Робер Нивель: Французский генерал Первой мировой войны

Введение

Французский генерал-офицер артиллерии Роберт Жорж Нивель (15 октября 1856 – 22 марта 1924) – французский генерал-офицер артиллерии, участвовавший в Боксерском восстании и Первой мировой войне. В мае 1916 года он сменил Филиппа Петана на посту командующего Второй французской армией в битве при Вердене, возглавив контрнаступления, которые отбросили немецкие войска в конце 1916 года. Во время этих операций он и генерал Шарль Манген были обвинены в бессмысленной трате жизней французских солдат. Его имя носит наступление Нивеля. После успехов под Верденом Нивель был назначен главнокомандующим французскими армиями на Западном фронте в декабре 1916 года, во многом благодаря своей убедительности в общении с французскими и британскими политическими лидерами, чему способствовало его свободное владение английским языком. Он нес ответственность за наступление Нивеля на Шен-де-Дам, которое уже на этапе планирования вызывало скептицизм. Когда дорогостоящее наступление не привело к прорыву на Западном фронте, произошел крупный мятеж, затронувший примерно половину французской армии, которая в течение нескольких месяцев не предпринимала дальнейших крупных наступательных действий. 15 мая 1917 года Нивель был заменен на посту главнокомандующего Филиппом Петаном.

Ранние годы и карьера

Робер Жорж Нивель, родившийся 15 октября 1856 года во французском провинциальном городе Туль в департаменте Коррез, был сыном француза и английской протестантки. Он начал службу во французской армии в 1878 году после окончания Политехнической школы. Начав службу подпоручиком артиллерии, Нивель стал полковником артиллерии в декабре 1913 года. Нивеля считают виновным в бессмысленной гибели солдат в ходе непродуманных контратак во время битвы при Вердене; к 12 июня у Второй армии осталась лишь одна свежая резервная бригада. После захвата Флери немцами 23 июня, Нивель издал приказ дня, завершившийся знаменитой фразой: «Ils ne passeront pas!» («Они не пройдут!»). Нивель приказал использовать скользящий артиллерийский огонь при первой французской контратаке 24 октября. Артиллерия, поддерживавшая пехоту, была больше сосредоточена на подавлении немецких войск, чем на уничтожении конкретных целей. Эта тактика оказалась эффективной: 24 октября французские войска отбили Флери, а также форт Дуамон, захват которого немцами 25 февраля 1916 года широко отмечался в Германии. Успешные контрнаступления Нивеля стали важным фактором, повлиявшим на решение назначить его главнокомандующим французскими армиями 12 декабря 1916 года.

Верховный главнокомандующий

Нивель обладал меньшей властью, чем его предшественник Жоффр. Он был подчинен военному министру Юберу Ляуте и, в отличие от Жоффра, полномочия Нивеля не распространялись на Салоникский фронт. Лозунг Нивеля (который также приписывают Пете́ну) звучал: "Артиллерия завоевывает, пехота занимает".

