Введение

Американский бизнесмен и министр обороны (1916–2009)
Руководитель американской компании и министр обороны США

Республиканец (до 1978)
Демократ (с 1978)

Макнамара родился в Сан-Франциско, штат Калифорния, и окончил Калифорнийский университет в Беркли и Гарвардскую школу бизнеса. Во время Второй мировой войны он служил в Военно-воздушных силах армии США. После Второй мировой войны Генри Форд II нанял Макнамару и группу других ветеранов ВВС армии для работы в Ford Motor Company. Эти "Whiz Kids" помогли реформировать Ford, внедрив современные системы планирования, организации и управления. После непродолжительного пребывания в должности президента Ford, Макнамара принял назначение на пост министра обороны. Макнамара стал близким советником Кеннеди и выступал за применение блокады во время Карибского кризиса. Кеннеди и Макнамара разработали стратегию обороны в период холодной войны, основанную на принципе гибкого реагирования, предусматривавшего необходимость военных действий, не доходящих до массированного ответного удара. Макнамара объединил разведывательные и логистические функции Пентагона в два централизованных ведомства: Агентство военно-воздушной разведки и Агентство материально-технического обеспечения Министерства обороны. Во время администрации Кеннеди Макнамара руководил наращиванием американского военного контингента в Южном Вьетнаме. После инцидента в Тонкинском заливе в 1964 году численность американских войск во Вьетнаме резко возросла. Макнамара и другие американские политики опасались, что падение Южного Вьетнама под контроль коммунистического режима приведет к падению других правительств в регионе. Макнамара все больше сомневался в целесообразности отправки американских войск в Южный Вьетнам. В 1968 году он ушел с поста министра обороны, чтобы стать президентом Всемирного банка. Он занимал эту должность до 1981 года, переориентировав деятельность Всемирного банка с инфраструктуры и индустриализации на борьбу с бедностью. После выхода на пенсию он был членом совета попечителей нескольких организаций, включая Калифорнийский технологический институт и Институт Брукингса. В своих более поздних публикациях и интервью он выразил сожаление о решениях, принятых им во время войны во Вьетнаме.

Ранние годы и карьера

Роберт Макнамара родился в Сан-Франциско, Калифорния. Его отцом был Роберт Джеймс Макнамара, менеджер по продажам оптовой обувной компании, а его матерью — Клара Нелл (Странж) Макнамара. Его отцовская семья была ирландского происхождения, и около 1850 года, после Великого ирландского голода, эмигрировала в США, сначала в Массачусетс, а затем в Калифорнию. Он окончил среднюю школу Пьемонт в Пьемонте, Калифорния, в 1933 году, где был президентом клуба мальчиков Rigma Lions и получил звание Орла-скаута. Макнамара учился в Калифорнийском университете в Беркли и окончил его в 1937 году со степенью бакалавра экономики, специализируясь на математике и философии. Он был членом братства Phi Gamma Delta, был избран в Phi Beta Kappa на втором курсе и получил спортивный знак (varsity letter) за греблю. До поступления на службу в Военно-воздушные силы (Army Air Force) Макнамара был кадетом в батальоне «Золотой медведь» в Калифорнийском университете в Беркли. Макнамара также был членом Ордена «Золотого медведя» в Беркли, объединения студентов и ведущих преподавателей, созданного для развития лидерских качеств среди студентов. Затем он поступил в Гарвардскую школу бизнеса, где в 1939 году получил степень магистра делового администрирования (MBA). Сразу после этого Макнамара в течение года работал в Price Waterhouse, бухгалтерской фирме в Сан-Франциско. Он вернулся в Гарвард в августе 1940 года, чтобы преподавать бухгалтерский учет в Школе бизнеса, и стал самым высокооплачиваемым и молодым ассистент-профессором в то время. После участия в программе обучения офицеров Военно-воздушных сил армии США аналитическим методам, применяемым в бизнесе, он поступил на службу в ВВС США в звании капитана в начале 1943 года и большую часть Второй мировой войны служил в Управлении статистического контроля. Одной из его основных обязанностей был анализ эффективности и результативности американских бомбардировщиков, особенно сил B-29 под командованием генерал-майора Кертиса Лемея в Индии, Китае и на Марианских островах. Макнамара создал подразделение статистического контроля при XX бомбардировочном командовании и разработал расписание для B-29, которые использовались в качестве транспортных самолетов для перевозки топлива и грузов через Гималаи («The Hump»). Он покинул действительную службу в 1946 году в звании подполковника и был награжден орденом «За заслуги» (Legion of Merit).

Ford Motor Company

В 1946 году Текс Торнтон, полковник, под началом которого служил Макнамара, собрал группу бывших офицеров из Управления статистического контроля, чтобы основать совместное предприятие. Торнтон прочитал статью в журнале "Life", где Форд был представлен как компания, остро нуждающаяся в реформах. Генри Форд II, сам ветеран Второй мировой войны, служивший в военно-морском флоте, нанял всю группу из десяти человек, включая Макнамару. Они помогли убыточной компании реформировать её хаотичную администрацию, внедрив современные системы планирования, организации и управленческого контроля. Из-за своей молодости и привычки задавать много вопросов, сотрудники Ford поначалу презрительно называли их "Quiz Kids" ("Викторина"). "Quiz Kids" сами переименовались в "Whiz Kids" ("Гении"). Начав с должности менеджера по планированию и финансовому анализу, Макнамара быстро продвигался по ряду высших руководящих должностей. Макнамара убедил Ford внедрить компьютеры для создания моделей, позволяющих найти наиболее эффективные и рациональные способы производства, что привело к значительной рационализации. Стиль "научного управления" Макнамары, с использованием электронных таблиц и графиков, отображающих тенденции в автомобильной промышленности, считался чрезвычайно инновационным в 1950-х годах и широко копировался другими руководителями в последующие десятилетия. После того, как очень большие модели Lincoln 1958, 1959 и 1960 годов оказались непопулярными, Макнамара настоял на создании более компактных версий, таких как Lincoln Continental 1961 года. 9 ноября 1960 года Макнамара стал первым президентом Ford Motor Company, не принадлежавшим к семье Форд, со времен Джона С. Грея в 1906 году.

