Введение

Японский буддийский священник и философ

Ничирен (16 февраля 1222 – 13 октября 1282) был японским буддийским священником и философом периода Камакура. Его учения составляют основу буддизма Ничирена, ветви буддизма Махаяны. Ничирен проповедовал многократное повторение его имени, Нам(у) Мёхо Ренге Кё, как единственного пути к просветлению и считал, что Будда Шакьямуни и все другие буддийские божества были необыкновенными проявлениями особой природы Будды, именуемой Мёхо Ренге, которая одинаково доступна каждому. Он утверждал, что последователи Сутры должны распространять её даже под угрозой преследований. Ничирен был плодовитым писателем, и сведения о его биографии, характере и эволюции его взглядов почерпнуты главным образом из его сочинений. Он назначил шесть старших учеников, правопреемство между которыми является предметом споров. После его смерти император Го-Когон в 1358 году удостоил его титулом (日蓮大菩薩), а титул (立正大師) был присвоен посмертно императорским указом императора Тайсё в 1922 году. Буддизм Ничирена сегодня включает в себя традиционные храмовые школы, такие как секты Ничирен-шу и Ничирен-сёсю, а также светские движения, такие как Сока Гаккай, Риссё Косэй-кай, Рейюкай, Кэнсёкай, Хонмон Буцурю-сю, Кемпон Хокке и Сёсинкай, среди многих других. Каждая группа придерживается различных интерпретаций учений Ничирена.

Обзор

Основная летопись жизни Нитирэна была составлена на основе сохранившихся писем и трактатов, которые он написал – в одном собрании насчитывается 523 полных сочинения и 248 фрагментов. Помимо исторических документов, хранящихся в архивах различных школ Нитирэна, первая развернутая нерелигиозная биография Нитирэна появилась лишь более чем через 200 лет после его смерти. В эссе 1264 года он утверждал, что название "Нам(у) мёхо рэнгэ кё", являющееся названием Лотосовой сутры, охватывает все буддийские учения, а её повторение ведет к просветлению. В некоторых своих произведениях, написанных во время второй ссылки (1271–1274), он начал соотносить себя с ключевыми персонажами Лотосовой сутры – Садапарибутой и Висистачаритрой.

В 1274 году, после того как его два предсказания об иностранном вторжении и политической борьбе, по-видимому, сбылись в связи с первой попыткой монгольского вторжения в Японию и неудачным переворотом внутри клана Ходзё, Нитирэн был помилован властями сёгуната, и его совета искали, но не прислушались к нему. Нитирэн остается спорной фигурой среди исследователей, которые представляют его либо как пылкого националиста, либо как социального реформатора с трансграничным религиозным видением. Критически настроенные ученые используют такие слова, как нетерпимый, националистический, милитаристский и самодовольный, чтобы охарактеризовать его. С другой стороны, Нитирэн представляется как революционер, классический реформатор. Нитирэна часто сравнивают с другими религиозными деятелями, которые разделяли схожие бунтарские и революционные порывы к реформированию упадка в своих обществах или течениях.

Рождение

Согласно китайскому лунному календарю, Ничирен родился 16-го числа второго месяца 1222 года, что соответствует 6 апреля по григорианскому календарю. Ничирен родился в деревне Коминато (в настоящее время часть города Камогава), в районе Нагасе, провинция Ава (в пределах современной префектуры Чиба). Сведения о его происхождении противоречивы. Ничирен описывал себя как "сын Сендары (Skt: chandala, презренный изгой)", "сын, рожденный у простого народа, живущего на скалистом берегу в глухой бухте", и "сын ныряльщика". В отличие от него, Хонен, Шинран, Доген и Эйсай, другие основатели религиозных школ, предшествовавшие Ничирену, все родились в регионе Киото и происходили из знатных или самурайских семей. Хотя в его сочинениях отражена гордость за свое низкое происхождение, последователи после его смерти стали приписывать ему более благородную родословную, возможно, чтобы привлечь больше сторонников. Некоторые утверждают, что его отец был ронином, управляющим поместья (шокан), или политическим беженцем. Считается, что точное место рождения Ничирена в настоящее время находится под водой у берега недалеко от современного Тандзё-дзи (小湊山誕生寺) – храма в Коминато, посвященного его рождению.

