Туранизм: Псевдонаучное паннационалистическое движение.

Введение

Псевдонаучное паннационалистическое движение Туранизм, также известный как пантуранизм или пантуранизм, – это паннационалистическое политическое движение, основанное на псевдонаучных утверждениях о биологических и лингвистических связях между различными этносами Евразии. В его основе лежит отвергнутая гипотеза об уральско-алтайской языковой семье, предполагающая общее происхождение тюркских, монгольских, тунгусских и уральских народов из Внутренней и Центральной Азии, а следовательно, и тесные культурные, этнические и языковые связи между ними. Сторонники туранизма выступают за политическое объединение этих народов, прежде всего для противодействия культурному и политическому влиянию индоевропейцев Европы и Южной Азии, а также сино-тибетских народов Восточной Азии. Движение возникло в XIX веке как ответ на паннационалистические идеологии, такие как пангерманизм, и опиралось на идеи панславизма (например, концепция "туранского братства и сотрудничества" была заимствована из панславянской концепции "славянского братства и сотрудничества").

Истоки и определения

Концепция уральско-алтайской этнической и языковой семьи восходит к лингвистическим теориям Готфрида Вильгельма Лейбница; по его мнению, не было лучшего метода для определения родства и происхождения различных народов Земли, чем сравнение их языков. В своем труде Brevis designatio meditationum de originibus gentium ductis potissimum ex indicio linguarum, написанном в 1710 году, он полагал, что каждый человеческий язык происходит от единого общего языка-прародителя. Со временем этот язык-прародитель разделился на две семьи: яфетскую и арамейскую. Яфетская семья разделилась еще дальше на скифскую и кельтскую ветви. К скифской семье принадлежали: греческий язык, сармато-славянские языки (русский, польский, чешский, далматинский, болгарский, словенский, аварский), тюркские языки (турецкий, куманский, калмыцкий и монгольский), финно-угорские языки (финский, саамский, венгерский, эстонский, ливский и самоедский). Хотя его теория и классификация были далеки от совершенства, она оказала огромное влияние на развитие лингвистических исследований, особенно в немецкоязычных странах. Термин «Туран» имеет иранское происхождение и, как считается, первоначально относился к доисторическому обществу в Центральной Азии. Этот термин широко использовался в научной литературе с XVIII века для обозначения Центральной Азии. Европейские ученые заимствовали его из исторических трудов Абу-ль-Гази Бахадура; аннотированный английский перевод его «Шажаре ат-Тюрк» был опубликован в 1729 году и быстро стал часто используемым источником для европейских исследователей. Фридрих Макс Мюллер, немецкий востоковед и филолог, опубликовал и предложил новую классификацию неарийских и несемитских языков Азии в 1855 году. В своей работе «Языки театра военных действий на Востоке» он назвал эти языки «туранскими». Мюллер разделил эту группу на две подгруппы: Южную и Северную. В конечном итоге его эволюционная теория о структурном развитии языков, связывающая растущую грамматическую сложность с социально-экономическим развитием и классифицирующая языки на стадии развития «допотопные», «семейные», «кочевые» и «политические», оказалась несостоятельной. Тем не менее, его терминология закрепилась, и термины «туранские народы» и «туранские языки» вошли в обиход. Другая предложенная группа, уральско-алтайские языки, позднее произошла от подгруппы Северного раздела Мюллера. Подобно тому, как термин «арийский» используется для обозначения индоевропейских языков, «туранский» используется преимущественно как лингвистический термин, синонимичный уральско-алтайскому. Однако теория об уральско-алтайской семье языков была научно опровергнута. Концепции ареальной лингвистики и типологии, даже если рассматривать их в генетическом смысле, могут считаться устаревшими. Туранизм возник в трудах финского националиста и лингвиста Маттиаса Александра Кастрена, который был его сторонником. Он пришел к выводу, что финны происходят из Центральной Азии (в частности, из Алтайских гор) и что они, вопреки распространенному мнению о небольшом изолированном народе, являются частью более крупного политического образования, включающего такие народы, как мадьяры, турки и монголы. Туранизм подразумевает не только единство всех тюркских народов (как в пантюркизме), но и союз более широкой уральско-алтайской семьи, которая, как предполагается, включает всех носителей «туранских языков». Хотя туранизм является политическим движением за объединение всех уральско-алтайских народов, существуют различные мнения относительно инклюзивности этого движения. Ранний туранист Зия Гёкальп считал, что туранизм предназначен исключительно для тюркских народов, поскольку другие туранские народы (финны, венгры, монголы и т. д.) слишком сильно отличаются в культурном отношении. В отличие от него, его современник Лотроп Стоддард дал следующее описание во время Первой мировой войны: «Прямо через северную Европу и Азию, от Балтийского до Тихого океана и от Средиземного моря до Северного Ледовитого океана, простирается обширная полоса народов, которых этнографы отнесли к «урало-алтайской расе», но которые чаще называют «туранианцами». Эта группа включает в себя наиболее разрозненные народы — османских турок Константинополя и Анатолии, туркоманов Центральной Азии и Персии, татар Южной России и Закавказья, венгерских мадьяр, финнов Финляндии и прибалтийских провинций, коренные племена Сибири и даже далеких монголов и маньчжур. Несмотря на различия в культуре, традициях и даже внешности, эти народы все же обладают определенными общими чертами. Их языки во многом схожи, и, что еще более важно, их физическое и умственное устройство демонстрирует несомненное родство».

