Введение
Английский врач, активистка и феминистка Анна Кингсфорд (16 сентября 1846 – 22 февраля 1888) была английской противницей вивисекции, сторонницей вегетарианства и борцом за права женщин. В том же году она основала Общество реформы питания, путешествуя по Великобритании с лекциями о вегетарианстве, а также посетила Париж, Женеву и Лозанну, чтобы выступать против экспериментов на животных. Она утверждала, что получала прозрения в состояниях, похожих на транс, и во сне; эти прозрения были собраны из её рукописей и памфлетов её давним соратником Эдвардом Мэтлендом и опубликованы посмертно в книге «Одетая солнцем» (1889). Страдая от проблем со здоровьем на протяжении всей жизни, она умерла от болезни легких в возрасте 41 года, вызванной приступом пневмонии. Её произведения оставались практически неизвестными более ста лет после публикации Мэтлендом её биографии «Жизнь Анны Кингсфорд» (1896), однако Хелен Раппапорт в 2001 году отметила, что её жизнь и творчество вновь привлекают внимание исследователей.
Anna Kingsford (; 16 September 1846 – 22 February 1888) was an English anti vivisectionist, vegetarianism and women's rights campaigner. She founded the Food Reform Society that year, travelling within the UK to talk about vegetarianism, and to Paris, Geneva, and Lausanne to speak out against animal experimentation. She said she received insights in trance like states and in her sleep; these were collected from her manuscripts and pamphlets by her lifelong collaborator Edward Maitland, and published posthumously in the book, Clothed with the Sun (1889). Subject to ill health all her life, she died of lung disease at the age of 41, brought on by a bout of pneumonia. Her writing was virtually unknown for over 100 years after Maitland published her biography, The Life of Anna Kingsford (1896), though Helen Rappaport wrote in 2001 that her life and work are once again being studied.
Ранние годы
Кингсфорд родилась в Мэриленд-Пойнте, Стратфорде, ныне часть восточного Лондона, но тогда в Эссексе, в семье Джона Бонуса, богатого купца, и его жены Элизабет Энн Шрёдер. Её брат Джон Бонус (1828–1909) был врачом и вегетарианцем. Братья Генри (1830–1903) и Альберт (1831–1884) работали в судоходном бизнесе отца. Её брат Эдвард (1834–1908) стал викарием Хулкотта в Букингемшире, а брат Джозеф (1836–1926) – генерал-майором. По всем свидетельствам, она была одаренным ребенком, написала свое первое стихотворение в девять лет, а «Беатриче: повесть о ранних христианах» – в тринадцать. Дебора Рудасилл пишет, что Кингсфорд любила охоту на лис, пока однажды ей не явилось видение, в котором она сама была лисой. По словам Мэтленда, она была «врожденной провидицей», с даром «видеть призраков и предсказывать характер и судьбу людей», о чем она, как сообщается, научилась молчать. В 1867 году, в возрасте 21 года, она вышла замуж за своего кузена Алджернона Годфри Кингсфорда и через год родила дочь Эдиту. Хотя её муж был англиканским священником, в 1872 году она обратилась в католицизм. В своем эссе 1868 года, призывающем к равноправию женщин, она использует псевдоним «Нинон» и в этой статье ссылается на Нинон де Л’Энкло (1620–1705), француженку, известную своим остроумием, красотой, интеллектом и независимостью. Однако имя, возможно, является отсылкой к её новому статусу как «миссис Алджернон». В письме Мэтленду в августе 1873 года, также подписанном «Нинон», она пишет: «Мужчинам многое позволено, что женщинам запрещено. По этой причине я обычно пишу под вымышленным именем». С 1868 по 1873 год Кингсфорд публиковала статьи в журнале Penny Post. Получив от отца 700 фунтов стерлингов в год, она в 1872 году приобрела газету The Lady's Own Paper и стала её редактором, что свело её с выдающимися женщинами того времени, включая писательницу, феминистку и противницу вивисекции Фрэнсис Пауэр Кобб. Статья Кобб о вивисекции в The Lady's Own Paper пробудила интерес Кингсфорд к этой теме. Бернард и другие известные физиологи, такие как Шарль Рише во Франции и Майкл Фостер в Англии, подверглись резкой критике за свои работы. Британские противники вивисекции проникали на лекции Франсуа Магенди, учителя Бернарда в Париже, который проводил вскрытия собак без анестезии, якобы крича им: «Tais toi, pauvre bête!» (Замолчи, бедняга!). В итоге она развелась с ним и основала общество против вивисекции. Такова была атмосфера в медицинском факультете и учебных больницах Парижа, когда Кингсфорд прибыла, неся дополнительное бремя женщины. Хотя женщинам разрешалось изучать медицину во Франции, Рудасилл пишет, что их не приветствовали. Кингсфорд написала мужу в 1874 году:
