Масао Абе: Путь японского буддийского философа.

Введение

Японский буддист Масао Абэ (阿部正雄) был японским философом-буддистом и исследователем религии, профессором-эмеритом Университета Нара. Он наиболее известен своими работами в области сравнительного религиоведения, развивая буддийско-христианский межрелигиозный диалог, который впоследствии расширился и включил иудаизм. Его зрелые взгляды формировались в рамках Киотской школы философии. По словам Кристофера Айвса: "После смерти Д. Т. Сузуки в 1966 году Масао Абэ стал главным представителем дзен-буддизма в Европе и Северной Америке".

Обучение

Отец Абэ был врачом, мать — практиковала буддизм Чистой Земли Джодо Синшу, от которого произошла его ранняя вера в Будду Амида. Родился в Осаке, он был третьим из шести детей. Высшее образование он начал в муниципальном университете Осаки, где изучал экономику и право. В течение четырех лет в конце 1930-х годов он работал в деловом офисе частной торговой компании в соседнем Кобе. Однако Абэ глубоко беспокоил продолжающийся личный кризис, вызванный кажущимся конфликтом: рациональность против веры в Амиду буддизма Чистой Земли. Он полагал, что сможет окончательно разрешить этот конфликт в пользу веры посредством изучения философии, которая позволила бы ему преодолеть возражения разума. В апреле 1942 года Абэ поступил в Киотский университет. Это был смелый шаг, поскольку он изменил направление своей карьеры, что было необычно для японской жизни, и тем более учитывая текущую политическую ситуацию. Он изучал западную философию под руководством Хадзиме Танабе. Кроме того, Абэ изучал Дзэн под руководством Шинъити Хисамацу, профессора философии в Киотском университете и мирянина, практикующего школу Риндзай. Под руководством Хисамацу Абэ вместе с другими работал над возрождением буддийской молодежной организации в Киотском университете на протяжении 1940-х годов. Профессор Хисамацу бросил вызов квазитеистической вере Абэ в Будду Амиду; вместо этого Хисамацу стал для Абэ важной религиозной моделью, строго придерживающимся Суньяты (которую можно назвать пустотой) как конечной реальности. В результате Абэ стал понимать Будду Амиду как священную фикцию. Духовный прогресс Абэ под руководством Хисамацу был сложным и диалектическим. Хисамацу учил, что почитаемый образ Будды Амиды был лишь этапом на пути к реализации «бесформенного» Будды, посредством которого можно было пробудить свое Истинное Я. Тем не менее, Абэ сначала отреагировал на Хисамацу, открыв и испытав бесконечную благодать Будды Амиды. Глубокий поиск Абэ продолжался. В декабре 1951 года, во время групповой медитации Дзэн в храме Рэюн храмового комплекса Мёсин-дзи в Киото, Абэ лично бросил вызов Хисамацу, крикнув ему: «Это Истинное Я?» Хисамацу ответил: «Это Истинное Я». После этого Абэ вступил в интенсивную фазу и боролся с мыслью, что «Все это ложь!» (что он выкрикнул, обливаясь ведром ледяной воды во время последующей групповой медитации). Он мучился из-за кажущейся близости божества и дьявола, и из-за своего собственного соучастия. Наконец, Абэ сказал Хисамацу: «Я просто не могу найти места, где можно стоять». Хисамацу сказал ему: «Встань прямо на том месте, где нет места, чтобы стоять». На этом пути Абэ столкнулся и сумел отличить и преодолеть «позитивный нигилизм», связанный со светским, нерелигиозным философом Фридрихом Ницше. Размышляя о своем жизненном пути, Абэ признал решающую роль Шинъити Хисамацу в своем духовном формировании. «Без него я не был бы тем, кто я есть». С 1952 по 1980 год Абэ был профессором философии в университете Нара. До этого он был профессором в Киотском женском колледже (1946–1948) и университете Отани (1948–1950). Затем, находясь в Наре, Абэ одновременно был профессором Киотского университета с 1955 по 1958 год, а с 1964 по 1980 год — профессором университета Хана Зона. Также в середине 1950-х годов он изучал христианское богословие в Нью-Йорке в Юнионской теологической семинарии и в Колумбийском университете. Затем в 1980 году он покинул университет Нара и переехал в Калифорнию, в Департамент религии Высшей школы Клермонта, а затем в 1983 году в Университет Гавайев, где он служил профессором японской философии. С 1965 года Абэ участвовал и выступал с докладами во многих университетах и колледжах по всей территории США, работая приглашенным профессором (вместе со своей женой Икуко). В эти годы Абэ участвовал в буддийско-христианском диалоге в университетах Европы. Абэ участвовал и возглавлял многочисленные конференции по сравнительной религии, буддизму и смежным темам. Он постоянно участвовал в Конференции философов Востока и Запада при Гавайском университете и в Международной буддийско-христианской теологической встрече («группа Эбе-Кобба»), которой вместе с профессором Джоном Б. Коббом-младшим руководил Абэ. Помимо своего вклада в творческую проницательность и научную деятельность, Масао Абэ также привносил на межконфессиональные встречи спокойствие и тихую прелесть. Вот, например, как вспоминает момент с Абэ его коллега, академик Арвинд Шарма на конференции в 1986 году:

Abe's father was a medical doctor, his mother a practitioner of Pure Land Jōdo Shinshū Buddhism, from whom came his early faith in Amida Buddha. Born in Osaka, Abe was the third of six children. His higher education began at Osaka Municipal University, where he studied Economics and Law. For four years during the late 1930s he worked in a business office at a private trading company in neighboring Kobe. Yet Abe was seriously troubled by an ongoing personal crisis, which stemmed from the perceived conflict: rationality versus faith in the Amida of Pure Land Buddhism. This conflict he thought he could conclusively resolve in favor of faith through the study of philosophy, by which he could overcome objections posed by reason. Abe entered Kyoto University in April 1942. It was a courageous step, as he changed career direction in mid stream, exceptional in Japanese life, yet even more so considering the current political situation. He studied Western philosophy under Hajime Tanabe. Also, Abe studied Zen under the direction of Shin'ichi Hisamatsu, a philosophy professor at Kyoto University and a lay practitioner of the Rinzai school. Guided by Hisamatsu, Abe worked with others to revitalize Buddhist youth organization at Kyoto University throughout the 1940s. Professor Hisamatsu challenged Abe's quasi theistic faith in Amida Buddha; instead Hisamatsu became for Abe a vital religious model, of a rigorous adherent of Sunyata (which may be called emptiness) as an ultimate reality. In consequence, Abe came to understand Amida Buddha as a sacred fiction. Abe's spiritual progression under Hisamatsu was complex and dialectical. Hisamatsu taught that the revered image of Amida Buddha was but a stage on the way to realizing a "formless" Buddha, whereby one could awaken to one's True Self. Nonetheless Abe first reacted to Hisamatsu by coming to discover and experience an infinite grace from the Amida Buddha. Abe's profound quest continued. In December 1951, during a group Zen sitting at the Reiun Temple of the Myōshin ji in Kyoto, Abe personally challenged Hisamatsu, screaming to him, "Is that the True Self?" Hisamatsu replied, "That's the True Self." Thereafter Abe entered an intense phase and struggled with the view that "It's all a lie!" (which he cried out while dousing himself with a bucket of ice water at a subsequent group sitting). He agonized over the seeming proximity of the Deity and the devil, and with his own complicity. Finally, Abe told Hisamatsu, "I just cannot find any place where I can stand." Hisamatsu told him, "Stand right at that place where there is nowhere to stand." Along this way Abe confronted, and managed to distinguish and overcome, a "positive nihilism" associated with the secular, irreligious philosopher Frederich Nietzsche. Reflecting on his life development, Abe acknowledged the crucial role of Shin'ichi Hisamatsu in his spiritual formation. "Without him I am not what I am." From 1952 to 1980, Abe served as professor of philosophy at Nara University. Before he had been professor at Kyoto Women's College (1946–1948) and Otani University (1948–1950). Thereafter, while at Nara, Abe was concurrently professor at Kyoto University from 1955 to 1958, and from 1964 1980 professor at Hana Zono University. Also in the mid 1950s he studied Christian theology in New York City at the Union Theological Seminary and at Columbia University. Then in 1980 he left Nara University and moved to California, to the Department of Religion at the Claremont Graduate School, and later in 1983 to the University of Hawaii where he served as Professor of Japanese Philosophy. From 1965 Abe participated and made presentations at many universities and colleges throughout the U. S. A. while serving as a visiting professor in residence (with his wife Ikuko). During these years Abe shared in the Buddhist Christian dialogue while at universities in Europe. Abe contributed to and led many conferences on comparative religion, Buddhism, and related subjects. He was perennially involved with: the East West Philosophers' Conference at the University of Hawaii; and the International Buddhist Christian Theological Encounter (the "Abe Cobb group") which, along with Professor John B. Cobb, Jr., Abe directed. In addition to his contributions of creative insight and scholarship, Masao Abe also brought to interfaith meetings a serenity and a quiet charm. Here, for example, his fellow academic Arvind Sharma recalls a moment with Abe at a conference in 1986:

Абэ улыбнулся. Я до сих пор отчетливо помню эту улыбку, потому что она обладала завораживающим, неописуемым качеством. Она была совершенно непринужденной. Казалось, она странным и полным образом отстранена от окружающей среды, самодостаточное событие с детской простотой, очаровывающей своей наивностью. Когда его лицо вернулось в нормальное выражение, оставалось ощущение чего-то очень ценного — мимолетно найденного и затем безвозвратно потерянного — пока он снова не улыбнулся. Очевидно, источник этого «дара» прошел через духовные испытания. Ранее Абэ должен был пройти путь ужасающего страха и совершить прыжок в бездну, чтобы найти «то место, где негде стоять».

Диалог

Абэ стремился развивать межрелигиозный диалог, работая в рамках своих многочисленных преподавательских заданий; он проводил множество семинаров по буддизму и западным религиям, в особенности христианству. Распространенной практикой среди представителей различных религий было следующее: сначала – попытка понять веру другого изнутри (не поступаясь собственной верой), до такой степени, чтобы суметь "увидеть", как вещи могут выглядеть с его точки зрения; затем следовал период, в течение которого каждый возвращался к своей вере; после этого могло начаться более продуктивное обсуждение. Абэ также стремился стимулировать диалог посредством своих разнообразных философских и духовных трудов. В целом, усилия Абэ получили высокую оценку. Профессор Юрген Молтманн отметил, что изложение буддийского ученого было глубоким и точным в отношении центрального вопроса христианской теологии. "Здесь не только углубляется взаимное понимание, но и христианство и буддизм, несмотря на их несовместимые различия, приводятся к общей реальности. В свете этой общей реальности, возможно, взаимная трансформация еще не начинается, но, безусловно, возникает взаимная симпатия и открытость друг к другу". В 1983 году профессор Абэ раскрыл некоторые аспекты своей внутренней мотивации. Он писал, что, помимо его неизменного интереса к буддизму, он глубоко обеспокоен духовными основами для всего "человечества в глобальную эпоху. Для создания этих основ абсолютно необходимо сравнительное и диалогическое изучение буддизма и западной мысли, включая христианство".

Зенский взгляд на время

Посредством осознания через практику Дзен буддийского учения о непостоянстве всех вещей (Skt: anitya) (Jpn: mujō), мы приходим к опыту того, что мы живем, умирая в каждый момент. "Если мы постигаем нашу жизнь не объективно извне, а субъективно изнутри, мы не переходим от жизни к смерти, а находимся в самом процессе жизни и смерти". Внимательно изучая Догэна (1200–1253) и чутко понимая внутреннее ощущение времени, Абэ познает и учит тому, как объективация времени может отчуждать нас от собственного опыта его непостоянства. Догэн размышлял над кажущимся противоречием в буддизме: все разумные существа изначально просветлены, однако буддийские учения "пробуждают стремление к просветлению" в тех, кто их слышит. Практикуя религию, мы можем достичь просветления благодаря "приобретенному пробуждению", но "изначальное пробуждение" было у нас "еще до рождения наших родителей". Догэн отвергает как натуралистическую ошибку теорию "изначального пробуждения", приравнивающую данное человеческое самосознание к подлинному просветлению. Также Догэн отвергает представление о практике как о средстве достижения цели просветления. Эпистемологический процесс просветления осуществляется посредством практики Дзен, но сам процесс и есть просветление, то есть путь – это путь пробуждения. Абэ цитирует Догэна: "В Дхарме Будды практика и осознание тождественны. Первоначальное вступление на Путь само по себе и есть полнота изначального осознания. Поэтому, даже направляясь к практике, не следует ожидать осознания вне практики, поскольку практика непосредственно указывает на изначальное осознание". Вместо того чтобы ждать времени пробуждения, сидя в медитации, следует "непосредственно познавать временные условия", ведь "время уже наступило". "Нет времени, которое не было бы подходящим". "Догэн отрицает непрерывность времени и подчеркивает независимость каждой точки времени". Профессор Абэ затем приводит слова Догэна для иллюстрации:

"[П]оскольку в буддизме не принято говорить о том, что жизнь становится смертью, буддизм говорит о нерожденном. Будучи утвержденным буддийским учением, что смерть не становится жизнью, он говорит о неисчезновении. Жизнь – это стадия времени, а смерть – стадия времени, как, например, зима и весна. Мы не предполагаем, что зима становится весной, или что весна становится летом". Субъективно, изнутри, "процесс нашего живого умирания [есть] бытие без начала и без конца". Для буддистов нет начала вселенной (нет творения) и нет конца (нет последнего суда). "Мы должны осознать беспредельность и бесконечность сансары, то есть круговорота жизни и смерти". "Хотя карма действует детерминированно в горизонтальном измерении времени, как только открывается вертикальное, или трансвременное, измерение, когда человек пробуждается к истине об отсутствии "я", этот человек перестает быть рабом кармы и становится ее хозяином. Это означает, что на основе осознания истинного "я" как "не-я" в бездонной глубине вертикального измерения времени, настоящее действие может освободить себя от прошлой кармы и создать новую карму, которая повлияет на будущее, например, в форме обета".

Автор

Дзен и западная мысль (Лондон: Макмиллан; Университет Гавайев, 1985), под редакцией Уильяма Р. ЛаФлюра, с предисловием Джона Хика. Исследование Догена. Его философия и религия (SUNY, 1992), сборник его статей под редакцией Стивена Хайна. Буддизм и межрелигиозный диалог (Университет Гавайев, 1995), сборник его статей под редакцией Стивена Хайна. Дзен и сравнительные исследования (Университет Гавайев, 1997), сборник его статей под редакцией Стивена Хайна. Дзен и современный мир: Третье продолжение «Дзен и западной мысли» (Университет Гавайев, 2003), сборник его статей под редакцией Стивена Хайна. «Буддизм» на страницах 69–137, в книге «Наши религии». Семь мировых религий, представленные ведущими учеными каждой традиции, под редакцией Арвинда Шармы (HarperOne, 1994).

Сотрудничество

Опустошающий Бог: Буддийский, еврейский и христианский диалог (Maryknoll, NY: Orbis Press 1990), под редакцией Джона Б. Кобба-младшего и Кристофера Айвса. Переиздание 2005 года издательством Wipf and Stock, Юджин, Орегон. Божественная пустота и историческая полнота: Буддийский, еврейский и христианский диалог с Масао Абэ (Valley Forge: Trinity Press 1995), под редакцией Кристофера Айвса. Масао Абэ. Дзенская жизнь в диалоге (Бостон: Charles E. Tuttle 1998), под редакцией Дональда У. Митчелла.

Редактор или переводчик

Редактор: Жизнь в дзен. Воспоминания о Д. Т. Сузуки (Бостон: Charles E. Tuttle, 1998). Перевод совместно с Ричардом ДеМартино: Хисамацу Синъити, «Характеристики восточного небытия», в «Философских исследованиях Японии» (Токио, 1960), 2: 65–97. Перевод совместно с Кристофером Айвсом: Нисида Китаро, Исследование о благе (Yale Univ., 1990), из «Дзэн но кэнсю», представленное Абэ. Перевод совместно с Норманом Уодделлом: Догэн, Сердце «Сёбогэнзо» Догэна (SUNY, 2002), из работ, опубликованных в журнале «The Eastern Buddhist» (Киото, 1971–1976) под редакцией Д. Т. Сузуки.