Филипп Пэтен: от героя Вердена до главы Вишистской Франции.

Филлипп Пэтен: биография французского маршала, героя Вердена и главы режима Виши во время Второй мировой войны. Подробности карьеры и роль в истории.

30 мин чтения

100%

Источник: Philippe Pétain — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Французский военный офицер (1856–1951)

Анри Филипп Бенони Омер Жозеф Петан (24 апреля 1856 – 23 июля 1951), обычно известный как Филипп Петан (/p//eɪ/'t//ã/, filip petɛ̃) или маршал Петан, был французским генералом, командовавшим французской армией в Первой мировой войне и ставшим главой коллаборационистского режима Виши во Франции с 1940 по 1944 год во время Второй мировой войны. В 1873 году Петан поступил в Военную академию Сен-Сир и сделал карьеру в армии, достигнув звания полковника к началу Первой мировой войны. Он возглавил французскую армию к победе в девятимесячной битве при Вердене, за что его прозвали «Львом Вердена». После неудачного наступления Нивеля и последовавших за ним мятежей он был назначен главнокомандующим и сумел восстановить контроль. Петан оставался командующим до конца войны и стал национальным героем. В межвоенный период он возглавлял французскую армию в мирное время, командовал совместными франко-испанскими операциями во время Рифской войны и дважды занимал пост министра правительства. В это время он был известен как le vieux Maréchal («Старый маршал»). 17 июня 1940 года, в связи с неминуемым падением Франции и стремлением правительства к перемирию, премьер-министр Поль Рейно подал в отставку, рекомендовав президенту Альберу Лебруну назначить Петена на его место, что тот и сделал в тот же день, когда правительство находилось в Бордо. Правительство решило подписать соглашения о перемирии с Германией и Италией. Впоследствии правительство ненадолго переехало в Клермон-Ферран, а затем в город Виши в центральной Франции. Оно проголосовало за преобразование Французской Третьей Республики во Французское государство, более известное как Виши Франция, авторитарный марионеточный режим, которому было разрешено управлять юго-востоком Франции и который сотрудничал со странами Оси. После оккупации всей Франции Германией и Италией в ноябре 1942 года правительство Петена тесно сотрудничало с нацистской немецкой военной администрацией. После войны Петан был осужден за измену. Первоначально он был приговорен к смертной казни, но из-за возраста и службы в Первой мировой войне приговор был заменен на пожизненное заключение. Его путь от военной неизвестности до героя Франции во время Первой мировой войны, а затем до коллаборационистского правителя во время Второй мировой войны, привел его преемника Шарля де Голля к заявлению, что жизнь Петена была «последовательно банальной, затем славной, затем плачевной, но никогда посредственной». Петан, которому было 84 года, когда он стал премьер-министром, а затем главой государства, остается самым пожилым человеком, ставшим главой правительства и главой государства Франции.

Henri Philippe Bénoni Omer Joseph Pétain (24 April 1856 – 23 July 1951), commonly known as Philippe Pétain (/p//eɪ/'/t//ã/, filip petɛ̃) or Marshal Pétain , was a French general who commanded the French Army in World War I and became the head of the collaborationist regime of Vichy France, from 1940 to 1944, during World War II. Pétain was admitted to the Saint Cyr Military Academy in 1873 and pursued a career in the military, achieving the rank of colonel by the outbreak of World War I. He led the French Army to victory at the nine month long Battle of Verdun, for which he was called "the Lion of Verdun" After the failed Nivelle Offensive and subsequent mutinies, he was appointed Commander in Chief and succeeded in restoring control. Pétain remained in command for the rest of the war and emerged as a national hero. During the interwar period he was head of the peacetime French Army, commanded joint Franco Spanish operations during the Rif War and served twice as a government minister. During this time he was known as le vieux Maréchal ("the Old Marshal"). On 17 June 1940, with the imminent Fall of France and the government desire for an armistice, Prime Minister Paul Reynaud resigned, recommending to President Albert Lebrun that he appoint Pétain in his place, which he did that day, while the government was at Bordeaux. The government then resolved to sign armistice agreements with Germany and Italy. The entire government subsequently moved briefly to Clermont Ferrand, then to the town of Vichy in central France. It voted to transform the French Third Republic into the French State, better known as Vichy France, an authoritarian puppet regime that was allowed to govern the southeast of France and which collaborated with the Axis powers. After Germany and Italy occupied all of France in November 1942, Pétain's government worked closely with the Nazi German military administration. After the war, Pétain was tried and convicted for treason. He was originally sentenced to death, but due to his age and World War I service his sentence was commuted to life in prison. His journey from military obscurity, to hero of France during World War I, to collaborationist ruler during World War II, led his successor Charles de Gaulle to declare that Pétain's life was "successively banal, then glorious, then deplorable, but never mediocre". Pétain, who was 84 years old when he became Prime Minister and later Chief of State, remains both the oldest person to become the head of government and the oldest person to become the head of state of France.

Ранние годы

Родился в крестьянской семье в Коши-а-ла-Тур, в департаменте Па-де-Кале, на севере Франции, 24 апреля 1856 года. Он был одним из пяти детей Омера Венанта Петена, фермера, и Клотильды Легран, и являлся их единственным сыном. В 1875 году, с намерением подготовиться к военной академии Сен-Сир, Петен поступил в доминиканский колледж Альберта Великого в Аркуэле. После повышения до подполковника, 3 апреля 1908 года он был назначен профессором. 1 января 1910 года он получил звание полковника. Молодой лейтенант Шарль де Голль, служивший под его началом, позже писал, что его "первый полковник, Петен, обучил (его) искусству командования". Весной 1914 года ему было доверено командование бригадой (при этом он сохранял звание полковника). К тому времени, когда ему исполнилось 58 лет и ему сообщили, что он никогда не станет генералом, Петен приобрел виллу для выхода на пенсию.

Начало войны

Петан возглавил свою бригаду в битве при Гизе (29 августа 1914 года). На следующий день он был произведен в бригадные генералы на замену бригадному генералу Фр., который совершил самоубийство. О мятежах немцев держали в секрете, и их полный масштаб и интенсивность стали известны лишь десятилетия спустя. Гилберт и Бернард выделяют несколько причин:

Непосредственной причиной был чрезмерный оптимизм и последовавшее за ним разочарование в наступлении Нивеля весной 1917 года. Среди других причин – пацифизм, подогреваемый русской революцией и профсоюзным движением, а также разочарование в задержке прибытия американских войск. Петан провел несколько успешных, но ограниченных наступлений в конце 1917 года, в то время как британцы провели наступление в районе Пашендейля осенью того же года. Петан, напротив, воздерживался от крупных французских наступлений до прибытия американцев на передовую в значительных силах, что произошло лишь в начале лета 1918 года. Он также ждал поступления на вооружение большого количества новых танков Renault FT, что отразилось в его высказывании того времени: «J'attends les chars et les Américains» («Я жду танков и американцев»).

