Введение

Фигура из греческой мифологии

В греческой мифологии Ифигения (/ɪ//f//ɪ//dʒ//ᵻ/'/n//aɪ//.//ə/; Ἰφιγένεια, Iphigéneia) была дочерью царя Агамемнона и царицы Клитемнестры, и, следовательно, принцессой Микен. Согласно преданию, Агамемнон оскорбил богиню Артемиду по пути в Троянскую войну, убив одного из её священных оленей. В отместку она помешала греческой армии достичь Трои, пока Агамемнон не принесет в жертву свою старшую дочь Ифигению в Аулиде. В некоторых версиях Ифигения умирает в Аулиде, а в других Артемида спасает её. В версии, где она спасена, она отправляется к таврикам и встречается со своим братом Орестом.

Имя

"Ифигения" означает "сильно рожденная", "рожденная для силы" или "та, что способствует рождению сильных потомков".

Ифианасса

Ифианнасса (Ἰφιάνασσα) — имя одной из трёх дочерей Агамемнона в «Илиаде» Гомера (ix.145, 287). Имя Ифианнасса, возможно, является просто более древним вариантом имени Ифигения. «Не все поэты считали Ифигению и Ифианнассу именами одной и той же героини, — отмечает Кереньи, — хотя, безусловно, изначально они использовались взаимозаменяемо для обращения к одному и тому же божественному существу, которое не всегда принадлежало к роду Агамемнона».