Буддийское образование

В период с 1233 по 1253 год Ничирен интенсивно изучал все десять школ буддизма, распространенных в Японии в то время, а также китайскую классическую литературу и светскую литературу. В эти годы он пришел к убеждению о верховенстве Лотосовой сутры и в 1253 году вернулся в храм, где начал свое обучение, чтобы представить результаты своих исследований. В возрасте 12 лет он начал изучать буддизм в храме Сейчо-дзи (清澄寺) школы Тендай.

Декларация Лотосовой Сутры

Согласно одному из его писем, Ничирен вернулся в храм Сейчо 28 апреля 1253 года, чтобы прочитать лекцию о своих двадцати годах учености. В ходе того же события, согласно его собственному рассказу и последующим жизнеописаниям, он изменил свое имя на Ничирен, являющееся сокращением от (日) и (蓮). Во время лекции Ничирен резко критиковал Хонена, основателя буддизма Чистой Земли, и его практику произнесения Нембуцу – Наму Амида Буцу. Вероятно, он также осудил основополагающие учения храма Сейчо, которые включали в себя неисключительные учения и практики Лотосовой сутры. Это вызвало враждебность местного управляющего, Ходжо Кагенобу, который попытался убить Ничирена. Современные исследования показывают, что события развивались не в один день, а в течение более длительного периода времени и имели социальные и политические измерения. Самым известным из его трудов, считающимся его первым крупным трактатом, был (立正安国論) – «О поддержании мира в стране посредством распространения истинного буддизма». Используя диалектический метод, широко распространенный в Китае и Японии, трактат представляет собой вымышленный диалог из десяти частей между буддийским мудрецом, предположительно Ничиреном, и посетителем, которые вместе скорбят о трагедиях, постигших страну. Мудрец отвечает на вопросы гостя и, после бурной дискуссии, постепенно приводит его к полному принятию видения страны, твердо основанной на идеалах Лотосовой сутры. В этом сочинении Ничирен демонстрирует умение использовать аналогии, анекдоты и детали, чтобы убедительно апеллировать к уникальной психологии, опыту и уровню понимания каждого человека. Или же это были бредни фанатика и безумца. Его заявления вызвали гнев влиятельных религиозных деятелей того времени и их последователей, особенно священника школы Сингон Нинсё (Рёкана). В сентябре 1271 года, после острого обмена письмами между ними, Ничирен был арестован отрядом солдат и предстал перед судом, проводимым , заместителем главы Совета советников клана Ходзё. Ничирен рассматривал это как свой второй протест правительству. Некоторые ученые предлагают альтернативные интерпретации этой истории. Или же, говоря метафорически, это было «преодоление временного и раскрытие сущностного».

Второе изгнание и изгнание

После того, как попытка казни Ничирена провалилась, власти привели в исполнение первоначальный приговор – ссылку на остров Садо в Японском море. По прибытии его поместили в небольшой ветхий храм, расположенный на кладбище. Ничирена сопровождали несколько учеников, и в первую зиму они перенесли жестокий холод, голод и угрозы со стороны местных жителей. Первоочередной заботой Ничирена было сплотить своих последователей в Камакуре. Тактика бакуфу в отношении подавления общины Ничирена включала ссылку, тюремное заключение, конфискацию земли или исключение из клана. По-видимому, большинство его учеников отказались от веры, а другие сомневались, почему они и Ничирен сталкиваются с такими испытаниями, учитывая обещание Лотосовой сутры о "мире и безопасности в этой жизни". И (開目抄). В последней он утверждал, что столкновение с невзгодами следует воспринимать как должное, и что решимость продолжать миссию распространения сутры для него важнее гарантий защиты: "Пусть небеса отвернутся от меня. Пусть испытания обрушатся на меня. Я не буду жалеть о своей жизни. Какими бы испытаниями мы ни столкнулись, пока в наших сердцах нет сомнений, я и мои ученики естественным образом достигнем обители Будды". Он завершил эту работу клятвой стать "столпом Японии, очами Японии, великим кораблем Японии". Ничирен возглавил широкое движение последователей в Канто и Садо, в основном благодаря своей активной переписке. Во время так называемого "дела Ацухара" 1279 года, когда атаки правительства были направлены на последователей Ничирена, а не на него самого, письма Ничирена свидетельствуют о решительном и хорошо информированном лидере, который давал подробные инструкции через разветвленную сеть учеников, выполнявших роль связных между Минобу и другими пострадавшими районами Японии. Он также проявил способность представлять события в убедительной форме, давая своим последователям широкое представление о происходящем. Более половины сохранившихся писем Ничирена были написаны в годы его пребывания в Минобу. Некоторые из них содержали трогательные письма к последователям, выражающие признательность за их помощь, дающие советы по личным вопросам и разъясняющие его учения более понятным языком. Две его работы этого периода, (撰時抄) и (報恩抄), наряду с его "Риссё Анкоку Рон" ("Об установлении правильного учения для мира в стране"), "Каймоку Сё" ("Открытие глаз") и "Кандзин но Хонзон Сё" ("Объект поклонения для созерцания ума"), общепризнанно считаются его пятью основными трудами. В годы пребывания в Минобу Ничирен усилил критику Миккё (мистических и эзотерических практик), которые были включены в японскую школу Тэндай. В этот момент стало ясно, что он создает свою собственную форму буддизма Лотоса. Ничирен и его ученики завершили строительство Куон-дзи (Мё-хокке в храме Куон-дзи) в 1281 году. В XIX веке эта структура сгорела и была заменена новым зданием, строительство которого было завершено во второй половине эпохи Мэйдзи. Находясь в Минобу, Ничирен также написал множество мандал Гохонзон для передачи конкретным ученикам и мирянам. Последователи Ничирен Шёсю утверждают, что после казни трех фермеров Ацухара он написал Дай Гохонзон 12 октября 1279 года – Гохонзон, специально обращенный ко всему человечеству. Это утверждение оспаривается другими школами как исторически и текстологически неверное. Его ученики покинули Икегами с прахом Ничирена 21 октября и вернулись в Минобу 25 октября. Секты Ничирен Шу утверждают, что его могила находится, по его просьбе, в Куон-дзи на горе Минобу, где покоятся его останки.