Конец Первой мировой войны

В 1918 году на Западном фронте начались крупные немецкие наступления. Первая из них, операция "Майкл" в марте 1918 года, угрожала рассечь британские и французские войска, и после того, как Петен пригрозил отступить к Парижу, была созвана Дуленская конференция. Незадолго до основной встречи премьер-министр Клемансо утверждал, что слышал, как Петен сказал: "Les Allemands battront les Anglais en rase campagne, après quoi ils nous battront aussi" ("немцы разгромят англичан в поле, а затем разгромят и нас"). Он доложил об этом разговоре президенту Раймону Пуанкаре, добавив: "Разве генерал должен так говорить или думать?". Хейг отметил, что у Петена был "ужасный вид. Он выглядел как командующий, потерявший хладнокровие". Петен ошибочно полагал, что Пятая армия Гуфа была разбита, как итальянцы при Капоретто. На конференции Фердинанд Фош был назначен главнокомандующим союзниками, первоначально с полномочиями координировать и перебрасывать резервы союзников по своему усмотрению. В конечном итоге Петен пришел на помощь британцам и удержал фронт сорока французскими дивизиями. Петен проявил себя способным противником немцев как в обороне, так и в контратаках. В ходе третьего наступления "Блюхер" в мае 1918 года немцы добились значительного продвижения на Эне, поскольку командующий французской армией (Гумбер) проигнорировал указания Петена о глубокой эшелонированной обороне и вместо этого позволил своим войскам подвергнуться массированной немецкой бомбардировке. К моменту последних немецких наступлений, "Гнейзенау" и Второй битвы на Марне, Петен смог организовать глубокую оборону и перейти в контрнаступление, используя новые французские танки и помощь американцев. Позднее в том же году Петен был лишен права прямого обращения к французскому правительству и получил приказ отчитываться перед Фошем, который все больше брал на себя координацию и, в конечном итоге, командование наступлениями союзников. В день перемирия Петен хотел продолжить наступательные операции в Германии, чтобы предотвратить новую войну, но Фош отклонил его предложение. После окончания войны 21 ноября 1918 года Петен был удостоен звания маршала Франции.

The year 1918 saw major German offensives on the Western Front. The first of these, Operation Michael in March 1918, threatened to split the British and French forces apart, and, after Pétain had threatened to retreat on Paris, the Doullens Conference was called. Just prior to the main meeting, Prime Minister Clemenceau claimed he heard Pétain say "les Allemands battront les Anglais en rase campagne, après quoi ils nous battront aussi" ("the Germans will beat the English (sic) in open country, then they'll beat us as well"). He reported this conversation to President Raymond Poincaré, adding "surely a general should not speak or think like that?" Haig recorded that Pétain had "a terrible look. He had the appearance of a commander who had lost his nerve". Pétain believed – wrongly – that Gough's Fifth Army had been routed like the Italians at Caporetto. At the Conference, Ferdinand Foch was appointed as Allied Generalissimo, initially with powers to co ordinate and deploy Allied reserves where he saw fit. Pétain eventually came to the aid of the British and secured the front with forty French divisions. Pétain proved a capable opponent of the Germans both in defence and through counter attack. The third offensive, "Blücher", in May 1918, saw major German advances on the Aisne, as the French Army commander (Humbert) ignored Pétain's instructions to defend in depth and instead allowed his men to be hit by the initial massive German bombardment. By the time of the last German offensives, Gneisenau and the Second Battle of the Marne, Pétain was able to defend in depth and launch counter offensives, with the new French tanks and the assistance of the Americans. Later in the year, Pétain was stripped of his right of direct appeal to the French government and requested to report to Foch, who increasingly assumed the co ordination and ultimately the command of the Allied offensives. On the day of the armistice, Pétain wanted to continue offensive operations into Germany to prevent another war but was overruled by Foch. After the war ended Pétain was made Marshal of France on 21 November 1918.

Уважаемый герой Франции

Петен закончил войну, признанный "несомненно, самым выдающимся тактиком оборонительных сражений в любой армии" и "одним из величайших военных героев Франции", и 8 декабря 1918 года на публичной церемонии в Меце президент Пуанкаре вручил ему жезл маршала Франции. Его вызвали присутствовать на подписании Версальского договора 28 июня 1919 года. Его служба в качестве главнокомандующего завершилась с наступлением мира и демобилизацией, а после того, как Фош утратил влияние из-за конфликта с французским правительством по условиям мира, именно Петен в январе 1920 года был назначен вице-председателем возрожденного Conseil supérieur de la Guerre (Высшего военного совета). Это была высшая военная должность во Франции, обладатель которой назначался главнокомандующим в случае войны и имел право отменять решения начальника Генерального штаба (должность, которую в 1920-х годах занимали протеже Петена Буа и Дебене), и Петен занимал ее до 1931 года. Друзья советовали Петену заняться политикой, хотя он утверждал, что не заинтересован в баллотировании на выборные должности. Тем не менее, он попытался, но не смог добиться избрания президентом после ноябрьских выборов 1919 года. Вскоре после войны Петен представил правительству планы по созданию крупного танкового парка и военно-воздушных сил, но "на заседании Conseil supérieur de la Défense Nationale 12 марта 1920 года министр финансов Франсуа Марсаль объявил, что, хотя предложения Петена и были превосходными, они были не по средствам". Кроме того, Франсуа Марсаль объявил о сокращении численности армии с пятидесяти пяти до тридцати дивизий, а также о сокращении военно-воздушных сил, не упомянув танки. Маршалам – Петену, Жоффу и Фошу – предстояло собрать воедино обломки своих стратегий. Генеральный штаб, теперь под руководством генерала Эдмона Буа, начал серьезно рассматривать идею создания линии укреплений вдоль границы с Германией, и их доклад был представлен 22 мая 1922 года. Все три маршала поддержали эту идею. Сокращение военных расходов означало, что переход в наступление стал невозможным, и у них оставалась лишь оборонительная стратегия.

Pétain ended the war regarded "without a doubt, the most accomplished defensive tactician of any army" and "one of France's greatest military heroes" and was presented with his baton of Marshal of France at a public ceremony at Metz by President Poincaré on 8 December 1918. He was summoned to be present at the signing of the Treaty of Versailles on 28 June 1919. His job as Commander in Chief came to an end with peace and demobilisation, and with Foch out of favour after his quarrel with the French government over the peace terms, it was Pétain who, in January 1920, was appointed Vice Chairman of the revived Conseil supérieur de la Guerre (Supreme War Council). This was France's highest military position, whose holder was Commander in Chief designate in the event of war and who had the right to overrule the Chief of the General Staff (a position held in the 1920s by Pétain's protégés Buat and Debeney), and Pétain would hold it until 1931. Pétain was encouraged by friends to go into politics, although he protested that he had little interest in running for an elected position. He nevertheless tried and failed to get himself elected President following the November 1919 elections. Shortly after the war, Pétain had placed before the government plans for a large tank and air force, but "at the meeting of the Conseil supérieur de la Défense Nationale of 12 March 1920, the Finance Minister, François Marsal, announced that although Pétain's proposals were excellent they were unaffordable". In addition, François Marsal announced reductions – in the army from fifty five divisions to thirty, in the air force, and did not mention tanks. It was left to the Marshals, Pétain, Joffre, and Foch, to pick up the pieces of their strategies. The General Staff, now under General Edmond Buat, began to think seriously about a line of forts along the frontier with Germany, and their report was tabled on 22 May 1922. The three Marshals supported this. The cuts in military expenditure meant that taking the offensive was now impossible and a defensive strategy was all they could have.