The concept of a Ural Altaic ethnic and language family goes back to the linguistic theories of Gottfried Wilhelm Leibniz; in his opinion there was no better method for specifying the relationship and origin of the various peoples of the Earth, than the comparison of their languages. In his Brevis designatio meditationum de originibus gentium ductis potissimum ex indicio linguarum, written in 1710, he originates every human language from one common ancestor language. Over time, this ancestor language split into two families: the Japhetic and the Aramaic. The Japhetic family split even further, into Scythian and Celtic branches. The members of the Scythian family were: the Greek language, the family of Sarmato Slavic languages (Russian, Polish, Czech, Dalmatian, Bulgar, Slovene, Avar), the family of Turkic languages (Turkish, Cuman, Kalmyk and Mongolian), the family of Finnic languages (Finnish, Saami, Hungarian, Estonian, Liv and Samoyed). Although his theory and grouping were far from perfect, it had a tremendous effect on the development of linguistic research, especially in German speaking countries. The term "Turan" is of Iranian origin and is believed to have referred to a prehistorical human society in Central Asia. The term was widely used in scientific literature from the 18th century onwards to denote Central Asia. European scholars borrowed the term from the historical works of Abu al Ghazi Bahadur; the annotated English translation of his Shajare i Türk was published in 1729 and quickly became an oft used source for European scholars. Friedrich Max Müller, the German Orientalist and philologist, published and proposed a new grouping of the non Aryan and non Semitic Asian languages in 1855. In his work The Languages of the Seat of War in the East, he called these languages "Turanian". Müller divided this group into two subgroups, the Southern Division and the Northern Division. In the long run, his evolutionist theory about languages' structural development, tying growing grammatical refinement to socio economic development, and grouping languages into 'antediluvian', 'familial', 'nomadic', and 'political' developmental stages, proved unsound. Nonetheless, his terminology stuck, and the terms 'Turanian peoples' and 'Turanian languages' became parts of common parlance. Another proposed group, the Ural Altaic languages, was later derived from Müller's Northern Division subgroup. Like the term Aryan is used for Indo European, Turanian is used chiefly as a linguistic term, synonymous with Ural Altaic. However, the Ural Altaic theory has been scientifically disproven. Concepts of areal linguistics and typology even if in a genetic sense of these terms might be considered as obsolete. Turanism originated in the work of the Finnish nationalist and linguist Matthias Alexander Castrén, who championed the ideology. He concluded that the Finns originated in Central Asia (more specifically in the Altai Mountains) and far from being a small isolated people, they were part of a larger polity that included such peoples as the Magyars, Turks, and Mongols. It implies not only the unity of all Turkic peoples (as in pan Turkism), but also the alliance of a wider Ural Altaic family believed to include all speakers of the "Turanian languages". Although Turanism is a political movement for the union of all Ural Altaic peoples, there are different opinions about the movement's inclusivity. The early Turanist Ziya Gökalp opined that Turanism is for Turkic peoples only, as other Turanian peoples (Finns, Hungarians, Mongolians and so on) are too different culturally. In contrast, his contemporary Lothrop Stoddard gave the following description during World War I:Right across northern Europe and Asia, from the Baltic to the Pacific and from the Mediterranean to the Arctic Ocean, there stretches a vast band of peoples to whom ethnologists have assigned the name of "Uralo Altaic race", but who are more generally termed "Turanians". This group embraces the most widely scattered folk—the Ottoman Turks of Constantinople and Anatolia, the Turcomans of Central Asia and Persia, the Tatars of South Russia and Transcaucasia, the Magyars of Hungary, the Finns of Finland and the Baltic provinces, the aboriginal tribes of Siberia and even the distant Mongols and Manchus. Diverse though they are in culture, tradition, and even physical appearance, these peoples nevertheless possess certain well marked traits in common. Their languages are all similar, and, what is of even more import, their physical and mental make up displays undoubted affinities.