Учения

Учения Ничирена развивались на протяжении его жизни, и их эволюцию можно проследить в изучении его сочинений, а также в аннотациях, которые он делал на полях своей личной копии Сутры Лотоса, известной как Chū hokekyō. В то время как другие выделяют три этапа в его мысли: до и во время ссылки в Идзу, с момента возвращения в Камакуру до ссылки на остров Садо, и годы, проведенные в Минобу. По словам Анасаки, по прибытии в Минобу Ничирен сосредоточил свои усилия на систематизации своих учений для их сохранения. Объем его мысли был изложен в эссе (法華取要抄), которое Никко Шонин считает одним из десяти основных трудов Ничирена. Ничирен заложил основу для буддийского социального активизма за столетия до его появления в других буддийских школах. Уникальность его учения заключалась в стремлении перевести буддизм из сферы теории в сферу практической реализации. Он твердо верил, что его учение позволит нации обрести исправление и в конечном итоге приведет к всемирному миру. Некоторые аспекты его религиозного мировоззрения восходят к пониманию Сутры Лотоса в школе Тендай, синкретическим верованиям, глубоко укоренившимся в культуре его времени, и новым перспективам, возникшим в эпоху буддизма Камакура. Эти концепции основывались на космологии Чихи о единстве и взаимосвязанности вселенной, известной как «Три тысячи миров в едином мгновении жизни» (ichinen sanzen). Ничирен развил эти концепции, утверждая, что они подлежат реализации, а не остаются теоретическими. Причинно-следственная связь понималась как одновременная, а не линейная. Созерцание своего ума (кандзин) происходило в контексте непоколебимой веры и преданности Сутре Лотоса. По словам Ничирена, эти явления проявляются, когда человек провозглашает название Сутры Лотоса (дате) и делится ее истинностью с другими, даже рискуя жизнью, если потребуется. В связи с этим Ничирен последовательно и решительно возражал против точки зрения школы Чистой Земли, которая акцентировала внимание на потустороннем стремлении к чистой земле. В основе его позиции лежит концепция недвойственности субъективной реальности (индивида) и объективной реальности (мира, в котором живет индивид), указывающая на то, что когда индивид пробуждает в себе буддийскую природу, его мир становится мирным и гармоничным. Для Ничирена широкое распространение Сутры Лотоса и, как следствие, установление всемирного мира («косен руфу») были достижимы и неизбежны, и он возложил эту задачу на своих будущих последователей.

