Введение

Английский изобретатель и шпион, а также люди с похожим именем.

Джеффри Натаниэль Джозеф Пайк (9 ноября 1893 – 21 февраля 1948) был английским журналистом, педагогом и изобретателем. Пайк стал известен публике, когда ему удалось бежать из интернирования в Германии во время Первой мировой войны. Он отправился в Германию под поддельным паспортом и вскоре был арестован и заключен в лагерь для интернированных. Во время Второй мировой войны Пайк предложил использовать недавно изобретенный материал, пикрет, для постройки корабля «Абакук».

Ранние годы

Отец Пайка, Лайонел Эдвард Пайк, был еврейским юристом, скончавшимся, когда Пайку было всего пять лет, оставив семью без средств к существованию. Мать Пайка конфликтовала с родственниками и устраивала детям "адскую" жизнь. Она отправила Пайка в Веллингтон, в то время престижную школу, в основном для сыновей армейских офицеров. По настоянию матери Пайк продолжал соблюдать одежду и обычаи ортодоксального иудаизма. В тринадцать лет он стал атеистом. Преследования, которым он подвергался, внушили ему ненависть и презрение к "истеблишменту". После двух лет обучения в Веллингтоне его забрали из школы, он занимался с репетиторами, а затем поступил в Пемброк-колледж Кембриджского университета для изучения права.

Первая мировая война

При начале Первой мировой войны Пайк оставил учебу, чтобы стать военным корреспондентом. Он убедил редактора "Дейли Хроникл" отправить его в Берлин. Он использовал паспорт, полученный от американского моряка, проехав через Данию. В Германии он беседовал с местными немцами и подслушивал чужие разговоры, наблюдая за мобилизацией немцев на войну с Российской империей. В начале октября 1914 года, после шести дней пребывания в Германии, Пайк был арестован в своей комнате, и уведен, оставив на столе письмо, написанное на английском языке. Заключенный в маленькую камеру в одиночном заключении, он полагал, что его, возможно, не казнят, рассуждая, что "германское правительство не станет тратить 4 пенса на мое содержание, если ему придется нести расходы на погребение через пять дней". Во время заключения Пайк тосковал по книгам, письменным принадлежностям и общению. Когда ему разрешали выходить на прогулку, он ходил по двору и обменивался словами с другими заключенными. Он восстанавливал в памяти стихи – "Если" Редьярда Киплинга и "Ямщик" Льюиса Кэрролла – и громко читал их в темноте. В это время Пайк сомневался в своей вменяемости. В январе 1915 года его перевели в другую тюрьму, где он смог общаться с другими заключенными и покупать газеты, узнав, что тысячи иностранцев проходили через эту тюрьму на карантине, прежде чем быть переведенными в лагерь для интернированных в Рулебен. Через пять дней его перевели в третью тюрьму в Моабите, а затем в лагерь для интернированных в Рулебен. В Рулебне Пайк встретил сокурсников из Оксфорда и Кембриджа. Они снабжали его дополнительной одеждой, едой, книгами и другими удобствами. Пайк вскоре заболел и чуть не умер от двусторонней пневмонии и пищевого отравления, но выздоровел летом. Несмотря на болезнь, он обдумывал возможность побега и неоднократно расспрашивал других заключенных. Большинство были пессимистичны относительно побега, но англичанин Эдвард Фолк согласился, несмотря на низкий процент успеха предыдущих попыток. Пайк собрал статистические данные о предыдущих побегах и вместе с Фолком принял решение сбежать, начав режим физических упражнений для подготовки. Днем 9 июля 1915 года Пайк и Фолк пробрались в хижину и спрятались под теннисными сетями, используя блики заходящего солнца, чтобы ослепить патрулирующего охранника. Успешно скрывшись, они дождались темноты и перелезли через периметровые заборы. Пайк и Фолк сели в трамвай до Берлина, купили одежду и походное снаряжение, а затем отправились на запад. В 129 километрах от голландской границы они решили идти пешком, преодолевая колючую проволоку и болотистую местность. Приближаясь к границе, они съели остатки еды и выбросили все снаряжение, кроме веревки из шнура, решив пересечь голландскую границу. Когда они отдыхали, их обнаружил солдат, и они попытались выговориться, но оказалось, что солдат – голландец, и они уже находились в Нидерландах. Оттуда они добрались до Англии. Пайк посетил своего редактора, чтобы признаться в провале миссии. Однако редактор сообщил Пайку, что история его побега, основанная на длинном телеграфном сообщении, отправленном Пайком из Амстердама, стала одним из главных сенсаций Флит-стрит во время войны. Пайк был первым англичанином, проникшим в Германию и вернувшимся обратно, и его поощрили написать серию статей для "Хроники". Пайк отказался, сославшись на утраченный интерес к работе военным корреспондентом. Он делил свое время между лекциями о своем опыте и публикациями в журнале "Cambridge Magazine", редактируемом Чарльзом Кей Огденом. Поскольку война все еще продолжалась, Пайк опустил некоторые детали своего побега в своем рассказе. Книга "В Рулебен – и обратно" была переиздана в 2002 году. В марте 1918 года Пайк познакомился с Маргарет Эми Чабб, и они поженились через три месяца после знакомства.