Финляндия

Туранизм имеет свои корни в финском националистическом движении феннофилов и фенноманов, а также в работах финского националиста и лингвиста Маттиаса Александра Кастрена. Кастрен провел более семи лет полевых работ в западной и южной Сибири в период с 1841 по 1849 год. Его обширные полевые материалы сосредоточены на об-угорских, самодийских, кетикских и тюркских языках. Он собрал ценную этнографическую информацию, особенно о шаманизме. Основываясь на своих исследованиях, он утверждал, что финские, угорские, самодийские, тюркские, монгольские и тунгусские языки принадлежат к одной и той же «алтайской семье». Он пришел к выводу, что финны происходят из Средней Азии (в горах Алтай), и они не были маленьким изолированным народом, а были частью более крупного политического образования, в которое входили такие народы, как мадьяры, турки, монголы и так далее. На основе своих исследований он отстаивал идеологию туранизма, веру в этническое единство и будущее величие уральских-алтайских народов. Как выразился Кастрен:

Кастрен был убежден, что Россия систематически стремится предотвратить любое развитие к более свободным условиям в Финляндии, и из этого сделал вывод, что финны должны начать готовить восстание против России. По его словам, это должно было быть связано с благоприятным международным кризисом и было бы реализовано как общее восстание против российского господства, в котором принимали бы участие нерусские народы от турок и татар до финнов. Это политическое видение его разделяли некоторые другие интеллектуалы. Фенноманцы, такие как Элиас Лённрот и Закрис Топелиус, разделяли это или даже более смелое видение грядущего величия. Как писал Топелиус:

cquote|Всего 200 лет назад мало кто мог поверить, что славянское племя достигнет того выдающегося (и постоянно растущего) положения, которым оно пользуется в настоящее время в истории культуры. Что, если однажды финское племя, занимающее почти столь же обширную территорию, будет играть на мировой арене большую роль, чем можно ожидать сегодня? [ ] Сегодня люди говорят о панславизме; однажды они могут говорить о панфеницизме или пансуомизме. В рамках такого общефинского сообщества финская нация должна занимать ведущее положение в силу своего культурного старшинства [ ]. и Gesta Hunnorum et Hungarorum, и Chronicon Pictum) еще в XIII веке. Эта традиция послужила отправной точкой для научных исследований этногенеза венгерского народа, которые начались в XVIII веке как в Венгрии, так и за рубежом. Шандор Кёроши Цома (автор первого тибетско-английского словаря) отправился в Азию с твердой верой в то, что он сможет найти родственников мадьяров в Туркестане, среди уйгуров. Как научное движение, туранизм был связан с исследованиями об Азии и ее культуре в контексте венгерской истории и культуры. Политический туранизм родился в XIX веке в ответ на растущее влияние пангерманизма и панславизма, которые венгры считали очень опасными для государства и нации Венгрии, потому что в стране было большое этническое немецкое и славянское население. Эта идея не сбылась. Вместо этого в 1910 году был образован своего рода лицей, названный Turáni Társaság (Венгерское общество Турана, также называемое Венгерским азиатским обществом). Туранское общество сосредоточилось на Туране как на географическом месте, где могли жить предки венгров. Движение получило импульс после поражения Венгрии в Первой мировой войне. Согласно условиям Трианонского договора (1920), новое венгерское государство составляло только 32,7% территории исторической, додоговорной Венгрии, и оно потеряло 58,4% своего общего населения. Более 3,2 миллиона этнических венгров (треть всех венгров) проживали за пределами новых границ Венгрии в государствах-преемниках в угнетающих условиях. Старые венгерские города большого культурного значения, такие как Поцони (бывшая столица страны), Касса и Коложвар (ныне Братислава, Кошице и Клуж-Напока соответственно), были потеряны. В этих условиях ни одно венгерское правительство не смогло бы выжить, не добиваясь справедливости как для венгров, так и для Венгрии. Воссоединение венгров стало важнейшим моментом в общественной жизни и в политической повестке дня. Возмущение привело многих к отказу от Европы и обращению на Восток в поисках новых друзей и союзников в попытке пересмотреть несправедливые условия договора и восстановить целостность Венгрии. Разочарование в отношении Европы, вызванное «предательством Запада в Трианóне», и пессимистическое чувство одиночества, подтолкнули различные слои общества к туранизму. Они пытались найти друзей, родственные народы и союзников на Востоке, чтобы Венгрия могла вырваться из своей изоляции и вернуть себе заслуженное место среди наций. Более радикальная группа консерваторов, правых, иногда даже с антисемитским подтекстом, резко пропагандировала антизападные взгляды, превосходство восточной культуры, необходимость провосточной политики и развитие осознания туранской идентичности.