Министр обороны

После своего избрания в 1960 году избранный президент Джон Ф. Кеннеди впервые предложил пост министра обороны Роберту А. Ловетту, который уже занимал эту должность в администрации Трумэна; Ловетт отказался, но рекомендовал Макнамару. Кеннеди прочитал о Макнамаре и его карьере в статье журнала Time от 2 декабря 1960 года и провел с ним собеседование 8 декабря в присутствии своего брата и правой руки Роберта Ф. Кеннеди. Макнамара сказал Кеннеди, что ничего не знает о работе в правительстве, на что Кеннеди ответил: "Мы можем учиться вместе. Я тоже не знаю, как быть президентом". Макнамара стал одним из немногих членов администрации Кеннеди, с которыми он работал и общался не только по служебным вопросам, и он сблизился с генеральным прокурором Робертом Ф. Кеннеди, в итоге став одним из носильщиков гроба на его похоронах в 1968 году. Первоначально основные принципы, изложенные президентом Кеннеди в обращении к Конгрессу 28 марта 1961 года, направляли Макнамару в переориентации оборонной программы. Кеннеди отверг концепцию упреждающего удара и подчеркнул необходимость наличия достаточного стратегического вооружения и обороны для сдерживания ядерного нападения на Соединенные Штаты и их союзников. Он утверждал, что вооруженные силы США должны постоянно находиться под гражданским контролем, а оборонная стратегия страны должна быть направлена на "снижение риска иррациональной или непродуманной всеобщей войны". Основной задачей американских войск за рубежом, в сотрудничестве с союзниками, было "предотвращение постепенной эрозии Свободного мира посредством локальных войн". Кеннеди и Макнамара отказались от стратегии массированного возмездия в пользу гибкого реагирования. США хотели иметь выбор в кризисной ситуации, отличный от "бесславного отступления или неограниченного возмездия", как выразился президент. В результате масштабного анализа военных вызовов, стоящих перед США, инициированного Макнамарой в 1961 году, было принято решение об увеличении возможностей страны в ведении "ограниченных войн". Эти шаги были значительными, поскольку Макнамара отказался от политики президента Дуайта Д. Эйзенхауэра о массированном возмездии в пользу гибкой стратегии реагирования, основанной на увеличении потенциала США для ведения ограниченных неядерных войн. Администрация Кеннеди придавала особое значение улучшению способности противодействовать коммунистическим "войнам за национальное освобождение", в которых противник избегал прямого военного столкновения и прибегал к политическому подрыву и партизанской тактике. Как заявил Макнамара в своем годовом отчете за 1962 год, "Военная тактика – это действия снайпера, засады и рейды. Политическая тактика – террор, вымогательство и убийства". На практике это означало обучение и оснащение военнослужащих США, а также союзников, таких как Южный Вьетнам, для проведения аналогичных операций по борьбе с повстанцами. Во время Кубинского ракетного кризиса в октябре 1962 года Макнамара был членом Исполнительного комитета (EXCOMM) и сыграл важную роль в управлении кризисом и его последующем разрешении. Он был решительным сторонником блокады вместо ракетного удара и помог убедить Объединенный комитет начальников штабов поддержать этот вариант. Усиление внимания к обычным вооруженным силам дополнило подготовку специальных сил. В связи с этим он призвал резервистов и начал расширение регулярной армии. В то время как численность личного состава регулярной армии сократилась примерно с 3 555 000 до 2 483 000 в период с 1953 (окончание Корейской войны) по 1961 год, к 30 июня 1962 года она увеличилась почти до 2 808 000. Затем численность войск стабилизировалась на уровне около 2 700 000 до начала наращивания войск во Вьетнаме в 1965 году, достигнув пика почти в 3 550 000 к середине 1968 года, вскоре после ухода Макнамары с поста. Кеннеди, увлекавшийся борьбой с повстанцами, приложил значительные усилия для развития специальных сил, широко известных как "зеленые береты". Руководство армии США в основном решительно выступало против увлечения контрповстанческой войной и упорно сопротивлялось президентскому давлению с целью увеличения подготовки и численности контрповстанческих сил. Армия США, по причинам бюрократической политики, бюджетных ограничений и простого профессионального гордости, хотела быть оснащенной для ведения обычной войны в Центральной Европе против Советской армии, располагая большим количеством дивизий, вооруженных дорогостоящим высокотехнологичным оружием, предназначенным для максимальной огневой мощи, а не небольшими группами спецназа, вооруженными относительно простым оружием, таким как автоматы, для ведения боевых действий в странах третьего мира.

Ядерная стратегия и доктрина триады

Когда Макнамара возглавил Пентагон в 1961 году, вооруженные силы США опирались на массированный ядерный удар в ответ на любую советскую атаку, который должен был уничтожить советские военные силы и гражданское население. Эта ядерная стратегия соответствовала планам Стратегического авиационного командования (САК) под руководством генерала Кертиса ЛеМэя. Макнамара не разделял этот подход. Он искал альтернативные варианты, увидев, что эта стратегия не гарантировала уничтожение всего советского ядерного оружия, тем самым оставляя Соединенные Штаты уязвимыми для ответного удара. Он информировал членов НАТО о холодновой доктрине сдерживания. Альтернативой Макнамары в рамках доктрины контрсилового удара было стремление ограничить ядерный обмен между США, нацеливаясь исключительно на военные объекты противника. Это должно было предотвратить ответные действия и эскалацию, удерживая советские города в качестве заложников для последующего удара. Позже Макнамара пришел к выводу, что контрсиловый удар вряд ли сможет контролировать эскалацию, но, скорее, спровоцирует ответную реакцию. Ядерная политика США осталась без изменений.

Другие шаги

Макнамара предпринял другие шаги для увеличения сдерживания США и военных возможностей. Он увеличил долю стратегических бомбардировщиков Стратегического воздушного командования (SAC) на 15-минутной наземной готовности с 25% до 50%, тем самым уменьшив их уязвимость к ракетному нападению. В декабре 1961 года он создал Командование ударных сил США (STRICOM). Командование ударных сил, уполномоченное при необходимости привлекать силы из Стратегического армейского корпуса (STRAC), Тактического воздушного командования и транспортных самолетов Военно-воздушных сил и видов вооруженных сил, имело задачу "быстро реагировать и использовать любую необходимую силу для противодействия угрозам миру в любой точке мира, усиливая объединенные командования или выполняя отдельные операции в зависимости от обстановки". Макнамара также увеличил возможности дальней авиационной и морской переброски войск и финансирование космических исследований и разработок. После изучения отдельных и часто нескоординированных усилий различных видов вооруженных сил в области разведки и связи, Макнамара в 1961 году объединил эти функции в Агентстве разведывательных служб Министерства обороны и Агентстве связи Министерства обороны (последнее было первоначально создано министром обороны Томасом С. Гейтсом-младшим в 1960 году), подчинив оба агентства непосредственно министру обороны через Объединенный штаб. В результате функция разведки была изъята из-под контроля военных и передана под контроль министра обороны. В том же году он создал Агентство материально-технического обеспечения Министерства обороны для унификации закупок, распределения и управления запасами под контролем министра обороны, а не действующих военнослужащих. Внедрение Макнамарой системного анализа в качестве основы для принятия ключевых решений относительно потребностей в силах, вооружениях и других вопросов вызвало широкие дебаты. Два основных специалиста по системному анализу в период правления Макнамары, Ален К. Энтховен и К. Уэйн Смит, описали эту концепцию следующим образом: "Во-первых, слово 'системы' указывает на то, что каждое решение должно рассматриваться в максимально широком контексте, насколько это необходимо. Слово 'анализ' подчеркивает необходимость разложить сложную проблему на составные части для лучшего понимания. Системный анализ берет сложную проблему и разбирает ее на значимые факторы, чтобы каждый из них можно было изучить наиболее подходящим методом". Энтховен и Смит заявили, что в основном использовали гражданских лиц в качестве системных аналитиков, поскольку они могли применять независимые точки зрения к планированию сил. Склонность Макнамары меньше учитывать военные советы, чем его предшественники, и отклонять военные мнения способствовала его непопулярности среди высших офицеров. Также широко распространено было мнение, что системный анализ, вместо того чтобы быть объективным, был адаптирован гражданскими лицами для поддержки решений, которые Макнамара уже принял. Наиболее ярким примером системного анализа была Система планирования, программирования и бюджетирования (PPBS), учрежденная контролером Министерства обороны США Чарльзом Дж. Хитчем. Макнамара поручил Хитчу систематически анализировать оборонные потребности и разработать долгосрочный, программно-ориентированный оборонный бюджет. PPBS стала основой управленческой программы Макнамары. По словам Энтховена и Смита, основными идеями PPBS были: "попытка рассмотреть вопросы оборонной программы в более широком контексте и найти четкие показатели национальной потребности и достаточности"; "совместное рассмотрение военных потребностей и затрат"; "явное рассмотрение альтернатив на высшем уровне принятия решений"; "активное использование аналитического персонала на высших уровнях принятия решений"; "план, сочетающий в себе силы и затраты, который прогнозировал в будущем вероятные последствия текущих решений"; и "открытый и явный анализ, то есть каждый анализ должен быть доступен всем заинтересованным сторонам, чтобы они могли изучить расчеты, данные и предположения и проследить шаги, ведущие к выводам". На практике данные, полученные в результате анализа, были настолько обширными и сложными, что, хотя они были доступны всем заинтересованным сторонам, ни одна из них не могла оспорить выводы. Среди инструментов управления, разработанных для реализации PPBS, были Пятилетний план обороны (FYDP), Проект президентского меморандума (DPM), Таблицы готовности, информации и контроля и Концептуальный документ разработки (DCP). Ежегодный FYDP представлял собой серию таблиц, прогнозирующих численность войск на восемь лет и затраты и численность личного состава на пять лет в рамках программ, ориентированных на выполнение задач, а не на отдельные виды вооруженных сил. К 1968 году FYDP охватывал десять военных областей: стратегические силы, силы общего назначения, разведка и связь, авиационная и морская переброска войск, силы национальной гвардии и резерва, исследования и разработки, централизованное снабжение и обслуживание, обучение и медицинское обеспечение, административная и сопутствующая деятельность и поддержка других стран. Проект президентского меморандума (DPM) — предназначенный для Белого дома и обычно подготовленный отделом системного анализа — был методом изучения и анализа основных вопросов обороны. С 1961 по 1968 год было выпущено шестнадцать DPM по таким темам, как стратегические наступательные и оборонительные силы, стратегия и структура сил НАТО, военная помощь и тактические военно-воздушные силы. Министерство обороны направляло DPM в виды вооруженных сил и Объединенный штаб для получения комментариев; при принятии решений Макнамара включал в DPM заявление об альтернативных подходах, уровнях сил и других факторах. Окончательный вариант DPM становился документом, определяющим решения. DPM был ненавистен Объединенным штабом и действующими военнослужащими, поскольку он ограничивал их возможность прямого общения с Белым домом. Но на практике оказалось, что DPM представляет собой финансовое бремя, которое стало препятствием для компаний, пытающихся сотрудничать с военными. Это способствовало тенденции к нескольким крупным неконкурентным оборонным подрядчикам, обслуживающим вооруженные силы. Вместо того чтобы служить какой-либо полезной цели, накладные расходы, необходимые для создания информации, которая на практике часто игнорировалась, приводили к увеличению затрат во всей системе. Эти действия известны как OPLAN 312, OPLAN 314 и OPLAN 316. Карантин был способом предотвратить ввоз или вывоз Советским Союзом какого-либо военного оборудования на Кубу или с Кубы. После кризиса Макнамара рекомендовал Кеннеди уволить адмирала Андерсона и генерала Лемея. Однако Кеннеди опасался негативной реакции Конгресса, если он уволит сразу двух начальников штабов. Кроме того, Кеннеди не хотел, чтобы его разногласия с Объединенным штабом стали достоянием общественности и считал, что увольнение сразу двух начальников штабов приведет к спекуляциям в прессе по поводу этих разногласий. Кеннеди сказал Макнамаре: "Хорошо, ты можешь уволить одного. Кого ты выберешь?" Не колеблясь, Макнамара ответил: "Андерсона". Позже, в 1963 году, было объявлено, что адмирал Андерсон назначен новым американским послом в Португалию.