Отношения с британцами

Фельдмаршал сэр Дуглас Хейг, командующий Британскими экспедиционными силами (BEF) на Западном фронте, уже договорился с Жофром о том, что британцы начнут изматывающие атаки в 1917 году, но потребовал (6 января) письменного подтверждения более раннего заверения Нивеля, что если план не удастся вынудить общее немецкое отступление, Нивель возьмет на себя британский участок фронта, чтобы освободить британские резервы для запланированного наступления во Фландрии. По словам Эдварда Спирса, Нивель обвинил Хейга в наличии "фикс-идеи" относительно Фландрии и в попытке "захватить все одеяло на себя", вместо того чтобы рассматривать фронт как единое целое. Дэвид Ллойд Джордж, премьер-министр Великобритании, поддержал Нивеля, поскольку считал, что тот "проявил себя как личность" в битве при Вердене. Фельдмаршал Хейг хотел отложить атаку до мая, чтобы она совпала с итальянским и русским наступлениями, но ему приказали быть готовым не позднее 1 апреля и занять французский участок фронта по требованию. Британское правительство приказало ему следовать как "букве", так и "духу" соглашения с Нивелем и не допускать задержек, что, по всей видимости, было результатом частного лоббирования со стороны Нивеля. Ллойд Джордж провел продолжительный разговор (15 февраля) с майором Бертье де Совиньи, французским офицером связи в Лондоне, заявив ему, что Хейг должен быть подчинен Нивелю для наступления, как Джордж Милн был подчинен Саррайю в Салониках, и что в случае необходимости он будет заменен. Британский военный кабинет считал, что французские генералы и штаб продемонстрировали большую квалификацию, чем британские, в 1916 году, в то время как политически Великобритания должна была оказать всестороннюю поддержку тому, что, вероятно, было последней крупной французской операцией войны. Хейг обвинил плохое состояние железных дорог, требуя вдвое больше железнодорожных мощностей для меньшего количества войск, чем у французов. На Кале́йской конференции железнодорожных экспертов вскоре отправили, и хотя Нивель смутился, когда Ллойд Джордж попросил его критиковать Хейга, он согласился разработать правила взаимодействия между британской и французской армиями, которые должны были быть обязательными и для их преемников. Он предложил подчинить британские силы своему непосредственному командованию (через британский штаб при французском штабе – GQG), не только в операциях, но и в логистике и снабжении продовольствием, отстранив Хейга и запретив ему даже прямой контакт с Лондоном. Начальник британского Имперского генерального штаба (CIGS) Робертсон вышел из себя, увидев эти предложения, и полагал, что их автор – Ллойд Джордж, а не французы. На следующее утро Нивель посетил британских генералов и выразил удивление, узнав, что они не были заранее осведомлены о плане. В качестве компромисса Хейгу было предоставлено право апеллировать в военный кабинет и он сохранил тактический контроль над британскими силами, хотя Ллойд Джордж настоял – чтобы конференция не распалась без соглашения – на том, что он все равно должен подчиняться Нивелю на время наступления. Недавно немцы увеличили свою численность на 300 батальонов за счет интенсивной мобилизации, и Хейг заявил (3 марта), что с более растянутым расположением BEF, занявшим участок фронта на юге, эти силы могут быть использованы для атаки на Ипр и отрезать его от портов на Ла-Манше. Считая, что Хейг выдумал эту угрозу, Нивель написал ему письмо, обращаясь к нему как к подчиненному, и вновь поднял вопрос о британском штабе при GQG, на этот раз подчинявшемся Робертсону, но через которого Нивель отдава́л бы приказы Хейгу. Нивель потребовал разделить BEF на две группы армий или уволить Хейга и заменить его Го́фом. Нивель также полагал, что Ллойд Джордж надеется стать главнокомандующим союзными войсками, предположение настолько абсурдное, что вызвало смех у президента Пуанкаре. После дальнейшего лоббирования со стороны Робертсона и вмешательства короля Георга V Ллойд Джордж потерял поддержку британского военного кабинета и был вынужден отступить. На другой конференции в Лондоне (12-13 марта) Ллойд Джордж подчеркнул, что BEF не должен "смешиваться с французской армией", и Хейг и Нивель встретились с Робертсоном и Ляути, чтобы урегулировать свои разногласия.

