Введение
K 25 — кодовое название программы Манхэттенского проекта по производству обогащенного урана. K 25 было кодовым названием, данным Манхэттенским проектом программе по производству обогащенного урана для атомных бомб методом газовой диффузии. Изначально это кодовое название относилось к продукту, но со временем стало обозначать сам проект, производственный комплекс, расположенный на Клинтонском инженерном заводе в Оук-Ридже, штат Теннесси, главное здание газодиффузии и, в конечном итоге, всю территорию. Когда он был построен в 1944 году, четырехэтажный газодиффузионный завод K 25 был самым большим зданием в мире, занимая более площади и имея объем . Строительство комплекса K 25 осуществляла строительная компания J. A. Jones Construction. В пик строительства на объекте работало более 25 000 рабочих. Газовая диффузия была лишь одной из трех технологий обогащения, использовавшихся в Манхэттенском проекте. Слабообогащенный продукт с теплодиффузионной установки S 50 поступал на газодиффузионную установку K 25. Продукт этой установки, в свою очередь, направлялся на электромагнитный завод Y 12. Обогащенный уран использовался в атомной бомбе «Малыш», примененной при атомной бомбардировке Хиросимы. В 1946 году газодиффузионный завод K 25 стал способен производить высокообогащенный продукт. После войны на территории были построены еще четыре газодиффузионных установки: K 27, K 29, K 31 и K 33. В 1955 году комплекс K 25 был переименован в газодиффузионный завод Оук-Ридж. Производство обогащенного урана было прекращено в 1964 году, а процесс газовой диффузии на этом участке окончательно остановлен 27 августа 1985 года. В 1989 году газодиффузионный завод Оук-Ридж был переименован в Оук-Ридж K 25, а в 1996 году — в Технологический парк Восточного Теннесси. Демонтаж всех пяти газодиффузионных установок был завершен в феврале 2017 года.
K 25 was the codename given by the Manhattan Project to the program to produce enriched uranium for atomic bombs using the gaseous diffusion method. Originally the codename for the product, over time it came to refer to the project, the production facility located at the Clinton Engineer Works in Oak Ridge, Tennessee, the main gaseous diffusion building, and ultimately the site. When it was built in 1944, the four story K 25 gaseous diffusion plant was the world's largest building, comprising over of floor space and a volume of
Construction of the K 25 facility was undertaken by J. A. Jones Construction. At the height of construction, over 25,000 workers were employed on the site. Gaseous diffusion was but one of three enrichment technologies used by the Manhattan Project. Slightly enriched product from the S 50 thermal diffusion plant was fed into the K 25 gaseous diffusion plant. Its product in turn was fed into the Y 12 electromagnetic plant. The enriched uranium was used in the Little Boy atomic bomb used in the atomic bombing of Hiroshima. In 1946, the K 25 gaseous diffusion plant became capable of producing highly enriched product. After the war, four more gaseous diffusion plants named K 27, K 29, K 31 and K 33 were added to the site. The K 25 site was renamed the Oak Ridge Gaseous Diffusion Plant in 1955. Production of enriched uranium ended in 1964, and gaseous diffusion finally ceased on the site on 27 August 1985. The Oak Ridge Gaseous Diffusion Plant was renamed the Oak Ridge K 25 Site in 1989, and the East Tennessee Technology Park in 1996. Demolition of all five gaseous diffusion plants was completed in February 2017.