Школа "Мальтинга"

Между Первой и Второй мировыми войнами Пайк предпринял несколько схем для заработка, спекулируя на товарном рынке, используя собственную систему финансового управления и работая через разных биржевых брокеров, чтобы избежать внимания и высоких брокерских комиссий. У Пайков был сын, Дэвид Пайк (1921–2001), и Пайк сильно беспокоился об образовании сына. В октябре 1924 года, чтобы создать образование, отличное от собственного, развивающее любознательность и готовящее молодых людей к жизни в двадцатом веке, он открыл школу для младших школьников в своем доме в Кембридже. Его жена, Маргарет, активно поддерживала школу и ее идеи. Пайк пригласил психолога Сьюзан Сазерленд Айзекс руководить школой, и хотя у Пайка было много оригинальных идей в области образования, он пообещал ей не вмешиваться. Пайк продолжал свои спекуляции на бирже, которые финансировали школу Malting House. Школа Malting House была основана на теориях американского философа и педагога Джона Дьюи. Она способствовала индивидуальному развитию детей, предоставляя им большую свободу и оказывая поддержку вместо наказания. Учителя рассматривались как наблюдатели за детьми, которых считали исследователями. В течение короткого времени школа "Мальтинги" добилась признания, хотя и не коммерческого успеха; ее посещали многие педагоги, и о ней был снят документальный фильм. У Пайка были амбициозные планы относительно школы, и он начал вмешиваться в ее повседневное управление, после чего Сьюзан Айзекс покинула "Мальтинги". В 1927 году Пайк потерял все свои деньги и обанкротился. Школу Malting House пришлось закрыть, а Маргарет Пайк устроилась на работу секретарем директора; она ушла от Джеффри, хотя они так и не развелись. Уже страдая от периодических приступов депрессии и обремененный огромными долгами перед брокерами, он полностью ушел из нормальной жизни и выживал на пожертвования близких друзей.

Работа против антисемитизма

В 1934 году Пайк выступил против волны антисемитизма в нацистской Германии, ссылаясь на гуманитарные соображения. Он призывал христианских лидеров выступить с одновременными публичными заявлениями, осуждающими нацистов, и собирал средства для создания организации по борьбе с антисемитизмом. Пайк написал ряд статей о иррациональности предрассудков и начал работу над книгой. В своих опубликованных письмах и статьях он подчеркивал необходимость сбора данных, что нашло отклик у других мыслителей, которые, признавая первоначальную идею принадлежащей Пайку, впоследствии основали проект «Массовое наблюдение», целью которого было документирование жизни обычных британцев.

