Харидем: греческий наемник IV века до н.э.

Введение

Харидем (или Харидем), из Орея в Эвбее, был древнегреческим предводителем наёмников IV века до н. э. Его отношения с Афинами были сложными: он то помогал городу в защите его интересов в северной части Эгейского моря, то действовал против него. Демосфен в своей речи «Против Аристократа» осудил его за многократные предательские поступки по отношению к Афинам, однако впоследствии Харидем получил афинское гражданство и был избран одним из стратегов. На этом посту он столкнулся с противодействием Александра III (Великого) Македонского и был изгнан после разрушения Фив в 335 году до н. э. Он ушёл в Персию, где сначала был удостоен почестей от Великого царя, но позже был казнён за насмешки над боеспособностью персидской армии.

Ранние годы

Харидем, вероятно, родился в начале 390-х годов до н.э. в Орее, городе в северной Эвбее (недалеко от Хистии), от матери – гражданки и отца-негражданина по имени Филоксен. Считается, что его первое участие в военных действиях произошло во время афинского нападения на Ореус в 377 году, которое возглавлял полководец Хабриас, где он служил легковооружённым воином. После этого он несколько лет занимался пиратством.

Ранняя военная карьера

К 368 году Харидем возглавлял наемное войско, нанятое афинским полководцем Ификратом для помощи в попытке отвоевать Амфиполь – колонию, основанную Афинами в 437 году близ устья реки Стримон в Фракии. Афины потеряли контроль над городом во время Пелопоннесской войны и больше не смогли его вернуть. В то время Амфиполь находился под защитой Олинта, главного города полуострова Халкидики. Эта кампания продолжалась три года и оказалась безуспешной. Однако в 365 году Ификрат захватил в Амфиполе группу заложников, надеясь, что это облегчит сдачу города. Прежде чем начались переговоры, Афины отозвали Ификрата и назначили вместо него Тимофея, который ранее вел кампании в Самосе, Анатолии и на полуострове Херсонес. Ификрату было приказано доставить заложников в Афины, но он поручил это Харидему, а сам отправился на север, во Фракию, ко двору царя Котиса, который был его тестем (и врагом Афин). Вместо того чтобы доставить заложников в Афины, Харидем вернул их в Амфиполь, тем самым лишив Афины шанса вернуть контроль над городом. Точное время этих событий неясно, равно как и причина, по которой Ификрат не вернулся в Афины с заложниками. Был ли он оскорблен своим отзывом? Тайно ли приказал Харидему вернуть заложников? Или родственные связи с Котисом оказались для него важнее верности родному городу? Эти вопросы остаются без ответа. Когда Тимофей прибыл в театр военных действий, он попытался вновь нанять Харидема и его отряд, но тот отказался и отплыл с афинскими кораблями, которые ему были доверены, в Кардию на северном конце полуострова Херсонес, чтобы присоединиться к Котису и помочь ему защититься от афинской атаки. Когда Тимофей решил продолжить попытку отвоевать Амфиполь, оставив Кардию без защиты, Харидем вернулся в этот район, якобы чтобы присоединиться к обороне Амфиполя. Однако, столкнувшись с Тимофеем до того, как он успел это сделать, он уступил его давлению и вновь присоединился к афинской кампании. В течение следующих трех лет Тимофей пытался сломить власть Олинта над Амфиполем, атакуя ряд городов на полуострове Халкидики, чтобы вынудить олинтийцев к бою, но те не поддавались на провокации. В это время Харидем и его наемники продолжали сражаться на стороне Афин. В 362 году, после двух неудачных попыток захватить Амфиполь, Тимофей был отозван в Афины, а Харидем освобожден от службы.