В мифологии

В греческой мифологии Ифигения появляется, когда греческий флот собирается в Аулиде, чтобы подготовиться к войне против Трои. Здесь Агамемнон, вождь греков, охотится и убивает оленя в священной роще богини Артемиды. Артемида наказывает Агамемнона, остановив ветры, так что флот Агамемнона не может отплыть в Трою. Калхас, провидец, сообщает Агамемнону, что для умилостивления Артемиды он должен принести в жертву свою старшую дочь, Ифигению. Сначала он отказывается, но под давлением других военачальников соглашается. Ифигения и её мать Клитемнестра прибывают в Аулиду под предлогом, что Ахилл женится на девушке. Они узнают правду. В некоторых версиях истории Ифигения остаётся в неведении о своей неизбежной жертве до последнего момента, веря до самой смерти, что её ведут к алтарю для бракосочетания. В некоторых переводах, таких как "Фабулы" Гигина, Ифигения не приносится в жертву, а вместо неё – коза (на самом деле бог Пан). Еврипид описывает её жертву следующим образом: «Мы привели твоего ребенка в место, где собралась греческая армия, все вместе и разом. Когда царь Агамемнон увидел, как его дочь идёт к жертвеннику на смерть, он глубоко вздохнул, отвернул голову и заплакал, закрыв глаза своей мантией. Но юная девушка стояла рядом со своим отцом, отдавшем ей жизнь, и сказала: «Отец, как ты повелел, я здесь. Я отдаю свое тело добровольно, от имени моей страны, за всю землю Греции. Веди меня к алтарю. Там, если такова воля богов, принеси меня в жертву. Пусть этот дар от меня принесет тебе успех, пусть ты получишь корону победы и славное возвращение домой. И пусть никто не возложит на меня руки. В мире и с добрым сердцем я предлагаю тебе свою горло». Так она говорила, и все стояли в изумлении от мужества и добродетели её слов. Тогда Талфибий, по приказу, предстал перед собравшейся армией и приказал следить и хранить священную тишину. Пророк Калхас вынул из ножен острый нож и положил его в корзину, украшенную золотом, а на голову девушки возложил венок. Ахилл, сын Пелея, обошел вокруг алтаря богини с корзиной в руке и окропил его святой водой, сказав: «Артемида, дочь Зевса, убийца диких зверей, плетущая серебряный свет по ночам, прими эту жертву, которую мы приносим тебе. Мы, греческая армия и царь Агамемнон, предлагаем тебе чистую кровь из горла девственницы. Даруй нашим кораблям спокойное плавание, дай нашим копьям разрушить башни Трои». Священник взял нож и, вознося молитву, стал искать место для удара. Моя душа была глубоко встревожена и полна боли. Я стоял с опущенной головой. Внезапно произошло чудо: все услышали звук ножа, но никто не мог увидеть, куда исчезла молодая дева. Священник закричал, армия подхватила его крик, и тогда они увидели чудо, в которое невозможно было поверить, даже глядя на него своими глазами. На земле лежал олень, задыхаясь. Это был взрослый олень, красивый, и алтарь богини был обагрен его кровью. Тогда Калхас заговорил – представьте себе радость! – «Вожди греческой армии, видите ли вы эту жертву, которую богиня возложила на свой алтарь? Это горный олень! Она принимает это приношение с большей радостью, чем ребенка, ибо её алтарь не будет запятнан благородной кровью. Она радуется жертве и дарует нам благоприятное плавание и успех в Трое. Итак, мужество! К оружию, к кораблям! Ибо сегодня мы должны покинуть священную бухту Аулиды и пересечь Эгейское море». Когда туша была превращена в пепел в огне Гефеста, Калхас вознес молитву о благополучном возвращении армии домой. Агамемнон послал меня рассказать вам об этом, о том, что боги даровали ему удачу и славу, которая теперь принадлежит ему и не умрёт. Я рассказываю вам то, что видел, ибо я был там. Нет сомнений, что вашего ребенка забрали, чтобы жить среди богов». Гезиодический каталог женщин называл её Ифимедой (Ἰφιμέδη) и рассказывал, что Артемида превратила её в богиню Гекату. Антонин Либерал утверждал, что Ифигения была перенесена на остров Левке, где вышла замуж за бессмертного Ахилла под именем Орсилохия. В пьесе Эсхила «Агамемнон», первой пьесе из «Орестеи», жертва Ифигении приводится как одна из причин, по которой Клитемнестра и её любовник Эгист планируют убийство Агамемнона. В «Ифигении в Аулиде» Еврипида именно Менелай убеждает Агамемнона прислушаться к совету провидца Калхаса. После того, как Агамемнон посылает сообщение Клитемнестре, сообщающее о предполагаемом браке Ифигении, он сразу же сожалеет о своём решении и пытается отправить другое письмо, говорящее им не приезжать. Менелай перехватывает письмо и они с Агамемноном спорят. Менелай настаивает на том, что Агамемнон обязан сделать всё возможное, чтобы помочь грекам. Клитемнестра прибывает в Аулиду с Ифигенией и младенцем Орестом. Агамемнон пытается убедить Клитемнестру вернуться в Аргос, но Клитемнестра настаивает на том, чтобы остаться на свадьбе. Увидев Ахилла, Клитемнестра упоминает о браке, однако Ахилл, кажется, не знает об этом, и они с Ифигенией постепенно узнают правду. Ахилл, разгневанный тем, что Агамемнон использовал его в своём заговоре, клянётся помочь предотвратить убийство Ифигении. Ифигения и Клитемнестра умоляют Агамемнона пощадить жизнь его дочери. Ахилл сообщает им, что греческая армия, жаждущая войны, узнала о совете провидца и теперь требует принести Ифигению в жертву. Если Агамемнон откажется, они, вероятно, обратятся против него и убьют его и его семью. Ифигения, зная, что ей суждено погибнуть, решает быть принесённой в жертву добровольно, рассуждая, что как смертный, она не может противиться воле богини. Она также верит, что её смерть будет героической, поскольку она совершается ради блага всех греков. Ифигения уходит, и жертва происходит за кулисами. Позже Клитемнестре сообщают о предполагаемой смерти её дочери – и о том, что в последний момент боги пощадили Ифигению и унесли её, заменив оленем. Другая пьеса Еврипида об Ифигении, «Ифигения в Тавриде», происходит после жертвы и после того, как Орест убил Клитемнестру и Эгиста. Аполлон повелевает Оресту – чтобы избежать преследования Эриний за убийство своей матери, Клитемнестры, и её любовника – отправиться в Тавриду. Находясь в Тавриде, он должен унести ксеанон (резное деревянное культовое изображение) Артемиды, которое упало с небес, и принести его в Афины. Когда Орест прибывает в Тавриду с Пиладом, сыном Строфия и близким другом Ореста, их немедленно захватывают тавры, которые имеют обычай приносить в жертву всех греческих чужестранцев Артемиде. Ифигения – жрица Артемиды, и её долг – совершать жертвоприношение. Ифигения и Орест не узнают друг друга (Ифигения думает, что её брат мёртв – ключевой момент). Ифигения узнаёт от Ореста, который всё ещё скрывает свою личность, что Орест жив. Ифигения предлагает освободить Ореста, если он отнесёт домой письмо от неё в Грецию. Орест отказывается и просит Пилада отнести письмо, а он останется, чтобы быть убитым. После конфликта взаимной привязанности Пилад наконец уступает, и письмо заставляет брата и сестру узнать друг друга, и все трое вместе бегут, унося с собой изображение Артемиды. Вернувшись в Грецию – будучи спасёнными от опасностей Афиной по пути – Афина повелевает Оресту отнести ксеанон в город Галаи, где он должен построить храм для Артемиды Тавропольской. На ежегодном фестивале, проводимом там в честь Артемиды, необходимо наносить один укол из горла человеку, чтобы почтить память Ореста, едва не принесённого в жертву. Афина посылает Ифигению в святилище Артемиды в Бравроне, где она должна быть жрицей до самой смерти. Однако, по словам спартанцев, они…

