Операция «Жатва»: Массовое убийство евреев в 1943 году

Введение

Резня евреев в 1943 году во время операции «Фестиваль урожая» (Aktion Erntefest) — это убийство до 43 000 евреев в концентрационных лагерях Майданек, Понятова и Травники силами СС, батальонов полиции особого назначения и украинской вспомогательной службы 3–4 ноября 1943 года. После серии еврейских восстаний в гетто и лагерях смерти Генрих Гиммлер приказал уничтожить оставшихся еврейских принудительных рабочих в Люблинском округе оккупированной Германии Польши. В конце октября еврейских рабочих в лагерях заставили рыть зигзагообразные траншеи под предлогом создания противовоздушной обороны. 2 ноября в Люблин прибыли тысячи сотрудников СС и полиции. В этот день руководитель СС и полиции Якоб Споренберг, ответственный за операцию, провел совещание для её планирования. Убийства начались утром 3 ноября в Майданеке, где еврейских заключенных отделили от нееврейских, и охватили лагеря Липова 7 и аэродром Люблина, где содержались евреи из города. К раннему вечеру были расстреляны в общей сложности 18 400 человек. В тот же день в Травниках были убиты 6000 человек, в том числе выходцы из Дорогучи. Завершив операцию в Майданеке, несколько задействованных подразделений направились в Понятову, где 4 ноября они убили 14 500 заключенных лагеря. Во всех трех лагерях евреев заставляли раздеваться и идти в заранее вырытые траншеи, где их расстреливали. Чтобы заглушить звук выстрелов, играла громкая музыка. После операции около 10 000 евреев остались в живых в различных трудовых лагерях Люблинского округа. Тела жертв сжигали другие евреи, временно спасенные от смерти. С примерно 40 000 жертв операция «Фестиваль урожая» стала крупнейшей единовременной резней евреев, совершенной немецкими войсками во время Холокоста.

Предыстория

В 1942 году 360 000 евреев, проживавших в Люблинском округе Генеральной губернии оккупированной Германией Польши, были убиты в ходе операции «Рейнхард». К концу года в немецких лагерях и гетто оставалось всего 20 000 евреев, и не более 20 000 скрывались. Начиная с января 1943 года, евреи развернули серию восстаний в Генеральной губернии, включая восстания в Варшавском гетто, Белостокском гетто и лагере смерти Треблинка, в то время как антинацистское партизанское движение усиливалось по всей территории. Хотя непосредственная причина приказа о проведении операции «Жатва» неизвестна, историки полагают, что она была реакцией на восстание в лагере смерти Собибор 14 октября 1943 года. Тысячи еврейских заключенных из лагерей Люблинского округа были перевезены туда из Варшавского гетто после подавления восстания. Чтобы избежать дальнейшего сопротивления, Генрих Гиммлер решил уничтожить еврейских заключенных в лагерях Люблина одним решительным ударом, используя подавляющую военную силу. Гиммлер поручил Фридриху Крюгеру, высшему руководителю СС и полиции в Генеральной губернии, провести операцию массового убийства; Крюгер делегировал ее руководителю СС и полиции Якобу Споренбергу, который недавно сменил Одило Глобочника. Еврейским заключенным было приказано вырыть зигзагообразные траншеи вдоль периметра концентрационных лагерей Майданек, Понятова и Травники. В Майданеке траншеи рыла бригада из 300 заключенных, работавших в три смены на поле 5, к югу от крематория, их размеры составляли примерно длину, глубину и ширину. Хотя утверждалось, что траншеи предназначены для защиты от воздушных налетов, и их зигзагообразная форма придавала этой лжи некоторую правдоподобность, заключенные догадывались об их истинном назначении. 2 ноября в Люблин прибыло от 2000 до 3000 сотрудников СС и полиции: члены Ваффен-СС из Кракова, 22-й полицейский полк, 25-й полицейский полк (включая 101-й резервный полицейский батальон) и Люблинская служба безопасности. Вечером Споренберг созвал совещание со своим штабом, командирами Майданека, Травников и Понятовы, местным командиром службы безопасности и командирами различных подразделений. Операция по убийству, которая должна была начаться на рассвете следующего дня, была спланирована как военная операция под кодовым названием «Эрнтефест» («Жатва»). В Майданеке были установлены два громкоговорителя, размещенные на полицейских автомобилях, один рядом с траншеями, а другой у входа в лагерь. Руководство лагеря Липова 7 в Люблине, где содержались еврейские военнопленные, обратилось к Гиммлеру с вопросом, должны ли они нарушить Женевскую конвенцию, разрешив казнь заключенных. Помощник Гиммлера Вернер Гротман ответил, что «все евреи без исключения подлежат уничтожению».