By 368 Charidemus was leading a mercenary force that was hired by the Athenian general Iphicrates to assist in an effort to retake Amphipolis, a colony established by Athens near the mouth of the Strymon River in Thrace in 437. Athens had lost control of it during the Peloponnesian War and had never regained it. At this time it was under the protection of Olynthus, the major city of the Chalcidice Peninsula. This campaign lasted three years and was unsuccessful. In 365, though, Iphicrates had secured a group of hostages from Amphipolis that, it was hoped, would facilitate the surrender of the city. Before negotiations could take place, Athens relieved Iphicrates and replaced him with Timotheus, who had been conducting campaigns in Samos, Anatolia, and the Chersonnese Peninsula. Iphicrates was ordered to convey the hostages to Athens, but assigned that duty to Charidemus and then went north into Thrace to the court of its king, Cotys, who was his father in law (and an enemy of Athens). Charidemus, instead of taking the hostages to Athens, returned them to Amphipolis, thus ruining Athens’ chance to reassume control over it. The exact timing of these events is unclear, as is Iphicrates’ reason for not returning to Athens with the hostages. Was he offended by his recall? Had he secretly told Charidemus to give up the hostages? Or was his family tie to Cotys simply stronger than his loyalty to his home city? These questions remain unanswered. When Timotheus arrived in theater, he attempted to rehire Charidemus and his troops, but the latter declined the offer and sailed, with the Athenian ships entrusted to him, to Cardia at the north end of the Chersonnese to join Cotys and help defend it from Athenian attack. When Timotheus decided to continue the attempt to retake Amphipolis, thus leaving Cardia free from attack, Charidemus returned to the area ostensibly to join in the defense of Amphipolis. Confronted by Timotheus before he could do this, he gave in to Timotheus’ pressure and rejoined the Athenian campaign. During the next three years, Timotheus tried to break the Olynthian hold on Amphipolis by attacking a series of cities in the Chalcidice Peninsula in order to draw it out, but the Olynthians did not take the bait. During this time, Charidemus and his mercenaries continued to fight for Athens. In 362, after two direct attempts to take Amphipolis, Timotheus was recalled to Athens and Charidemus was released from service.

Восстание сатрапов

В конце 360-х годов произошло восстание сатрапов. Это была хаотичная попытка нескольких сатрапов отвоевать контроль над своими территориями у великого царя Персии, Артаксеркса II. Чтобы понять роль Харидема в этих событиях, необходимо немного вернуться назад. В 388/387 году сатрап Фригии, расположенной на северо-западе Анатолии, Фарнабаз покинул свой пост и провел остаток жизни при дворе Артаксеркса. В то время его сын, Артабаз, был слишком молод, чтобы принять командование, а его старший брат (или дядя – значение греческого текста неясно), Ариобарзан, исполнял обязанности регента. Когда Артабаз достиг совершеннолетия, Ариобарзан отказался уступить власть, и молодой человек был вынужден отправиться в изгнание. В 362 году, после женитьбы и воспитания двух дочерей, Артабаз был захвачен и заключен в тюрьму Автофрадатом, сатрапом Лидии. Его зятья, Мемнон и Ментор, стремясь помочь ему освободиться, наняли Харидема и его наемников после их увольнения с афинской службы. Харидем, как обычно, не считаясь с данными обещаниями, вскоре отказался от этой затеи и вместе со своими наемниками занял три небольших города во внутренних областях Фригии: Скепсис, Кебрен и Илиум – предположительно, чтобы создать для себя небольшое феодальное владение. К несчастью для него, Артабаз вскоре был освобожден и собрал армию, чтобы напасть на него. Оказавшись запертым в крепости, отрезанной от внешнего мира и лишенной возможности получать снабжение, Харидем столкнулся с перспективой длительной осады и неминуемого голода. Чтобы предотвратить это, он написал афинскому генералу Цефисодоту, который в то время воевал против Котиса в Херсонесе, пообещав помочь ему установить контроль над регионом, если тот поможет ему выйти из затруднительного положения. Узнав об этом и увидев возможность избежать войны, Мемнон и Ментор убедили Артабаза предоставить Харидему и его войскам свободный проход к побережью. После этого наемник, вместо того чтобы объединиться с Цефисодотом, отправился прямиком в Кардию, чтобы помочь Котису в обороне против афинян.

The late 360s were the time of the Satrap Revolt. This was a chaotic attempt by several satraps to wrest control of their territories away from the Great King of Persia, Artaxerxes II. In order to understand Charidemus’ role in it, we need to back up a bit. Pharnabazus, the satrap of Phrygia, in northwest Anatolia, left his post in 388/7 and spent the rest of his life in the court of Artaxerxes. At that time his son, Artabazus, was too young to assume command and his older brother (or uncle – the meaning of the Greek is unclear), Ariobarzanes, served as regent. When Artabazus reached adulthood, Ariobarzanes refused to relinquish the throne and the young man went into exile. In 362, after having married and raised two daughters, Artabazus was captured and imprisoned by Autophradates, satrap of Lydia. His sons in law, Memnon and Mentor, seeking help in freeing him, hired Charidemus and his mercenaries upon their release from Athenian service. Charidemus, having, as usual, no regard for promises made, soon abandoned this effort and, with his mercenaries, occupied three small towns in the interior of Phrygia: Scepsis, Cebren, and Ilium – presumably to create a small fiefdom for himself. Unfortunately for him, Artabazus was soon released and gathered an army to attack him. Holed up in a land locked fortress with no way to import supplies, Charidemus was faced with the prospect of a long siege and eventual starvation. To forestall this, he wrote to the Athenian general Cephisodotus, who was then on campaign against Cotys in the Chersonese, promising to assist him in securing control of the region if he would only get him out of his current predicament. Hearing of this and seeing a way out of the situation without resorting to war, Memnon and Mentor persuaded Artabazus to give Charidemus and his forces free passage to the coast, after which, instead of joining forces with Cephisodotus, the mercenary went straight to Cardia to assist Cotys in its defense against the Athenians.