Добровольная промышленная помощь Испании

Во время гражданской войны в Испании Пайк основал организацию "Добровольная промышленная помощь Испании" (VIAS), поощряя людей с небольшими средствами вкладывать своё время и умения. Против этого выступили профсоюзные деятели, полагавшие, что неоплачиваемый труд может создать опасный прецедент, но Пайк настоял на своём. К октябрю 1938 года в Испанию было отправлено двадцать пять транспортных средств, включая два мобильных пункта переливания крови, а к концу войны было передано более семидесяти машин. Рабочие, организованные профсоюзами и при поддержке сочувствующих работодателей, предоставлявших оборудование и помещения, смогли производить полезное снаряжение. Пайк также изобрел мотоциклетный коляску для перевозки медицинских принадлежностей или пациента. Он собрал средства на покупку американских мотоциклов Harley Davidson, которые в то время было легко найти на вторичном рынке, и убедил рабочих бесплатно изготавливать коляски, которые затем отправлялись в Испанию. Пайк также оказывал помощь в организации производства матрасов для испанского правительства, сборе списанных конных плугов для испанских фермеров и комплектов ручного инструмента для рабочих. Он опубликовал резкие пропагандистские брошюры, подчеркивая, что британские рабочие не должны рассматривать свой вклад как благотворительность, пока испанцы сражаются и умирают за своих товарищей. Чтобы решить проблему нехватки бинтов и перевязочных материалов в Испании, он предложил использовать вместо хлопковых повязок высушенный на солнце торф, помещенный в мешки из муслина. Вскоре мох, собранный добровольцами в Британии, был отправлен в Испанию.

Шпионирование за нацистской Германией

В 1939 году, перед началом Второй мировой войны, Пайк задумался о том, что немецкий народ на самом деле думает о нацистском режиме. Его идея заключалась в проведении тайного опроса общественного мнения путем отправки добровольцев в Германию для интервью с обычными людьми. Он лично обучал этих добровольцев. План предусматривал, что интервьюеры должны выдавать себя за гольфистов, находящихся в турне по Германии, а сами интервью должны проходить в неформальной обстановке, с включением вопросов в повседневный разговор; первым городом в Германии, где планировалось провести опрос, был Франкфурт. Пайк отправился во Франкфурт, где встретился с Питером Рэли. Рэли предположил, что в Германии уже находится достаточно «гольфистов» Пайка, чтобы бросить вызов Франкфуртскому гольф-клубу на матч. Пайк счел это отличной идеей и приступил к реализации нового плана. К 21 августа Пайк привлек к работе в Германии десять интервьюеров. 25 августа, получив намеки от своих контактов в Министерстве иностранных дел, Пайк отозвал всех своих агентов, и в течение нескольких последующих дней они вернулись в Англию. Изначально Пайк планировал представить Гитлеру отчет об истинных настроениях немецкого народа, но с началом войны это не удалось. Рэли и Патрик Смит выступили с радиопередачей на недавно созданной службе BBC World Service, в которой сопоставили настроения в Германии и Лондоне, а Пайк подготовил отчет для военного ведомства. Пайк пытался привлечь внимание к результатам опроса и повторить его в Германии, используя граждан из нейтральных стран. Он не получил значительной поддержки, но привлек внимание консервативного депутата Лео Эмери. Эмери считал идею Пайка перспективной и в частном порядке убедил других, в том числе Клемента Эттли и сэра Стаффорда Криппса. Друзья Пайка пришли к выводу, что эта затея ни к чему не приведет, и убедили Пайка отказаться от нее.

Военные изобретения

Затем Пайк писал труды по вопросам стратегии и работал над рядом идей для практических изобретений. Вдохновленный видом аэростатов заграждения, он пришел к мысли об использовании их для установки микрофонов, что позволило бы определять местоположение самолетов методом триангуляции. Пайк не знал, что разработка радиолокации предоставляла гораздо более эффективный способ достижения подобного результата.

