Введение
"Эпоха интеллектуальных машин" – научно-популярная книга 1990 года, написанная Рэем Курцвейлом. Это первая книга изобретателя и футуролога Рэя Курцвейла, посвященная искусственному интеллекту. Ассоциация американских издателей признала ее самой выдающейся книгой по компьютерным наукам 1990 года. Книга была рецензирована в The New York Times и The Christian Science Monitor. Формат представляет собой сочетание монографии и антологии, включающей статьи ведущих специалистов в области искусственного интеллекта, таких как Дэниел Деннетт, Дуглас Хофштадтер и Марвин Мински. Курцвейл рассматривает философские, математические и технологические основы искусственного интеллекта, исходя из предположения, что достаточно сложная компьютерная программа может демонстрировать интеллект, сопоставимый с человеческим. Курцвейл утверждает, что создание человека в процессе эволюции указывает на то, что люди способны создать нечто более разумное, чем они сами. Он считает, что распознавание образов, как это проявляется в зрении, и представление знаний, как это видно в языке, являются двумя ключевыми компонентами интеллекта. Курцвейл подробно описывает темпы развития компьютеров в этих областях. Благодаря экспоненциальному росту вычислительной мощности, Курцвейл полагает, что искусственный интеллект станет не только возможным, но и распространенным явлением. Он объясняет, как это повлияет на все аспекты жизни людей, включая работу, образование, медицину и военное дело. По мере того, как компьютеры будут приобретать человеческие способности, Курцвейл считает, что перед людьми встанет вопрос о том, что на самом деле значит быть человеком.
The Age of Intelligent Machines is a non fiction book about artificial intelligence by inventor and futurist Ray Kurzweil. This was his first book and the Association of American Publishers named it the Most Outstanding Computer Science Book of 1990. It was reviewed in The New York Times and The Christian Science Monitor. The format is a combination of monograph and anthology with contributed essays by artificial intelligence experts such as Daniel Dennett, Douglas Hofstadter, and Marvin Minsky. Kurzweil surveys the philosophical, mathematical and technological roots of artificial intelligence, starting with the assumption that a sufficiently advanced computer program could exhibit human level intelligence. Kurzweil argues the creation of humans through evolution suggests that humans should be able to build something more intelligent than themselves. He believes pattern recognition, as demonstrated by vision, and knowledge representation, as seen in language, are two key components of intelligence. Kurzweil details how quickly computers are advancing in each domain. Driven by the exponential improvements in computer power, Kurzweil believes artificial intelligence will be possible and then commonplace. He explains how it will impact all areas of people's lives, including work, education, medicine, and warfare. As computers acquire human level faculties Kurzweil says people will be challenged to figure out what it really means to be human.
Предыстория
Рэй Курцвейл — изобретатель и серийный предприниматель. К 1990 году, когда была опубликована эта книга, он уже основал три компании: Kurzweil Computer Products, Kurzweil Music Systems и Kurzweil Applied Intelligence. Эти компании разрабатывали и продавали машины для чтения для незрячих, музыкальные синтезаторы и программное обеспечение для распознавания речи соответственно. Оптическое распознавание символов, которое он использовал в машине для чтения, и распознавание речи являются ключевыми примерами задач распознавания образов, рассматриваемых в книге. После публикации "Эпохи интеллектуальных машин" он развил свои идеи в двух последующих книгах: "Эпоха духовных машин" и ставшем бестселлером "Сингулярность близка".
Определение и история
Курцвейл начинает с попытки определить искусственный интеллект. Он склоняется к формулировке Марвина Минского о "подвижной границе": "изучение компьютерных задач, которые ещё не решены". Затем он сталкивается с трудностями при определении самого интеллекта и приходит к выводу, что "кажется, не существует простого определения интеллекта, которое удовлетворило бы большинство наблюдателей". Это приводит к обсуждению вопроса о том, можно ли считать эволюцию, как процесс, разумной. Курцвейл заключает, что эволюция разумна, но с IQ лишь "бесконечно мало превышающим ноль". Он критикует эволюцию за чрезвычайно длительное время, необходимое для создания её творений. Человеческий мозг работает гораздо быстрее, что подтверждается темпами прогресса за последние несколько тысяч лет, поэтому мозг более разумен, чем его создатель. Курцвейл заключает, что нет теоретических оснований полагать, что человеческий мозг не сможет создать нечто более разумное, чем он сам, и предполагает, что "через достаточное количество десятилетий или столетий" люди будут фактически превзойдены своими творениями. Область искусственного интеллекта исходит из предпосылки, что человеческий мозг – это машина, и что альтернативная реализация может быть создана в виде компьютерной программы, обладающей теми же способностями, что и оригинал. Курцвейл прослеживает философские корни этого положения, а также противоположную точку зрения, согласно которой такие свойства, как сознание и свобода воли, уникальны для человеческого разума. Курцвейл начинает с Платона и быстро касается работ Декарта, Ньютона, Канта, Витгенштейна и завершается упоминанием Хьюберта Дрейфуса. Курцвейл также представляет математические основы искусственного интеллекта, включая вклад Бертранда Рассела, Алана Тьюринга, Алонзо Черча и Курта Гёделя. Тест Тьюринга представлен как способ оценить, достигла ли область искусственного интеллекта успеха или нет.