Сокращение затрат

Сотрудники Макнамары подчеркнули важность системного анализа как инструмента для принятия решений в области разработки вооружений и многих других бюджетных вопросов. Министр считал, что Соединенные Штаты могут позволить себе любые средства, необходимые для национальной безопасности, но что "это не освобождает нас от применения строгих критериев эффективности и результативности к тому, как мы расходуем оборонные доллары. Необходимо оценивать, достаточно ли выделенных средств". Придерживаясь этих принципов, Макнамара инициировал широко освещаемую программу сокращения расходов, которая, по его заявлению, позволила сэкономить 14 миллиардов долларов в течение пятилетнего периода, начавшегося в 1961 году. Несмотря на шквал критики со стороны сенаторов и представителей от затронутых избирательных округов, он закрыл множество военных баз и объектов, которые, по его мнению, были излишними для национальной безопасности. Он был столь же настойчив в отношении других мер по экономии. В связи с гонкой ядерных вооружений, наращиванием сил во Вьетнаме и другими проектами, общий объем санкционированных обязательств (TOA) значительно увеличился в годы пребывания Макнамары на посту. Общий объем санкционированных обязательств вырос с 48,4 миллиарда долларов в 1962 году (что эквивалентно приблизительно <расчетной сумме> миллиардов долларов в современных условиях) до 49,5 ($49,5 в 1965 году, что эквивалентно приблизительно <расчетной сумме> миллиардов долларов в современных условиях) миллиардов долларов в 1965 году (до значительного увеличения расходов на Вьетнам) и до 74,9 ($74,9 в 1968 году, что эквивалентно приблизительно <расчетной сумме> миллиардов долларов в современных условиях) миллиардов долларов в 1968 году, последнем году пребывания Макнамары в должности (хотя он покинул ее в феврале). Только в 1984 финансовом году общий объем санкционированных обязательств Министерства обороны превысил уровень 1968 года в сопоставимых ценах.

Консолидация программы

Одной из главных особенностей сокращения расходов Макнамары была консолидация программ различных видов вооруженных сил, наиболее заметно – в области приобретения авиационной техники, поскольку он считал, что дублирование создает отходы и ненужные траты. Макнамара распорядился, чтобы ВВС приняли боевые самолеты McDonnell Douglas F-4 Phantom и LTV A-7 Corsair, что оказалось довольно успешной консолидацией. Однако его решение о поспешном внедрении непроверенной винтовки M16 оказалось катастрофическим, когда оружие начало выходить из строя в боевых условиях. Позднее расследования Конгресса показали, что причиной этих поломок стали халатность и граничащий с саботажем непрофессионализм офицеров артиллерийского корпуса армии. Макнамара попытался расширить свой успех, объединив программы разработки, что привело к созданию TFX, позднее известного как проект F-111, призванного объединить требования ВМС к самолету ПВО флота и требования ВВС к тактическому бомбардировщику. Его опыт работы в корпоративном секторе убедил его в том, что использование единого типа самолета для различных задач и родов войск позволит сэкономить средства. Он настоял на предложении General Dynamics, предпочтя его варианту, предложенному Министерством обороны, из-за вопросов унификации. Хотя F-111 позиционировался как истребитель, способный выполнять любые задачи (быстрый сверхзвуковой прорыв, посадки на авианосцы и короткие взлетно-посадочные полосы, нанесение тактических ударов и даже непосредственная поддержка с воздуха), в конечном итоге он потребовал слишком много компромиссов, чтобы успешно справляться с какой-либо из них. Морская версия оказалась чрезмерно тяжелой и сложной в посадке и была отменена после исследования Grumman, показавшего, что она не способна соответствовать возможностям недавно появившихся советских самолетов МиГ-23 и МиГ-25. В конечном итоге F-111 нашел свою нишу в качестве тактического бомбардировщика и самолета радиоэлектронной борьбы в ВВС. Однако многие аналитики считают, что, несмотря на провал проекта TFX, Макнамара опередил свое время, поскольку тенденция в разработке истребителей продолжается в направлении консолидации – F-16 Falcon и F/A-18 Hornet стали многоцелевыми истребителями, а большинство современных конструкций сочетают в себе многие функции, которые мог бы выполнять TFX. Во многом Joint Strike Fighter рассматривается как возрождение проекта TFX, по мнению военного аналитика Дэвида С. Грантэма, поскольку он претендует на удовлетворение потребностей трех родов авиации США (а также нескольких иностранных заказчиков), выполняя функции ударного истребителя, палубного истребителя, самолета с вертикальным взлетом и посадкой и самолета непосредственной поддержки (и вызывая критику, аналогичную той, что была направлена против TFX).