Предыстория
Открытие нейтрона Джеймсом Чадвиком в 1932 году, за которым последовало открытие ядерного деления урана немецкими химиками Отто Ханом и Фрицем Штрассманом в 1938 году, и его теоретическое объяснение (и наименование) Лизой Майтнер и Отто Фришем вскоре после этого, открыли возможность создания контролируемой ядерной цепной реакции с использованием урана. В Лабораториях Папина при Колумбийском университете Энрико Ферми и Лео Силард начали исследовать способы её реализации. Опасения, что немецкий атомный проект первым разработает атомное оружие, особенно среди ученых, являвшихся беженцами из нацистской Германии и других фашистских стран, были выражены в письме Эйнштейна — Силарда президенту Соединенных Штатов Франклину Д. Рузвельту. Это побудило Рузвельта инициировать предварительные исследования в конце 1939 года. Нильс Бор и Джон Арчибальд Уилер применили модель жидкой капли атомного ядра для объяснения механизма ядерного деления. Изучая деление, экспериментальные физики столкнулись с необъяснимыми результатами. Джордж Плачек спросил Бора, почему уран, казалось, делится как под воздействием быстрых, так и медленных нейтронов. По пути на встречу с Уилером Бора осенило: деление при низких энергиях вызывается изотопом урана-235, а при высоких энергиях — преимущественно гораздо более распространенным изотопом урана-238. Уран-235 составляет всего 0,714% атомов урана в природном уране, примерно один атом на 140; природный уран на 99,28% состоит из урана-238. Также присутствует незначительное количество урана-234, составляющее всего 0,006%. В Колумбии Джон Р. Даннинг придерживался этой точки зрения, но Ферми был не так уверен. Единственным способом разрешить этот вопрос было получение образца урана-235 и его тестирование. Он обратился к Альфреду О. К. Ниеру из Университета Миннесоты с просьбой подготовить образцы урана, обогащенные изотопами 234, 235 и 238, с использованием масс-спектрометра. Образцы были готовы в феврале 1940 года, после чего Даннинг, Юджин Т. Бут и Аристид фон Гроссе провели серию экспериментов. Они продемонстрировали, что именно уран-235 в основном отвечает за деление под воздействием медленных нейтронов, однако не смогли определить точные сечения захвата нейтронов из-за недостаточной степени обогащения образцов. В Бирмингемском университете в Великобритании австралийский физик Марк Олифант поручил двум физикам-беженцам — Отто Фришу и Рудольфу Пейерлсу — исследовать возможность создания атомной бомбы, иронично, потому что их статус вражеских подданных исключал их участие в секретных проектах, таких как разработка радаров. В мартовском меморандуме Фриша — Пейерлса 1940 года указывалось, что критическая масса урана-235 находится в пределах одного порядка величины, что было достаточно мало для транспортировки бомбардировщиком того времени.
Кодовое имя
Кодовое название "K 25" образовалось из "K" от Kellex и "25" – кодовой маркировки времен Второй мировой войны для урана-235 (изотоп элемента 92 с массовым числом 235). Этот термин впервые был использован во внутренних отчетах Kellex для обозначения конечного продукта – обогащенного урана – в марте 1943 года. К апрелю 1943 года термин "завод K 25" применялся к заводу, который его производил. В том же месяце термин "проект K-25" был распространен на весь проект по разработке технологии обогащения урана методом газовой диффузии. Когда после войны были построены другие здания, обозначенные как "K", "K 25" стало названием первоначального, более крупного комплекса.
Диффузоры
Из-за высокой коррозионной активности гексафторида урана возникло несколько технологических проблем. Трубы и фитинги, контактирующие с ним, должны были быть изготовлены из никеля или покрыты им. Это было приемлемо для небольших деталей, но непрактично для больших диффузоров – резервуаров, предназначенных для хранения газа под давлением. Никель был жизненно важным военным материалом, и хотя Манхэттенский проект мог воспользоваться своим приоритетным положением для его приобретения, изготовление диффузоров из цельного никеля истощило бы национальные запасы. Директор Манхэттенского проекта, бригадный генерал Лесли Р. Гроувз-младший, поручил строительство диффузоров компании Chrysler. Президент компании, К. Т. Келлер, в свою очередь, назначил Карла Гейсснера, эксперта в области гальванического покрытия, разработать процесс нанесения покрытия на объекты такого большого размера. Руководство Chrysler назвало это "Проект X 100". Гальваническое покрытие требовало использования одной тысячной части никеля по сравнению с цельным никелевым диффузором. Лаборатории SAM уже пытались это сделать, но потерпели неудачу. Гейсснер экспериментировал с прототипом в здании, возведенном внутри другого здания, и обнаружил, что это возможно, если все этапы травления и удаления окалины выполняются без контакта с кислородом. Весь завод Chrysler на Линч-Роуд в Детройте был переоборудован для производства диффузоров. Процесс гальванического покрытия требовал значительной площади, нескольких тысяч рабочих и сложной системы фильтрации воздуха для предотвращения загрязнения никеля. К концу войны Chrysler изготовил и поставил более 3500 диффузоров. Гроувз и Кит встретились с руководством Allis Chalmers, которые согласились построить новый завод для производства насосов, несмотря на то, что конструкция насосов еще не была окончательно определена. Лаборатории SAM предложили конструкцию, а Westinghouse изготовил несколько прототипов, которые успешно прошли испытания. Затем Джадсон Суэринген из компании Elliott разработал революционную и перспективную конструкцию, механически стабильную и оснащенную уплотнениями, способными удерживать газ. Эта конструкция была изготовлена компанией Allis Chalmers.
