к более комедийному подходу, вместо прямой адаптации успешной австрийской версии, стиль которой, как считалось, больше не соответствовал вкусам бродвейских критиков и публики. Как позже вспоминал Штейнман, глядя на ситуацию с более циничной точки зрения: "Нам велели добавлять пять шуток на каждую страницу". И показ, предназначенный исключительно для приглашенных зрителей как мюзикл "для тех, кто ненавидит мюзиклы", получил смешанные отзывы. Потенциальным инвесторам и продюсерам понравилась музыка, но они посчитали, что новая книга, сочетающая в себе грубый юмор и эротику, нуждается в доработке. К сожалению, творческие разногласия Штейнмана с его продюсерской командой (в один момент он заявил прессе: "Я не могу сказать, сколько всего идет вразрез с моими желаниями, но я часть команды") и их очевидная неспособность привлечь необходимые инвестиции к теперь уже маловероятной осенней премьере, привели к напряженной обстановке за кулисами. В итоге, Ваксман и Уильямс были отстранены от производства, а Соненберг взял на себя повседневное управление в качестве ведущего продюсера – стратегический ход, который многие расценили как попытку Штейнмана захватить власть (по словам одного источника, "он принимает окончательное решение по всем вопросам").

From the premiere of Tanz der Vampire, English producers were seeking to bring the show to English speaking countries. Composer Steinman was no stranger to the theater scene in New York, having spent five years under the professional wing of New York Shakespeare Festival founder Joseph Papp in the early seventies and authored several musicals, including The Dream Engine, Neverland and The Confidence Man, and also provided the lyrics for Andrew Lloyd Webber's musical Whistle Down the Wind. After briefly considering a West End run, under the influence of Steinman and his manager David Sonenberg, it was decided to bring the musical (now titled Dance of the Vampires) to New York for the 1998 season, with Steinman translating and reshaping the German book and lyrics, Polanski returning as director, and original Viennese producer/Polanski manager Andrew Braunsberg serving as executive producer. Efforts to return Polanski to the United States proved fruitless, leading first to postponing the show's opening to Halloween 2000, and then to the decision (dated to roughly March 2000 As early 2001 approached, however, and a reading for potential producers and investors was announced in the news section of Steinman's fan website, things began taking on a more concrete shape. John Caird was to co direct, and comedic playwright David Ives was helping to reconfigure the book with a view toward a more comic angle instead of a straightforward adaptation of the successful Austrian version, which was deemed to be written in a style no longer accepted by Broadway critics and audiences. As Steinman later put it, looking back with a more jaundiced eye, "We were told to put five jokes on every page". and to the by invitation only audience as a musical for "people who think musicals suck," was met with a mixed reception. Potential investors and producers seemed to love the score, but felt the new book with its mix of bawdy humor and eroticism needed fine tuning. Unfortunately, Steinman's creative disagreements with his producing team (at one point telling the press "I can't tell you how many things are the opposite of what I want, but I am part of a team"), and their seeming inability to raise the investment money in time for a now rather unrealistic fall opening, led to tense situations backstage. Finally, Waxman and Williams were ousted from the production, with Sonenberg assuming day to day responsibilities as the lead producer, a strategic move viewed by many as a power grab on Steinman's part (as one source put it, "he has the final say on everything").

Кастинг Кроуфорд, 11 сентября и другие катастрофы

На этом этапе шоу требовалось какое-то козырное название, чтобы привлечь инвесторов, отпугнутых предыдущими неудачами в производственной сфере. Было решено, что звезда в роли графа фон Кролока станет идеальным решением; делались запросы к таким известным именам, как Дэвид Боуи, Джон Траволта, Ричард Гире и Пласидо Доминго. Однако Кроуфорд хотел получить определенные гарантии, прежде чем соглашаться на запланированные три года в роли. Он потребовал полного творческого контроля над своим персонажем. Кроме того, хотя это и не было ключевым вопросом в переговорах, Кроуфорд также хотел гарантий, что он получит роль фон Кролока в любой возможной экранизации, поскольку недавно потерял роль Призрака, которую первоначально получил Антонио Бандерас (позже замененный Джерардом Батлером). В то время как Стейнман, все еще воодушевленный выбором Кроуфорда, защищал первоначальный замысел, утверждая, что Кроуфорд "будет стоить каждого вложенного в него цента", к тому времени контракт был сокращен до одного года вместо трех, и он вносил свой вклад в творческий контроль; как выразился Соненберг, "[Он] последние несколько месяцев работал с нами, внося предложения в либретто". Позже сообщалось, что Кроуфорд, опасаясь сделать что-либо, что можно было бы сравнить с Призраком, поддержал официальную линию о том, что пьеса должна быть комедией в стиле Мела Брукса, и лично пересмотрел и переработал либретто в соответствии с этим, что заставило соавтора либретто Айвса заметить, что он был скорее стенографистом, чем писателем.