Рифская война

В феврале 1922 года Пэтен был назначен генеральным инспектором армии и совместно с новым начальником Генерального штаба генералом Мари Эженом Дебени разработал новое армейское руководство под названием "Временная инструкция по тактическому использованию крупных соединений", которое вскоре получило название "Библия". 3 сентября 1925 года Пэтен был назначен единственным главнокомандующим французскими войсками в Марокко для проведения крупной кампании против племен Риф, совместно с испанской армией, которая успешно завершилась к концу октября. Впоследствии он был награжден королем Альфонсо XIII в Толедо испанской Военной медалью.

Критический выступление в защиту политики

В 1924 году Национальное собрание было избрано на платформе сокращения срока обязательной военной службы до одного года, чему Пете́н оказывал почти яростное сопротивление. В январе 1926 года начальник Генерального штаба, генерал Дебёни, предложил Совету «совершенно новый тип армии. На постоянной основе планировалось содержать лишь 20 пехотных дивизий». Резервы могли быть призваны при необходимости. В стеснённых обстоятельствах у Совета не оставалось иного выбора, кроме как согласиться. Пете́н не одобрял эту идею, указывая на то, что Северная Африка по-прежнему нуждалась в защите и сама по себе требовала значительных сил на постоянной основе. Однако после принятия нового закона об организации армии в 1927 году он признал, что тенденция складывается против него. Он не забыл, что лидер радикалов Эдуар Даладье даже проголосовал против всего пакета, считая, что армия всё ещё слишком велика. 5 декабря 1925 года, после Локарнского договора, Совет потребовал немедленно приступить к строительству линии укреплений вдоль восточной границы для компенсации уже запланированного сокращения численности личного состава. Для этой цели была создана новая комиссия под председательством Жозефа Жоффра, которой было поручено представить отчёты. В июле 1927 года сам Пете́н отправился на местность для разведки. Он вернулся с пересмотренным планом, после чего комиссия предложила два укреплённых района. Линия Мажино, как она впоследствии стала называться (в честь Андре Мажино, бывшего министра войны), в 1928 году занимала значительную часть внимания Пете́на, который также много путешествовал, посещая военные объекты по всей стране. Свою решительную поддержку Линии Мажино Пете́н основывал на собственном опыте роли фортификационных сооружений в битве при Вердене в 1916 году. Капитан Шарль де Голль на протяжении этих лет оставался протеже Пете́на. По слухам, он даже назвал своего старшего сына в честь маршала, хотя более вероятно, что он назвал его в честь своего предка Жана-Батиста Филиппа де Голля, прежде чем окончательно поссориться из-за авторства книги, которую он якобы написал по заказу Пете́на.

In 1924 the National Assembly was elected on a platform of reducing the length of national service to one year, to which Pétain was almost violently opposed. In January 1926, the Chief of Staff, General Debeney, proposed to the Conseil a "totally new kind of army. Only 20 infantry divisions would be maintained on a standing basis". Reserves could be called up when needed. The Conseil had no option in the straitened circumstances but to agree. Pétain disapproved of the whole thing, pointing out that North Africa still had to be defended and in itself required a substantial standing army. But he recognised, after the new Army Organisation Law of 1927, that the tide was flowing against him. He would not forget that the Radical leader, Édouard Daladier, even voted against the whole package, on the grounds that the Army was still too large. On 5 December 1925, after the Locarno Treaty, the Conseil demanded immediate action on a line of fortifications along the eastern frontier to counter the already proposed decline in manpower. A new commission for this purpose was established, under Joseph Joffre, and called for reports. In July 1927 Pétain himself went to reconnoitre the whole area. He returned with a revised plan and the commission then proposed two fortified regions. The Maginot Line, as it came to be called, (named after André Maginot the former Minister of War) thereafter occupied a good deal of Pétain's attention during 1928, when he also travelled extensively, visiting military installations up and down the country. Pétain had based his strong support for the Maginot Line on his own experience of the role played by the forts during the Battle of Verdun in 1916. Captain Charles de Gaulle continued to be a protégé of Pétain throughout these years. He even allegedly named his eldest son after the Marshal, although it is more likely that he named his son after his family ancestor Jean Baptiste Philippe de Gaulle, before finally falling out over the authorship of a book he had said he had ghost written for Pétain.

Избрание в Французскую академию

В 1928 году Петен поддержал создание независимых военно-воздушных сил, выведенных из-под контроля армии, а 9 февраля 1931 года, после выхода в отставку с поста вице-председателя Высшего военного совета, он был назначен генеральным инспектором по вопросам воздушной обороны. Его первый доклад по воздушной обороне, представленный в июле того же года, выступал за увеличение расходов. В 1931 году Петен был избран членом Французской академии. К 1932 году экономическая ситуация ухудшилась, и правительство Эдуарда Эррио "резко сократило оборонный бюджет, заказы на новые системы вооружений практически прекратились". Летние маневры в 1932 и 1933 годах были отменены из-за нехватки средств, и приток новобранцев в вооруженные силы сократился. В последнем году генерал Макс Вейган заявил, что "французская армия больше не является серьезной боевой силой". Новое правительство Эдуарда Даладье отомстило Вейгану, сократив численность офицерского состава и урезав военные пенсии и жалование, утверждая, что эти меры, помимо финансовой необходимости, соответствовали духу Женевской конференции по разоружению. В 1938 году Петен поощрял и оказывал помощь писателю Андре Моруа в избрании во Французскую академию – выборы, которые были крайне ожесточенными, отчасти из-за еврейского происхождения Моруа. Моруа отметил с благодарностью свой долг перед Петеном в своей автобиографии 1941 года "Не называй никого счастливым", хотя к моменту написания их пути резко разошлись: Петан стал главой государства Виши, а Моруа ушел в изгнание и присоединился к движению «Свободная Франция».

Министр войны

Политическая нестабильность охватила страну, и 6 февраля 1934 года парижская полиция открыла огонь по группе крайне правых демонстрантов у здания Палаты депутатов, убив 14 человек и ранив еще 236. Президент Лебрун пригласил 71-летнего Думерге выйти из отставки и сформировать новое «правительство национального единства». 8 февраля Петана пригласили войти в новый французский кабинет министров в качестве военного министра, что он принял лишь после долгих уговоров. Важным достижением Петана в том году стало отмена предыдущего предложения Даладье о сокращении числа офицеров. Он улучшил программу набора специалистов и увеличил срок обучения за счет сокращения отпусков. Однако Вейган сообщил в том же году комиссии Сената по вопросам армии, что французская армия все еще не сможет противостоять немецкому наступлению. Маршалы Луи Франше д’Эспере и Юбер Лиоте (последний внезапно скончался в июле) подписали этот отчет. После осенних маневров, которые Петен возобновил, Петену был представлен доклад о том, что офицеры были недостаточно подготовлены, обладали слабыми базовыми знаниями и испытывали неуверенность в себе. Кроме того, Морис Гамелен сообщил ему, что в случае перехода плебисцита в Саарском бассейне на сторону Германии, вмешательство французской армии станет «серьезной военной ошибкой». В ответ Петен вновь обратился к правительству с просьбой о выделении дополнительных средств для армии. В этот период он неоднократно выступал за увеличение срока обязательной военной службы для призывников с двух до трех лет, но его призывы остались без внимания. Петен сопровождал президента Лебруна в Белград на похороны короля Александра, убитого 6 октября 1934 года в Марселе Владо Черноземским, болгарским националистом из ВМРО. Там он встретился с Германом Герингом, и оба военачальника вспомнили свой опыт участия в Первой мировой войне. «Вернувшись в Германию, Геринг с восхищением отзывался о Пете́не, называя его «человеком чести»".