Препятствия
Трудности с диффузорами и насосами меркли по сравнению с проблемами, связанными с пористым барьером. Для работы процесса газовой диффузии требовался барьер с микроскопическими отверстиями, но устойчивый к засорению. Он должен был быть предельно пористым, но достаточно прочным, чтобы выдерживать высокое давление. И, как и всё остальное, он должен был противостоять коррозии, вызываемой гексафторидом урана. Последнее требование указывало на необходимость использования никелевого барьера. Фостер Никс в Bell Telephone Laboratories экспериментировал с никелевым порошком, в то время как Эдвард О. Норрис в C. O. Jelliff Manufacturing Corporation и Эдвард Адлер в Городском колледже Нью-Йорка работали над конструкцией с электролитическим никелевым покрытием. Норрис был английским дизайнером интерьеров, разработавшим очень тонкую металлическую сетку для использования с распылителем. Их конструкция казалась слишком хрупкой и непрочной для предполагаемого применения, особенно на более высоких ступенях обогащения, но была надежда, что эту проблему удастся преодолеть. В 1943 году Юри привлек Хью С. Тейлора из Принстонского университета для решения проблемы создания пригодного барьера. Либби добилась прогресса в понимании химии гексафторида урана, что привело к идеям о предотвращении коррозии и засорения. Химики из лабораторий SAM изучали фторуглероды, устойчивые к коррозии, которые можно было использовать в качестве смазочных материалов и охлаждающих жидкостей на газодиффузионном заводе. Несмотря на этот прогресс, проект K-25 находился в серьезном затруднении из-за отсутствия подходящего барьера, и к августу 1943 года возникла угроза его отмены. 13 августа Гроувз проинформировал Военный политический комитет, высший орган управления Манхэттенским проектом, о том, что обогащение газовой диффузией более чем на пятьдесят процентов, вероятно, нереально, и газодиффузионный завод будет ограничен производством продукта с более низким уровнем обогащения, который можно было бы подавать в калютроны электромагнитного завода Y-12. Поэтому Юри начал подготовку к массовому производству барьера Норриса-Адлера, несмотря на его недостатки. Между тем, Union Carbide и Kellex проинформировали исследователей из Bakelite Corporation, дочерней компании Union Carbide, о неудачных попытках Никса с порошковыми никелевыми барьерами. Фрейзер Грофф и другие исследователи из лабораторий Bakelite в Боунд-Брук, штат Нью-Джерси, полагали, что Никс не использует новейшие технологии, и начали собственные разработки. И Bell, и Bound Brook отправили образцы своих порошковых никелевых барьеров Тейлору для оценки, но он остался недоволен: ни один из них не создал практичного барьера. В лаборатории Келлогга в Джерси-Сити, штат Нью-Джерси, Кларенс Джонсон, знавший о мерах, предпринятых лабораториями SAM для улучшения барьера Норриса-Адлера, понял, что их можно применить и к барьеру Bakelite. Результатом стал барьер, превосходящий оба предыдущих, хотя и не полностью соответствующий требованиям. На встрече в Колумбийском университете с представителями армии 20 октября 1943 года Кит предложил переключить усилия по разработке на барьер Джонсона. Юри воспротивился этому, опасаясь, что это подорвет моральный дух в лабораториях SAM. Этот вопрос был передан Гроувзу на совещании 3 ноября 1943 года, и он решил продолжить разработку как барьера Джонсона, так и барьера Норриса-Адлера. Гроувз запросил помощь британских специалистов, в лице Уоллеса Экерса и пятнадцати членов британского проекта газовой диффузии, которые должны были оценить достигнутый прогресс. Они пришли к выводу, что, хотя новый барьер потенциально превосходит существующие, обещание Кита построить новое предприятие для его производства всего за четыре месяца, изготовить все необходимые барьеры еще за четыре месяца и запустить производство всего за двенадцать месяцев "было бы настоящим чудом". 16 января 1944 года Гроувз вынес решение в пользу барьера Джонсона. Джонсон построил пилотный завод для нового процесса в здании Нэша. Тейлор проанализировал образцы барьеров и признал приемлемыми лишь 5% из них. Эдвард Мак-младший создал свой собственный пилотный завод в Шермерхорн-холле Колумбийского университета, а Гроувз получил никель от International Nickel Company. К апрелю 1944 года, располагая достаточным количеством никеля, оба пилотных завода производили барьеры приемлемого качества в 45% случаев.
