Введение

Римский сенатор и консул I века Аул Дидиус Галл Фабрициус Вейенто был римским сенатором, игравшим значительную роль в окружении нескольких римских императоров в первом веке нашей эры. За свои заслуги Вейенто был удостоен должности консула-суффекта трижды, в период, когда получение трех консульств было крайне редким для лиц, не принадлежавших к императорской семье. Современные исследователи по-разному интерпретируют характер роли Вейенто. Более ранние авторы, основываясь на намеках Кассия Диона и Плиния Младшего, склонны были приписывать Вейенто злонамеренные действия. Например, Рональд Сайм резюмировал его карьеру так: "Вейенто начал как раздатчик мелких милостей, а закончил как торговец честью". Уильям Макдермот впоследствии предложил более объективную оценку этой личности. Это привело к тому, что более поздние авторы стали рассматривать его как "одного из наиболее интересных сенаторских друзей Домициана, часто, но ошибочно причисляемого к доносчикам во времена так называемого правления террора".

Жизнь

Его имя указывает на то, что Вейенто был связан с Аулом Дидием Галлом, суффектом-консулом 39 года н.э. и наместником Римской Британии. Некоторые исследователи, такие как Эдмунд Грог и Марио Торелли, полагали, что Вейенто был сыном или внуком наместника Британии. Олли Саломиес показал, что более вероятно, что Вейенто был усыновлен Дидием Галлом в какой-то момент до того, как он стал претором. Джонс предполагает, что именно во время пребывания с Дидием Галлом он впервые встретился с будущими императорами, «поскольку отец и брат Домициана командовали двумя легионами Клавдия во время британских вторжений». Это привело Брайана В. Джонса к тому, чтобы описать его как «одного из самых ранних известных нарушителей стачек». Макдермот считал, что он был претором в 54 году; Джонс в 1971 году отметил, что «ничто не мешает датировать это событие примерно 60 годом, в какое-то время к концу пятилетия Нерона», и, принимая дату Макдермота – 54 год, мы можем заключить, что Вейенто родился около 24 года н.э. Его следующее упоминание в истории относится к 62 году, когда он был предан суду и сослан. Тацит рассказывает следующее:

Подобное обвинение погубило Фабриция Вейенто. Он сочинил множество пасквилей на сенаторов и понтификов в труде, который назвал «Приложениями к завещаниям». Туллий Гемин, обвинитель, далее заявил, что он постоянно торговал императорскими милостями и правом на продвижение по службе. Именно поэтому Нерон сам взялся за ведение этого дела, и, признав Вейенто виновным, изгнал его из Италии и приказал сжечь его книги, которые, хотя их было опасно приобретать, жадно искали и много читали. Вскоре полная свобода их распространения привела к забвению. Макдермот отмечает: «На первый взгляд это кажется очернением Вейенто, но более внимательное изучение отрывка и его контекста представляет Вейенто в совершенно ином свете». Макдермот указывает на то, что контекст этого отрывка – предшествующие главы повествуют о возобновлении обвинений в соответствии с законом Юлия о государственной измене (Lex Julia maiestatis) – позволяет предположить, что мотивацией этого преследования были не «Приложения к завещаниям» Вейенто, а предлог для конфискации его имущества. Макдермот также отмечает, что Тацит здесь не говорит о том, что Вейенто продавал «императорские милости и право на продвижение по службе», а о том, что Туллий Гемин обвинил Вейенто в этом. «Такие вымышленные дополнения к основному обвинению в государственной измене были обычным явлением», – напоминает Макдермот. Вейенто был скорее жертвой придворных интриг, чем их участником.

Карьера при Веспасиане

Очевидно, Вейенто вернулся из изгнания после самоубийства Нерона в 68 году. Он снискал благосклонность Веспасиана неизвестным образом, что привело к его первому суффекту консульству. Дата его консульства могла быть еще в начале правления Веспасиана, когда он впервые стал *amicus Caesaris* и членом *consilium principis*. Сыну Веспасиана, Титу, он явно был по душе, поскольку его второе суффектное консульство датируется 80 годом. Карьера Вейенто представляется аномальной, так как нет достоверных сведений о его *cursus honorum*. Макдермот отождествляет его с субъектом фрагментарной надписи, найденной в Арле, и его восстановление этой надписи, которое, как он сам признает, в некоторых местах является спекулятивным, указывает на то, что он был наместником трех провинций (одной из которых была либо Азия, либо Африка), а также легатом неизвестного легиона, что обеспечило бы Вейенто традиционной карьерой. Хотя Галливан принимает эту идентификацию, другие специалисты пока не согласны с провинциями, предложенными Макдермотом для Вейенто. В ответ на статью Макдермотта Брайан Джонс заявил: «нет никаких оснований полагать, что Квинт Вибий Крисп не мог занимать должности, упомянутые в надписи». Более того, Вернер Эк предлагает иную реставрацию первой строки и утверждает, что надпись относится к Марку Помпею Сильвану Стаберию Флавиану. Карьера Вейенто в римском жречестве задокументирована гораздо лучше. О посвятительной надписи времен Траяна, свидетельствующей об исполнении Вейенто обета богине Неметоне в Могунциаке (Майнц), известно, что она подтверждает его жреческие должности. Эти должности перечислены следующим образом: *Quindecimviri sacris faciundis* – одно из четырех самых престижных древнеримских жреческих коллегий; *Sodales Augustales*; *Sodales Flaviales*; и *Sodales Titiales*. Макдермот датирует его членство в *Quindecimviri* «возможно, при Нероне, до ссылки в 62 году. Он мог даже стать членом этого коллегиума при жизни своего приемного отца». Когда он вступил в *Sodales Augustales* и *Sodales Titiales*, неизвестно. Вступление в *Sodales Flaviales*, очевидно, следует датировать вскоре после смерти Веспасиана. Это может объяснить не только его влияние во время правления Домициана, поскольку император, как известно, интересовался мельчайшими деталями религиозных обрядов, но, по мнению Макдермота, это может объяснить смысл «Приписок» Вейенто как нападки на «небрежность и невнимательность к ритуалам» его современников.