Критики государственной политики

В ноябре правительство Думерге пало. Петен ранее выразил заинтересованность в назначении министром образования (а также военным), в должности, где он надеялся бороться с тем, что он считал упадком французских моральных ценностей. Однако теперь он отказался продолжать службу в (недолговечном) правительстве Фландана в качестве военного министра и ушел в отставку, несмотря на прямой призыв от самого Лебрюна. В это время в популярной газете Le Petit Journal появилась статья, предлагавшая кандидатуру Петена на пост диктатора. 200 000 читателей ответили на опрос газеты. Петен занял первое место, набрав 47 000 голосов, опередив Пьера Лаваля, получившего 31 000 голосов. В мае 1935 года эти двое отправились в Варшаву на похороны польского маршала Пилсудского (и на еще одну дружескую встречу с Герингом). Несмотря на консервативные взгляды Le Petit Journal, высокая репутация Петена была неполитична; социалист Леон Блюм назвал его «самым человечным из наших военачальников». Находясь в кабинете, Петен не вмешивался в вопросы, не связанные с военным делом, и, в отличие от других военных лидеров, не имел репутации крайнего католика или монархиста. Он оставался в Высшем совете (Conseil supérieur). Вейганд присутствовал на британских армейских маневрах в лагере Тидворт в июне 1934 года и был потрясен увиденным. Выступая перед Советом 23-го числа, Петен заявил, что в случае нападения Германии было бы бесполезно искать помощи у Великобритании. 1 марта 1935 года в журнале Revue des deux mondes появилась знаменитая статья Петена, в которой он рассматривал историю армии с 1927–28 годов. Он критиковал систему резервистов во Франции, а также недостаток современных военно-воздушных сил и бронетехники. Эта статья вышла всего за пять дней до объявления Адольфом Гитлером о создании новых военно-воздушных сил Германии и за неделю до объявления о расширении армии Германии до 36 дивизий. 26 апреля 1936 года результаты всеобщих выборов показали 5,5 миллиона голосов за партии Народного фронта против 4,5 миллиона за правые при явке в 84%. 3 мая Петан был опрошен в Le Journal, где он подверг критике Франко-советский пакт, коммунизм в целом (во Франции была самая большая коммунистическая партия в Западной Европе) и тех, кто позволял коммунистам претендовать на интеллектуальное лидерство. Он заявил, что Франция потеряла веру в свою судьбу. К тому времени Петену было уже 80 лет. Некоторые утверждают, что Петен, как самый старший по званию французский военачальник после смерти Фоша, должен нести часть ответственности за неудовлетворительное состояние французского вооружения перед Второй мировой войной. Другие утверждают, что Петен был лишь одним из многих членов большого комитета, ответственного за национальную оборону, и что межвоенные правительства часто сокращали военные бюджеты. Кроме того, из-за ограничений, наложенных на Германию Версальским договором, не было острой необходимости в крупных расходах до прихода Гитлера. Утверждается, что, хотя Петен поддерживал массовое использование танков, он рассматривал их главным образом как поддержку пехоты, что привело к фрагментации французских танковых сил на множество типов разной ценности, распределенных между механизированной кавалерией (например, SOMUA S35) и танками поддержки пехоты (в основном Renault R35 и Char B1 bis). Современные пехотные винтовки и пулеметы не производились, за исключением легкого пулемета Mle 1924. Французский тяжелый пулемет все еще был Hotchkiss M1914, устаревшим по сравнению с новым автоматическим оружием немецкой пехоты. Современная пехотная винтовка была принята на вооружение в 1936 году, но к 1940 году войскам было выдано очень мало винтовок MAS 36. Хорошо испытанная французская полуавтоматическая винтовка MAS 1938–39 была готова к принятию, но не была запущена в производство до окончания Второй мировой войны, став MAS 49. Французская артиллерия не модернизировалась с 1918 года. В результате всех этих недостатков французская армия в 1940 году встретила вторжение противника, вооруженная устаревшим оружием 1918 года. Петен был назначен военным министром в 1934 году, но не смог обратить вспять 15 лет бездействия и постоянных сокращений. Французская авиация вступила в войну в 1939 году, даже не имея прототипа бомбардировщика, способного долететь до Берлина и вернуться. Французские промышленные усилия в области истребителей были рассредоточены между несколькими фирмами (Dewoitine, Morane Saulnier и Marcel Bloch), каждая из которых имела свои собственные модели.

In November, the Doumergue government fell. Pétain had previously expressed interest in being named Minister of Education (as well as of War), a role in which he hoped to combat what he saw as the decay in French moral values. Now, however, he refused to continue in Flandin's (short lived) government as Minister of War and stood down – in spite of a direct appeal from Lebrun himself. At this moment an article appeared in the popular Le Petit Journal newspaper, calling for Pétain as a candidate for a dictatorship. 200,000 readers responded to the paper's poll. Pétain came first, with 47,000, ahead of Pierre Laval's 31,000 votes. These two men travelled to Warsaw for the funeral of the Polish Marshal Piłsudski in May 1935 (and another cordial meeting with Göring). Although Le Petit Journal was conservative, Pétain's high reputation was bipartisan; socialist Léon Blum called him "the most human of our military commanders". Pétain did not get involved in non military issues when in the Cabinet, and unlike other military leaders he did not have a reputation as an extreme Catholic or a monarchist. He remained on the Conseil superieur. Weygand had been at the British Army 1934 manoeuvres at Tidworth Camp in June and was appalled by what he had seen. Addressing the Conseil on the 23rd, Pétain claimed that it would be fruitless to look for assistance to Britain in the event of a German attack. On 1 March 1935, Pétain's famous article appeared in the Revue des deux mondes, where he reviewed the history of the army since 1927–28. He criticised the reservist system in France, and her lack of adequate air power and armour. This article appeared just five days before Adolf Hitler's announcement of Germany's new air force and a week before the announcement that Germany was increasing its army to 36 divisions. On 26 April 1936, the general election results showed 5.5 million votes for the Popular Front parties against 4.5 million for the Right on an 84% turnout. On 3 May Pétain, was interviewed in Le Journal where he launched an attack on the Franco Soviet Pact, on Communism in general (France had the largest communist party in Western Europe), and on those who allowed Communists intellectual responsibility. He said that France had lost faith in her destiny. Pétain was now in his 80th year. Some argue that Pétain, as France's most senior soldier after Foch's death, should bear some responsibility for the poor state of French weaponry preparation before World War II. Others say that Pétain was one of many on a large committee responsible for national defence, and interwar governments frequently cut military budgets. In addition, with the restrictions imposed on Germany by the Versailles Treaty there seemed no urgency for vast expenditure until the advent of Hitler. It is argued that while Pétain supported the massive use of tanks he saw them mostly as infantry support, leading to the fragmentation of the French tank force into many types of unequal value spread out between mechanised cavalry (such as the SOMUA S35) and infantry support (mostly the Renault R35 tanks and the Char B1 bis). Modern infantry rifles and machine guns were not manufactured, with the sole exception of a light machine rifle, the Mle 1924. The French heavy machine gun was still the Hotchkiss M1914, obsolete when compared to the new automatic weapons of German infantry. A modern infantry rifle was adopted in 1936 but very few of these MAS 36 rifles had been issued to the troops by 1940. A well tested French semiautomatic rifle, the MAS 1938–39, was ready for adoption but it never reached the production stage until after World War II as the MAS 49. French artillery it had not been modernised since 1918. The result of all these failings is that the French Army had to face the invading enemy in 1940 with the dated weaponry of 1918. Pétain had been made Minister of War in 1934, but could not reverse 15 years of inactivity and constant cutbacks. French aviation entered the War in 1939 without even the prototype of a bomber aeroplane capable of reaching Berlin and coming back. French industrial efforts in fighter aircraft were dispersed among several firms (Dewoitine, Morane Saulnier and Marcel Bloch), each with its own models.