В Вьетнам

Во время президентства Джона Ф. Кеннеди, когда Макнамара занимал пост министра обороны, численность американских войск в Южном Вьетнаме возросла с 900 до 16 000 советников. Предполагалось, что они не будут участвовать в боевых действиях, а будут обучать Армию Республики Вьетнам (ARVN). Администрации Трумэна и Эйзенхауэра взяли на себя обязательство поддержать Францию и местные антикоммунистические силы во Вьетнаме в противостоянии усилиям коммунистов на Севере по объединению страны. Первоначально помощь ограничивалась финансовой поддержкой, военными советами и секретным сбором разведывательных данных, но была расширена после 1954 года, когда Франция вышла из состава. В период президентства Кеннеди численность группы военных советников США в Южном Вьетнаме неуклонно росла, с согласия Макнамары, с 900 до 16 000 человек. При администрации Кеннеди Макнамара был тесно связан с госсекретарем Дином Раском, и оба выступали за усиление американской поддержки Южного Вьетнама. Первоначально главной заботой новой администрации Кеннеди был Лаос, а не Южный Вьетнам. В феврале 1961 года Макнамара высказался за интервенцию в Лаос, заявив, что шесть самолетов AT-6, принадлежащих Центральному разведывательному управлению, можно оснастить для перевозки 200-фунтовых бомб в поддержку сил генерала Фуми Носавана. Раск отклонил это предложение, отметив, что его опыт Второй мировой войны в Бирме научил его неэффективности бомбардировок в джунглях и недостаточности шести самолетов. Весной 1961 года Кеннеди серьезно рассматривал возможность вмешательства в Лаос, где коммунистические Патет Лао, поддерживаемые Северным Вьетнамом, выигрывали гражданскую войну. В какой-то момент Объединенный комитет начальников штабов рекомендовал отправить в Лаос 60 000 американских солдат. Однако Лаос представлялся отсталой, не имеющей выхода к морю страной, с крайне ограниченным количеством современных дорог и всего двумя современными аэродромами, которые были небольшими по западным стандартам и могли создать логистические проблемы. Кроме того, воспоминания о Корейской войне были еще свежи, и общепринято было, что отправка американских войск в Лаос почти наверняка спровоцирует китайское вмешательство и приведет к новой конфронтации с этой страной. Организация Договора о Юго-Восточной Азии (SEATO) была расколота: европейские члены, такие как Франция и Великобритания, выступали против интервенции, а азиатские члены, такие как Таиланд и Филиппины, – за нее. Макнамара отметил Кеннеди, что вполне возможно, что коммунистические силы захватят два аэродрома в Лаосе, что отрезало бы любые американские силы в Лаосе и превратило интервенцию в провал. На встрече 29 апреля 1961 года, когда генеральный прокурор Роберт Ф. Кеннеди допросил Макнамару, тот заявил, что "мы должны занять позицию в Таиланде и Южном Вьетнаме", демонстративно исключив Лаос из числа стран Юго-Восточной Азии, ради которых стоит рисковать войной. Вскоре Макнамара пересмотрел свою позицию по Лаосу. 1 мая 1961 года он посоветовал президенту Кеннеди отправить в Лаос наземные войска, заявив, что "мы должны быть готовы победить", и предложил использовать ядерное оружие в случае китайского вмешательства. 2 мая Макнамара, используя более резкие выражения, сказал Кеннеди, что Соединенные Штаты должны обязательно вмешаться в Лаос, хотя он был уверен, что это приведет к китайскому вмешательству, заключив, что "в какой-то момент нам, возможно, придется начать использовать ядерное оружие, чтобы предотвратить поражение наших сил". Кеннеди, который не доверял воинственным советам Объединенного комитета начальников штабов после провала операции в заливе Свиней, вместо этого решил найти дипломатическое решение лаосского кризиса на мирной конференции в Женеве в 1961–1962 годах, которая в конечном итоге привела к соглашению о признании Лаоса нейтральной страной в период холодной войны. Проблемы, связанные с возможностью войны с Китаем и логистическими трудностями поддержки крупных воинских подразделений в Лаосе, в конечном итоге привели Макнамару к выбору альтернативной стратегии – размещения небольшого числа спецназа армии США в Лаосе для работы с американскими союзниками, такими как горные племена хмонгов. 29 сентября 1961 года Объединенный комитет начальников штабов сообщил Макнамаре, что в случае вторжения китайских войск в Лаос войскам СЕАТО потребуется не менее 15 дивизий, состоящих примерно из 278 000 человек, чтобы остановить их. В то же время Объединенный комитет начальников штабов оценил, что два аэродрома в Лаосе способны принимать до 1000 военнослужащих в день каждый, что дало бы преимущество китайцам. Такие мрачные оценки побудили Кеннеди проигнорировать Макнамару и Объединенный комитет начальников штабов и отдать предпочтение дипломатическому решению лаосского кризиса. В октябре 1961 года, когда генерал Максвелл Тейлор и Уолт Уитмен Ростоу предложили отправить 8000 американских боевых войск в Южный Вьетнам, Макнамара отклонил это предложение как недостаточного, заявив, что 8000 солдат "вероятно, не перевесят чашу весов", и вместо этого рекомендовал Кеннеди отправить 6 дивизий в Южный Вьетнам. Кеннеди отклонил этот совет. В мае 1962 года Макнамара впервые посетил Южный Вьетнам, где заявил прессе, что "каждый количественный показатель показывает, что мы выигрываем войну". Под руководством генерала Пола Д. Харкинса офицеры Командования военной помощи во Вьетнаме изменили карту, на которой слишком большая часть Южного Вьетнама находилась под контролем Вьетконга, и исказили статистику, чтобы представить Вьетконг слабее, чем он был на самом деле. "Количественный" стиль Макнамары, основанный на многочисленных компьютерных расчетах тенденций во Вьетнаме, упускал из виду человеческий фактор. Такие аспекты войны, как настроения и взгляды населения Южного Вьетнама, а также стратегия "разделяй и властвуй" президента Южного Вьетнама Нго Динь Зьема, заключавшаяся в создании конкуренции между различными государственными ведомствами как способе удержания власти, не были учтены в "количественном" подходе Макнамары, поскольку компьютеры не могли вычислить эти аспекты войны. Хотя Макнамара поддерживал планы вмешательства в Лаос в 1961 году, к 1962 году он изменил свое мнение. В ходе обсуждения с генералом Лайманом Лемницером, председателем Объединенного комитета начальников штабов, Макнамара спросил их, что Соединенные Штаты будут делать в случае гипотетического вторжения Северного Вьетнама в случае американского вмешательства в Лаос, но никто из них не смог дать ответ. Неспособность Объединенного комитета начальников штабов ответить на вопросы Макнамары о том, что должны делать Соединенные Штаты, если Северный Вьетнам предпримет крупное наступление по долине реки Меконг из Лаоса в Камбоджу, а затем в Южный Вьетнам, убедила Макнамару в том, что Объединенный комитет начальников штабов не имеет четкого видения ситуации и просто выступает за вмешательство в Лаос, чтобы не выглядеть слабым. В том же году Макнамара поддержал план массового опрыскивания рисовых полей гербицидами в горах Фу Йен, чтобы голодом измотать Вьетконг, но этому помешал У. Аверелл Гарриман, указав Кеннеди на то, что последовавший за этим голод убьет тысячи невинных людей. В конце 1962 года Макнамара приказал планировщикам исходить из вывода американских советников из Южного Вьетнама в 1964 году, поскольку, по расчетам Пентагона, к тому времени война должна быть выиграна. В то время Макнамара сказал Кеннеди: "Появилось новое чувство уверенности в том, что победа возможна". 2 января 1963 года радужные прогнозы и предположения Макнамары, основанные на данных, полученных его компьютерами о Вьетнаме, были разрушены битвой при Ап Бак, когда три роты Вьетконга (ВК) были окружены 7-й дивизией ARVN в деревне Ап Бак. Несмотря на то, что ВК превосходили численностью в соотношении 10:1 и имели значительное превосходство в вооружении, ВК разгромили 7-ю дивизию в последовавшей битве и скрылись в джунглях. Полковник Джон Пол Ванн, американский советник, прикрепленный к 7-й дивизии, суммировал битву в своем обычно откровенном отчете: "Мерзкое, чертово представление, как всегда". Ванн, колоритная фигура, чья прямолинейная критика хода войны сделала его любимцем прессы, был крайне нелюбим Макнамарой, который не ценил критику, продолжая настаивать на том, что война выигрывается. Отчеты Ванна, критикующие режим Зьема как...