In 1942, 360,000 of the Jews who lived in the Lublin District of the General Governorate of German occupied Poland were murdered during Operation Reinhard. By the end of the year, only 20,000 Jews were living in German camps and ghettos and no more than another 20,000 were in hiding. Beginning in January 1943, Jews launched a series of revolts in the General Governorate, including those at Warsaw Ghetto, Białystok Ghetto, and Treblinka extermination camp, while anti Nazi partisan activity was increasing throughout the area. Although the proximate reason for ordering Harvest Festival is unknown, historians believe that it was in response to the uprising at Sobibór extermination camp on 14 October 1943. Thousands of the Jewish prisoners in the camps of the Lublin District had been transported there from the Warsaw Ghetto after the failure of the uprising there. To avoid further resistance, Heinrich Himmler decided to exterminate the Jewish prisoners at the Lublin camps in a single decisive blow using overwhelming military force. Himmler ordered Friedrich Krüger, Higher SS and Police Leader in the General Governorate, to carry out the mass murder operation; Krüger delegated it to SS and Police Leader Jakob Sporrenberg, who had recently succeeded Odilo Globocnik. Jewish inmates were ordered to dig zigzag trenches along the perimeter of Majdanek, Poniatowa, and Trawniki concentration camps. At Majdanek, the trenches were dug by a team of 300 prisoners working in three shifts in field 5, south of the crematorium, and measured about long, deep and wide. Although the trenches were supposedly for defense against air raids, and their zigzag shape granted some plausibility to this lie, the prisoners guessed their true purpose. On 2 November, 2,000 to 3,000 SS and police personnel arrived in Lublin: Waffen SS from as far away as Kraków, Police Regiment 22, Police Regiment 25 (including Reserve Police Battalion 101), and the Lublin Security Police. That evening, Sporrenberg convened a meeting between his own staff, the commandants of Majdanek, Trawniki, and Poniatowa, local Security Police commander de, and the commanders of the various units. The murder operation, due to begin at dawn the next day, was planned as a military operation, with the code name Erntefest ("Harvest Festival"). Two loudspeakers, installed on police cars, were positioned at Majdanek, one near the trenches and the other by the entrance of the camp. The leadership of the Lipowa 7 camp in Lublin, which held Jewish prisoners of war, queried Himmler as to whether they should violate the Geneva Convention by allowing the prisoners to be executed. Himmler's aide, Werner Grothmann, replied that "all Jews without exception are subject to liquidation".

Майданек

В 5:00 3 ноября 1943 года заключенные Майданека проснулись, как обычно, в темноте, но за ночь лагерь был окружен дополнительными 500 солдатами. Среди заключенных находилось от 3500 до 4000 евреев, проживавших вместе с нееврейскими заключенными. После утренней переклички группы разделили, и евреям приказали направиться в лагерь 5. Евреев из лазарета доставили туда на грузовиках, а нееврейских заключенных из лагеря 5 перевели в лагерь 4. Забор из колючей проволоки был перемещен так, чтобы включить в зону оцепления место для расстрелов. Заключенных заставляли раздеваться и группами по сто человек вели к трем траншеям за пределами лагеря. У начала пандуса, ведущего к траншеям, евреев разделяли на группы по десять человек и заставляли двигаться к траншеям. Там их ждали расстрельные команды по 10–12 человек из полицейских батальонов и 5-й танковой дивизии СС «Викинг», которые сменялись каждые несколько часов. Заключенных заставляли ложиться в траншеи и расстреливали в затылок. Около 600 заключенных, половина мужчин и половина женщин, были отобраны в лагере Люблинского аэродрома для уборки после расстрела в Майданеке. Остальные, примерно 5000 или 6000 человек, вместе с 2500 еврейскими военнопленными из Липовой 7, были направлены в сторону Майданека. Несмотря на усиленную охрану, еврейские военнопленные бросились на своих охранников и попытались бежать, выкрикивая: "Niech żyje wolność!" (Да здравствует свобода!). Почти всех застрелили, не дав им возможности скрыться. Первые заключенные из других лагерей прибыли в Майданек около 7:30 и продолжали прибывать в течение всего утра. Среди евреев из Майданека некоторые пытались избежать своей участи, совершая самоубийства или прячась в бараках. На следующий день 23 еврея были обнаружены и казнены в крематории Майданека. Установленные накануне громкоговорители включили сразу после начала стрельбы, но выстрелы все равно были слышны. Местные поляки наблюдали за происходящим с крыш близлежащих зданий за пределами лагеря, а Шпорренберг наблюдал с самолета Fieseler Storch. Неясно, кто руководил операцией в процессе ее проведения; это мог быть Шпорренберг или Герман Хёфле. Расстрелы продолжались непрерывно до 17:00, и к этому времени все 18 400 заключенных были убиты.