Возвращение в правительство

В марте 1939 года Петен был назначен французским послом в недавно признанное националистическое правительство Испании. Петен преподавал испанскому диктатору Франсиско Франко «много лет назад во французском военном училище» и был отправлен в Испанию «в надежде отвлечь своего бывшего ученика от итальянского и немецкого влияния». Когда в сентябре началась Вторая мировая война, Даладье предложил Петану должность в своем правительстве, которую Петан отклонил. Однако после вторжения Германии во Францию 18 мая 1940 года Петен присоединился к новому правительству Поля Рейно в качестве заместителя премьер-министра. Рейно надеялся, что герой Вердена сможет вдохнуть в французскую армию новый дух сопротивления и патриотизма. По сообщениям, Франко посоветовал Петену не покидать свой дипломатический пост в Мадриде, чтобы вернуться в рушащуюся Францию в качестве «жертвы». К 26 мая союзные линии были прорваны, и британские войска начали эвакуацию из Дюнкерка. Французский главнокомандующий Максим Вейган выразил свой гнев по поводу британского отступления и невыполненного обещания британских истребителей. Он и Петен считали военную ситуацию безнадежной. Впоследствии полковник де Виллюм заявил перед парламентской следственной комиссией в 1951 году, что Рейно, как премьер-министр Франции, сказал Петену в тот день, что они должны добиваться перемирия. Вейган заявил, что он выступает за сохранение французской армии и что он «хотел избежать внутренних беспорядков и, прежде всего, анархии». Представитель Черчилля в Париже, Эдвард Спирс, призвал французов не подписывать перемирие, заявив, что если немецкие войска оккупируют французские порты, Великобритания будет вынуждена их бомбить. Спирс сообщил, что Петен не сразу отреагировал, но стоял там «абсолютно прямо, без признаков паники или эмоций. Он не скрывал, что считает ситуацию катастрофической. Я не заметил в нем никаких признаков сломленного духа, этого умственного заламывания рук и зарождающейся истерии, которые были заметны у других». Позже Петен заметил Рейно по поводу этого заявления: «Ваш союзник теперь угрожает нам». 5 июня, после падения Дюнкерка, произошла перестановка в кабинете министров. Рейно привлек в свой военный кабинет в качестве заместителя военного министра недавно повышенного в должности бригадного генерала де Голля, чья 4-я бронетанковая дивизия в прошлом месяце предприняла одну из немногих французских контратак. Петен был недоволен назначением де Голля. К 8 июня Париж оказался под угрозой, и правительство готовилось к отъезду, хотя Петен выступал против этого шага. На заседании кабинета в тот день Рейно утверждал, что прежде чем просить о перемирии, Франция должна получить разрешение Великобритании на освобождение от соглашения, заключенного в марте 1940 года, о не подписании отдельного соглашения о прекращении огня. Петен ответил, что «интересы Франции важнее интересов Великобритании. Великобритания ввела нас в это положение, давайте теперь попытаемся выйти из него».

In March 1939, Pétain was appointed French ambassador to the newly recognized Nationalist government of Spain. Pétain had taught the Spanish dictator Francisco Franco "many years ago at France's war college" and was sent to Spain "in the hope he would win his former pupil away from Italian and German influence." When World War II began in September, Daladier offered Pétain a position in his government, which Pétain turned down. However, after Germany invaded France, Pétain joined the new government of Paul Reynaud on 18 May 1940 as Deputy Prime Minister. Reynaud hoped that the hero of Verdun might instill a renewed spirit of resistance and patriotism in the French Army. Reportedly Franco advised Pétain against leaving his diplomatic post in Madrid, to return to a collapsing France as a "sacrifice". By 26 May, the Allied lines had been shattered, and British forces had begun evacuating at Dunkirk. French commander in chief Maxime Weygand expressed his fury at British retreats and the unfulfilled promise of British fighter aircraft. He and Pétain regarded the military situation as hopeless. Colonel de Villelume subsequently stated before a parliamentary commission of inquiry in 1951 that Reynaud, as Premier of France, said to Pétain on that day that they must seek an armistice. Weygand said that he was in favor of saving the French army and that he "wished to avoid internal troubles and above all anarchy". Churchill's man in Paris, Edward Spears, urged the French not to sign an armistice, saying that if French ports were occupied by Germany, Britain would have to bomb them. Spears reported that Pétain did not respond immediately but stood there "perfectly erect, with no sign of panic or emotion. He did not disguise the fact that he considered the situation catastrophic. I could not detect any sign in him of broken morale, of that mental wringing of hands and incipient hysteria noticeable in others." Pétain later remarked to Reynaud about this statement: "your ally now threatens us." On 5 June, following the fall of Dunkirk, there was a Cabinet reshuffle. Reynaud brought into his War Cabinet as Undersecretary for War the newly promoted Brigadier General de Gaulle, whose 4th Armoured Division had launched one of the few French counterattacks the previous month. Pétain was displeased at de Gaulle’s appointment. By 8 June, Paris was threatened, and the government was preparing to depart, although Pétain was opposed to such a move. During a cabinet meeting that day, Reynaud argued that before asking for an armistice, France would have to get Britain's permission to be relieved from their accord of March 1940 not to sign a separate cease fire. Pétain replied that "the interests of France come before those of Britain. Britain got us into this position, let us now try to get out of it." .

Перемирие 1940 года

Был сформирован новый кабинет министров с Петеном в качестве главы правительства, а Генри дю Мулен де Лабарте – секретарем кабинета. В полночь 17 июня 1940 года Бадуэн попросил испанского посла передать Германии просьбу о немедленном прекращении боевых действий и сообщить свои мирные условия. В 0:30 Петен выступил с первым обращением к французскому народу. «Энтузиазм в стране по отношению к маршалу был огромен. Его приветствовали столь разные личности, как Клодель, Жид и Мориак, а также подавляющее большинство простых французов, видевших в нем своего спасителя». Генерал де Голль, больше не входивший в кабинет министров, прибыл в Лондон 17 июня и 18 июня обратился с призывом к сопротивлению, который услышали немногие. Кабинет министров и парламент продолжали спорить о целесообразности отступления в Северную Африку. 18 июня Эдуард Эррио (который впоследствии выступил в качестве свидетеля обвинения на суде над Петеном) и Жаннейн, президенты обеих палат парламента, а также Лебрун заявили о своем желании уехать. Петен заявил, что не намерен покидать страну. 20 июня делегация от обеих палат обратилась к Петену с протестом против предполагаемого отъезда президента Лебруна. На следующий день они обратились непосредственно к Лебруну. В итоге в Африку отправились лишь 26 депутатов и 1 сенатор, среди них – представители еврейской общины, Жорж Мандель, Пьер Мендес Франс и бывший министр народного просвещения Народного фронта Жан Зей. В тот же день Петен вновь обратился к французскому народу. 22 июня 1940 года Франция подписала перемирие с Германией в Компьене, предоставив Германии контроль над севером и западом страны, включая Париж и все атлантическое побережье, но оставив около двух пятых довоенной территории Франции неподконтрольными. Париж оставался столицей де-юре. 29 июня французское правительство переехало в Клермон-Ферран, где началось обсуждение возможных конституционных изменений. Пьер Лаваль провел личную беседу с президентом Лебруном, который, в конечном итоге, не покинул Францию. 1 июля правительство, посчитав Клермон слишком тесным, переехало в Виши по предложению Бадуэна, где пустующие отели оказались более подходящими для размещения министерств.