Разочарование

В ноябре 1965 года Макнамара, который ранее поддерживал войну, впервые начал сомневаться в её целесообразности, заявив на пресс-конференции, что "это будет долгая война", что полностью противоречило его прежним оптимистичным заявлениям о скором завершении конфликта. Хотя он был одним из главных архитекторов войны во Вьетнаме и неоднократно отменял решения Объединенного комитета начальников штабов по стратегическим вопросам, Макнамара постепенно стал сомневаться в возможности победы путем увеличения численности войск в Южном Вьетнаме и интенсификации бомбардировок Северного Вьетнама, утверждение, которое он опубликовал в книге спустя несколько лет. Позже он также признал, что его поддержка войны была обусловлена лояльностью к политике администрации. Он неоднократно посещал Южный Вьетнам, чтобы изучить ситуацию на месте, и все больше не желал одобрять запрошенные военными командирами значительные увеличения контингента войск. В качестве рождественского жеста Джонсон приказал приостановить бомбардировки Северного Вьетнама и отправился на своё ранчо в Техасе на праздники. Макнамара поехал со своей семьей кататься на лыжах в Колорадо, но, узнав, что президент готов продлить паузу в бомбардировках еще на несколько дней, он оставил семью в горнолыжном курорте в Скалистых горах и вылетел на ранчо Джонсона 27 декабря 1965 года. Макнамара знал, что Джонсон склонен прислушиваться к советам Раска, который рассматривал продление паузы в бомбардировках как проявление слабости и хотел встретиться с Джонсоном без его участия. В ходе трехчасовой встречи с президентом Макнамара заявил, что северовьетнамцы не начнут мирные переговоры, пока не будет прекращена бомбардировка, как они неоднократно заявляли, и убедил Джонсона продлить паузу до января. На новогодней вечеринке, в которой участвовала столичная элита, Макнамара выразил сомнения в способности Америки выиграть войну. Через неделю на ужине, в котором присутствовали экономист Джон Кеннет Галбрейт и автор речей Джонсона Дик Гудвин, Макнамара заявил, что победа недостижима, и лучшим результатом будет "достойный выход", который позволит сохранить Южный Вьетнам как государство. В феврале 1966 года, во время конференции в Гонолулу, Макнамара в неофициальной беседе с группой журналистов говорил о войне в крайне пессимистичном ключе, откровенно заявив, что операция "Rolling Thunder" провалилась. Макнамара отметил, что Северный Вьетнам – отсталая страна третьего мира, не обладающая развитой промышленной инфраструктурой стран первого мира, что делает бомбардировки бессмысленными. Макнамара заключил: "Никакие бомбардировки не могут положить конец войне". Карноу, один из журналистов, присутствовавших при этом разговоре, отметил, что личность Макнамары изменилась: обычно высокомерный и уверенный в себе министр обороны, убежденный в своей способности "научно" решить любую проблему, казался подавленным и менее самоуверенным. В октябре 1966 года Макнамара вернулся из очередного визита в Южный Вьетнам, демонстрируя уверенность публично и сомнения в частном порядке. Он заявил прессе, что "прогресс превзошел наши ожидания", а президенту сказал, что не видит "никакого разумного способа быстро завершить войну". Хотя Макнамара доложил Джонсону, что американские войска наносят значительные потери северовьетнамцам и Вьетконгу, он добавил, что они могут "более чем восполнить" эти потери и что "полной безопасности нигде нет" в Южном Вьетнаме, даже в районах, предположительно "успокоенных" американцами. Самым тревожным было то, что Макнамара жаловался на то, что южновьетнамцы по-прежнему не несут свою полную долю ответственности, ожидая, что американцы будут вести все бои за них, заявив: "Эта важная война должна быть выиграна самими вьетнамцами. Мы знали это с самого начала. Но обескураживающая правда заключается в том, что, как это было в 1961, 1963 и 1965 годах, мы не нашли формулы, катализатора, для обучения и вдохновения их на эффективные действия". В октябре 1966 года он запустил проект "100 000", снизив стандарты квалификационного тестирования для призыва в вооруженные силы, что позволило завербовать еще 354 000 человек, несмотря на критику, что они не подходят для работы в условиях высокого стресса или опасности. В ноябре 1966 года Макнамара посетил Гарвардский университет, и автомобиль, везший его к Генри Киссинджеру, был окружен антивоенными демонстрантами, которые вынудили машину остановиться. Студенты отказались пропустить машину, пока Макнамара не вступит в дебаты с их лидером, Майклом Ансарой, президентом Гарвардского отделения "Студентов за демократическое общество". Макнамара согласился на дебаты и, стоя на капоте автомобиля, ответил на обвинение студента в том, что Соединенные Штаты ведут агрессию, заявив, что война началась в 1954 году, а не в 1957 году, "потому что об этом говорится в докладе Международной контрольной комиссии. Вы его не читали, и если читали, то, очевидно, не поняли". Когда студент ответил, что читал доклад Международной контрольной комиссии и в нем не говорится об этом, Макнамара заявил, что он был гораздо лучшим студентом, чем его оппонент, сказав: "Я был жестче, чем вы тогда, и я жестче сегодня! Я был более вежлив тогда, и надеюсь, что я более вежлив сегодня!". Продолжая оскорблять толпу, и по мере того, как обстановка накалялась, Макнамара скрылся в Куинси-Хаусе, откуда сбежал по подземным туннелям, чтобы встретиться с Киссинджером. Столкновение со студентами потрясло его, и ему потребовалось полчаса, чтобы подготовиться к выступлению перед классом Киссинджера. Поскольку эффекты операции "Rolling Thunder" было легче измерить, чем результаты наземной войны, Макнамара особенно обеспокоен тем, что бомбардировочная кампания не привела к краху экономики Северного Вьетнама, как было предсказано. В июне 1967 года американские бомбардировщики нанесли удары по гидроэлектростанциям Северного Вьетнама, сократив его возможности по производству электроэнергии на 85%, по расчетам Макнамары. В то же время он подсчитал, что годовое производство электроэнергии в Северном Вьетнаме равно лишь пятой части электроэнергии, производимой ежегодно на электростанции Potomac Electric Power Company в Александрии, штат Вирджиния, что делало уничтожение вьетнамских электростанций незначительным для исхода войны, учитывая столь малый объем производства. Он также подсчитал в 1967 году, что за последние два года американские бомбардировщики нанесли ущерб Северному Вьетнаму на сумму около 300 миллионов долларов, в то время как операция "Rolling Thunder" стоила ВВС США около 700 сбитых над Северным Вьетнамом самолетов, общая стоимость которых составляла около 900 миллионов долларов, что делало бомбардировочную кампанию неэкономичной. Сомнения Макнамары усиливали его гражданские помощники, такие как Лесли Х. Гельб и Джон Макнотон, которые жаловались, что их жены и дети-подростки упрекают их дома с работы как "военных преступников". Собственный сын Макнамары, Роберт Крейг Макнамара, выступал против войны и осуждал своего отца каждый раз, когда тот приходил с работы. Макнамара был шокирован, обнаружив, что американский флаг висит вверх дном в комнате его сына, который сказал ему, что стыдится Америки из-за него. Макнотон рассказал Макнамаре, что, поговорив с некоторыми молодыми людьми, он пришел к выводу, что "широко и глубоко укоренилось чувство, что 'истеблишмент' сошел с ума" и что преобладающим мнением было "то, что мы пытаемся навязать какой-то американский образ далеким народам, которых мы не понимаем, и доводим это до абсурда". В меморандуме от 19 мая 1967 года президенту Макнамара заявил, что военная сторона войны идет хорошо, американцы убивают тысячи врагов каждый месяц, но политическая сторона не продвигается, поскольку Южный Вьетнам остается столь же дисфункциональным, как и прежде. Он написал: "Коррупция широко распространена. Реальный контроль правительства ограничен анклавами. Ткань гниет". Макнамара написал, что идея о том, что американские войска временно стабилизируют ситуацию, чтобы...