Среди Таурианцев

Жители Тавриды/Таврики, обращенные лицом к Эвксинскому морю, поклонялись деве-богине Артемиде. Некоторые очень ранние греческие источники в Эпическом цикле утверждали, что Артемида спасла Ифигению от человеческого жертвоприношения, которое собирался совершить её отец, например, в утраченном эпосе «Киприя», сохранившемся в пересказе Прокла: «Артемида выхватила её и перенесла в Тавров, сделав бессмертной, и поставила оленя вместо девицы [Ифигении] на алтарь». Богиня унесла юную принцессу в Тавриду, где она стала жрицей в храме Артемиды. Самые ранние известные свидетельства о предполагаемой смерти Ифигении содержатся в трагедиях Еврипида «Ифигения в Авлиде» и «Ифигения в Тавриде», обе афинские пьесы V века до н.э., действие которых разворачивается в героическую эпоху. В версии драматурга тавры поклонялись как Артемиде, так и Ифигении в храме Артемиды в Тавриде. Другие варианты повествуют о том, что Артемида спасла её во время жертвоприношения и превратила в богиню Гекату. Еще один пример – брат Ифигении, Орест, узнающий её и помогающий ему похитить священный образ Артемиды. Возможные причины ключевых расхождений в изложении мифа драматургами, такими как Еврипид, заключаются в стремлении сделать историю более приемлемой для публики и создать возможность для продолжений с теми же персонажами. Многие традиции возникли в связи с жертвоприношением Ифигении. Одна из наиболее известных версий приписывается спартанцам. Вместо жертвоприношения девственниц они хлестали мужчину перед священным изображением Артемиды. Однако большинство подношений Артемиде, вдохновленных жертвоприношением, были более традиционными. Особенно тавры приносили в жертву быков и девственниц в честь Артемиды.

Среди этрусков

Миф был пересказан в классической Греции и Италии, и наибольшую популярность он приобрел в Этрурии, особенно в Перузии. Во втором и первом веках до нашей эры этруски украшали свои кремационные урны сценами жертвоприношения. Наиболее распространенная сцена изображала: "Ифигения, маленькая девочка, удерживается Одиссеем над алтарем, пока Агамемнон совершает апархай. Клитемнестра стоит рядом с Агамемноном, а Ахилл – рядом с Одиссеем, и каждый из них умоляет о жизни Ифигении". Эта версия наиболее близка к тому, как миф рассказывали римляне.