At 5:00 on 3 November 1943, prisoners at Majdanek were awoken as usual in the dark, but the camp had been surrounded by an additional 500 soldiers during the night. The 3,500 to 4,000 Jewish prisoners lived among non Jewish prisoners. After morning roll call, the groups were separated, with Jews ordered to go to camp 5. Jews in the infirmary were trucked to that location, while the non Jewish prisoners at camp 5 were moved to camp 4. The barbed wire fence was repositioned to include the execution area within the cordon. Prisoners were forced to undress and driven in groups of one hundred to the three trenches in the field beyond the camp. At the beginning of a ramp leading to the trenches, the Jews were separated into groups of ten and forced onward to the trenches. Execution squads of 10–12 men each from police battalions and 5th SS Panzer Division Wiking were waiting, and were replaced every few hours. The prisoners were forced to lie down in the trenches and were shot in the nape of the neck. About 600 prisoners, half men and half women, were selected at the Lublin airfield camp to clean up after the massacre at Majdanek. The rest, approximately 5,000 or 6,000, along with 2,500 Jewish prisoners of war at Lipowa 7, were marched toward Majdanek. Despite being heavily guarded, the Jewish prisoners of war rushed their guards and tried to escape, reportedly shouting "Niech żyje wolność!" (Long live freedom!) Almost all were shot before they could get away. The first prisoners from the other camps arrived at Majdanek around 7:30 and continued to arrive throughout the morning. Among the Jews from Majdanek, some tried to escape their fate through suicide or by hiding in the barracks. The next day, twenty three Jews were discovered and were executed at the Majdanek crematorium. The speakers, which had been installed the previous day, were turned on as soon as the gunfire started, but it could still be heard. Local Poles watched from the rooftops of nearby buildings outside the camp, while Sporrenberg observed from a Fieseler Storch airplane. It is not clear who directed the operation as it was ongoing; it may have been Sporrenberg or Hermann Höfle. The killing continued, uninterrupted until around 17:00 and by then all 18,400 prisoners had been murdered.

Травники

До операции польских жителей, проживавших рядом с лагерем, заставили переселиться, а тех, кто жил чуть дальше, – остаться в своих домах. Еврейских заключенных из поселения за пределами лагеря вернули в лагерь. В 5:00 3 ноября заключенных построили для переклички, окружили и повели в учебный лагерь Хиви, где у окопов из громкоговорителей играла музыка. Жертвам приказали раздеться и складывать одежду в кучи, затем лечь лицом вниз на тела уже расстрелянных, после чего палач убивал их выстрелом в затылок. Мужчин расстреливали перед женщинами и детьми. Расстрел уже был в разгаре, когда в 7:00 по железной дороге прибыли заключенные из Дорогучи. После заполнения окопов некоторых евреев казнили в песчаном карьере в трудовом лагере. Уничтожение 6000 евреев продолжалось непрерывно до 15:00 (или 17:00), и лишь немногим удалось спрятаться и выжить.