Равенство возможностей

В ознаменование подписания президентом Гарри С. Трумэном приказа о прекращении сегрегации в армии, Макнамара выпустил директиву 5120.36 26 июля 1963 года. Эта директива, "Равные возможности в вооруженных силах", напрямую касалась вопроса расовой и гендерной дискриминации в районах, окружающих военные городки. В директиве заявлялось: "Каждый военный командир несет ответственность за противодействие дискриминационным практикам, затрагивающим его подчиненных и их иждивенцев, и за создание для них равных возможностей, не только в районах, находящихся под его непосредственным контролем, но и в близлежащих населенных пунктах, где они могут проживать или собираться в свободное от службы время" (параграф II. C). В соответствии с директивой, командиры были обязаны использовать экономическое влияние армии для воздействия на местные предприятия в отношении к представителям меньшинств и женщинам. С одобрения министра обороны командир мог объявить определенные районы закрытыми для военнослужащих из-за дискриминационной практики.

Высылка жителей Чагосских островов

В июле 1961 года Макнамара был проинформирован министром обороны Великобритании Питером Торникрофтом о том, что финансовое бремя попыток поддерживать британские войска по всему миру было непосильным, и что премьер-министр Великобритании Гарольд Макмиллан рассматривал возможность вывода всех британских войск "к востоку от Суэца" с целью прекращения британского военного присутствия в Азии. Макнамара был против этого, и ВМС США начали лоббировать Великобританию, чтобы получить разрешение на создание американской военно-морской базы в Индийском океане. Это было поддержано в меморандуме Объединенного комитета начальников штабов в январе 1962 года, в котором выражалась обеспокоенность ростом националистических движений в британских колониях, которые могли потребовать вывода американских войск. В сентябре 1962 года Торникрофт посетил Вашингтон для встречи с Макнамарой и начала переговоров о том, на каком британском острове в Индийском океане должна располагаться американская база. К 1963 году американцы выбрали остров Диего-Гарсия в архипелаге Чагос, который входил в состав британской коронной колонии Маврикий, как идеальное место для авиабаз и военно-морских баз. Макнамара предложил, чтобы Соединенные Штаты выплачивали британскому правительству 15 миллионов долларов США ежегодно в качестве арендной платы за базу на Диего-Гарсия, что было приемлемо для Лондона. В 1965 году острова Чагос были отделены от колонии Маврикий (которая обрела независимость в марте 1968 года и впоследствии, вплоть до 2020-х годов, заявляла о правах на острова Чагос) и преобразованы в Британскую территорию Индийского океана в качестве подготовки к созданию планируемой американской базы. В 1966 году, на встрече с министром обороны Денисом Хили, Макнамара настаивал на том, чтобы британцы оставались в Азии, заявив, что хотел бы, чтобы они сохранили свою базу в Сингапуре. Хили давал уклончивые ответы, утверждая, что его правительство хотело сохранить базу в Сингапуре, но ее финансовые затраты истощали британскую казну. В июле 1966 года Макнамара сообщил Джонсону, что присутствие британцев "к востоку от Суэца" "абсолютно необходимо", ссылаясь на политические, а не военные причины, а именно на то, что это демонстрировало важность региона, что, в свою очередь, оправдывало участие Америки во Вьетнаме. Чтобы успокоить американцев, британцы были готовы предложить Диего-Гарсию в аренду на любых условиях, выгодных для американцев. Американцы сообщили британцам о своем желании выселить всех коренных жителей Чагос с острова, на что британцы согласились. В январе 1968 года Уилсон объявил, что за исключением Гонконга, все британские войска будут выведены "к востоку от Суэца" с целью экономии средств. Начиная с 1968 года, британцы начали выселять коренных жителей Чагос с Диего-Гарсии, и этот процесс был завершен к 1973 году.

ПВМ

К концу своего срока Макнамара также выступал против системы противоракетной обороны (ПРО), предлагаемой для установки в США в целях защиты от советских ракет, утверждая, что 40 миллиардов долларов "сами по себе не проблема, а проблема – в непробиваемости предлагаемого щита". Под давлением продолжить программу ПРО после того, как стало ясно, что Советы приступили к аналогичному проекту, Макнамара в конце концов согласился на "облегчённую" систему, которая, по его мнению, могла бы защитить от гораздо меньшего числа китайских ракет. Однако он никогда не считал разумным для Соединенных Штатов двигаться в этом направлении из-за психологических рисков чрезмерной зависимости от ядерного оружия и опасений, что со всех сторон будет оказываться давление с целью создания системы, большей по масштабу, чем необходимо для достижения военной эффективности. Макнамара всегда считал, что наилучшей оборонительной стратегией для США является паритет взаимного гарантированного уничтожения с Советским Союзом. Система ПРО была бы неэффективным оружием по сравнению с увеличением количества развернутых ядерных ракет.