Последний день Закона

Период Камакура в Японии XIII века характеризовался предчувствием недоброго знамения. Ничирен, как и другие люди того времени, верил, что наступила Последняя Эпоха Закона (Mappō), время, когда, по предсказанию Шакиамуни, его учения утратят свою силу. Действительно, Япония вступила в эпоху крайних стихийных бедствий, внутренних распрей и политических конфликтов. Хотя Ничирен считал, что причиной потрясений и бедствий в обществе является широкое распространение, по его мнению, неполноценных буддийских учений, поддерживаемых правительством, он был полон энтузиазма и оптимизма относительно значения этой эпохи. Он утверждал, что в отличие от других школ Махаяны, это самое благоприятное время для жизни, эпоха распространения Сутры Лотоса и время появления Бодхисаттв Земли для её распространения. "Лучше быть прокажённым, воспевающим Нам(у) Мёхо Ренге Кё, чем быть главой школы Тэндай".

Дискуссии и полемика

Традиция проведения открытых и продолжительных дебатов для разъяснения вопросов фундаментальных буддийских принципов имеет глубокие корни в Тибете, Китае и Корее. Эта традиция также была весьма распространена в Японии. Помимо формализованных религиозных дебатов, период Камакура характеризовался расцветом и конкуренцией устных религиозных дискуссий. Храмы начали конкурировать за покровительство богатых и влиятельных людей посредством ораторских проповедей, а храмовые лекторы (коши) испытывали давление, чтобы привлекать аудиторию. Проповедь вышла за пределы храмов, распространяясь по домам и улицам, где странствующие монахи (шидосо, хиджири или инджа) проповедовали как образованным, так и неграмотным в обмен на подаяние. Чтобы донести принципы веры, проповедники использовали красочные истории, музыку, водевиль и драму, которые впоследствии эволюционировали в театр но. Преобладающей темой дебатов в буддизме Камакуры была концепция обличения «осквернения Дхармы». Сама Лотосовая сутра строго предостерегает от осквернения Дхармы. Первой целью его полемики стал буддизм Чистой Земли, который начал набирать популярность среди лидеров и населения и даже укрепился в школе Тэндай. Подробное обоснование Ничирена наиболее полно изложено в его «Риссё Анкоку Рон» – его первом крупном трактате и первом из трех обращений к властям бакуфу. Несмотря на суровое время и пронизанную культурой бакуфу обстановку, Ничирен всегда предпочитал силу слова оружию или насилию. Он не стеснялся в выражениях и неустанно стремился к диалогу в форме дебатов, бесед или переписки. Его дух стремления к дискуссии отражен в его словах: «Какие бы препятствия я ни встречал, пока мудрецы не докажут ложность моих учений, я никогда не отступлю».

Буддизм "одной практики"

Хонен ввел концепцию "единой практики" в буддизме. Основываясь на трудах китайского буддиста Шандао, он проповедовал единственную практику Нианфо – повторение имени Будды Амиды. Эта практика была революционной, поскольку она была доступна каждому и минимизировала монополистическую роль всего монашеского сословия. Ничирен заимствовал структуру универсально доступной единой практики, но заменил Нианфо даймоку Наму (u) Мёхо Ренге Кё. Это означало отказ от принципа стремления к Чистой Земле после смерти и утверждение вместо этого перспективы Лотосовой Сутры о достижении просветления в своей нынешней форме в этой жизни. По некоторым его свидетельствам, Ничирен начал изучать буддизм, чтобы понять, почему, казалось бы, ками оставили Японию, о чем свидетельствовал упадок императорского двора. Он пришел к выводу, что поскольку двор и народ обратились к учениям, ослабившим их ум и волю, они были оставлены как мудрецами, так и защитными силами. Следовательно, он утверждал, что посредством правильной молитвы и действий его неспокойное общество преобразится в идеальный мир, где воцарятся мир и мудрость, и "ветер не будет ломать ветви, а дождь – разбивать комья земли".

Четыре осуждения

На протяжении всей своей карьеры Ничирен резко осуждал буддийские практики, отличные от его собственных, а также существующую социальную и политическую систему. Тактика, которую он использовал, была shakubuku, обращение, заключавшееся в том, что он шокировал своих противников своими обличениями, одновременно привлекая последователей своим внешним проявлением абсолютной уверенности. Современные критики считают его эксклюзивистский взгляд на единственную истину нетерпимым. Сторонники утверждают, что его аргументы следует понимать в контексте самурайского общества, а не сквозь призму постмодернистских концепций, таких как толерантность. Можно сказать, что обе стороны ухватились за часть правды: Ничирен, подобно Догену, был не менее блестяще оригинален, несмотря на свою догматичность в учении. По мере развития своей деятельности, резкие полемики Ничирена против учения Чистой Земли стали включать в себя острую критику школ буддизма Шингон, Дзен и Ритсу. В совокупности его критические замечания стали известны как «Четыре обличения». Позднее в своей карьере он критиковал японскую школу Тэндай за заимствование элементов Шингона. Он утверждал, что зависимость от ритуалов Шингона – это магия, которая приведет к упадку страны. Он считал, что Дзен дьявольски в своей вере в то, что просветления можно достичь без обращения к словам Будды; Ритсу – это воровство, поскольку она скрывалась за показными делами, такими как общественные работы. В современном понимании «Четыре обличения» осуждают образ мышления, который деморализует и отчуждает людей, поощряя пассивность и уход от реальности.

