Введение

В Фивах, Греция, обнаружены таблички с надписями на микенском греческом языке, выполненными линейным письмом Б. Они относятся к позднему гелладскому IIIB периоду, современному находкам в Пилосе. Первая группа из 21 фрагмента была найдена в ходе раскопок 1963–64 годов; в 1970 и 1972 годах было обнаружено еще 19 табличек. На основании ближневосточных цилиндрических печатей, связанных с находками, редакторы опубликованного собрания всего архива сейчас датируют разрушение Кадмейона, микенского дворцового комплекса в Фивах, а следовательно, и создание табличек – некоторые из которых были еще влажными, когда случайно обожглись во время пожара – вскоре после 1225 года до н.э. Чедвик идентифицировал трех узнаваемых греческих божеств, Геру, Гермеса и Потнию "Госпожу", среди получателей шерсти. Он предположил, что выражение "ко ма ве те джа", также засвидетельствованное в Пилосе, является именем богини. Еще до недавних открытий, Фредерик Ахл выдвинул провокационное предположение относительно φοινικήια γράμματα – "финикийских" или "пальмовых" (от слова "финикс") письм: "Кадмус действительно принес письменность в Фивы, но это была не финикийская письменность, а линейное письмо Б".

Открытие

Существенная дополнительная партия, состоящая примерно из 250 табличек, что составляет около 5% от всего микенского корпуса, найденного во всех местах раскопок, была обнаружена на улице Пелопиду и в "Арсенале" Василисом Л. Аравантиносом, нынешним руководителем археологических раскопок в Фивах, в период с 1993 по 1995 год в ходе спасательных раскопок. В 1996 году в музее среди находок, сделанных в ходе раскопок в Фивах в 1963–1964 годах, было выявлено еще несколько табличек. Указанное редакторами количество "табличек" фактически вводит в заблуждение. Например, как независимо показали Том Палайма и Сара Джеймс, "123 таблички" серии Fq на самом деле представляют собой множество фрагментов текстов, которые изначально составляли от 15 до 18 табличек.

Публикация

За публикацию этих табличек были ответственны бельгийские и итальянские профессора и филологи Луи Годар и Анна Саккони. В течение последующих лет их первые ознакомления с содержанием указывали на то, что новые таблички могут предложить новый взгляд на микенскую религию. Однако, когда таблички были опубликованы в 2001 году, общее впечатление от их содержания показалось некоторым ученым разочаровывающим.

Выводы

Многие из тебских табличек можно интерпретировать как содержащие информацию о божествах и религиозных обрядах, другие же упоминают количество различных товаров. По упоминаемым местам можно оценить границы региона, контролируемого тебанским дворцом: тебанский дворец контролировал остров Эвбея и имел гавань в Аулиде. На табличках содержится ряд важных терминов, ранее не засвидетельствованных в Линейном Б, таких как *ra ke da mi ni jo* /Lakedaimnijos/ – «человек из Лакедемонии (Спарты)» или *ma ka* /Mā Gā/ – «Мать Гея» (богиня, почитаемая в Фивах в V веке до н.э., как сообщается, например, в трагедии Эсхила «Семь против Фив»). Также *ku na ki si* /gunaiksi/ – «для женщин» демонстрирует своеобразный косой падеж слова γυνή – «женщина». Василис Л. Аравантинос, Луи Годар и Анна Саккони интерпретируют таблички как свидетельство культовой деятельности, посвященной Деметре, Зевсу, хранителю урожая, и Коре, и предполагают, что истоки Элевсинских мистерий можно проследить до микенских Фив. Однако Томас Г. Палайма критикует их предположения, считая их «подверженными весьма сомнительным интерпретациям» и «крайне подозрительными с лингвистической и экзегетической точек зрения». Сара Джеймс и Ив Дюхо выдвинули другие аргументы против отождествления культовой деятельности в текстах. Палайма придает значение одной табличке (Uo 121) как доказательству связи жертвенных животных с продуктами питания в конце периода LHIIIB. То же явление, являющееся частью ритуальных микенских пиров, встречается и в современных табличках из Пилоса.

Венский симпозиум

Тебские таблички обсуждались на лингвистическом симпозиуме, состоявшемся в Вене 5–6 декабря 2002 года, результаты которого были опубликованы. Гюнтер Нойман (стр. 125–138) утверждает, что животные на тебесских табличках не являются священными или «божественными», а животными, которые естественным образом были бы частью повседневной жизни как микенцев, так и более поздних греков. Он приводит исторические свидетельства, включая упоминания о том, что животных кормили зерном. Майкл Мейер Брюггер (стр. 111–118) утверждает, что выражение de qo no как «хозяин пира» не имеет ясного лингвистического происхождения, но может быть связано с deipnon – «главным ужином», как в «Илиаде» Гомера; что di wi ja me ro может относиться не к «части для богини Дивии», а скорее к «двухдневному периоду» (как ранее утверждали Мелена и в том же томе Киллен). Мейер Брюггер также утверждает, что si to – это не ранее неизвестный бог Сито (Зерно), а siton – «зерно». Хосе Луис Гарсия Рамон (стр. 37–69) утверждает, что лингвистически a ko ro da mo вряд ли может быть agorodamos – «мистическим созывателем народа». Он предлагает греческое мужское имя Акродамос. Он полагает, что o po re i, исходя из микенской практики использования имен и эпитетов богов, не может означать «Зевс осеннего сбора урожая». Вместо этого он выдвигает предположение, что o po re i – это личное имя, параллельное другому имени в тебских табличках, me to re i; эти имена означают соответственно «на горе» и «за горой». Джон Т. Киллен (стр. 79–110) конкретно заключает (с. 103), что «тот факт, что ma ka, o po re i и ko wa никогда не встречаются вместе, и для объяснения этого факта требуется специальная гипотеза, в сочетании с тем, что, по моему мнению, сохраняются трудности с интерпретацией o po re i как теонима /Opo:rehi/, не склоняет меня в данный момент принимать уравнение ma ka = Ma:i Ga:i [т.е. Мать-Земля]».