Транс и танец на Бали: Исследование ритуального экстаза

Введение

Антропологический фильм 1952 года Грегори Бейтсона и Маргарет Мид. "Транс и танец на Бали" – короткометражный документальный фильм, снятый антропологами Маргарет Мид и Грегори Бейтсоном во время их исследований на Бали в 1930-х годах. В фильме показаны танцовщицы, исполняющие танец в трансе с острыми кинжалами крис, в конечном итоге наносящие себе ими удары, не причиняющие вреда. Фильм был выпущен только в 1951 году. Он получил признание от последующих антропологов за новаторский подход, а также критику за сосредоточенность на самом представлении и упущение важных деталей, таких как общение между танцовщицами.

История

Антропологи Маргарет Мид и Грегори Бейтсон провели два года на Бали в 1930-х годах, занимаясь исследованиями, сняв около 22 000 футов 16-миллиметровой пленки и 25 000 фотографий, и завершив семь фильмов, одним из которых был фильм "Транс и танец на Бали". Они поженились в 1936 году. Объем созданных ими визуальных материалов был признан непревзойденным в антропологии. Это было обусловлено их методом включенного наблюдения, который предполагал ведение обильных и систематических полевых заметок для понимания точки зрения изучаемых людей. Они уделяли большое внимание технике фото- и киносъемки. Во время пребывания на Бали Бейтсон заказал дополнительную пленку, более вместительную ванну для проявки и скоростной перемотчик, чтобы можно было делать снимки "с очень большой скоростью".

Синопсис

Фильм описывает и иллюстрирует одно исполнение танца Крис, ритуального танца на индонезийском острове Бали. Танец изображает борьбу добра, в облике драконов, против зла, в облике замаскированных ведьм Тьялонаранг. Танцовщицы – молодые женщины. Они держат кинжалы крис. Их можно увидеть, входящих в транс поочередно, и возвращаемых в сознание. Находясь в трансе, они танцуют в экстазе и наносят себе раны кинжалами, оставаясь невредимыми. Фильм начинается и заканчивается титрами, суммирующими историю танца. По словам антрополога Джордан Кэтрин Вейнанд, фильм был "очень влиятельным для своего времени". Она утверждает, что в нем запечатлены балийцы, "танцующие в состоянии насильственного транса, наносящие себе раны кинжалами, не получая при этом повреждений. Затем их приводят в сознание с помощью святой воды и благовоний". Индонезийско-американский антрополог Фатима Тобинг Рони утверждает, что "фотогеничное" насилие и транс непереводимы: антропология может наблюдать транс, но никогда не постигает его тайну. По ее мнению, "непристойные голоса девушек и самодовольный смех пожилых женщин, записанные секретарем, не звучат в озвучке или саундтреке: женщины превращаются в недифференцированных экзотических трансеров. И духовная глубина старших женщин остается без внимания". Что касается объективности, Рони отмечает, что "Фотогеничный транс и танец на Бали является примером своеобразной антропологической империалистической слепоты, что иронично, учитывая, что эти ученые верили и продвигали идею собственного превосходного видения". По ее мнению, их фильмы сложны "даже по сегодняшним меркам, поскольку они используют кино не как этнографическую иллюстрацию, а как мощный инструмент систематического культурного исследования". Исследователь кино Тревор Понеч пишет, что, изменяя обычные условия исполнения, объективность Бэйтсона и Мид вызывает вопросы, возможно, под влиянием их "этически сомнительных, искажающих жизненный мир желаний".

The film describes and illustrates a single performance of the Kris Dance, a ritual dance on the Indonesian island of Bali. The dance portrays the struggle of good, in the shape of dragons, against evil, in the shape of masked Tjalonarang witches. The dancers are young women. They hold kris daggers. They are seen to enter trance, one at a time, and are revived from it. While in trance, they dance ecstatically and stab themselves with their daggers, remaining unharmed. The film opens and closes with displayed blocks of text, summarizing the dance's story. The film was "very influential for its time", according to the anthropologist Jordan Katherine Weynand. She states that it records Balinese people "dancing while going through violent trances, stabbing themselves with daggers without injury. They are then restored to consciousness with holy water and incense." The Indonesian American anthropologist Fatimah Tobing Rony argues that the "photogenic" violence and trance are untranslatable: anthropology can look at trance but never really penetrates its mystery. In her view, "the naughty voices of the girls and the vain chuckles of the old women, transcribed by the secretary, are never heard in the voiceover or soundtrack: the women become undifferentiated exotic trancers. And the spiritual depths of the older women are not considered." As for objectivity, Rony remarks that "The photogenic Trance and Dance in Bali is representative of a kind of anthropological imperialist blindness, ironic considering that these scientists believed [in] and promoted the idea of their own superior vision". In her view, their films are sophisticated "even by today's standards in that they use film not as ethnographic illustration but as a powerful tool in systematic cultural research." The scholar of film Trevor Ponech writes that by altering the customary conditions of performance, Bateson and Mead's objectivity is open to question, perhaps influenced by their "ethically questionable, lifeworld distorting desires".