Доктрина о трех великих тайных законах

Ничирен считал, что мир находится в период упадка и полагал, что людям необходимы простой и действенный способ заново открыть суть буддизма и тем самым восстановить свой дух и эпоху. Он описывал свои Три Великих Тайных Закона (Сандай хихо) как именно это средство. В сочинении под названием "Сандай Хихо Шо", или "О передаче Трех Великих Тайных Законов", Ничирен изложил три учения, заключенные в сердце 16-й главы Лотосовой сутры, которые являются тайными, поскольку, по его утверждению, он получил их как лидер бодхисаттв Земли посредством безмолвной передачи от Шакьямуни. Это призывание (даймоку), объект поклонения (хонзон) и платформа для посвящения или место для поклонения (кайдан). Гохонзон – это каллиграфическое изображение вселенной, а пение даймоку к нему – метод медитации Ничирена для постижения истины буддизма. Он верил, что эта практика эффективна, проста в исполнении и соответствует возможностям людей и времени. По мнению Ничирена, практика Трех Тайных Законов приводит к "Трем доказательствам", подтверждающим их истинность. Первое доказательство – "документальное", то есть, ясно ли основополагающие тексты религии, в данном случае писания Ничирена, свидетельствуют о превосходстве религии. "Теоретическое доказательство" – это интеллектуальный критерий, разумно ли учения религии проясняют тайны жизни и смерти. "Фактическое доказательство", которое Ничирен считал наиболее важным, демонстрирует обоснованность учения через реальные улучшения, достигнутые практикующими в повседневной жизни.

Изменение кармы на миссию

Ничирен глубоко осознавал кармические трудности, с которыми сталкивались его последователи в повседневной жизни, и заверял их, что они могут "пересечь море страданий" (Шидзи Широ донго гошо). Он учил, что, преодолевая эти вызовы, они обретут чувство внутренней свободы, душевного спокойствия и понимания Дхармы, которое сохранится независимо от взлетов и падений сансары. Он принимал общепринятые буддийские представления о карме, согласно которым текущие обстоятельства человека являются кумулятивным результатом прошлых мыслей, слов и действий. Однако он не стремился объяснять нынешние ситуации прошлыми деяниями. Скорее, он рассматривал карму в свете учения Лотосовой Сутры, которое способно привести всех людей к просветлению, даже невежественных и злых людей Последнего Дня Закона. Когда человек сталкивается с кармическими ситуациями, практика пения Нам(у) Мёхо Ренге Кё открывает мудрость Будды, преобразуя карму в миссию и творческий, радостный образ жизни. Этот процесс выходит за рамки личной жизни, пробуждая заботу о обществе и чувство социальной ответственности. Ничирен использовал термин "вотарий Лотосовой Сутры" (法華経の行者) для самоописания. Сама Лотосовая Сутра говорит о великих испытаниях, которые ждут тех, кто основывает свою жизнь на её учении и стремится к его распространению. Ничирен утверждал, что читал сутру "телом" (шикидоку), сознательно принимая предсказанные ею трудности, а не просто декламируя или размышляя над её словами. В письмах своим ученикам Ничирен расширил концепцию преследований за распространение Дхармы, включив в неё жизненные испытания, такие как семейные неурядицы или болезни. Он призывал своих последователей принимать эти события как возможность искупить кармические долги и смягчить их последствия быстрее, чем это произошло бы в иных обстоятельствах. Ничирен также дал "великую клятву" с политическим измерением: он и его последователи должны создать условия для установления справедливого государства и мира, который в Лотосовой Сутре описывается как Косэнь Руфу. В раннем японском буддизме понятие "нация" отождествлялось с (天皇) – императорской властью, а "мир в стране" – со стабильностью режима. Однако учение Ничирена полностью приняло новую точку зрения, возникшую в средневековой Японии, согласно которой "нация" относится к земле и народу. Ничирен был уникален среди своих современников тем, что возлагал ответственность за мир в стране и процветание Дхармы на фактическое правительство, в данном случае на бакуфу, а не на трон. В его учении, основанном на Лотосовой Сутре, все люди равны, будь то правитель страны или простой крестьянин. Просветление не ограничивается внутренней жизнью человека, но достигается через усилия по преобразованию земли и реализации идеального общества. Это требует безотлагательного выполнения. Ничирен связывает великую клятву персонажей Лотосовой Сутры о пробуждении всех людей к сознанию Будды со своей собственной неустанной борьбой за распространение Закона, несмотря на жестокие преследования, с которыми он столкнулся, со своим наставлением будущим ученикам создать Землю Будд в мире саха в течение бесчисленных лет. Отношения между Ничиреном и его учениками называются шитэй фуни – единством наставника и ученика. Хотя функции наставника и ученика могут различаться, они разделяют одни и те же цели и одну и ту же ответственность. Ничирен утверждал, что шитэй фуни является центральной темой Лотосовой Сутры, особенно в главах 21 и 22, где Будда поручает будущее распространение сутры собравшимся бодхисаттвам.