Однако после терактов 11 сентября планы существенно изменились. Поскольку большая часть основной творческой группы шоу (включая сорежиссера Кейрда) находилась в Лондоне, массовая отмена рейсов и другие факторы вызвали множество логистических задержек. Понимая, что открыть шоу до дедлайна премии "Тони" не получится, и (как позже выяснилось) не сумев вовремя привлечь свою долю инвестиций, Стейнман обнаружил, что его и Кейрда в качестве режиссеров заменил Джон Рандо, известный по мюзиклу "Уринтаун", к которому быстро присоединился хореограф Джон Каррафа, его сорежиссер в "Уринтауне". Актерский состав также быстро формировался вокруг Кроуфорда при участии нового режиссера и хореографа на новых прослушиваниях, в молодых главных ролях Сары и Альфреда были заняты начинающие актрисы Мэнди Гонсалес и Макс фон Эссен, Рене Аубержонуа (после аналогичных длительных переговоров с Кроуфордом) в роли профессора Абронсиуса, Рон Орбах (недавно участвовавший в выездных показах мюзикла "Продюсеры") в роли Шагала и Леа Хокинг в роли Магды, среди прочих. На бумаге, созданный талантливыми людьми, "Танец вампиров" выглядел многообещающе. Знаменитый рок-композитор, любимец критиков, автор нескольких постановок вне Бродвея, режиссер, удостоенный премии "Тони", и звезда Бродвея – вот кто руководил этим проектом. Однако репетиции показали, насколько неустойчив был этот корабль. Рандо никогда не ставил мюзиклы такого масштаба и, по словам членов труппы, быстро почувствовал себя подавленным. Кунзе, оригинальный автор немецкой версии, имел много претензий к изменениям, но больше всего его беспокоило отсутствие "окончательного видения" постановки, отчасти потому, что режиссер, казалось, не мог "определиться, что хорошо, а что плохо в идеях Джима Стейнмана и Майкла Кроуфорда". Отсутствие единого творческого лидера усугублялось незапланированным отсутствием режиссера из-за смерти матери, что отстранило Рандо от работы на несколько недель во время предварительных показов. Кроме того, сославшись на неспособность Соненберга внести свою долю инвестиций, Стейнман добился отстранения Соненберга от должности продюсера; после этого взаимного увольнения они некоторое время не разговаривали. В конечном итоге, иронично, благодаря немецкому автору оригинальной версии, шоу приобрело большую часть своего окончательного облика: во время предварительных показов было сокращено 30% диалогов, чтобы расширить музыкальную партитуру и приблизиться к оригинальной концепции "почти полностью музыкального" произведения; костюмы вампиров были переработаны, чтобы выглядеть менее устрашающе; было учтено новое решение Кунзе о постановке шокирующей концовки в современных декорациях. Другие предложения, такие как вырезание новой драматической сцены смерти графа и восстановление части оригинальных немецких текстов, встретили больше возражений, и Кунзе отозвал эти предложения, не желая создавать проблем. Что касается приятного, то магнат индустрии развлечений Говард Стрингер, друг Кроуфорда, окончательно положил конец костюмам, скрывающим вес, сказав Кроуфорду, что он выглядит нелепо; с тех пор оборки исчезли. Когда вышли рецензии, Стейнман выразил свое неодобрение проекта, не посетив премьеру и публично дистанцировавшись от шоу, которое стало результатом подхода "слишком много поваров": "Шоу, которое я написал, нет на Минскоффе. Шоу, которое мне дорого, все еще идет в Вене. То, что на Минскоффе, было просто работой". В последующие дни он на своем блоге продолжал отрицать ответственность за произошедшее, написав в одном посте, что "DOTV, каким мы его знаем, БЫЛ ПОЛНЫМ ДЕРЬМОМ!", а в другом – что постановка была "кучей дерьма". В других записях он утверждал, что его музыка была "потрачена впустую" на это шоу, и тщательно проводил различие между бродвейской версией (именовавшейся DOTV) и успешной европейской версией (именовавшейся Tanz). 25 января 2003 года, после 56 представлений, "Танец вампиров" закрылся. По данным The New York Times, это была "одна из самых дорогостоящих неудач в истории Бродвея", с убытками в размере примерно 12 миллионов долларов, легко превзойдя печально известный мюзикл "Кэрри".