Шахматы и распознавание образов
Курцвейл подробно рассказывает о том, как компьютеры играют в шахматы, и приходит к своему предсказанию, что "к 2000 году мы увидим [компьютерного] чемпиона мира". Однако китайская стратегическая игра го оказалась гораздо более сложной задачей для компьютеров. Он относит го к проблемам "уровня 3" – типу задач, для которых не существует единой универсальной формулы решения. Затем Курцвейл отмечает, что распознавание образов, критически важное для искусственного интеллекта, также является проблемой третьего уровня. Курцвейл рассматривает различные подходы к распознаванию образов, начиная с расцвета и упадка перцептронов, случайных нейронных сетей и деревьев решений, и в итоге объясняет, что интеллект представляет собой иерархию разнородных процессов, "взаимодействующих и влияющих друг на друга". Он считает, что "Общество разума" Марвина Мински и "Общество нейронов" Джерома Летвина – полезные модели. Курцвейл проводит различие между логическим мышлением и распознаванием образов, и объясняет, что искусственному интеллекту распознавание образов дается гораздо сложнее, что иллюстрируют попытки создания искусственного зрения. Курцвейл оценивает, что зрительная система человека выполняет эквивалент 100 триллионов умножений в секунду, в то время как "типичный персональный компьютер" того времени мог выполнять лишь 100 000 умножений в секунду. Решением этой проблемы является параллельная обработка – одновременная работа миллионов или миллиардов процессов, что, по мнению Курцвейла, произойдет в будущем. Курцвейл также обсуждает распознавание речи, которое, подобно зрению, требует сложного распознавания образов.
Знания и искусство
В дополнение к распознаванию образов, репрезентативные знания также являются важным аспектом интеллекта. Курцвейл подробно описывает несколько типов экспертных систем в медицине, страховании и для автомехаников. Знания выражаются языком, и Курцвейл обсуждает современное состояние понимания языка, включая проекты, такие как SHRDLU Терри Винограда. Курцвейл утверждает, что робототехника – это область, где применяются все технологии ИИ: "зрение, распознавание образов, инженерия знаний, принятие решений, понимание естественного языка и другие". Он объясняет, что роботы все более успешно работают в структурированных средах, таких как заводы, и предсказывает, что "эффективные роботы-помощники по дому, вероятно, появятся не раньше начала следующего столетия". Будучи школьником, Курцвейл создал компьютер, способный сочинять музыку, и продемонстрировал его в национальном телешоу "У меня есть секрет". В книге "Эпоха разумных машин" он рассматривает взаимосвязь между искусственным интеллектом и созданием музыки и изобразительного искусства компьютерами. Он приводит примеры свободных рисунков AARON, а также графики, созданной Колетт Бангерт и Чарльзом Бангертом. Он вкратце упоминает искусственную жизнь, демонстрирует ряд компьютерных фракталов и пишет, что "роль компьютера заключается не в замене человеческого творчества, а в его усилении".