cquote|Two hundred years ago few would have believed that the Slavic tribe would attain the prominent (and constantly growing) position it enjoys nowadays in the history of culture. What if one day the Finnish tribe, which occupies a territory almost as vast, were to play a greater role on the world scene than one could expect nowadays? [ ] Today people speak of Pan Slavism; one day they may talk of Pan Fennicism, or Pan Suomism. Within such a Pan Finnic community, the Finnish nation should hold the leading position because of its cultural seniority [ ]. and Gesta Hunnorum et Hungarorum, and the Chronicon Pictum) as early as the 13th century. This tradition served as the starting point for the scientific research about the ethnogenesis of the Hungarian people, which began in the 18th century, both in Hungary and abroad. Sándor Kőrösi Csoma (the writer of the first Tibetan English dictionary) traveled to Asia in the strong belief that he could find the kindred of the Magyars in Turkestan, amongst the Uyghurs. As a scientific movement, Turanism was concerned with the research about Asia and its culture in the context of Hungarian history and culture. Political Turanism was born in the 19th century, in response to the growing influence of Pan Germanism and Pan Slavism, which were seen by Hungarians as very dangerous to the state and nation of Hungary because the country had large ethnic German and Slavic populations. This idea did not come true. Instead, a kind of lyceum was formed in 1910, called Turáni Társaság (Hungarian Turan Society, also called Hungarian Asiatic Society). The Turan society concentrated on Turan as geographic location where the ancestors of Hungarians might have lived. The movement received impetus after Hungary's defeat in World War I. Under the terms of the Treaty of Trianon (1920), the new Hungarian state constituted only 32.7% of the territory of historic, pre treaty Hungary, and it lost 58.4% of its total population. More than 3.2 million ethnic Hungarians (one third of all Hungarians) resided outside the new boundaries of Hungary in the successor states under oppressive conditions. Old Hungarian cities of great cultural importance like Pozsony (a former capital of the country), Kassa, and Kolozsvár (present day Bratislava, Košice, and Cluj Napoca respectively) were lost. Under these circumstances, no Hungarian government could survive without seeking justice for both the Magyars and Hungary. Reuniting the Magyars became a crucial point in public life and on the political agenda. Outrage led many to reject Europe and turn towards the East in search of new friends and allies in a bid to revise the unjust terms of the treaty and restore the integrity of Hungary. Disappointment towards Europe caused by 'the betrayal of the West in Trianon', and the pessimistic feeling of loneliness, led different strata in society towards Turanism. They tried to look for friends, kindred peoples and allies in the East so that Hungary could break out of its isolation and regain its well deserved position among the nations. A more radical group of conservative, rightist people, sometimes even with an anti Semitic hint propagated sharply anti Western views and the superiority of Eastern culture, the necessity of a pro Eastern policy, and development of the awareness of Turanic [[Racialism (racial categorization)