Строительство
Выбранное место было на территории Клинтонского инженерного комплекса в Теннесси. 18 января 1943 года район осмотрели представители Манхэттенского округа, компании Kellex и Union Carbide. Также рассматривались участки вблизи плотины Шаста в Калифорнии и Большого изгиба реки Колумбия в штате Вашингтон. Более низкая влажность в этих районах делала их более подходящими для газодиффузионного завода, но территория Клинтонского инженерного комплекса была доступна немедленно и в остальном соответствовала требованиям. Гроувс принял решение о месте в апреле 1943 года. По условиям контракта, Kellex отвечала не только за проектирование и разработку завода K-25, но и за его строительство. Основным строительным подрядчиком была строительная компания J. A. Jones Construction из Шарлотты, Северная Каролина. Она произвела впечатление на Гроувса своей работой над несколькими крупными армейскими строительными проектами, такими как лагерь Шелби в Миссисипи. Было привлечено более шестидесяти субподрядчиков. Kellex привлекла другую строительную компанию, Ford, Bacon & Davis, для строительства фторовых и азотных установок, а также установки кондиционирования. Первоначально ответственность за строительные работы нес подполковник Уоррен Джордж, начальник строительного отдела Клинтонского инженерного комплекса. 31 июля 1943 года майор У. П. Корнелиус стал ответственным за строительство завода K-25. Он подчинялся Стоуэрсу в Манхэттене. 1 марта 1946 года он стал начальником строительного отдела. Дж. Дж. Эллисон был инженером-резидентом от Kellex, а Эдвин Л. Джонс – генеральным менеджером J. A. Jones.
Операции
Предварительная спецификация завода К-25 в марте 1943 года предусматривала производство в день продукта, содержащего 90 процентов урана-235. По мере осознания практических трудностей эта цель была снижена до 36 процентов. С другой стороны, каскадная конструкция позволяла не завершать строительство до начала эксплуатации завода. В августе 1943 года компания Kellex представила график, предусматривающий возможность производства материала, обогащенного до 5 процентов урана-235 к 1 июня 1945 года, 15 процентов к 1 июля 1945 года и 36 процентов к 23 августа 1945 года. В августе 1944 года этот график был пересмотрен до 0,9 процента к 1 января 1945 года, 5 процентов к 10 июня 1945 года, 15 процентов к 1 августа 1945 года, 23 процента к 13 сентября 1945 года и 36 процентов в кратчайшие сроки после этого. На встрече между Манхэттенским округом и компанией Kellogg 12 декабря 1942 года было рекомендовано, чтобы заводом К-25 управляла компания Union Carbide через полностью принадлежащее ей дочернее предприятие Carbon and Carbide Chemicals. 18 января 1943 года был подписан контракт на оплату работ плюс фиксированная плата, устанавливающий плату в размере 75 000 долларов в месяц, которая позднее была увеличена до 96 000 долларов в месяц для эксплуатации заводов К-25 и К-27. Компания Union Carbide не желала быть единственным оператором объекта и предложила, чтобы завод Ford, Bacon & Davis построил и управлял установкой подготовки. Манхэттенский округ счел это приемлемым и заключил контракт на оплату работ плюс фиксированная плата с платой в размере 216 000 долларов за услуги до конца июня 1945 года. Контракт был досрочно расторгнут 1 мая 1945 года, когда компания Union Carbide взяла на себя управление заводом. Таким образом, компании Ford, Bacon & Davis было выплачено 202 000 долларов. Другим исключением был фторидный завод. Компания Hooker Chemical была попрошена осуществлять надзор за строительством фторидного завода и первоначально управлять им за фиксированную плату в размере 24 500 долларов. Завод был передан компании Union Carbide 1 февраля 1945 года. Часть комплекса К-300 была принята компанией Union Carbide в августе 1944 года и использовалась в качестве пилотного завода для обучения