Kingsford contributed articles to the magazine Penny Post from 1868 to 1873. Having been left £700 a year by her father, she bought in 1872 The Lady's Own Paper, and took up work as its editor, which brought her into contact with some prominent women of the day, including the writer, feminist, and anti vivisectionist Frances Power Cobbe. It was an article by Cobbe on vivisection in The Lady's Own Paper that sparked Kingsford's interest in the subject. Bernard and other well known physiologists, such as Charles Richet in France and Michael Foster in England, were strongly criticized for their work. British anti vivisectionists infiltrated the lectures in Paris of François Magendie, Bernard's teacher, who dissected dogs without anaesthesia, allegedly shouting at them—"Tais toi, pauvre bête!" (Shut up, you poor beast!) — while he worked. In the end, she divorced him and set up an anti vivisection society. This was the atmosphere in the faculty of medicine and the teaching hospitals in Paris when Kingsford arrived, shouldering the additional burden of being a woman. Although women were allowed to study medicine in France, Rudacille writes that they were not welcomed. Kingsford wrote to her husband in 1874:
Kingsford was distraught over the sights and sounds of the animal experiments she saw. She wrote on 20 August 1879:
Quote|I have found my Hell here in the Faculté de Médecine of Paris, a Hell more real and awful than any I have yet met with elsewhere, and one that fulfills all the dreams of the mediaeval monks. The idea that it was so came strongly upon me one day when I was sitting in the Musée of the school, with my head in my hands, trying vainly to shut out of my ears the piteous shrieks and cries which floated incessantly towards me up the private staircase Every now and then, as a scream more heart rending than the rest reached me, the moisture burst out on my forehead and on the palms of my hands, and I prayed, "Oh God, take me out of this Hell; do not suffer me to remain in this awful place." She was a vice president of the Vegetarian Society.
Кингсфорд была потрясена увиденными и услышанными сценами экспериментов над животными. Она написала 20 августа 1879 года:
Kingsford contributed articles to the magazine Penny Post from 1868 to 1873. Having been left £700 a year by her father, she bought in 1872 The Lady's Own Paper, and took up work as its editor, which brought her into contact with some prominent women of the day, including the writer, feminist, and anti vivisectionist Frances Power Cobbe. It was an article by Cobbe on vivisection in The Lady's Own Paper that sparked Kingsford's interest in the subject. Bernard and other well known physiologists, such as Charles Richet in France and Michael Foster in England, were strongly criticized for their work. British anti vivisectionists infiltrated the lectures in Paris of François Magendie, Bernard's teacher, who dissected dogs without anaesthesia, allegedly shouting at them—"Tais toi, pauvre bête!" (Shut up, you poor beast!) — while he worked. In the end, she divorced him and set up an anti vivisection society. This was the atmosphere in the faculty of medicine and the teaching hospitals in Paris when Kingsford arrived, shouldering the additional burden of being a woman. Although women were allowed to study medicine in France, Rudacille writes that they were not welcomed. Kingsford wrote to her husband in 1874:
Kingsford was distraught over the sights and sounds of the animal experiments she saw. She wrote on 20 August 1879:
Quote|I have found my Hell here in the Faculté de Médecine of Paris, a Hell more real and awful than any I have yet met with elsewhere, and one that fulfills all the dreams of the mediaeval monks. The idea that it was so came strongly upon me one day when I was sitting in the Musée of the school, with my head in my hands, trying vainly to shut out of my ears the piteous shrieks and cries which floated incessantly towards me up the private staircase Every now and then, as a scream more heart rending than the rest reached me, the moisture burst out on my forehead and on the palms of my hands, and I prayed, "Oh God, take me out of this Hell; do not suffer me to remain in this awful place." She was a vice president of the Vegetarian Society.