1 июня 1924 года было основано Magyar Nippon Társaság (Венгерское общество Ниппон) частными лицами с целью укрепления культурных связей и обмена между Венгрией и Японией. Туранизм никогда не был официально принят, поскольку это не соответствовало христианско-консервативному идеологическому фону режима, но он использовался правительством в качестве неофициального инструмента для преодоления международной изоляции страны и построения союзов. Венгрия подписала договоры о дружбе и сотрудничестве с Турецкой Республикой в 1923 году, с Эстонской Республикой в 1937 году, с Финляндской Республикой в 1937 году, с Японией в 1938 году и с Болгарией в 1941 году. После Второй мировой войны Венгрия была оккупирована Советской Красной Армией. Венгерское правительство было поставлено под непосредственный контроль администрации оккупационных сил. Все туранистские организации были распущены правительством, а большинство туранистских публикаций было запрещено и конфисковано. В 1948 году Венгрия была преобразована в коммунистическое однопартийное государство. Туранизм изображался и очернялся как исключительно фашистская идеология, хотя роль туранизма в развитии правых идеологий в межвоенный период была незначительной. Официальный запрет действовал до краха социалистического режима в 1989 году.

Турция

Традиционная историография относит его ранние истоки к среде османских офицеров и интеллигенции, учившихся и проживавших в Имперской Германии 1870-х годов. Тот факт, что многие османские турецкие чиновники осознавали своё чувство «турецкости», не вызывает сомнений, и роль последующих националистов, таких как Зия Гёкальп, исторически полностью установлена. Как выразился турецкий историк Хасан Бюлент Паксой, возникло стремление к тому, чтобы тюркские народы «образовали политическое образование, простирающееся от Алтайских гор в Восточной Азии до Босфора». В конце XIX века труды известного венгерского востоковеда и лингвиста Армина Вамбери способствовали распространению турецкого национализма и туранизма. Вамбери состоял на службе британского министерства иностранных дел в качестве советника и агента, получая щедрое вознаграждение за свои отчеты о встречах с представителями османской элиты и султаном Абдул-Хамидом II, а также за эссе, посвященные политике Османской империи. Османская империя в течение XIX века переживала все более глубокий упадок. Попытки реформ и модернизации предпринимались уже в 1830-х годах (Танзимат), но к началу XX века страна была приведена к почти полуколониальному состоянию (государство накопило огромный долг, а государственные финансы оказались под прямым иностранным контролем), и великие державы беспрепятственно эксплуатировали её, оккупируя или аннексируя части её территории по своему усмотрению (например, Кипр). В то время российская и британская империи были антагонистами в так называемой «Большой игре» за влияние в Персии и Центральной Азии (Туркестане). Россия и Великобритания систематически разжигали соперничающие национализмы многонациональной империи в своих интересах, что привело к усилению турецкого национализма. Националистическое движение младотурок стремилось к секуляризированному национальному государству и конституционному правлению в рамках парламентской демократии. Политическая партия младотурок, Комитет единства и прогресса, придерживалась туранизма и прославления турецкой этнической идентичности, посвятив себя защите тюркских народов, проживавших под иностранным господством (большинство из них находились под властью России в результате значительной территориальной экспансии России в XVI и XIX веках), и восстановлению разрушенной национальной гордости Османской империи. Турецкая версия туранизма была сформулирована американскими политиками во время Первой мировой войны следующим образом: «Вышеизложенное показывает, что турецкая версия туранизма содержит две основные идеи: (а) очищение и укрепление турецкой национальности в Османской империи и (б) объединение османских турок с другими турками по всему миру. Эти цели первоначально преследовались в культурной сфере частной группой «интеллектуалов» и продвигались мирной пропагандой. После 1913 года они приобрели политическую форму и были включены в программу КПУ», однако поражение Османской империи в Первой мировой войне ненадолго подорвало концепцию туранизма. После Первой мировой войны турецкие националисты и туранисты присоединились к движению Басмачи в Центральной Азии, чтобы помочь им в борьбе против советской власти. Наиболее известным из них был Энвер-паша, бывший военный министр Османской империи. Туранизм является важным аспектом идеологии современной Партии националистического движения Турции (ПНД), чьё молодежное движение неофициально известно как «Серые волки». Серый волк (мать-волчица Асена) был главным символом древних тюркских народов. После победы Азербайджана в войне с Арменией в 2020 году при поддержке Турции «в социальных сетях воцарилась определенная эйфория, связанная с «Тураном» (великим тюркским миром)», – заявил Танчум, старший научный сотрудник Австрийского института европейской и политики безопасности и приглашенный научный сотрудник Института Ближнего Востока в Вашингтоне.