операторов и разработки процедур, с использованием азота вместо гексафторида урана до октября 1944 года, а затем перфторгептана до апреля 1945 года. Конструкция газодиффузионной установки позволяла завершать ее поэтапно и вводить эти этапы в эксплуатацию по мере продолжения работ над остальными. Компания J. A. Jones завершила первые 60 ступеней к концу 1944 года. Перед приемкой каждой ступени она подвергалась испытаниям техниками компаний J. A. Jones, Carbide and Carbon и SAM Laboratories для проверки работоспособности оборудования и отсутствия утечек. От четырех до шестисот человек посвятили восемь месяцев этим испытаниям. Перфторгептан использовался в качестве тестовой жидкости до февраля 1945 года, когда было решено использовать гексафторид урана, несмотря на его коррозионные свойства. Инженер Манхэттенского округа, полковник Кеннет Николс, назначил майора Джона Морана ответственным за производство на К-25. Производство началось в феврале 1945 года, а первая продукция была отправлена на кальтроны в марте. К апрелю газодиффузионная установка производила 1,1% продукта. Затем было решено, что вместо переработки гексафторида урана от компании Harshaw Chemical Company, газодиффузионная установка будет принимать продукт теплодиффузионной установки S-50 со средним обогащением около 0,85%. Обогащение продукта продолжало улучшаться, поскольку вводились в эксплуатацию новые ступени, которые работали лучше, чем ожидалось. В июне продукт обогащался до 7 процентов, а к сентябрю – до 23 процентов. Завод S-50 прекратил свою работу 9 сентября, а компания Kellex передала последний блок компании Union Carbide 11 сентября 1945 года. Высокообогащенный уран был использован в атомной бомбе "Малыш", сброшенной на Хиросиму 6 августа 1945 года. С окончанием войны в августе 1945 года приоритет Манхэттенского проекта сместился со скорости на экономию и эффективность. Каскады были конфигурируемыми, поэтому они могли производить большое количество слабообогащенного продукта, работая параллельно, или небольшое количество высокообогащенного продукта, работая последовательно. К началу 1946 года, с вводом в эксплуатацию К-27, завод производил в день, обогащенный до 30 процентов. Следующим шагом было дальнейшее увеличение обогащения до 60 процентов, что было достигнуто 20 июля 1946 года. Это создало проблему, поскольку завод Y-12 не был оборудован для работы с настолько обогащенной поставкой, но лаборатории Лос-Аламоса требовалось 95 процентов. В течение некоторого времени продукт смешивали с исходным сырьем для снижения обогащения до 30 процентов. Дальнейшее повышение концентрации до 95 процентов вызывало опасения по поводу безопасности, поскольку существовал риск возникновения критической аварии. После некоторых размышлений, с учетом мнений Персиваля Кита, Норриса Брэдбери, Дарола Фромана, Элмера Киркпатрика, Кеннета Николса и Эдварда Теллера, было решено, что это можно сделать безопасно при соблюдении соответствующих мер предосторожности. 28 ноября 1946 года завод К-25 начал производить продукт с обогащением 94 процента. В этот момент они столкнулись с серьезным недостатком концепции газовой диффузии: обогащение урана-235 также обогащало продукт нежелательным и практически бесполезным ураном-234, что затрудняло повышение обогащения до 95 процентов. 6 декабря 1946 года производство было снижено до стабильных в день, обогащенных до 93,7 процента урана-235 и 1,9 процента урана-234. Лаборатория Лос-Аламоса сочла это удовлетворительным продуктом, поэтому 26 декабря 1946 года обогатительная деятельность на заводе Y-12 была сокращена. Манхэттенский проект завершился через несколько дней. Ответственность за завод К-25 затем перешла к новому Комиссариату по атомной энергии 1 января 1947 года. Работники завода были представлены Международным профсоюзом работников нефтяной, химической и атомной промышленности (OCAW).