Пониатова

Многие из солдат СС и полиции, находившиеся в Майданеке, после завершения расправы отправились в Пониатову, расположенную на значительном расстоянии. В массовом убийстве в Пониатове участвовали резервный полицейский батальон 101, 1-й моторизованный батальон жандармерии, 41-й и 67-й полицейские батальоны. До начала расправы в лагере находилось 14 800 евреев, большинство из которых были привезены из Варшавского гетто. 3 ноября после переклички евреев вернули в бараки. Лагерь был оцеплен, а телефонные линии перерезаны, чтобы заключенные не знали о своей судьбе. Некоторые полагали, что будет проводиться отбор, и старались выглядеть здоровее. Вечером лагерь был окружен 1000–1500 немецких и украинских солдат, которые к утру сформировали три концентрических охранных кордона вокруг лагеря. На следующее утро (4 ноября) в 4:30 заключенных разбудили для переклички. Большинство содержалось в 3-м зале, за исключением 200 заключенных, которых временно пощадили по настоянию коменданта Готтлиба Херинга для уборки после расправы. Их заперли на кухне лагеря. Полицейские обыскивали бараки и фабрику в поисках скрывающихся, а затем заняли посты по обе стороны Лагерштрассе (KZ) (главной аллеи) в лагере. Заключенным приказали раздеться, сдать все ценные вещи и идти по Лагерштрассе группами по 50 человек, начиная с мужчин. Под громкую музыку заключенных гнали к двум траншеям у входа в лагерь – длинным, широким и глубоким. У начала каждой траншеи стоял солдат с кнутом, чтобы заставить евреев немедленно ложиться поверх тел уже расстрелянных. На каждой длинной стороне траншеи стояло по два стрелка, которые поочередно вели огонь по жертвам, имея при себе по бутылке шнапса и помощника для перезарядки оружия. По словам очевидца, многие жертвы не были убиты сразу и лежали ранеными в траншее, на которую наваливались новые тела, проклиная эсэсовцев. Около 14:00 казни были приостановлены на обеденный перерыв, и пьяные палачи были заменены. Оказалось, что траншеи были недостаточно глубокими, и окровавленные тела вываливались из них. Некоторые заключенные в Пониатове организовали группу сопротивления и добыли несколько единиц оружия. В 18:00 группа из около 100 евреев подожгла бараки, полные одежды, а затем забаррикадировалась в другом бараке. Немцы подожгли его, убив всех членов сопротивления. Польские пожарные были вызваны для тушения пожара и наблюдали, как немцы бросают раненых евреев в огонь. Казни завершились около 17:00. После этого немецкие солдаты проверили траншеи и расстреляли выживших. Тела посыпали известью и покрывали ветками ели. Три женщины выжили, выбрались из братской могилы ночью и пережили войну при помощи организации «Жегота». Всего за несколько часов было убито 14 500 человек.

Many of the SS and police soldiers who had been at Majdanek continued to Poniatowa, about distant, after the massacre had finished. The units participating in the massacre at Poniatowa included Reserve Police Battalion 101, Motorized Gendarmerie Battalion 1, Police Battalion 41, and Police Battalion 67. There were 14,800 Jews at the camp before the massacre, most of them having come from the Warsaw Ghetto. On 3 November, the Jews were sent back to their barracks after roll call. The camp was sealed and telephone lines were cut, so that the prisoners would not know what fate awaited them. Some thought that there was going to be a selection, and tried to make themselves look healthier. That evening, the camp was surrounded by 1,000–1,500 German and Ukrainian soldiers, who formed three concentric security cordons around the camp by morning. The next morning (4 November), at 4:30, the prisoners were awoken for roll call. Most were held in Hall 3, except 200 prisoners who were temporarily spared at the insistence of commandant Gottlieb Hering, to clean up after the massacre. They were locked in the camp kitchen. Policemen searched the barracks and factory for anyone who was hiding, and then stood guard on both sides of the Lagerstraße (KZ) (main avenue) in the camp. Prisoners were ordered to strip naked, hand over all valuables, and walk down the Lagerstrasse in groups of 50, starting with the men. As loud music blared, the prisoners were herded to the two trenches by the entrance of the camp, long, wide, and deep. One soldier stood at the beginning of the trench with a whip to encourage the Jews to immediately lie down on top of the bodies of those who had already been shot. Two shooters stood on each of the long sides of the trench, shooting alternately at the victims, each equipped with a bottle of schnapps and an assistant to reload their weapons. According to a witness, many of the victims were not killed and lay wounded in the trench as more bodies piled on top of them, cursing the SS. Around 14:00, the executions were halted for a lunch break and the drunk executioners were relieved. The trenches turned out to be too shallow and bloody corpses spilled out of the edges. Some prisoners in Poniatowa had formed a resistance group and had acquired a few weapons. At 18:00, a group of around 100 Jews set fire to some barracks full of clothing and then barricaded themselves in another barracks. The Germans set this on fire, killing all of the resistance members. Polish fire fighters were brought in to put out the fires and observed the Germans throwing wounded Jews into the flames. The executions finished around 17:00. Afterward, German soldiers checked the trenches, executing survivors. The corpses were sprinkled with lime and covered with fir branches. Three women survived, climbed out of the mass grave that night, and survived the war with the help of Żegota. Overall, 14,500 people were killed within the span of a few hours.