A new Cabinet with Pétain as head of government was formed, with Henry du Moulin de Labarthète as the Cabinet Secretary. At midnight on 17 June 1940, Baudouin asked the Spanish Ambassador to submit to Germany a request to cease hostilities at once and for Germany to make known its peace terms. At 12:30 am, Pétain made his first broadcast to the French people. "The enthusiasm of the country for the Maréchal was tremendous. He was welcomed by people as diverse as Claudel, Gide, and Mauriac, and also by the vast mass of untutored Frenchmen who saw him as their saviour." General de Gaulle, no longer in the Cabinet, had arrived in London on 17 June and made a call for resistance from there on 18 June, a call that was heard by comparatively few. Cabinet and Parliament still argued between themselves on the question of whether or not to retreat to North Africa. On 18 June, Édouard Herriot (who would later be a prosecution witness at Pétain's trial) and Jeanneney, the presidents of the two Chambers of Parliament, as well as Lebrun said they wanted to go. Pétain said he was not departing. On 20 June, a delegation from the two chambers came to Pétain to protest at the proposed departure of President Lebrun. The next day, they went to Lebrun himself. In the event, only 26 deputies and 1 senator headed for Africa, amongst them those with Jewish backgrounds, Georges Mandel, Pierre Mendès France, and the former Popular Front Education Minister, Jean Zay. Pétain made a broadcast again to the French people on that day. On 22 June 1940, France signed an armistice at Compiègne with Germany that gave Germany control over the north and west of the country, including Paris and all of the Atlantic coastline, but left the rest, around two fifths of France's prewar territory, unoccupied. Paris remained the de jure capital. On 29 June, the French Government moved to Clermont Ferrand where the first discussions of constitutional changes were mooted, with Pierre Laval having personal discussions with President Lebrun, who had, in the event, not departed France. On 1 July, the government, finding Clermont too cramped, moved to Vichy, at Baudouin's suggestion, the empty hotels there being more suitable for the government ministries.

Изменение конституции

Палата депутатов и Сенат, собравшиеся вместе в качестве "Congrès", провели экстренное заседание 10 июля для ратификации перемирия. Одновременно были представлены проекты конституционных предложений. Председатели обеих палат выступили и заявили о необходимости конституционной реформы. Конгресс проголосовал 569–80 (с 18 воздержавшимися), предоставив Кабинету министров полномочия разработать новую конституцию, фактически "прекратив существование Третьей республики". Почти все французские историки, а также все послевоенные французские правительства, считают это голосование незаконным: не только отсутствовали некоторые депутаты и сенаторы, но и в конституции прямо указывалось, что республиканскую форму правления нельзя изменять, хотя можно утверждать, что была установлена республиканская диктатура. На следующий день Петен официально принял почти абсолютные полномочия в качестве "главы государства". Петен был реакционером по складу характера и образованию и быстро начал возлагать вину за поражение Франции на Третью республику и её эндемичную коррупцию. Его режим вскоре приобрел выраженные авторитарные, а в некоторых случаях и фашистские черты. Республиканский девиз "Liberté, égalité, fraternité" ("Свобода, равенство, братство") был заменен на "Travail, famille, patrie" ("Труд, семья, отечество"). Он издал новые конституционные акты, отменявшие президентство, бессрочно приостанавливавшие работу парламента и предоставлявшие ему полную власть назначать и увольнять министров и государственных служащих, принимать законы через Совет министров и назначать преемника (он выбрал Лаваля). Хотя Петен публично заявлял, что не стремится стать "Цезарем", к январю 1941 года он обладал практически всей властью во Франции: почти все законодательные, исполнительные и судебные полномочия были либо де-юре, либо де-факто в его руках. Один из его советников заметил, что он обладал большей властью, чем любой французский лидер со времен Людовика XIV. Фашистские и революционно-консервативные группировки в новом правительстве воспользовались возможностью и запустили амбициозную программу, известную как "Révolution nationale" ("Национальная революция"), которая отвергала многие светские и либеральные традиции бывшей Третьей республики в пользу авторитарного и патерналистского общества. Петен, в частности, возражал против использования термина "революция" для описания того, что, по его мнению, было по сути консервативным движением, но в остальном участвовал в преобразовании французского общества из "республики" в "государство". Он добавил, что новая Франция будет "социальной иерархией, отвергающей ложную идею о естественном равенстве людей". Новое правительство немедленно использовало свои новые полномочия для принятия жестких мер, включая увольнение республиканских чиновников, учреждение чрезвычайных юрисдикций, провозглашение антисемитских законов и заключение в тюрьму оппонентов и иностранных беженцев. Была введена цензура, и свобода выражения мнений и мысли фактически отменена с восстановлением преступления "преступления мнения". Петен всегда осознавал гражданское недовольство режимом Виши, особенно в южных департаментах страны. В радиообращении к нации 12 августа 1941 года Петен заявил: "Уже некоторое время я чувствую недоброе предзнаменование, исходящее из нескольких регионов Франции – авторитет моего правительства оспаривается, французский народ охватывает подлинное беспокойство". Режим организовал "Légion Française des Combattants" ("Французский легион ветеранов"), в который входили "Друзья легиона" и "Кадеты легиона" – группы людей, которые никогда не воевали, но были политически привязаны к новому режиму. Петен отстаивал сельскую и реакционную Францию, отвергавшую интернационализм. Как отставной военный командир, он управлял страной по военному образцу.

The Chamber of Deputies and Senate, meeting together as a "Congrès", held an emergency meeting on 10 July to ratify the armistice. At the same time, the draft constitutional proposals were tabled. The presidents of both Chambers spoke and declared that constitutional reform was necessary. The Congress voted 569–80 (with 18 abstentions) to grant the Cabinet the authority to draw up a new constitution, effectively "voting the Third Republic out of existence". Nearly all French historians, as well as all postwar French governments, consider this vote to be illegal; not only were several deputies and senators not present, but the constitution explicitly stated that the republican form of government could not be changed, though it could be argued that a republican dictatorship was installed. On the next day, Pétain formally assumed near absolute powers as "Head of State". Pétain was reactionary by temperament and education, and quickly began blaming the Third Republic and its endemic corruption for the French defeat. His regime soon took on clear authoritarianand in some cases, fascistcharacteristics. The republican motto of "Liberté, égalité, fraternité" ("Freedom, equality, brotherhood") was replaced with "Travail, famille, patrie" ("Work, family, fatherland"). He issued new constitutional acts which abolished the presidency, indefinitely adjourned parliament, and also gave him full power to appoint and fire ministers and civil service members, pass laws through the Council of Ministers, and designate a successor (he chose Laval). Though Pétain publicly stated that he had no desire to become "a Caesar", by January 1941, Pétain held virtually all governing power in France; nearly all legislative, executive, and judicial powers were either de jure or de facto in his hands. One of his advisors commented that he had more power than any French leader since Louis XIV. Fascistic and revolutionary conservative factions within the new government used the opportunity to launch an ambitious programme known as the "Révolution nationale", which rejected much of the former Third Republic's secular and liberal traditions in favour of an authoritarian and paternalist society. Pétain, amongst others, took exception to the use of the term "revolution" to describe what he believed to be an essentially conservative movement, but otherwise participated in the transformation of French society from "Republic" to "State". He added that the new France would be "a social hierarchy rejecting the false idea of the natural equality of men." The new government immediately used its new powers to order harsh measures, including the dismissal of republican civil servants, the installation of exceptional jurisdictions, the proclamation of antisemitic laws, and the imprisonment of opponents and foreign refugees. Censorship was imposed, and freedom of expression and thought were effectively abolished with the reinstatement of the crime of "felony of opinion". Pétain was always aware of civil discontent over Vichy rule, particularly in the southern departments of the country. In a radio address to the country on 12 August 1941, Pétain stated;"From several regions of France, I have felt an ill wind rising for some time the authority of my government is contested a genuine malaise is gripping the French people". The regime organised a "Légion Française des Combattants," which included "Friends of the Legion" and "Cadets of the Legion", groups of those who had never fought but were politically attached to the new regime. Pétain championed a rural and reactionary France that spurned internationalism. As a retired military commander, he ran the country on military lines.