Field Marshal Sir Douglas Haig, commander of the British Expeditionary Force (BEF) on the Western Front, had already agreed with Joffre that the British would launch wearing out attacks in 1917, but demanded (6 January) written confirmation of Nivelle's earlier assurance that if the plan did not succeed in forcing a general German withdrawal, Nivelle would take over British line to free up British reserves for his planned Flanders offensive. By Edward Spears' account Nivelle accused Haig of having "une idée fixe" about Flanders and of trying to "hog all the blanket for himself" rather than seeing the front as a whole. David Lloyd George, the British Prime Minister, backed Nivelle because he thought he had "proved himself to be a Man" at Verdun. Field Marshal Haig wanted to delay his attack until May to coincide with Italian and Russian attacks, but was told to be ready no later than 1 April, and to take over French line as requested. The British government ordered him to live up to both the "letter" and "spirit" of the agreement with Nivelle, and not cause delays, almost certainly a result of private lobbying by Nivelle. Lloyd George had a long conversation (15 February) with Major Berthier de Sauvigny, a French liaison officer in London, telling him that Haig needed to be subordinated to Nivelle for the offensive, as George Milne had been subordinated to Sarrail at Salonika, and if necessary he would be replaced. The British War Cabinet felt that the French generals and staff had shown themselves more skilled than the British in 1916, whilst politically Britain had to give wholehearted support to what would probably be the last major French effort of the war. Haig blamed the poor state of the railways, demanding twice the railway requirements for half as many troops as the French. At the Calais Conference the railway experts were soon sent away, and although Nivelle became embarrassed when Lloyd George asked him to criticise Haig, he agreed to draw up rules for the relations between the British and French armies, to be binding also on their successors going forward. He proposed that the British forces be placed under his direct command (via a British staff at French GQG), not just for operations but even logistics and food, with Haig sidelined and forbidden even to make direct contact with London. The British CIGS Robertson lost his temper when shown the proposals, and believed that Lloyd George, not the French, had originated them. Nivelle visited the British generals next morning, and professed astonishment that they had had no prior knowledge of the plan. As a compromise Haig was given right of appeal to the War Cabinet and retained tactical control of British forces, although Lloyd George insisted – lest the conference break up without agreement that he still be under Nivelle's orders for the duration of the offensive. The Germans had recently added 300 battalions to their forces by intensive mobilisation, and Haig claimed (3 March) that with the BEF spread more thinly by having taken over line to the south, these forces might be used to attack at Ypres and cut him off from the Channel Ports. Assuming Haig was inventing this threat, Nivelle wrote him a letter, addressing him as a subordinate, and revived the idea of a British staff at GQG, this time reporting to Robertson, but through whom Nivelle would issue orders to Haig. Nivelle now demanded that the BEF be split into two Army Groups or else that Haig be sacked and replaced by Gough. Nivelle also believed that Lloyd George hoped to become Allied Commander in Chief, a suggestion so absurd that it caused President Poincaré to laugh. After further lobbying from Robertson and intervention by King George V, Lloyd George lost the support of the British War Cabinet and had to back down. At another conference in London (12 13 March) Lloyd George stressed that the BEF must not be "mixed up with the French Army", and Haig and Nivelle met with Robertson and Lyautey to settle their differences.

Французы сомневаются в наступлении

Между 16 и 20 марта 1917 года немцы отступили от выступа Нойона и меньшего выступа в районе Бапом. Французский генерал Франше д’Эспере, командующий Северной группой армий, спросил Нивеля, может ли он атаковать отступающих немцев. Нивель полагал, что это сорвет его оперативный план, и поэтому отказал в просьбе д’Эспере. Британский генерал-квартирмейстер «Вулли» Робертсон описал Нивеля как командующего «с петлей на шее». Пэнлеве утверждал, что Русская революция означает, что Франция не должна рассчитывать на существенную помощь со стороны России, и что наступление следует отложить до прибытия американских войск и их участия в боевых действиях. Мишелер и Петан выразили сомнение в том, что французские силы, выделенные для атаки, смогут прорваться за вторую линию немецкой обороны, и предложили провести более ограниченную операцию. Пуанкаре, подводя итоги дискуссии, заявил, что наступление должно состояться, но будет остановлено, если не удастся прорвать немецкий фронт. В этот момент Нивель пригрозил уйти в отставку, если его план не будет принят, но политики выразили ему полную поддержку. Таким образом, план Нивеля остался без изменений, несмотря на сомнения других генералов, и он оказался под еще большим давлением, чтобы добиться решительных результатов. Премьер-министр Рибо сказал: «Нам не остается выбора: пути назад нет». 4 апреля, во время немецкой атаки к югу от Эны, были захвачены секретные планы французского наступления, но Нивель не изменил своего курса. Эдмондс утверждал, что Нивель сказал: «Немецкая армия разбежится; они только и хотят, как поскорее уйти». Нивель заявлял, что их будет около 10 000. Нивель пообещал правительству, что атака либо увенчается успехом, либо будет остановлена. Однако его понимание «успеха» явно отличалось от понимания правительства; он приказал продолжать атаки. 19-го числа министр Поль Пэнлеве пришел к нему с просьбой остановить наступление, но Нивель был убежден в необходимости продолжать атаки. Постепенно ситуация стала напоминать сомоподобное сражение, которого все опасались. (Гриффитс, с. 39)

