Клара Рив: Английская писательница и пионер готического романа.

Введение

Клара Рив (Clara Reeve; 23 января 1729 – 3 декабря 1807) – английская писательница, наиболее известная своим готическим романом «Старый английский барон» (1777). Она также написала новаторскую историю прозы, «Прогресс романа» (1785). Ее первой работой был перевод с латыни, что в то время было необычным для женщины. Она была почти современницей дам из круга Элизабет Монтегю, известных своими интеллектуальными интересами.

Карьера

После смерти отца в 1755 году Рив некоторое время жила с матерью и сестрами в Колчестере, затем переехала в собственный дом в Ипсвиче. Там ее первым авторским произведением стал перевод с латыни исторической аллегории «Аргенис» Джона Барклая, который она назвала «Феникс» (1772). Рив опубликовала по меньшей мере 24 тома за 33-летнюю карьеру писательницы. Это оказало заметное влияние на «Франкенштейна» Мэри Шелли (1818). Рив также написала роман в письмах «Школа для вдов» (1791), за которым последовали «Планы образования» (1792), посвященные вопросам женского образования. Ее новаторская история прозы «Прогресс романтики» (1785) может рассматриваться как предшественник современной истории романа. В частности, она продолжает традицию женской литературной истории, начатую Элизабет Роу (1674–1737) и Сюзанной Добсон (умерла в 1795). Одна из историй в этой работе, «История Харобы, королевы Египта», вдохновила Уолтера Сэвиджа Лэндора на создание его первого крупного произведения «Гебир» (1798). Похоже, Рив самостоятельно управляла своей издательской деятельностью, не полагаясь на помощь родственников-мужчин в общении с издателями. Генриетта Мосс использовала эту историю в качестве модели для своего романа «Старый ирландский баронет» (1808). Хотя «Прогресс романтики» Рив долгое время оставался незамеченным учеными, Гарри Келли назвал его «не только новаторской историей и защитой "романтики" от античности до середины XVIII века, но и новаторским исследованием в области литературной науки, выполненным женщиной». Кроме того, Рив стремилась найти подходящую формулу, обеспечивающую правдоподобие и связность художественного вымысла. Она отвергала определенные аспекты стиля Уолпола, такие как его склонность к включению юмора или комедии, которые ослабляют способность готической истории вызывать страх. В 1777 году Рив перечислила излишества Уолпола: меч, настолько огромный, что для его поднятия требовалось сто человек; шлем, который своим весом пробивал проход через двор в арочный склеп, достаточно большой для человека; картина, выходящая из рамы; скелет-призрак в капюшоне отшельника. Хотя последующие авторы готических романов не всегда прислушивались к эмоциональному реализму Рив, она заложила основу, удерживающую готическую фантастику в рамках вероятного. Это оставалось проблемой для авторов после публикации «Старого английского барона». За пределами провиденциального контекста сверхъестественное часто рисковало скатиться к абсурду.

After the death of her father in 1755, Reeve lived for a time with her mother and sisters in Colchester, then moved into her own house in Ipswich. There her first piece of authorship was a translation from Latin of the historical allegory Argenis by John Barclay, which she entitled The Phoenix (1772). Reeve published at least 24 volumes over a 33 year career as an author. It would have a noticeable influence on Mary Shelley's Frankenstein (1818). Reeve also wrote an epistolary novel, The School for Widows (1791), followed by Plans of Education (1792), whose focus was on issues of female education. Her innovative history of prose fiction, The Progress of Romance (1785), can be seen as a precursor to modern histories of the novel. It specifically upholds the tradition of female literary history heralded by Elizabeth Rowe (1674–1737) and Susannah Dobson (died 1795). One story in the work, "The History of Charoba, Queen of Egypt", inspired Walter Savage Landor's first major piece, Gebir (1798). Reeve seems to have managed her publishing career personally, rather than relying on male relations to deal with publishers on her behalf. Henrietta Mosse was to use this story as a model for her own novel, The Old Irish Baronet in 1808. Although Reeve's The Progress of Romance, was long overlooked by scholars, Garry Kelly has called it "not only a pioneering history and defense of "romance" from antiquity to the mid eighteenth century but also a ground breaking work of literary scholarship by a woman". Secondly, Reeve also sought to find an appropriate formula for ensuring that fiction is believable and coherent. She spurned specific aspects of Walpole's style, such as his tendency to blend in humour or comedy that diminishes the Gothic tale's ability to induce fear. In 1777, Reeve enumerated Walpole's excesses: a sword so large as to require an hundred men to lift it; a helmet that by its own weight forces a passage through a court yard into an arched vault, big enough for a man to go through; a picture that walks out of its frame; a skeleton ghost in a hermit's cowl Although successive Gothic writers did not fully heed Reeve's emotional realism, she posited a framework that keeps Gothic fiction within the realm of the probable. This remained a challenge for authors after publication of The Old English Baron. Beyond its providential context, the supernatural often risked veering towards the absurd.