Сотрудничество государства с Германией

В течение нескольких месяцев Петен подписал антисемитские ордонансы. В их число входили Закон о статусе евреев, запрещавший евреям заниматься многими профессиями, и Закон об иностранных гражданах еврейского происхождения, разрешавший задержание иностранных евреев. Правительство Петена, тем не менее, было признано на международном уровне, в частности, США, по крайней мере, до немецкой оккупации остальной части Франции. Ни Петен, ни его преемники Лаваль, Пьер Этьен Фланден или адмирал Франсуа Дарлан не оказывали значительного сопротивления просьбам немцев об опосредованной помощи странам Оси. Когда Гитлер встретился с Петеном в Монтуаре в октябре 1940 года, чтобы обсудить роль французского правительства в новом «Европейском порядке», рукопожатие, которое он протянул Гитлеру, вызвало большой переполох в Лондоне и, вероятно, повлияло на решение Великобритании оказать Вольной Франции военно-морскую поддержку для их операций в Габоне. Более того, Франция даже формально оставалась в состоянии войны с Германией, хотя и выступала против Свободной Франции. После британских атак в июле и сентябре 1940 года (Мерс-эль-Кебир, Дакар) французское правительство стало все больше опасаться британцев и проявило инициативу в сотрудничестве с оккупантами. Петен одобрил создание правительством коллаборационистского вооруженного ополчения (Милиции) под командованием Жозефа Дарнанда, который вместе с немецкими войсками возглавил кампанию репрессий против французского Сопротивления («Маки»). Петен принял Дарнанда в свое правительство в качестве Государственного секретаря по поддержанию общественного порядка (Secrétaire d'État au Maintien de l'Ordre). В августе 1944 года Петен попытался дистанцироваться от преступлений Милиции, написав Дарнану письмо с упреком за «злоупотребления» организации. Дарнанд саркастически ответил, что Петен должен был «подумать об этом раньше». Правительство Петена согласилось с требованиями Оси о крупных поставках промышленных товаров и продовольствия, а также приказало французским войскам во Французской колониальной империи (в Дакаре, Сирии, Мадагаскаре, Оране и Марокко) защищать суверенную французскую территорию от любых агрессоров, союзников или иных. Мотивы Петена являются предметом широких спекуляций. Уинстон Черчилль говорил с Рейно во время неминуемого падения Франции, говоря о Петена: «он всегда был пораженцем, даже в прошлой войне [Первой мировой войне]». 11 ноября 1942 года немецкие войска вторглись в неоккупированную зону Южной Франции в ответ на высадку союзников в Северной Африке и соглашение адмирала Дарлана поддержать союзников. Хотя французское правительство номинально оставалось в силе, осуществляя гражданское управление почти всей Францией, Петен превратился лишь в формальную фигуру, поскольку немцы разрушили видимость «независимого» правительства в Виши. Однако Петен оставался популярным и совершал ряд поездок по Франции вплоть до 1944 года, когда он прибыл в Париж 28 апреля, что нацистские пропагандистские кинохроники описали как «исторический» момент для города. Толпы приветствовали его перед Ратушей и на улицах.

Within months, Pétain signed antisemitic ordinances. This included the Law on the status of Jews, prohibiting Jews from exercising numerous professions, and the Law regarding foreign nationals of the Jewish race, authorizing the detention of foreign Jews. Pétain's government was nevertheless internationally recognised, notably by the U. S., at least until the German occupation of the rest of France. Neither Pétain nor his successive deputies, Laval, Pierre Étienne Flandin, or Admiral François Darlan, gave significant resistance to requests by the Germans to indirectly aid the Axis powers. When Hitler met Pétain at Montoire in October 1940 to discuss the French government's role in the new "European Order", the handshake he offered to Hitler caused much uproar in London, and probably influenced Britain's decision to lend Free France naval support for their operations in Gabon. Furthermore, France even remained formally at war with Germany, albeit opposed to the Free French. Following the British attacks of July and September 1940 (Mers el Kébir, Dakar), the French government became increasingly fearful of the British and took the initiative to collaborate with the occupiers. Pétain accepted the government's creation of a collaborationist armed militia (the Milice) under the command of Joseph Darnand, who, along with German forces, led a campaign of repression against the French resistance ("Maquis"). Pétain admitted Darnand into his government as Secretary of the Maintenance of Public Order (Secrétaire d'État au Maintien de l'Ordre). In August 1944, Pétain tried to distance himself from the crimes of the Milice by writing Darnand a letter of reprimand for the organisation's "excesses". Darnand sarcastically replied that Pétain should have "thought of this before". Pétain's government acquiesced to Axis demands for large supplies of manufactured goods and foodstuffs, and also ordered French troops in the French colonial empire (in Dakar, Syria, Madagascar, Oran, and Morocco) to defend sovereign French territory against any aggressors, Allied or otherwise. Pétain's motives are a topic of wide conjecture. Winston Churchill had spoken to Reynaud during the impending fall of France, saying of Pétain, " he had always been a defeatist, even in the last war [World War I]." On 11 November 1942, German forces invaded the unoccupied zone of Southern France in response to Allied landings in North Africa and Admiral Darlan's agreement to support the Allies. Although the French government nominally remained in existence, civilian administration of almost all France being under it, Pétain became nothing more than a figurehead, as the Germans had negated the pretence of an "independent" government at Vichy. Pétain however remained popular and engaged in a series of visits around France as late as 1944, when he arrived in Paris on 28 April in what Nazi propaganda newsreels described as a "historic" moment for the city. Large crowds cheered him in front of the Hôtel de Ville and in the streets.