Between 16 March and 20 March 1917, the Germans withdrew from the Noyon salient and a smaller salient near Bapaume. The French General Franchet d'Esperey, commander of the Northern Army Group, asked Nivelle if he could attack the Germans as they withdrew. Nivelle believed that that action would disrupt his operational plan, and refused d'Esperey's request as a result. The British CIGS "Wully" Robertson described Nivelle as a commander "with a rope round his neck". Painlevé argued that the Russian Revolution meant that France shouldn't expect any major help from Russia, and that the offensive should be delayed until American forces were available and could get involved. Micheler and Petain said that they doubted the French force allocated to the attack could penetrate beyond the second line of the German defences, and suggested a more limited operation. Poincaré, summing up the discussions, said that the offensive should proceed, but that it should be halted if it failed to rupture the German front. At this point, Nivelle threatened to resign if his plan was not accepted but the politicians declared their complete confidence in him. Thus Nivelle's plan went unchanged despite the doubts expressed by the other generals and he was under greater pressure to achieve decisive results. Prime Minister Ribot said, "Our hand has been forced: It is too late to go back". On 4 April, during a German attack south of the Aisne, the secret plans of the French assault were captured but Nivelle did not alter his course. Edmonds claimed Nivelle said "The German Army will run away; they only want to be off". Nivelle had said there would be about 10,000. Nivelle had promised the Government that the attack would either be a success or be stopped. But obviously he did not have the same interpretation of 'success' as them; he ordered the attacks to continue. On the 19th, Minister Paul Painlevé came to see him to get the offensive stopped; but Nivelle was convinced that the attacks must continue. Gradually the whole thing had developed into the Somme like action that all had feared. (Griffiths, p. 39)

К 20 апреля французы взяли 20 000 пленных и 147 орудий, что считалось «впечатляющими результатами по меркам предыдущих лет». Однако решающего прорыва на Эне достигнуто не было. Наступление привело к нехватке снарядов во Франции, французская медицинская служба оказалась перегруженной, а задержка с эвакуацией раненых с передовой деморализовала войска. К концу первой недели атака захлебнулась, и Нивель терял контроль над ситуацией. Мишелер убедил Нивеля сократить масштабы наступления, целью которого теперь было лишь удержание всего Шёмен-де-Дам и оттеснение немцев от Реймса. В ходе наступления Нивель все больше впадал в уныние, поскольку его приказы подвергались пристальному вниманию французского правительства. 29 апреля авторитет Нивеля был подорван назначением Петена начальником Генерального штаба и, следовательно, главным военным советником правительства. Хотя французы захватили часть Шёмен-де-Дам 4 и 5 мая, этого было недостаточно, чтобы «восстановить пошатнувшуюся репутацию Нивеля».

Другие награды

В 1993 году ботаники описали Nivellea nivellei – цветущее растение из Марокко, относящееся к семейству Астровые, и назвали его в честь Нивеля, используя два его имени.