Прикрытие

Удаление всех следов убийства было приоритетом нацистского руководства из-за советских военных побед на Восточном фронте. После поражения Германии под Сталинградом советские войска к концу 1943 года освободили большую часть Украины, России и восточной Белоруссии. В Майданеке очистка заняла два месяца и проводилась под руководством Эриха Мусфельда, ранее служившего палачом в Освенциме. 600 мужчин и женщин из лагеря при аэродроме должны были сортировать одежду евреев, убитых в Майданеке. Затем женщин депортировали в Освенцим и убивали в газовых камерах. Мужчины должны были кремировать тела, и их либо убивали, либо включали в состав зондеркоманды 1005. Свидетели вспоминали, что в течение нескольких месяцев в окрестностях стоял смрад от горящей плоти. Ямы были засыпаны землей и выровнены. Евреи из концентрационного лагеря Милеёво были отправлены в Травники 5 ноября для ликвидации последствий массового убийства. Шести женщинам пришлось работать на кухне, а мужчинам было приказано извлекать золотые зубы и спрятанные ценности из трупов. Через восемь дней (или две-три недели) мужчин казнили, за исключением Иезекииля Херинга, который переоделся в женщину и скрылся вместе с ними. Женщины оставались в лагере и сортировали вещи убитых евреев до мая 1944 года, когда их депортировали через Майданек в Освенцим и другие концентрационные лагеря. Около 50 евреев скрылись от расстрелов в Пониатове, а 150 остались в живых после расстрела, чтобы убрать и кремировать трупы. 6 ноября они были расстреляны за отказ от выполнения этой работы. Поэтому украинцам было приказано выполнить эту задачу, но они неохотно брались за нее и злоупотребляли алкоголем. Многие дезертировали, а через неделю оставшиеся украинцы отказались продолжать работу. По словам израильского историка Давида Сильберкланга, из Майданека привезли 120 евреев для выполнения этой работы. Другие источники указывают на 60-80 заключенных из зондеркоманды 1005, которым потребовалось шесть недель для выполнения задачи под охраной 316-го полицейского батальона из Красника. Тела извлекали из траншей с помощью лошадей и сжигали на решетках с использованием дров и бензина. Однажды ночью шесть или восемь евреев бежали, но многие из них были пойманы и казнены. В процессе разложения трупы издавали ужасный запах, который, по сообщениям, вызывал рвоту даже у закаленных эсэсовцев. Впоследствии еврейских заключенных казнили бойцы 101-го полицейского батальона из Пулав.

Removing all traces of the killing was a priority of the Nazi leadership because of Soviet military victories on the Eastern Front. After the German defeat at Stalingrad, Soviet forces recaptured most of Ukraine, Russia, and eastern Belarus by the end of 1943. At Majdanek, the cleanup took two months and was done under the supervision of Erich Muhsfeldt, previously an executioner at Auschwitz. The 600 men and women from the airfield camp had to sort the clothing of the Jews murdered at Majdanek. Then, the women were deported to Auschwitz and killed in the gas chambers. The men had to cremate the bodies, and they were either killed or recruited into Sonderkommando 1005. Witnesses recalled that for months, the stench of burning flesh hung around the vicinity. The ditches were filled with soil and leveled. The Jews at Milejowo concentration camp were sent to Trawniki on 5 November to clean up the massacre. Six women had to work in the kitchen while the men were ordered to extract gold teeth and hidden valuables from the corpses. After eight days (or two to three weeks), the men were executed, except for Yehezkel Hering, who disguised himself as a woman and hid with them. The women remained at the camp and sorted the belongings of the murdered Jews until May 1944, when they were deported via Majdanek to Auschwitz and other concentration camps. About 50 Jews hid from the shootings at Poniatowa, and 150 were left alive after the shooting to clean up and cremate the corpses. Upon refusing to do so, they were shot on 6 November. Therefore, the Ukrainians were ordered to do so, but they were very reluctant and drank heavily. Many deserted and after a week, the remaining Ukrainians refused to do any more. According to Israeli historian David Silberklang, 120 Jews were brought in from Majdanek to do the work. Other reports have 60 to 80 prisoners of Sonderkommando 1005, who took six weeks to accomplish the task under the guard of Police Battalion 316 from Kraśnik. The bodies were dragged from the trenches by teams of horses, and incinerated on grates with wood and gasoline. Six or eight Jews escaped one night, but many of them were later caught and executed. During this process the decomposing corpses smelled very bad and reportedly caused hardened SS men to vomit. Afterward, the Jewish prisoners were executed by men from Police Battalion 101 in Puławy.