Операция " Плуг " / Первая спецназнака

Захватив Норвегию, Пайк задумался о быстрой переброске солдат по снегу. Он предложил разработать транспортное средство с винтовым движителем на основе старого патента, известного как "снеговой двигатель Армстеда". Он состоял из пары легких цилиндров, имевших форму очень больших артиллерийских снарядов, для поддержания веса транспортного средства. Эти цилиндры имели спиральный гребень, который вгрызался в снег; при вращении цилиндров (в противоположных направлениях) транспортное средство приводилось в движение. Пайк предполагал, что небольшая группа высокомобильных солдат сможет отвлечь большое количество вражеских солдат, которым потребуется охранять возможные точки атаки. Первоначально идею Пайка отклонили. Затем, в октябре 1941 года, Луис Маунтбеттен сменил Роджера Кейса на посту начальника Объединенных операций. Это изменило характер ведомства, и Маунтбеттен поощрял нестандартные таланты и идеи. Консервативный депутат парламента Лео Амери написал Маунтбеттену, рекомендуя повторно рассмотреть норвежский проект Пайка, первоначально отклоненный Кейсом, и принять Пайка в свой штаб. Маунтбеттен ценил идеи Пайка и, стремясь к большей гибкости в работе других сотрудников, в конечном итоге одобрил план. Проект получил название Операция "Плуг". Когда он был представлен премьер-министру Уинстону Черчиллю, тот отметил в протоколе заседания:

Проект снежного автомобиля Пайка был заменен канадской разработкой гусеничного бронетранспортера Weasel, первоначально произведенного для американо-канадского отряда коммандос First Special Service Force, который сначала тренировался для Норвегии, но фактически был развернут в Италии. США построили сотни таких машин под обозначением M29.

Проект "Аввакум"

В апреле 1942 года Пайку была поставлена задача, как предотвратить обледенение судов в арктических водах. Он обратился с этой проблемой к Максу Перуцу в лаборатории Кавендиша, Кембридж; Пайк знал, что Перуц ранее работал над физическими свойствами снега в связи с трудностями операции "Плаун". Перуц предложил решение, и в сноске к своему меморандуму отметил следующее:

В сентябре 1942 года Пайк отправил Маунтбеттену 232-страничный меморандум, в котором подробно изложил свои идеи. В нем предлагалось использовать лед и переохлажденную воду (воду, охлажденную ниже точки замерзания, но остающуюся в жидком состоянии), а также строительство гигантских авианосцев из льда, замороженного естественным или искусственным путем. В отличие от обычных авианосцев, ограниченных относительно небольшими специализированными самолетами, эти могли бы запускать и принимать обычные истребители и бомбардировщики. Таким образом, они могли бы обеспечивать воздушное прикрытие конвоев в середине Атлантики, служить перевалочными пунктами для длительных перелетов над морями или использоваться в качестве плацдармов для десантных операций против Франции или Японии. В биографии Пайка, написанной Дэвидом Лампом, утверждается, что он решил использовать лед, армированный древесными волокнами, однако другие источники указывают на обратное. Пайк не был первым, кто предложил плавучую промежуточную базу для самолетов, и не первым, кто предположил, что такой плавучий остров можно построить изо льда. Немецкий ученый доктор А. Герке из Вальденбурга (Германия) предложил эту идею и провел некоторые предварительные эксперименты на Цюрихском озере в 1930 году. Меморандум Пайка содержал несколько сопроводительных записок. В первой он просил Маунтбеттена самостоятельно ознакомиться с предложениями, прежде чем они попадут в руки "этого чертова дурака Лушингтона". Во второй, более длинной записке, он просил Маунтбеттена прочитать первые тридцать страниц меморандума, прежде чем решать, стоит ли продолжать: "Это может оказаться золотом, а может и просто блеском. Я не могу сказать. Я слишком долго над этим работал и ослеп". Маунтбеттен передал его бригадному генералу Вилдмену Лушингтону, который при содействии Дж. Д. Бернала пришел к выводу, что основные предложения Пайка осуществимы. В декабре 1942 года премьер-министр Черчилль издал директиву о проведении исследований по проекту с наивысшим приоритетом и выразил мнение, что природе следует позволить сделать как можно больше работы. Проект по строительству крупного авианосца из пикрета получил название "Хабакук", и Пайк был отправлен в Канаду с личным рекомендательным письмом Уинстона Черчилля к Маккензи Кингу. В его отсутствие комитет Адмиралтейства во главе с главным конструктором флота направил Маунтбеттену меморандум о проекте "Хабакук". Пайк вернулся из Канады. В оригинальном меморандуме Пайка упоминались и другие области применения пикрета, такие как строительство десантных кораблей для предполагаемого вторжения в Японию и быстрое возведение укреплений на плацдарме путем распыления пикретной жидкости на существующее сооружение, которая замерзала бы, образуя толстый слой. Многие из этих идей основывались на ошибочной вере в свойства переохлажденной воды, которую он считал возможным использовать в качестве оружия: ее можно было бы перекачивать с корабля для мгновенного создания ледяных бастионов или даже распылять непосредственно на вражеских солдат. Однако, по мнению Макса Перуца, эти идеи были непрактичны. В сентябре 1943 года Пайк предложил несколько менее амбициозный план использования пикретных судов для поддержки десантной операции. Он предложил построить пикретный монитор длиной 61 метр (200 футов) и шириной 15 метров (50 футов), оснащенный одной морской артиллерийской башней; он мог быть самоходным или буксируемым к месту использования. Он также предложил использовать пикрет для создания волноломов и причалов. В то время Макс Перуц считал эти идеи практическими и полагал, что предыдущие исследования пикрета были достаточно продвинутыми для реализации плана Пайка. План не был реализован, но для высадки союзников в Нормандии была использована система предварительно собранных бетонных волноломов и причалов под названием "Малберри". Планы Пайка позволяют предположить, что он имел некоторое представление о планах "Малберри", возможно, благодаря своим контактам с Берналом, одним из создателей "Малберри".

