Введение

Шведский дипломат Кристиан Эрнст Гюнтер (5 декабря 1886 – 6 марта 1966) был министром иностранных дел Швеции в кабинете Ханссона III. Правительство национального единства было сформировано после советского нападения на Финляндию в ноябре 1939 года, во время Зимней войны, и распущено 31 июля 1945 года. Гюнтер, чей отец был шведским дипломатом, а дед – премьер-министром, поступил на государственную службу в возрасте 30 лет. Через восемь лет он был переведен из должности личного секретаря премьер-министров Хьялмара Брантинга и Рикарда Сандлера в Министерство иностранных дел. В Министерстве иностранных дел он в 1930-х годах продвинулся до должности заместителя государственного секретаря по иностранным делам, непосредственно подчиненной министру иностранных дел Рикарду Сандлеру, а затем был аккредитован послом в Норвегию, где намеревался оставаться до выхода на пенсию. Главным достижением Гюнтера стало поддержание нейтралитета Швеции во время Второй мировой войны, что позволило его стране избежать участи оккупированной Норвегии и побежденной Финляндии. Доминирующая историография на протяжении десятилетий после войны игнорировала Холокост и использовала так называемую концепцию "реализма малых государств", согласно которой нейтралитет и сотрудничество с Германией были необходимы для выживания, поскольку Германия обладала подавляющим превосходством в силах. Уступки были ограничены и делались только при слишком серьезной угрозе; нейтралитет был гибким, но не нарушен, национальное единство было приоритетом, и Швеция имела нейтральное право на торговлю с Германией. Германии требовалась шведская железная руда, и вторжение в Швецию не принесло бы ей никакой выгоды, но могло привести к потере значительных запасов. Швецией управляло правительство национального единства, в которое входили все основные партии, представленные в Риксдаге.

Личный опыт

Гюнтер едва ли был типичным представителем дипломатического корпуса. Хотя он постоянно изучал право, его амбиции лежали скорее в области литературы – драматургии, лирики и нескольких романов, добившихся определенного успеха. Единодушные свидетельства описывают его как человека скромного поведения, высокого интеллекта и богемной натуры, с заметной нехваткой честолюбия; он старался делать свои визиты в ведомство как можно более короткими. Он увлекался скачками с упряжками и обладал нервами заядлого игрока. Гюнтер представлял последнее поколение культурных скандинавистов, симпатизировавших относительному политическому либерализму в Дании и Норвегии. На него оказали влияние французская и английская мысль, в отличие от устаревших режимов Австрии, Пруссии и России. При этом он практически не был знаком с англоязычным миром. Как и многие другие либеральные шведы, он остался незатронутым и даже отчужденным политическим и культурным развитием Финляндии после 1809 года, которое характеризовалось высоким уважением к автократической Густавской конституции 1772 года, пылким антигерманским движением «Фенномания» и кровавыми последствиями гражданской войны. Будучи министром иностранных дел, Гюнтер отдавал предпочтение политике, которая была скорее по вкусу прогерманским консерваторам, чем просоветским радикалам. И во время войны, и после победы союзников он подвергался критике, основное возражение которой сводилось к тому, что душа нации была бы лучше спасена более строгой позицией по отношению к нацистской Германии и более уступчивым отношением к союзникам, даже если бы это привело к немецкому вторжению и оккупации. В сочетании с его аристократической внешностью и буржуазным воспитанием, это иногда приводило к тому, что его характеризовали как консерватора. Сам Гюнтер вряд ли бы одобрил такое определение, поскольку он был убежденным антинацистом, религиозным скептиком и, по словам его жены Ингрид, осторожным сторонником социал-демократов. Гюнтер, отдалившийся от государственной церкви через заключение гражданского брака, был похоронен в гражданском порядке.

Ситуация во время назначения на пост министра иностранных дел

Серьезный кризис в Стокгольме положил конец его миссии в Норвегии. Провал политики министра иностранных дел Рикарда Сандлера, характеризовавшейся громкой дипломатической поддержкой Финляндии, но не подкрепленной достаточной поддержкой со стороны других социал-демократических министров в отношении конкретных военных действий за пределами границ Швеции, отчетливо проявился в преддверии и начале Зимней войны. Отказ кабинета санкционировать даже ограниченные военные действия для защиты демилитаризованных Аландских островов до начала войны и, что еще более существенно, вод между Аландами и Стокгольмом, сделал отставку Сандлера неизбежной, хотя она и была несколько отложена из-за напряженной международной обстановки. Начало Зимней войны поставило Швецию в один из самых тяжелых политических кризисов со времен отделения Финляндии в 1809 году. Мощное и громкое общественное мнение требовало безоговорочной солидарности с Финляндией. Однако широкое парламентское большинство выступало против не только военной помощи Финляндии, но и любых других действий, которые могли бы подвергнуть Швецию опасности вторжения со стороны нацистской Германии или ее союзника, Советского Союза. Для преодоления кризиса считалось необходимым формирование правительства национального единства, что оказалось сложной задачей, поскольку Консервативная партия во главе с Гёста Багге поддерживала, по крайней мере, умеренно активную политику в отношении защиты Финляндии. Чтобы разрешить возникшие трудности, было решено назначить "внепартийного" министра иностранных дел из числа ведущих шведских дипломатов, что, как предполагалось, позволит партийным лидерам в кабинете взять внешнюю политику под жесткий контроль и добиться компромиссов.

Министр иностранных дел

Гюнтер не оставил мемуаров, дневников, очень мало личных писем, представляющих интерес для историков, и, фактически, удивительно мало записей и сочинений, относящихся к его времени в должности министра иностранных дел. Следовательно, оценка личности Гюнтера должна основываться на свидетельствах коллег по кабинету и министерству иностранных дел. В качестве министра иностранных дел Гюнтер резко контрастировал с идеалистической политикой Рикарда Сандлера. Гюнтер придерживался осторожной реалистической политики, адаптированной к весьма ограниченным возможностям небольшой страны в условиях войны между могущественными соседними державами. Как и многие, а возможно, большинство его современников, он полагал, что немецкая культура по своей сути сильнее нацистского варварства. Поэтому он не рассматривал мировую войну прежде всего как столкновение демократии с фашизмом, а скорее как традиционную войну за господство в Европе. В этом контексте победа Германии над Советским Союзом, который он воспринимал как очередное воплощение давнего врага Швеции, не казалась ему особенно опасной. В этом отношении Гюнтер был близок к наиболее консервативным членам кабинета.

В популярной культуре

В шведском телевизионном фильме «Четыре дня, которые потрясли Швецию: Кризис середины лета 1941 года» (Sveriges Television TV1, 1988) его роль исполняет шведский характерный актер Свен Линдберг.