Ссылка в Зигмаринген

17 августа 1944 года немцы в лице Сесиля фон Ренте Финка, "особого дипломатического делегата фюрера к главе французского государства", попросили Петена разрешить переезд в северную зону. Петен отказался и потребовал предоставить этот запрос в письменной форме. Ренте Финк повторил свою просьбу дважды 18-го, затем вернулся 19-го в 11:30 в сопровождении генерала Александра Нейброна фон Эйзенберга, который сообщил, что у него есть "формальные приказы из Берлина". Петану был передан письменный текст: "Рейхс-правительство предписывает переместить Главу Государства, даже против его воли". Столкнувшись с непреклонным отказом маршала, немцы пригрозили ввести войска Вермахта для бомбардировки Виши. После того, как Петен попросил швейцарского посла засвидетельствовать шантаж со стороны немцев, он уступил. Когда Ренте Финк вместе с генералом Нейброном вошел в кабинет маршала в отеле Hôtel du Parc "в 19:30", Глава Государства руководил упаковкой чемоданов и бумаг. На следующий день, 20 августа 1944 года, Петена против его воли доставили в Белфорт. После освобождения Франции 8 сентября 1944 года Петен и другие члены французского кабинета министров из Виши были перевезены немцами в анклав Зигмаринген в Германии, где они образовали правительство в изгнании до апреля 1945 года. Однако Петен, вынужденный покинуть Францию, отказался участвовать в этом правительстве, и Фернан де Бринон возглавил "правительственную комиссию". В записке от 29 октября 1944 года Петен запретил де Бринону использовать имя маршала в связи с этим новым правительством, а 5 апреля 1945 года Петен написал письмо Гитлеру, выражая желание вернуться во Францию. Ответа не последовало. Однако в день его рождения, спустя почти три недели, его доставили к швейцарской границе. Через два дня он пересек французскую границу.

Судебное разбирательство в Высшем суде

Временное правительство во главе с де Голлем отдало Петена под суд за измену, который проходил с 23 июля по 15 августа 1945 года. Одетый в форму маршала Франции, Петен большую часть судебного процесса хранил молчание после первоначального заявления, в котором оспаривал право Высокого суда, в его нынешнем составе, судить его. Сам де Голль впоследствии критиковал этот суд, заявив: «Слишком часто обсуждение приобрело вид партийного процесса, а порой и сведения счетов, тогда как все дело следовало рассматривать исключительно с точки зрения национальной обороны и независимости». По итогам суда Петен был признан виновным по всем пунктам обвинения. Присяжные приговорили его к смертной казни, лишению национальных прав и конфискации имущества. Учитывая его преклонный возраст, суд попросил не приводить приговор в исполнение. Де Голль, занимавший пост президента Временного правительства Французской Республики к концу войны, заменил смертную казнь на пожизненное заключение из-за возраста Петена. После вынесения приговора суд лишил Петена всех военных званий и наград, за исключением звания маршала Франции. Опасаясь беспорядков после оглашения приговора, де Голль приказал немедленно перевезти Петена на личном самолете в форт Дю-Портале в Пиренеях, где он находился с 15 августа по 16 ноября 1945 года. Впоследствии правительство перевело его в цитадель Форт-де-Пьер-Леве на острове Ие, небольшом острове у атлантического побережья Франции.

Заключение

В течение последующих лет адвокаты Петена и многие иностранные правительства и высокопоставленные лица, включая королеву Мэри и герцога Виндзорского, обращались к сменявшим друг друга французским правительствам с просьбой об освобождении Петена, но, учитывая нестабильность политической ситуации в Четвертой республике, ни одно правительство не решалось рисковать своей популярностью, освободив его. Уже в июне 1946 года президент США Гарри Трумэн безуспешно ходатайствовал о его освобождении, даже предложив предоставить ему политическое убежище в США. Позднее аналогичное предложение поступило от испанского диктатора генерала Франсиско Франко. К концу 1949 года Петан страдал от серьезных когнитивных нарушений, с лишь редкими прояснениями сознания. У него также начались проблемы с сердцем, и он больше не мог ходить без посторонней помощи. Были разработаны планы относительно его смерти и похорон. 8 июня 1951 года президент Винсент Ориоль, получив информацию о том, что Петану осталось недолго жить, заменил его смертный приговор на заключение в больнице; эта новость держалась в секрете до выборов 17 июня, но к тому времени Петан был слишком слаб, чтобы его можно было перевезти в Париж.

Смерть и погребение

Петен умер в частном доме на острове д’Йе 23 июля 1951 года в возрасте 95 лет. В феврале 1973 года гроб с прахом Петена был похищен с кладбища острова Йе экстремистами, которые потребовали от президента Жоржа Помпиду разрешения на перезахоронение в оссуарии Дуамон среди павших в битве при Вердене. Полиция обнаружила гроб через несколько дней, и он был с почестями перезахоронен с президентским венком на острове Йе, где и находился ранее. Небольшой музей, посвященный Петену – Исторический музей острова д’Йе – экспонирует его письма и личные вещи, такие как его смертное ложе, одежду и трость. Музей не афишируется и редко открывается – по словам его управляющего, чтобы "избежать проблем".

Эпонимика

Гора Петан, близлежащий ручей Петан и водопад Петан, формирующие бассейн Петан на водоразделе в Канадских Скалистых горах, были названы в его честь в 1919 году, а соседние вершины получили имена других французских генералов (Фош, Кордонье, Манген, Кастельно и Жоффр). Названия, связанные с Петаном, были удалены в 2021 и 2022 годах, оставив эти объекты без названия. Улица Хэншань-роуд в Шанхае носила название "проспект Петан" с 1922 по 1943 год. В Сингапуре, в районе Маленькая Индия, есть улица Петин. Пинардвилль, традиционно франкоканадский район города Гоффстаун, штат Нью-Гемпшир, имеет улицу Петин, появившуюся в 1920-х годах, а также параллельные улицы, названные в честь других генералов Первой мировой войны: Джона Першинга, Дугласа Хейга, Фердинанда Фоша и Жозефа Жоффра.

Нью-Йоркский каньон героев

26 октября 1931 года в честь Петена был устроен парад с использованием конфетти и лент по Каньону героев на Манхэттене. В 2017 году мэрия Нью-Йорка рассматривала вопрос об удалении памятной ленты на тротуаре, отмечающей этот парад, в связи с его ролью в сотрудничестве с нацистами во время Второй мировой войны.

Личная жизнь

Петен был холостяком до шестидесяти лет и был известен своими многочисленными романами. Отказавшись от первого предложения руки и сердца Петена, Хардон к 1914 году, когда ей было 35 лет, успела выйти замуж за Франсуа де Эрена и развестись с ним. По сообщениям, в начале битвы при Вердене в 1916 году Петена ночью забрали из парижского отеля офицер штаба, знавший, где его можно найти – с Эжени Хардон. У них не было детей, но у Хардон уже был сын от первого брака, Пьер де Эран, к которому Петан испытывал сильную неприязнь.

Цитируемые работы

Фенби, Джонатан. Генерал: Шарль де Голль и спасенная им Франция (2010)
Лакутер, Жан. Де Голль: бунтарь. 1890–1944 (1984; англ. изд. 1991), 640 с.

Репутация

Фон дер Гольц, Анна, и Роберт Гилдеа. "Несостоявшиеся спасители: мифы о Гинденбурге и Петане". European History Quarterly 39.3 (2009): 439–464. Салют, Жак. "Маршал Петан и французский национализм: межвоенный период и режим Виши". История европейских идей 15.1–3 (1992): 113–118. Винен, Ричард. "Виши: Пустая корона Петана". History Today (июнь 1990) 40, № 6, с. 13–19. Уильямс, Чарльз. Петен: как герой Франции стал осужденным предателем и изменил ход истории (Palgrave Macmillan, 2005).