Выезд

Макнамара писал о своей близкой личной дружбе с Жаклин Кеннеди и о том, как она требовала, чтобы он прекратил боевые действия во Вьетнаме. По мере того как Макнамара становился все более и более противоречивой фигурой после 1966 года, а его разногласия с президентом и Объединенным комитетом начальников штабов относительно стратегии войны во Вьетнаме становились предметом публичных спекуляций, часто возникали слухи о его отставке. К 1967 году Макнамара явно страдал от нервного перенапряжения: он несколько дней не брился и испытывал спазмы, во время которых его челюсть неконтролируемо дрожала в течение многих часов. Джонсон говорил о нем: "Знаете, Боб Макнамара – прекрасный человек, замечательный человек. Он отдал все, почти все, и, знаете ли, мы просто не можем позволить себе еще одного Форрестала" (имея в виду первого министра обороны Джеймса Форрестала, который покончил жизнь самоубийством из-за стресса и депрессии, связанных с работой). Сенатор Джон Стеннис был консервативным южным демократом, пользовавшимся значительным влиянием как старший член Комитета Сената по вооруженным силам. Стеннис видел себя скорее защитником армии, чем ее надзирателем, и поэтому военные часто передавали ему информацию, будучи уверенными, что он поддержит их интересы на Капитолийском холме. Отражая свое недовольство руководством Макнамары, весной 1967 года высокопоставленные генералы и адмиралы сообщили Стеннису о своей уверенности в том, что министр обороны неэффективно ведет войну. Это привело к тому, что Стеннис назначил слушания Комитета Сената по вооруженным силам в августе 1967 года для рассмотрения обвинения в том, что "неумелые гражданские дилетанты" (то есть Макнамара) не позволяют "профессиональным военным экспертам" выиграть войну. Он обвинил Макнамару в том, что тот ввел слишком много ограничений на бомбардировки Северного Вьетнама, чтобы защитить невинных гражданских лиц. Председатель Комитета Сената по вооруженным силам, сенатор Ричард Рассел-младший, был против войны, но выражал свою оппозицию в самых осторожных и сдержанных выражениях, не желая казаться непатриотичным, поэтому ястребиный Стеннис обладал большей властью, чем предполагал его пост заместителя председателя комитета. Слушания начались 8 августа 1967 года, и Стеннис вызвал в качестве свидетелей многочисленных адмиралов и генералов ВВС, которые все заявили о своей уверенности в том, что Соединенные Штаты сражаются "с одной рукой, завязанной за спиной", косвенно критикуя руководство Макнамары. Они жаловались на "чрезмерно ограничительные меры контроля" при бомбардировках Северного Вьетнама, которые, по их словам, мешали им выиграть войну. Когда 25 августа 1967 года Макнамара сам выступил в качестве свидетеля перед Комитетом Сената по вооруженным силам, он защищал войну в очень сдержанных выражениях, которые явно указывали на то, что он потерял веру в ее успех, заявив, что бомбардировочная кампания против Северного Вьетнама была неэффективной, что делало вопрос об ограничениях на бомбардировки бессмысленным. Макнамара описал все 57 ограниченных целей как не имеющие значения, например, шинную фабрику в Ханое, которая производила всего 30 шин в день, или несущие слишком большой риск поражения советских кораблей, доставлявших поставки в Северный Вьетнам. Он предупредил, что перспектива повреждения или потопления американскими бомбардировщиками советских торговых судов, ранения или гибели советских моряков, несет слишком большой риск развязывания Третьей мировой войны. Макнамара заявил, что бомбардировки не смогли сократить поставки, поступающие по тропе Хо Ши Мина, поскольку Вьетконгу требовалось всего 15 тонн грузов в день для продолжения борьбы, и "даже если бы количество было в пять раз больше, его можно было бы транспортировать всего несколькими грузовиками". Макнамара продолжил, что бомбардировки не нанесли ущерба северовьетнамской экономике, которая была "аграрной и простой", а северовьетнамский народ не привык к "современным удобствам и комфорту, которые большинство из нас в западном мире воспринимают как должное". Макнамара также заявил, что моральный дух северовьетнамцев не был подорван бомбардировками, поскольку северовьетнамцы "привыкли к дисциплине и не чужды лишениям и смерти", в то время как все указывало на то, что руководство в Ханое не пострадало от бомбардировок. Таким образом, он не испытывал "никакой уверенности в том, что их можно заставить сесть за стол переговоров". Макнамара заключил, что только геноцид мог бы действительно выиграть войну, заявив: "Действия противника на юге не могут быть остановлены воздушными бомбардировками, за исключением, то есть, практически полного уничтожения Северного Вьетнама и его народа, согласно всем отчетам, которые я видел". Помимо Стенниса, в состав Комитета Сената по вооруженным силам входили сенаторы Генри М. Джексон, Строум Термонд и Стюарт Симмингтон, все из которых были крайне враждебны к Макнамаре во время допроса. Сенатор Термонд упрекнул Макнамару: "Я думаю, что это заявление, направленное на умиротворение коммунистов. Это заявление о потворстве коммунистам. Это заявление о поражении". В частном порядке Макнамара считал Термонда "ослом", говоря, что он предвзятый, невежественный южный политик, чьими единственными ценностями были бездумный милитаризм, горячая вера в превосходство белой расы и склонность жениться на женщинах, намного моложе его. Макнамара считал, что ему недостойно отвечать на вопросы Термонда, что объясняло, почему он был особенно груб в своих ответах ему. Стеннис написал отчет комитета, в котором обвинил Макнамару в том, что он "последовательно отменял единодушные рекомендации военных командиров и Объединенного комитета начальников штабов", которые, по словам Стенниса, предлагали "систематические, своевременные и решительные действия". Стеннис осудил Макнамару за введение ограничений на бомбардировки для защиты гражданского населения Северного Вьетнама и заявил, что войну можно было бы легко выиграть, если бы Макнамара просто следовал всем советам, которые он получал от военных. Стеннис не был впечатлен слушаниями, поскольку он написал отчет комитета еще до их начала. Джонсон рассматривал слушания как доказательство того, что пришло время отправить Макнамару в отставку, которого, по его мнению, "разваливался" под бременем войны, что отражалось в критике министра обороны бомбардировок "Rolling Thunder". Стеннис, ярый сторонник превосходства белых, яростно выступавший против законодательства Джонсона о гражданских правах, был давним врагом Джонсона, поэтому президент решил не отправлять Макнамару в отставку в августе 1967 года, так как это было бы воспринято как победа Стенниса, а вместо этого подождать несколько месяцев, чтобы уволить его. В интервью со своим биографом Дорис Кирнс Гудвин Джонсон заявил, что Макнамара "разваливался", поскольку давление войны было для него слишком велико, и поэтому он решил уволить его, так как заставлять его оставаться было бы "чертовски несправедливо". Джонсон давно завидовал и ненавидел братьев Кеннеди, которые, по его мнению, смотрели на него свысока как на "белый мусор" из Техаса. К 1967 году сенатор Роберт Ф. Кеннеди стал ведущим критиком войны, и Джонсон заявил Гудвин о своей уверенности в том, что Макнамара пережил нервный срыв, которым воспользовался Кеннеди, близкий друг Макнамары. Джонсон сказал Гудвин: "Каждый день Бобби [Кеннеди] звонил Макнамаре, говоря ему, что война ужасна и аморальна, и что он должен уйти". Чтобы смягчить удар, Джонсон заявил Гудвин, что обсудил это с Макнамарой и решил предложить ему пост президента Всемирного банка, "единственную работу, которая ему тогда действительно нужна была". Джонсон выбрал для Макнамары должность президента Всемирного банка, потому что его правила запрещали президенту вмешиваться во внутренние дела стран-членов, что помешало бы Макнамаре критиковать войну после ухода с поста. Больше всего Джонсон боялся, что если он уволит Макнамару, то тот может объединиться с Кеннеди в критике его и войны; учитывая его статус самого долго служившего министра обороны, такая критика была бы особенно разрушительной. Когда репортер спросил Макнамару, указывают ли слушания Стенниса на разногласия между ним и Объединенным комитетом начальников штабов, Макнамара ответил: "Моя политика не отличается от политики Объединенного комитета начальников штабов, и я думаю, что они первыми это подтвердят". Генерал Еа...

Президент Всемирного банка

Роберт Макнамара занимал пост главы Всемирного банка с апреля 1968 года по июнь 1981 года, когда ему исполнилось 65 лет. В марте 1968 года друг Макнамары, сенатор Роберт Кеннеди, вступил в праймериз Демократической партии с целью оспорить выдвижение Джонсона. Кеннеди попросил Макнамару записать заявление, в котором он хвалит его лидерство во время Кубинского ракетного кризиса, при этом понимая, что заявление предназначено для использования в телевизионной рекламе. Макнамара похвалил "проницательную дипломатию" Кеннеди, отметив, что тот "оставался спокойным и невозмутимым, твердым, но сдержанным, никогда не терял самообладания и не поддавался панике". Хотя это было нарушением правил Всемирного банка, Макнамара испытывал чувство вины из-за того, что отказал Кеннеди в просьбе об отставке и отказе от должности президента Всемирного банка. За эту запись его подвергли критике в редакционной статье газеты New York Times, где его осудили за "недальновидность и отсутствие вкуса". В какой-то момент Макнамара опасался увольнения из Всемирного банка. В офисе Макнамары в Всемирном банке был установлен сейф для хранения документов, касающихся его работы на посту министра обороны, что было обычной практикой по отношению к бывшим министрам обороны, которые могли столкнуться с критикой в связи со своими действиями и хотели иметь возможность защитить себя, ссылаясь на документальные свидетельства. Когда в апреле 1969 года были завершены "Пентагонские документы", и копия этих документов была доставлена в офис Макнамары, он пришел в ярость и сказал: "Я не хочу этого видеть! Заберите это!" К 1969 году Макнамара хотел забыть войну во Вьетнаме и не желал никаких напоминаний о своей прежней работе.