Влияние
Курцвейл объясняет, что "производительность на единицу стоимости" в компьютерной индустрии экспоненциально растет на протяжении десятилетий. Он говорит, что стоимость компьютерной памяти составляет одну стомиллионную от того, что она стоила в 1950 году, например. Курцвейл признает, что экспоненциальные тренды не длятся вечно, но убежден, что вычислительная мощность компьютеров может увеличиться в миллионы раз по сравнению с уровнем 1990 года. Если эти тренды сохранятся, утверждает Курцвейл, к 2010 году мы увидим "телефон-переводчик", к середине 1990-х – интеллектуальных помощников, а к "первой половине" 21-го века – "полностью беспилотные автомобили". Он предполагает, что мы будем подтверждать свою личность по отпечаткам пальцев и голоса, и что искусственные люди будут присутствовать в виде голограмм или роботов. Курцвейл подробно рассказывает о тесте Тьюринга и объясняет, что "где-то между 2020 и 2070 годами" тест будет пройден настолько успешно, что "никто из здравомыслящих людей, знакомых с этой областью", не будет сомневаться в результате. Даже если искусственный интеллект заменит целые отрасли, Курцвейл настаивает на том, что в конечном итоге количество рабочих мест увеличится. Он говорит, что такие сферы, как "коммуникация, преподавание, обучение, продажи, стратегическое принятие решений и инновации", по-прежнему будут нуждаться в людях. На работе он предсказывает, что люди будут использовать электронные документы, представляющие собой "сеть взаимосвязей", как гипертекст Теда Нельсона, а не линейные, как в книге. Что касается образования, Курцвейл считает, что у детей будут портативные компьютеры, на которых можно будет запускать "интеллектуальное и увлекательное учебное программное обеспечение". Документы, экзамены, электронная почта и даже "любовные письма" будут отправляться по беспроводным сетям. Все эти передовые возможности изменят и сферу ведения войны, приведя к созданию лазерного и пучкового оружия, а также самолетов без пилотов. В медицине появятся компьютерные диагностические системы, централизованные базы данных истории болезни пациентов, реалистичные модели для разработчиков лекарств и хирургия с использованием робототехники. Это позволит людям заниматься исследованиями, систематизировать знания и оказывать "поддержку и заботу". Люди с ограниченными возможностями получат значительную помощь от новых технологий, таких как машины для чтения, слуховые аппараты и роботизированные экзоскелеты. Курцвейл полагает, что предрассудки по отношению к инвалидам уменьшатся с появлением у них новых возможностей. Курцвейл завершает книгу объяснением того, что все эти достижения бросят нам вызов: по мере того как компьютеры будут выполнять все больше задач, которые раньше были исключительно в нашей компетенции, и наш интеллект будет соперничать с интеллектом машин, а затем и превосходить его, нам необходимо будет понять, что значит быть человеком.
Стиль
В книге представлено 23 эссе, 4 из которых написаны самим Курцвейлом, а остальные 19 – приглашенными авторами: Маргарет Литвин, Дэниел Деннетт, Митчелл Уолдроп, Шерри Тёркл, Блейн Мэтье, Сеймур Паперт, Дуглас Хофстадтер, Марвин Мински, Эдвард Файгенбаум, Джефф Пеппер, К. Фучи, Брайан Оукли, Гарольд Коэн, Чарльз Эймс, Майкл Лебовиц, Роджер Шанк и Кристофер Оуэнс, Аллен Ньюэлл, Маргарет Боден и Джордж Гилдер. Завершается книга "хронологией", охватывающей события от эпохи динозавров до 2070 года, а также пятьюдесятью страницами примечаний и рекомендованной литературы, глоссарием и указателем.
Прием
Джей Гарфилд в New York Times написал, что Курцвейл "ясный, современный и информативный", когда пишет о тех областях, в которых он работал напрямую, но "небрежный и туманный", когда речь заходит о философии, логике и психологии. Относительно предсказания "телефона-переводчика" к первому десятилетию XXI века, Гарфилд отмечает, что Курцвейл недооценивает "огромные трудности, с которыми сталкивается любой, кто пытается решить такую задачу". Журнал The Futurist называет книгу "впечатляющим трудом", "красиво иллюстрированным" и "пиром для ума и глаз", а Симсон Гарфинкель в The Christian Science Monitor утверждает, что "Эпоха интеллектуальных машин" – это "блестящий обзор истории искусственного интеллекта", но при этом сетует, что "хотя книга и структурирована, она не организована" и жалуется на "нехватку деталей". Линда Штраус, пишущая для Science, Technology, & Human Values, называет книгу "богатой коллекцией блестящих элементов, довольно неуклюже соединенных вместе". Она указывает на то, что Курцвейл фактически не может определить искусственный интеллект – предмет книги – потому что он не может определить интеллект. Вместо этого он полагается на тест Тьюринга и на понимание интеллекта Марвином Минским как на постоянно отодвигающийся горизонт нерешенных проблем. Штраус считает, что Курцвейл не рассматривает культурные и общественные последствия своих футуристических представлений.