Traditional history cites its early origins amongst Ottoman officers and intelligentsia studying and residing in 1870s Imperial Germany. The fact that many Ottoman Turkish officials were becoming aware of their sense of "Turkishness" is beyond doubt of course, and the role of subsequent nationalists, such as Ziya Gökalp is fully established historically. As the Turkish historian Hasan Bülent Paksoy put it, an aspiration emerged that the Turkic peoples might "form a political entity stretching from the Altai Mountains in Eastern Asia to the Bosphorus". During the late 19th century, the works of renowned Hungarian Orientalist and linguist Ármin Vámbéry contributed to the spreading of Turkish nationalism and Turanism. Vámbéry was employed by the British Foreign office as an advisor and agent. He was paid well for his accounts about his meetings with members of the Ottoman elite and Sultan Abdul Hamid II, and for his essays concerning Ottoman politics. The Ottoman Empire fell into ever deepening decline during the 19th century. There were reform and modernization attempts as early as the 1830s (Tanzimat), but the country was lowered to an almost semi colonial state at the turn of the century (the state accumulated an enormous amount of debt and state finances were placed under direct foreign control), and the great powers freely preyed on her, occupying or annexing parts of her territory at will (e. g. Cyprus). At the time, the Russian and British empires were antagonists in the so called "Great Game" to cultivate influence in Persia and Central Asia (Turkestan). Russia and Britain systematically fanned the rivalling nationalisms of the multi ethnic empire for their own ends, and this led to the strengthening of Turkish nationalism as a result. The nationalist movement of the Young Turks aimed for a secularized nation state, and constitutional government in a parliamentary democracy. The political party of the Young Turks, the Committee of Union and Progress, embraced Turanism, and a glorification of Turkish ethnic identity, and was devoted to protecting the Turkic peoples living under foreign rule (most of them under Russian rule as a result of Russia's enormous territorial expansion during the 16th and 19th centuries), and to restoring the Ottoman Empire's shattered national pride. The Turkish version of Turanism was summed up by American politicians at the time of First World War as follows: "It has been shown above that the Turkish version of Turanism contains two general ideas: (a) To purify and strengthen the Turkish nationality within the Ottoman Empire, and (b) to link up the Ottoman Turks with the other Turks in the world. These objects were first pursued in the cultural sphere by a private group of 'Intellectuals', and promoted by peaceful propaganda. After 1913, they took on a political form and were incorporated in the programme of the C. U. P.", but Ottoman defeat in World War I briefly undermined the notion of Turanism. After World War I, Turkish nationalists and Turanists joined the Basmachi movement in Central Asia, to help their struggle against the Soviets. The most prominent amongst them was Enver Pasha, the former Ottoman war minister. Turanism forms an important aspect of the ideology of the modern Turkish Nationalist Movement Party (MHP), whose youth movement is informally known as the Grey Wolves. Grey Wolf (the mother wolf Asena) was the main symbol of the ancient Turkic peoples. In the wake of the Turkish assisted victory by Azerbaijan in its war with Armenia in 2020, "a certain 'Turan' (greater Turkic world) euphoria took hold on social media," Tanchum, a senior fellow at the Austrian Institute for European and Security Policy and a non resident fellow at the Middle East Institute in Washington, said.

Северная и Южная Америка

Некоторые пантуранисты предположили, что у коренных американцев может быть генетическая и лингвистическая связь с тюркскими и другими кочевыми племенами Азии. Они указывали на сходство в культуре, танцах и обычаях коренных американцев с культурой, танцами и обычаями, распространенными в Сибири и Северо-Восточной Азии, хотя эти обычаи изменились после миграции коренных американцев из Сибири в Америку. В качестве примеров народов, чьи обычаи приводятся, называют меланжонцев, эскимосов и кечуа.