Старый порядок и Французская революция: анализ причин и преемственности

Введение

Книга Алексиса де Токвиля L'Ancien Régime et la Révolution (1856) – работа французского историка Алексиса де Токвиля, переведенная на английский язык как "Старый режим и революция" или "Старый режим и Французская революция". В книге анализируется французское общество накануне Французской революции, так называемый "Ancien Régime", и исследуются силы, приведшие к революции. Это одна из важнейших ранних исторических работ, посвященных Французской революции. В этой книге де Токвиль развивает свою основную теорию о Французской революции – теорию преемственности, согласно которой, несмотря на стремление французов дистанцироваться от прошлого и от старого автократического режима, они в конечном итоге вернулись к сильному централизованному правительству.

Античный режим и Французская революция

Токвиль утверждал, что целью Французской революции (1789–1799), хотя и явно антиклерикальной, было не столько разрушение суверенитета религиозной веры, сколько уничтожение всех форм Анциан Режима, главным символом которого была устоявшаяся церковь, и не создание состояния постоянного хаоса. По его мнению, революцию следует рассматривать прежде всего как движение за политические и социальные реформы. Вопреки взглядам, высказанным самими участниками Революции, не произошло ни увеличения власти, ни расширения юрисдикции центральной власти. Вместо этого контроль над этими институтами был отнят у монархии и в быстрой последовательности перешел сначала к народу, а затем – к могущественной самодержавной власти. Революция не ставила перед собой цели изменить всю природу традиционного общества. Главным и устойчивым достижением Французской революции стало упразднение тех политических институтов, обычно описываемых как феодальные, которые на протяжении многих столетий безоговорочно господствовали в большинстве европейских стран. Революция стремилась заменить их новым социальным и политическим порядком, основанным на принципах свободы и равенства. Во Франции, как до, так и после Революции, люди полагались на центральную власть, вместо того чтобы проявлять экономическую или политическую активность самостоятельно. В отличие от этого, в Соединенных Штатах политическая деятельность проникала даже на самые низкие уровни общества. Там частные лица составляли основу экономической и политической жизни, тогда как во Франции центр политической силы находился в хаотичной бюрократии, подотчетной лишь монархической форме правления. Другой темой книги является полная разобщенность между французскими сословиями – духовенством, дворянством и простым народом. Хотя эта разобщенность возникла из-за социальных разделений, навязанных феодальной системой, постепенный распад этой системы после Средневековья, парадоксальным образом, привел к тому, что социальная разобщенность становилась все более полной. Если феодальный сеньор поддерживал хотя бы частичный симбиоз со своими вассалами, то постфеодальное дворянство превратилось в рантье, оставило свои родовые поместья управляющим и стекалось в Версаль – резиденцию монархии и центрального правительства. Таким образом, дворянство утратило связь с сельской беднотой (которая в основном проживала за пределами Парижа), в то время как растущий средний класс подражал дворянству. К концу XVIII века разделение сословий стало полным, породив классовую ненависть, проявившуюся в Революции.

Tocqueville argued that the aim of the French Revolution (1789–1799), while demonstrably anti clerical, was not so much to destroy the sovereignty of religious faith as to tear down all forms of the Ancien Régime, of which the established church was a foremost symbol, nor to create a state of permanent disorder. The revolution should be read, he maintained, primarily as a movement for political and social reform. Contrary to the views expressed by the participants in the Revolution themselves, there was an increase in neither the power nor the jurisdiction of the central authority. Instead, control of these forms was wrested from the monarchy and transferred in quick succession first to the People themselves and from there to a powerful autocracy. The Revolution never intended to change the whole nature of the traditional society. The chief permanent achievement of the French Revolution was the suppression of those political institutions, commonly described as feudal, which for many centuries had held unquestioned sway in most European countries. The Revolution set out to replace them with a new social and political order, based on the concepts of freedom and equality. In France, both before and after the Revolution, people relied on central authority instead of becoming economically or politically active themselves. By contrast, in the United States, political action permeated to even the lower levels of society. There, private individuals formed the basis of economic and political life, but, in France, the centre of political gravity resided in a chaotic bureaucracy answerable only to the monarchy form of government. Another theme of the book is the complete dissociation between French social classes, called the Estates, of which there were three – the clergy, the nobility, and the common people. Although this dissociation arose from social divisions imposed by the feudal system, the gradual disintegration of that system after the Middle Ages resulted, paradoxically, in social dissociation becoming increasingly complete. Whereas the feudal lord had at least a partial symbiosis with his tenants, the post feudal nobility became absentee landlords, left their ancestral estates in the hands of caretakers, and flocked to Versailles; the seat of the monarchy and central government. The nobility accordingly lost all connection with the rural poor (located mostly outside of Paris), while the growing middle class emulated the nobility. By the late 18th century, the separation of classes was complete, breeding the class hatred demonstrated in the Revolution.