Последствия и значение

3 ноября заключенные Майданека назвали "Кровавой средой". После операции в десяти трудовых лагерях для евреев в Люблинском округе (включая Демблин-Ирену и Будзынь) оставалось около 10 000 евреев, переживших ее. Евреев в Будзине не казнили, несмотря на статус лагеря как подлагеря Майданека. По словам выживших, несколько евреев были отправлены из Будзиня в Майданек и вернулись с окровавленной одеждой и рассказами о массовом убийстве. Израильский историк Давид Сильберкланг полагает, что выживание лагеря объясняется стремлением местных немецких чиновников продолжать извлекать финансовую выгоду из рабского труда и избегать отправки на фронт, но отмечает, что неясно, почему лагерь избежал внимания Гиммлера. Операция "Фестиваль урожая" совпала с другими массовыми убийствами евреев, переживших Холокост, в Краковском и Галицком округах, включая лагеря Вермахта в Галиции, но пощадила лагеря принудительного труда в Радомском округе, которые не находились в подчинении СС. В Люблинском округе евреев убивали отдельно в Аннополе-Рахуве, Пулавах и других небольших местах. Предприятие СС "Ostindustrie", где работало много убитых заключенных, не было предупреждено заранее; компания была ликвидирована позднее в этом месяце. Операция ознаменовала завершение операции "Рейнхард". По оценкам Кристофера Браунинга, минимальное число погибших в Майданеке и Пониатове составило 30 500 человек, а оценки числа убитых в Травниках начинаются с 6 000, но могут достигать 8 000–10 000. Общее число жертв операции, по разным оценкам, варьируется от 39 000 до 43 000, не менее 40 000, 42 000 или от 42 000 до 43 000 человек. По количеству жертв "Фестиваль урожая" стал крупнейшим массовым убийством евреев немецкими войсками во время Холокоста. Он превзошел убийство более 33 000 евреев в Бабином Яре под Киевом и уступил лишь Одесской резне 1941 года, в ходе которой румынские войска убили более 50 000 евреев в октябре 1941 года. После войны Споренберг был осужден, признан виновным и казнен польским судом за участие в организации операции, а Путц покончил с собой. В 1999 году Альфонс Готсфрид был приговорен к отбытию срока за участие в убийствах в Майданеке. В Государственном музее Майданека проводятся церемонии памяти жертв.

3 November was dubbed "Bloody Wednesday" by Majdanek prisoners. Following the operation, ten labor camps for Jews in the Lublin District (including Dęblin–Irena and Budzyń) had about 10,000 Jews still alive. The Jews at Budzyń were not executed, despite the camp's status as a subcamp of Majdanek. According to survivors, a few Jews were taken from Budzyń to Majdanek, returning with bloody clothing and tales of the massacre. Israeli historian David Silberklang attributes the survival of the camp to the desire of local German functionaries to continue benefiting financially from slave labor and avoid a transfer to the front, but states it is unclear why the camp escaped Himmler's notice. The Harvest Festival operation coincided with other massacres of surviving Jews in Kraków District and Galicia District, including the Wehrmacht camps in Galicia, but spared the forced labor camps in Radom District which had not been placed under SS command. In the Lublin District, Jews were killed separately at Annopol Rachów, Puławy, and other smaller sites. The SS enterprise Ostindustrie, which employed many of the murdered prisoners, was not informed in advance; the company was liquidated later in the month. The operation marked the end of Operation Reinhard. According to Christopher Browning, the minimum estimate of the death toll was 30,500 at Majdanek and Poniatowa, and murder estimates at Trawniki start at 6,000, but may be 8,000 to 10,000. Overall, the operation is variously estimated to have killed 39,000 to 43,000, at least 40,000, 42,000, or 42,000 to 43,000 victims. Measured by death count, Harvest Festival was the single largest massacre of Jews by German forces during the Holocaust. It surpassed the killing of more than 33,000 Jews at Babi Yar outside Kiev and was exceeded only by the 1941 Odessa massacre of more than 50,000 Jews in October 1941, committed by Romanian troops. After the war, Sporrenberg was tried, convicted, and executed by a Polish court for his role in organizing the operation, while Pütz committed suicide. In 1999, Alfons Gotzfrid was sentenced to time served for his participation in the killings at Majdanek. The Majdanek State Museum has hosted ceremonies to commemorate the victims.