Закрытие и снос
К-25 стал прототипом для других газодиффузионных установок, созданных в первые послевоенные годы. Первым из них был К-27, завершенный в сентябре 1945 года. За ним последовали К-29 в 1951 году, К-31 в 1951 году и К-33 в 1954 году, а также предприятие в Портсмуте, штат Огайо, в 1954 году. Завод К-25 был переименован в Oak Ridge Gaseous Diffusion Plant в 1955 году. Сегодня разделение изотопов урана обычно осуществляется более энергоэффективным ультрацентрифужным процессом, разработанным в Советском Союзе после Второй мировой войны советскими и захваченными немецкими инженерами, работавшими в заключении. Центрифугирование было первым методом разделения изотопов, рассматриваемым для Манхэттенского проекта, но от него отказались из-за технических проблем на раннем этапе проекта. Когда немецкие ученые и инженеры были освобождены из советского плена в середине 1950-х годов, Запад узнал о конструкции ультрацентрифуги и начал переходить к обогащению урана с использованием этого гораздо более эффективного процесса. По мере развития технологии центрифугирования стало возможным осуществлять обогащение урана в меньших масштабах, без огромных ресурсов, необходимых для строительства и эксплуатации заводов по разделению типа "К" и "Y" в 1940-х и 1950-х годах, что усилило опасения по поводу распространения ядерного оружия. Каскады центрифуг начали работать в Оук-Ридже в 1961 году. В 1975 году была открыта испытательная установка газовых центрифуг (K 1210), а в 1982 году – более крупная демонстрационная установка центрифуг (K 1220). В ответ на приказ президента Линдона Б. Джонсона сократить производство обогащенного урана на 25 процентов, К-25 и К-27 прекратили производство в 1964 году, но в 1969 году К-25 начал производить уран, обогащенный до 3–5 процентов для использования в ядерных реакторах. Martin Marietta Energy заменила Union Carbide в качестве оператора в 1984 году. Газодиффузия была прекращена 27 августа 1985 года. Газодиффузионный завод Оук-Ридж был переименован в 1989 году в Oak Ridge K-25 Site, а в 1996 году – в East Tennessee Technology Park. В настоящее время все коммерческое обогащение урана в Соединенных Штатах осуществляется с использованием технологии газовой центрифуги. Министерство энергетики США (DOE) заключило контракт с British Nuclear Fuels Ltd (BNFL) в 1997 году на дезактивацию и вывод из эксплуатации объектов. Ее дочерняя компания Reactor Sites Management Company Limited (RSMC) была приобретена EnergySolutions в июне 2007 года. Первоначально предполагалось сохранить К-29, К-31 и К-33 для других целей, но впоследствии было решено их снести. Компания Bechtel Jacobs, подрядчик по управлению окружающей средой, взяла на себя ответственность за объект в июле 2005 года. Снос К-29 начался в январе 2006 года и был завершен в августе. Снос К-33 начался в январе 2011 года и был завершен раньше срока в сентябре 2011 года. Затем последовал снос К-31, который начался 8 октября 2014 года и был завершен 26 июня 2015 года. В сентябре 2008 года компания Bechtel Jacobs получила контракт на демонтаж и снос объекта K-25. Контракт, стоимостью 1,48 миллиарда долларов, был заключен ретроспективно к октябрю 2007 года и закончился в августе 2011 года. С тех пор работы по сносу выполняются нынешним подрядчиком DOE по управлению окружающей средой, URS | CH2M Hill Oak Ridge (UCOR). Ожидалось, что снос объекта K-25 будет завершен к июлю 2014 года. К 23 января 2013 года был завершен снос северного и западного крыльев, осталась лишь небольшая часть восточного крыла (6 единиц из 24 на восточном крыле). Последняя часть восточного крыла была снесена 19 декабря 2013 года. Последние обломки были удалены в 2014 году. Снос К-27, последнего из пяти газодиффузионных сооружений в Оук-Ридже, начался в феврале 2016 года. Сенатор США Ламар Александр и конгрессмен США Чак Флейшманн присоединились к 1500 рабочим, чтобы наблюдать, как 30 августа 2016 года пала последняя стена. Его снос был завершен 28 февраля 2017 года. С 2020 года площадка K-25 частично перестраивается в аэропорт общей авиации для обслуживания города Оук-Ридж. Проект является совместной работой городских властей Оук-Риджа, Департамента транспорта штата Теннесси, Региональной комиссии Аппалачей, Министерства энергетики и Федерального управления гражданской авиации. На этом участке также планируется строительство нескольких небольших частных ядерных объектов.
Празднование
27 февраля 2020 года на этом месте открылся исторический центр K-25 – музей площадью 7500 квадратных футов. Музей является филиалом Американского музея науки и энергетики (AMSE) и демонстрирует сотни оригинальных артефактов и интерактивных экспозиций, посвященных истории объекта K-25.