As a consequence of the September 11 attacks, however, the game plan changed significantly. With most of the show's major creative team (including co director Caird) based in London, a myriad of logistic delays were caused by mass cancellation of flights, among other variables. Realizing there was no way to open before the Tony cut off as planned, and (it later emerged) unable to raise his share of the investment on time, On the flip side, due to delays caused by Caird's long distance habitation, and a desire on the part of the new producers to see names experienced with quirky comedies at the helm, Steinman found himself and Caird replaced as directors by John Rando of Urinetown fame, who was quickly joined by choreographer John Carrafa, his co helmer on Urinetown. A cast also rapidly shaped up around Crawford with the input of the new director and choreographer in a fresh set of auditions, with then ingenues Mandy Gonzalez and Max von Essen in the young lead roles of Sarah and Alfred, René Auberjonois (after similar prolonged negotiations to Crawford's) as Professor Abronsius, Ron Orbach (late of the out of town run of The Producers) as Chagal, and Leah Hocking as Magda, among others. On paper, put together by talented people, Dance of the Vampires looked like magic. A celebrated rock composer, a critics' darling who had authored several Off Broadway plays, a Tony Award winning director, and a high wattage Broadway star were the captains of this ship. However, rehearsals proved just how unsteady the ship actually was. Rando had never directed a musical of this size, and quickly proved overwhelmed according to cast members. Kunze, the original author of the German work, had much to complain about when it came to changes, but most of all that there was no "final moment" where one concept for the production was crystallized, partly because the director didn't seem "able to decide what was good or bad about both Jim Steinman's and Michael Crawford's ideas." Adding to the lack of a definitive creative head was the director's unplanned absence, due to his mother's death, which sidelined Rando from the production during several weeks of previews. Similarly, citing Sonenberg's inability to come up with his share of the investment, Steinman managed to get Sonenberg thrown overboard as a producer; the two did not speak for some time after the mutual firing. Ultimately, thanks ironically to the German author of the original piece, the show arrived at much of its final form: during previews, 30% of the dialogue was cut to allow room to expand the score and arrive closer to the original almost sung through concept; the vampire costumes were redesigned to look less freakish; a new staging of the shock ending set in modern times suggested by Kunze was inputted. Other suggestions, such as cutting a new dramatic death scene for the Count and restoring some of the original German lyrics, met with more dissension, and Kunze withdrew those suggestions, not wishing to cause any trouble. On a lighter note, entertainment mogul Howard Stringer, a friend of Crawford's, rang the final death knell for the weight hiding costumes by telling Crawford he looked silly; from that point forward, the ruffled collars were gone. When the reviews came out, Steinman made a show of his disapproval of the project by not attending the opening night and publicly distancing himself from the show that had resulted from this "too many cooks" approach: "The show that I wrote is not at the Minskoff. The show that is dear to me is still running in Vienna. The one at the Minskoff was just a job." In later days, on his blog, he would still deny responsibility for what had occurred, writing that "DOTV as we know was UTTER SHIT!" in one post, and describing the production as a "shit pile" in another. He stated in other blog entries that his music was "wasted" on the show, and was careful to make a clear distinction between the Broadway version (referred to as DOTV) and the successful European version (referred to as Tanz). On January 25, 2003, after 56 performances, Dance of the Vampires closed. According to The New York Times, it was "one of the costliest failures in Broadway history", losing roughly $12 million, easily eclipsing the infamous musical Carrie.

Персонажи

(Примечание: Для бродвейской версии было внесено множество изменений в характеры персонажей. Здесь речь идет об оригинальной европейской версии.) Граф фон Кролок, могущественный и соблазнительный вампирский лорд. Профессор Абронсиус, рассеянный охотник на вампиров. Альфред, молодой и благонамеренный помощник Абронсиуса. Сара, прекрасная дочь трактирщика. Шагал, еврейский трактирщик и чрезмерно заботливый отец Сары. Ребекка, измученная жена Шагала. Магда, привлекательная служанка в трактире Шагала. Герберт фон Кролок, гомосексуальный сын графа. Кукол, горбун – слуга графа.

Песни

Музыкальная партитура, написанная Штайнманом, в значительной степени опирается на материал из его более ранних проектов, в основном из его менее известных шоу, таких как The Dream Engine и The Confidence Man (соавтор с Рэем Эрролом Фоксом), хотя в ней также представлена музыка из его широко известных записей, таких как "Total Eclipse of the Heart" (переработана как "Totale Finsternis"), мелодия, но не текст, из песни Bat Out of Hell II под названием "Objects in the Rear View Mirror May Appear Closer than They Are" (переработана как "Die unstillbare Gier") и "Original Sin", первоначально написанная для одноименного альбома Pandora's Box, а затем исполненная Meat Loaf в Welcome to the Neighborhood (части которой были переработаны как "Gott ist Tot" и "Einladung zum Ball"). Также была использована песня "Tonight Is What It Means to Be Young" из саундтрека к фильму Streets of Fire (переработана как "Der Tanz der Vampire"). На вопрос о повторном использовании "Total Eclipse", Штайнман объяснил: "Это было почти случайно. Я удивлен, что она осталась. [Для оригинальной постановки] в Вене у меня было всего полтора месяца на написание всего шоу, и нам нужен был большой любовный дуэт. Но когда я работал над "Total Eclipse of the Heart", я пытался написать любовную песню и вспомнил, что изначально задумал её как песню о любви вампиров. Первоначальное название было "Vampires in Love", потому что я работал над мюзиклом по "Носферату" – другой великой истории о вампирах. Если прислушаться к тексту, он действительно похож на вампирские реплики. Вся песня о тьме, о силе тьмы и о месте любви в ней. И я подумал: "Кто об этом узнает? Всё-таки это Вена!" А потом было сложно её убрать".