Мужчины в трубах

В конце 1943 года Пайк представил Маунтбеттену меморандум объемом почти в пятьдесят страниц, в котором изложил свои идеи по решению проблемы разгрузки грузов с кораблей в условиях отсутствия надлежащих портовых сооружений и развитой сети внутренних дорог. Подобная ситуация была типичной для Тихоокеанского театра военных действий и стала ключевым фактором при принятии решения в 1943 году о вторжении во Францию путем высадки на пляжах Нормандии, где не было гаваней и наблюдались приливы высотой 24 фута. Идея Пайка заключалась в использовании труб, аналогичных тем, что применялись для перекачки топлива с судов на берег, для транспортировки герметичных контейнеров с любыми достаточно компактными материальными объектами. Пайк предполагал, что по трубам можно будет перемещать небольшое оборудование, а более крупные предметы – по трубам диаметром два фута. Более того, не было причин ограничивать трубы береговой линией – их можно было прокладывать вглубь суши по мере необходимости. Берналь дал идее осторожную поддержку, отметив, что потребуется значительное количество исследований. Идея Пайка напоминала щетки для очистки труб, которые проталкиваются потоком жидкости, и современные трубопроводные снаряды, используемые для очистки и телеметрии. Затем Пайк предложил расширить свою концепцию "Силовых рек" на транспортировку личного состава. Для этого трубы должны были иметь диаметр не менее двух футов и выдерживать высокое давление. Он проработал способы подачи кислорода пассажирам и предположил, что проблему клаустрофобии можно было бы смягчить, путешествуя вдвоем и используя барбитураты. Пайк предлагал использовать эту систему для перемещения людей с корабля на берег, между островами, через болота и горы, а также в любых других местах, где обычный транспорт был затруднен. Эта идея так и не была реализована.

После Второй мировой войны

После Второй мировой войны изобретения Пайка не прекращались. Одним из предложений по решению проблемы энергетического дефицита в послевоенной Европе было приводить в движение железнодорожные вагоны за счет человеческой мускульной силы – используя от 20 до 30 человек на велосипедоподобных механизмах для привода циклотрактора. Пайк полагал, что энергия, содержащаяся в фунте сахара, стоила примерно столько же, сколько эквивалентное количество энергии в виде угля, и что, хотя в Европе было достаточно сахара и безработных, угля и нефти не хватало. Он признавал, что подобное использование человеческой силы в некотором роде вызывало отторжение, но не считал, что доводы о калориях и угле будут достаточно убедительными. Пайку поручили изучить проблемы Национальной службы здравоохранения, и, в соответствии со своим характером, он представил свой вклад в виде отдельного мнения. Он по-прежнему стремился распространять свои нестандартные идеи и продолжал писать и выступать с ними. Он выступал против смертной казни и за государственную поддержку ЮНИСЕФ.