Карьера при Домициане

До нас дошли более подробные сведения о роли Вейенто в правление Домициана. И фрагмент "De bello Germanico" Стация, и "Сатира IV" Ювенала свидетельствуют о том, что Вейенто, вместе с Луцием Юнием Квинтом Вибием Криспусом, престарелым Ацилием Глабрио, слепым Луцием Валерием Катуллом Мессалином, составляли четвёрку наиболее влиятельных советников Домициана. Джонс частично согласен с этой оценкой, но утверждает, что этих *амичи* вызывали ко двору лишь тогда, когда требовался их совет. Настоящая власть принадлежала назначенцам Домициана: городскому префекту Плотию Пегасу, преторианским префектам, таким как Луций Лаберий Максимус, *кубикуларию* и *рационабусу*. Есть также свидетельства того, что Вейенто сопровождал Домициана в его дакийском походе против хаттов. Джонс объясняет контекст бронзовой таблички, найденной в Могунтияке, благодаря его присутствию в качестве *кома* Домициана, и предполагает, что Вейенто мог быть отправлен к командирам, чтобы разъяснить стратегию Домициана, которая "должна была показаться многим близкой к трусости", но оказалась столь же эффективной, как фабианская тактика против Ганнибала. Наконец, именно при Домициане Вейенто был назначен консулом в третий раз, что, по мнению специалистов, произошло в 83 году.

Карьера под руководством Нервы

Вероятно, Вейенто пережил убийство Домициана, не потеряв ни звания, ни имущества, поскольку в следующий раз он упоминается в истории на банкете, устроенном императором Нервой в первый год его правления (97 г. н.э.). Плиний Младший рассказывает, как Вейенто был приглашен на тот же ужин, что и Юний Маврикий, который был сослан по доносу или благодаря усилиям информатора. Было упомянуто имя слепого Луция Валерия Катулла Мессалина, печально известного информатора при жизни, и император поинтересовался: "Если бы он прожил дольше, что, по-вашему, с ним случилось бы?" Юний Маврикий ответил: "Он обедал бы с нами". Плиний в другом месте письма ясно дает понять, что этот комментарий был адресован Вейенто. Другой случай, зафиксированный Плинием, произошел, когда Вейенто объединился с четырьмя другими бывшими консулами и сенаторами, чтобы выступить против предложения Плиния о привлечении к суду еще одного информатора, Публикия Серта, который погубил Хелвидия Приска в 93 году. Несмотря на то, что Плиний практически в одиночку продвигал это дело, благодаря своему красноречию он убедил Сенат одобрить преследование, несмотря на последнюю просьбу Вейенто не прибегать к судебным мерам. Хотя император Нерва не предпринял действий по делу о преследовании, Серт был проигнорирован при рассмотрении кандидатуры на должность консула и, в любом случае, вскоре после заседания Сената заболел и умер. Эти два эпизода заставили многих авторов, таких как Сайм, предположить, что сам Вейенто был информатором, обвинявшим многих видных людей в преступлениях ради захвата их имущества; как отмечает Макдермот, все эти отрывки лишь доказывают, что Плиний Младший испытывал к Вейенто сильную неприязнь. Макдермот указывает, что Тацит, который, как и Вейенто, был членом Quindecimviri sacris faciundis и либо хорошо знал его, либо был с ним знаком, не считал Вейенто информатором. Составляя список информаторов, действовавших при Домициане, Тацит называет Меттия Кара, слепого Катулла Мессалина и Бэбия Массу, но не Вейенто. Последний зафиксированный акт Вейенто – его выступление в Сенате в 97 году с просьбой о снисхождении к Публикусу Серту. Точно неизвестно, сколько он прожил после этого: если наше вышеуказанное вычисление даты его рождения – 24 г. н.э. – верно, то Вейенто было около 73 лет на момент его последнего появления. Макдермот упоминает намек в "Панегирике" Плиния императору Траяну (произнесенном в 100 г. н.э.) на человека, сидевшего в Сенате и трижды бывшего консулом, и задается вопросом, не был ли это Вейенто; основываясь на наших расчетах, это вполне возможно, поскольку ему было бы 76 лет.

Семья

Из бронзовой таблички, найденной в Могунтиякуме, мы знаем имя жены Вейенто – Аттики. Ничего достоверного о ней не известно. Ювенал делает загадочную аллюзию на Эппию, жену сенатора, которая бросает мужа и семью и следует за гладиатором в Египет; этим сенатором мог быть Вейенто. "Является ли Эппия женой Вейенто, чьим именем была Аттика (оба имени – дактили), или Вейенто – лишь пример типичного 'сенекса'?" – спрашивает Макдермот. Он не может установить, действительно ли речь идет о сенаторе, трижды занимавшем должность консула, и если да, то является ли Эппия псевдонимом Аттики, или, возможно, именем его второй жены.