После смерти Ничирена

После смерти Ничирена его учения стали трактоваться по-разному. В результате буддизм Ничирена включает в себя несколько крупных направлений и школ, каждое из которых обладает собственной доктриной и набором толкований учений Ничирена.

Сочинения

Многие из сочинений Ничирена дошли до нас в его собственноручном письме, как в виде завершенных работ, так и в виде фрагментов. Другие документы сохранились в виде копий, сделанных его ближайшими учениками. Общее количество сохранившихся сочинений Ничирена превышает 700 рукописей, включая записи устных бесед, порицающие письма и иллюстрации. Исследователи разделили произведения, приписываемые Ничирену, на три категории: те, подлинность которых общепризнана, те, которые обычно считаются написанными кем-то другим после его смерти, и третью категорию, в отношении которой вопрос об истинности работ остается предметом дискуссий.

Меч, связанный с Ничиреном

"Джузумару Цунетсугу" – это меч катана, связанный с Ничиреном. Меч был преподнесен Ничирену мирянином Нанбу Саненага для защиты. Ничирен не использовал этот меч, а хранил его как символ "искоренения неправедности и утверждения справедливости", положив на рукоять четки джудзу, что и дало мечу его название. Создателем "Джузумару Цунетсугу" считается мечник Аоэ Цунетсугу XIII века. Однако, научные исследования показывают, что в технике изготовления "Джузумару" имеются вариации и отличия по сравнению с другими подлинными мечами Аоэ Цунетсугу. Например, подпись мастера на "Джузумару" расположена с противоположной стороны от той, где Аоэ обычно подписывал свои клинки. Вокруг происхождения и мастерства изготовления этого меча ведутся споры.

Английские переводы сочинений Ничирена

Основные сочинения Ничирена. Сока Гаккай, Токио, 1999. Heisei Shimpen Dai Nichiren Gosho (平成新編 大日蓮御書: "Хейсей новая компиляция сочинений Ничирена"), Тайсекидзи, 1994. Писания Ничирена, том I, Бёртон Уотсон и Комитет перевода Гошо. Сока Гаккай, 2006. Писания Ничирена, том II, Бёртон Уотсон и Комитет перевода Гошо. Сока Гаккай, 2006. Запись устных наставлений, Бёртон Уотсон, перевод. Сока Гаккай, 2005. Писания Ничирена, Чикаго, Middleway Press, 2013. Открытие очей. Писания Ничирена, Доктрина 1, Издательство Гавайского университета, 2003. Писания Ничирена, Доктрина 2, Издательство Гавайского университета, 2002. Писания Ничирена, Доктрина 3, Издательство Гавайского университета, 2004. Писания Ничирена, Доктрина 4, Издательство Гавайского университета, 2007. Писания Ничирена, Доктрина 5, Издательство Гавайского университета, 2008. Писания Ничирена, Доктрина 6, Издательство Гавайского университета, 2010. Письма Ничирена, Бёртон Уотсон и др., перевод; Филипп Б. Ямпольский, ред. Columbia University Press, 1996. Избранные сочинения Ничирена, Бёртон Уотсон и др., перевод; Филипп Б. Ямпольский, ред. Издательство Колумбийского университета, 1990.