Срок пребывания в должности

За 13 лет работы в Банке он провел ключевые реформы, наиболее заметной из которых стал перенос акцента в политике экономического развития Банка на целенаправленное сокращение бедности. До его назначения во Всемирном банке проблема бедности не получала должного внимания в контексте международного и национального экономического развития; приоритет отдавался индустриализации и развитию инфраструктуры. В 1972 году Макнамара посетил Сантьяго, чтобы встретиться с президентом Сальвадором Альенде и обсудить его политику национализации, особенно медных горнодобывающих компаний. Сын Макнамары, Крейг Макнамара, в то время жил в Чили, но из-за разногласий, связанных с войной во Вьетнаме, они не встретились. В 1984 году Крейг Макнамара заявил: «Я думаю, мой отец искренне уважал Альенде за его сострадание и смирение. Но он не одобрял национализацию». Встреча с Альенде завершилась решением Макнамары прекратить все кредиты Всемирного банка Чили. 11 сентября 1973 года Альенде был свергнут в результате государственного переворота, возглавленного генералом Аугусто Пиночетом. В 1974 году Макнамара вновь посетил Сантьяго, встретился с Пиночетом и согласился на возобновление кредитования Чили. Крейг Макнамара, находившийся в США во время переворота и принявший решение не возвращаться в Чили, был возмущен решением о возобновлении кредитов и в телефонном разговоре с отцом сказал: «Вы не можете этого делать. Вы всегда утверждали, что Всемирный банк – это неполитическая организация, но финансирование Пиночета явно является политическим шагом». Макнамара-старший сухо ответил: «Уже поздно. Я уже принял решение». Крейг Макнамара считает, что объяснение отца о необходимости прекращения кредитов Чили из-за того, что политика национализации правительства Альенде была «экономическим» вопросом, входящим в компетенцию Всемирного банка, а нарушения прав человека при Пиночете – «политическим» вопросом, выходящим за рамки этой компетенции, было лицемерным и нечестным. Крейг Макнамара сказал: «Это меня очень расстроило. Было очень трудно это пережить». В настоящее время Всемирный банк учредил стипендиальную программу, названную в его честь. В качестве президента Всемирного банка он заявил на ежегодном собрании Международного валютного фонда и Группы Всемирного банка в 1968 году, что страны, разрешающие практику контроля над рождаемостью, получат приоритетный доступ к ресурсам. Во время чрезвычайного положения в Индии Макнамара отметил: «Наконец-то Индия начала эффективно решать свою проблему перенаселения», комментируя принудительную стерилизацию.

Деятельность и оценки после Всемирного банка

С 1981 по 1984 год Макнамара состоял в совете попечителей Американского университета в Вашингтоне, округ Колумбия. В 1981 году он был избран членом Американского философского общества. В 1982 году Макнамара присоединился к ряду других бывших высокопоставленных чиновников, ответственных за национальную безопасность, с призывом к Соединенным Штатам взять на себя обязательство не применять ядерное оружие первым в Европе в случае возникновения боевых действий; впоследствии он предложил отказаться от ядерного оружия как от элемента оборонительной стратегии НАТО. В 1993 году вашингтонская журналистка Дебора Шапли опубликовала 615-страничную биографию Роберта Макнамары под названием «Обещание и власть: жизнь и эпоха Роберта Макнамары». Шапли завершила свою книгу следующими словами: «К лучшему или к худшему, Макнамара во многом сформировал современный мир и сам оказался в заточении. Малоизвестный писатель XIX века Ф. У. Борехам предлагает следующее резюме: «Мы принимаем решения. А затем наши решения поворачиваются и формируют нас». Мемуары Макнамары «В ретроспективе: трагедия и уроки Вьетнама», опубликованные в 1995 году, содержат изложение и анализ войны во Вьетнаме с его точки зрения. Согласно его пространному некрологу в New York Times, «[он] пришел к выводу еще до ухода из Пентагона, что война бессмысленна, но не поделился этим пониманием с общественностью до конца своей жизни. В 1995 году он осудил собственное поведение во время войны, признавшись в мемуарах, что оно было «неправильным, ужасно неправильным». В ответ он столкнулся с «бурей негодования» в то время. Зяп подтвердил, что нападение 4 августа 1964 года было вымышленным, а также подтвердил факт нападения 2 августа. Американский историк Чарльз Нёй, присутствовавший на встрече Макнамары и Зяпа, заметил разницу в манере общения двух мужчин: Макнамара неоднократно перебивал Зяпа, задавая вопросы, обычно связанные с цифрами, в то время как Зяп произносил длинную, неторопливую речь, цитируя различных деятелей вьетнамской культуры, таких как поэты, начиная с вьетнамских восстаний против Китая в 111–938 гг. до н.э., когда Вьетнам был китайской провинцией. Нёй отметил, что у него сложилось впечатление, будто Макнамара мыслил в краткосрочной перспективе, а Зяп – в долгосрочной. «Туман войны: одиннадцать уроков из жизни Роберта С. Макнамары» – документальный фильм 2003 года режиссера Эррола Морриса, состоящий в основном из интервью с Робертом Макнамарой и архивных кадров. Фильм получил премию «Оскар» как лучший документальный фильм. Своеобразная структура этого личного повествования достигается благодаря характеристикам интимного диалога. Как объясняет Макнамара, это процесс осмысления опыта его долгого и противоречивого периода в качестве министра обороны Соединенных Штатов, а также других этапов его личной и общественной жизни. Макнамара продолжал участвовать в политике в последние годы жизни, делая заявления с критикой вторжения администрации Буша в Ирак в 2003 году. 5 января 2006 года Макнамара и большинство ныне живущих бывших министров обороны и госсекретарей провели краткую встречу с президентом Бушем в Белом доме для обсуждения войны.

Личная жизнь

13 августа 1940 года Макнамара женился на Маргарет Крейг, своей юной возлюбленной. Она была прекрасной кулинаркой, и, по слухам, любимым блюдом Роберта была ее говядина по-бургундски. Маргарет Макнамара, бывшая учительница, использовала свое положение жены министра, чтобы запустить программу обучения чтению для детей младшего возраста – Reading Is Fundamental, которая стала крупнейшей программой по развитию грамотности в стране. Она умерла от рака в 1981 году. Позднее летом того же года ее прах развеяли на горной луговине в Buckskin Pass, недалеко от Сноумасс Виллидж, штат Колорадо. У супругов было две дочери и сын. Сын, Роберт Крейг Макнамара, который будучи студентом выступал против войны во Вьетнаме, сейчас занимается выращиванием грецких орехов и винограда в Калифорнии. Он владелец фермы Sierra Orchards в городе Винтерс, штат Калифорния. Дочь Кэтлин Макнамара Спирс работает лесоводом во Всемирном банке. Вторая дочь – Маргарет Элизабет Пастор.

Попытка нападения

29 сентября 1972 года пассажир парома, следовавшего на Марту-Вайниард, узнал Макнамару на борту и попытался сбросить его в океан. Макнамара отказался подавать на него в суд. Личность нападавшего осталась неизвестной, но спустя годы он был опрошен писателем Полом Хендриксоном, который привел его слова: "Я просто хотел поговорить с (Макнамарой) о Вьетнаме".

Последние годы и смерть

После смерти жены Макнамара встречался с Кэтрин Грэм, с которой он дружил с начала 1960-х годов. Грэм умерла в 2001 году. В сентябре 2004 года Макнамара женился на Диане Мазиери Байфилд, вдове итальянского происхождения, прожившей в Соединенных Штатах более 40 лет. Это был её второй брак. Она была замужем за Эрнестом Байфилдом, бывшим офицером УСС и владельцем отеля в Чикаго, старше её на тридцать лет, чья первая жена, Глэдис Розенталь Тартиер, сдавала в аренду своё 400-акровое (1,6 км²) поместье Глен Ора в Миддлбурге, штат Вирджиния, Джону Ф. Кеннеди во время его президентства. В конце жизни Макнамара являлся пожизненным членом Совета попечителей Калифорнийского технологического института (Кальтек), членом Совета попечителей Экономистов за мир и безопасность, членом Совета попечителей Американского университета Нигерии и почётным членом Института Брукингса. Макнамара умер в своём доме в Вашингтоне, округ Колумбия, в 5:30 утра 6 июля 2009 года в возрасте 93 лет. Он похоронен на Арлингтонском национальном кладбище в округе Арлингтон, штат Вирджиния, на надгробном камне также указаны имена его жён. Документы Макнамары за годы работы на посту министра обороны хранятся в Президентской библиотеке и музее Джона Ф. Кеннеди в Бостоне, штат Массачусетс.