«Я нашла свой ад здесь, в медицинском факультете Парижа, ад более реальный и ужасный, чем любой, с которым я сталкивалась где-либо еще, и ад, исполняющий все мечты средневековых монахов. Это осознание пришло ко мне однажды, когда я сидела в музее факультета, склонив голову в руки, тщетно пытаясь заглушить жалобные крики и вопли, непрерывно доносившиеся до меня по частной лестнице. Время от времени, когда до меня доносился особенно душераздирающий крик, на моем лбу и на ладонях выступала влага, и я молилась: «О Боже, избавь меня из этого ада, не позволяй мне оставаться в этом ужасном месте». Она была вице-президентом Вегетарианского общества.
Kingsford contributed articles to the magazine Penny Post from 1868 to 1873. Having been left £700 a year by her father, she bought in 1872 The Lady's Own Paper, and took up work as its editor, which brought her into contact with some prominent women of the day, including the writer, feminist, and anti vivisectionist Frances Power Cobbe. It was an article by Cobbe on vivisection in The Lady's Own Paper that sparked Kingsford's interest in the subject. Bernard and other well known physiologists, such as Charles Richet in France and Michael Foster in England, were strongly criticized for their work. British anti vivisectionists infiltrated the lectures in Paris of François Magendie, Bernard's teacher, who dissected dogs without anaesthesia, allegedly shouting at them—"Tais toi, pauvre bête!" (Shut up, you poor beast!) — while he worked. In the end, she divorced him and set up an anti vivisection society. This was the atmosphere in the faculty of medicine and the teaching hospitals in Paris when Kingsford arrived, shouldering the additional burden of being a woman. Although women were allowed to study medicine in France, Rudacille writes that they were not welcomed. Kingsford wrote to her husband in 1874:
Kingsford was distraught over the sights and sounds of the animal experiments she saw. She wrote on 20 August 1879:
Quote|I have found my Hell here in the Faculté de Médecine of Paris, a Hell more real and awful than any I have yet met with elsewhere, and one that fulfills all the dreams of the mediaeval monks. The idea that it was so came strongly upon me one day when I was sitting in the Musée of the school, with my head in my hands, trying vainly to shut out of my ears the piteous shrieks and cries which floated incessantly towards me up the private staircase Every now and then, as a scream more heart rending than the rest reached me, the moisture burst out on my forehead and on the palms of my hands, and I prayed, "Oh God, take me out of this Hell; do not suffer me to remain in this awful place." She was a vice president of the Vegetarian Society.
Смерть
Алан Перт, один из ее биографов, написал, что в ноябре 1886 года, направляясь в лабораторию Луи Пастера, одного из самых известных вивисекционистов того времени, Кингсфорд попала под сильнейший ливень в Париже. По сообщениям, она несколько часов провела в мокрой одежде, после чего заболела пневмонией, а затем туберкулезом легких. Она ездила на Ривьеру и в Италию, то с Мэтлендом, то с мужем, тщетно надеясь, что смена климата поможет ей поправиться. В июле 1887 года она поселилась в Лондоне в доме, который она с мужем арендовала по адресу 15 Wynnstay Gardens, Кенсингтон, и смирилась с неизбежностью смерти, хотя и сохраняла ясность ума. Она умерла 22 февраля 1888 года в возрасте 41 года и была похоронена на церковном кладбище Святой Еты, церкви XI века в Атчаме, расположенной у реки Северн, – церкви ее мужа.