В Гомере

Жертва Ифигении не упоминается Гомером напрямую, хотя исследователи полагают, что она подразумевается в критике Агамемнона Калхаса в «Илиаде» 1.105–108; Нельсон развил эту идею, утверждая, что история жертвоприношения Ифигении аллюзивно лежит в основе первых сцен «Илиады»: «и спор о Хрисеиде, и ее возвращение отцу воспроизводят и переосмысливают историю жертвоприношения».

В популярной культуре

Персонаж "Игры престолов" Ширин Баратеон была принесена в жертву богу отцом, что некоторые критики сравнили с Ифигенией. Аманда Маркотт из Slate также пишет: "Каждый поворот греческого мифа повторяется в истории Станниса: войска застряли и голодают, а полководец Агамемнон должен принести в жертву свою собственную дочь, чтобы изменить ход судьбы в их пользу. Умоляющая о пощаде мать, неодобряющий второй человек, не способный остановить это, дочь, готовая на все ради помощи – все это явное эхо". В "Жертве", втором томе комиксов Эрика Шэнуэра "Эпоха бронзы", замена Ифигении оленем – благочестивая ложь, придуманная Одиссеем, чтобы утешить скорбящую Клитемнестру. Однако это не помогает, и Клитемнестра в гневе проклинает все ахейское войско, желая гибели всем воинам. В романе Шерри С. Теппер "Врата в женскую страну" присутствует схожая тема, а пьеса "Ифигения в Илиуме" проходит через всю книгу как лейтмотив. В "Аббатстве Даунтон" лорд Грантем сравнивает Лавинию Свайр с Ифигенией, принесенной в жертву леди Грантем ради брака с Мэтью Кроули. В 1843 году ботаник Кунт описал род растений Iphigenia, относящийся к семейству Colchicaceae, и назвал его в честь Ифигении. В "Песне Ахилла" Мадлен Миллер Ифигения прибывает в Авлиду, веря, что должна выйти замуж за Ахилла. Вместо этого она становится невольной жертвой, принесенной в жертву Артемиде. Полное (редко используемое) имя вымышленного частного детектива В. И. Варшавски, созданного Сарой Парецкой, – Виктория Ифигения Варшавски. В романе 1985 года "Приказы на убийство", третьем в серии, главная героиня отождествляет себя с персонажем греческого мифа и осознает сходство травмирующего события своего детства с жертвоприношением Ифигении. В пьесе "Даже родственники виновны" Кей Абионы, нигерийского драматурга народа йоруба, король обманом приносится в жертву своей единственной дочери своим сводным братом, который дал ложное пророчество о необходимости вернуть корону из вражеского королевства. Тот же брат отравляет разум королевы против мужа, рассказывая ей о жертве (как и Клитемнестра в мифе, она верит, что дочь увезли, чтобы выдать замуж за соседнего короля). Затем они замышляют убить короля ядом, чтобы сводный брат смог занять трон. Однако младший сын покойного короля раскрывает предательство дяди и убивает его во дворце. Но ему не позволяют убить собственную мать (в отличие от Ореста) мудрый вождь Отун, чтобы избежать духовных последствий убийства родителей в традиции йоруба. В фильме "Убийство священного оленя" с Николь Кидман и Колином Фарреллом миф перенесен в современный триллер, где семью хирурга преследуют из-за случайной гибели пациента много лет назад. Детей хирурга один за другим поражает паралич (прямая аллюзия на неподвижные армии Агамемнона), и семья хирурга вынуждена принести в жертву одного из своих членов, чтобы искупить вину за случайную смерть во время операции. Миф даже напрямую упоминается в фильме, когда администратор школы детей заявляет, что дочь написала блестящее эссе об Ифигении. В вымышленной книге Рафаэля Сабатини "Госпожа Уайлдинг" сэр Роуленд Блейк упоминает Ифигению (в книге пишется как Ифигиния) как метафору самопожертвования Рут Уэстмакотт, согласившейся выйти замуж за Энтони Уайлдинга, чтобы предотвратить его дуэль с ее братом.