Советник Серсоблепта

В 360 году Котис был убит, а его сын Керсоблепт взял под контроль восточную Фракию – его братья, Берисад и Амадок, правили центральной и западной частями региона. Харидем привязался к молодому царю как доверенный советник, особенно эффективно женившись на его сестре, и в последующие годы он и его армия наемников неоднократно совершали набеги на афинские силы в Пропонте (ныне Мраморное море), Геллеспонте и Херсонесе. Афины направили ряд полководцев для урегулирования ситуации. Когда они одерживали верх, Керсоблепт и Харидем соглашались на условия, но затем нарушали их, как только афинские войска отводились.

Афины гражданство

В 357 году до н.э., с прибытием Хареса со значительными силами, Церсоблепт окончательно уступил полуостров Херсонес Афинам на условиях, приемлемых для Афин. Его побудило к этому, несомненно, захват Амфиполя Филиппом Македонским и скрытая угроза, которую это представляло для всей Фракии. В качестве награды за это и по его просьбе Афины даровали Харидему гражданство и другие неуказанные почести. Однако отношения Харидема с Афинами оставались проблемными для города, особенно в тех попытках, которые он и Церсоблепт впоследствии предприняли с целью завоевания всей Фракии, нарушая заключенное соглашение. Среди наиболее обеспокоенных был оратор Демосфен. С другой стороны, у Харидема также были сторонники. В 352 году один из них, Аристомах, проксенос (представитель) Церсоблепта в Афинах, выступил перед Народным собранием с заявлением, что «Харидем – единственный человек в мире, способный вернуть Амфиполь Афинам, и я советую вам назначить его генералом». Одновременно Аристократ предложил афинской Экклесии (собранию) указ, предоставлявший Харидему неприкосновенность от любого насилия, совершенного против него. Эта защита распространялась не только на действия афинян, но и на действия любого лица, в любом месте. Поскольку он участвовал в военных действиях во Фракии, любой, кто причинит ему вред, оказывался вне защиты афинского закона, что уменьшало вероятность противодействия его усилиям. Однако прежде чем указ мог быть принят, Евтикл подал в суд на Аристократа, обвинив его в предложении, которое было не только незаконным, но и ложным в своей похвале Харидему и противоречило интересам Афин. Его речь в суде, написанная Демосфеном, сохранилась как его двадцать третья речь, «Против Аристократа», и является основным источником наших знаний о Харидеме. Неизвестно, удалось ли Евтиклу окончательно заблокировать этот указ, но Харидем в конечном итоге был избран одним из десяти афинских генералов, предположительно, в 351/350 году до н.э. или даже раньше. Осенью 351 года он отплыл с флотом из десяти кораблей в Геллеспонт в качестве меры предосторожности против возможного вторжения македонцев. Он оставался там, по-видимому, в 350 и 349 годах, поскольку во время войны между Македонией и Олинтом в 349 году, когда Афины пытались поддержать олинфийцев, ему было приказано привести свои силы на полуостров Халкидику для усиления войск, уже отправленных под командованием Хареса. Во время этих действий историк Теопомп донес: «Было общеизвестно, что он проводил каждый день в крайней распущенности, постоянно пил и напивался, а также пытался соблазнить свободных женщин; и он дошел до того, что осмелился попросить у сената олинфийцев красивого и статного юношу, который был взят в плен вместе с Дердасом Македонским». Харидем продолжал служить генералом и в последующие годы, о которых известно немногое, за исключением того, что в надписи 341/340 года до н.э. он упоминается как один из тех, кто вместе с Харесом и Фокионом участвовал в экспедиции по сбору средств на Лесбосе для закупки зерна у Оронта, местонахождение которого неизвестно. После битвы при Херонее (338 г. до н.э.), в которой войска Афин и Фив потерпели сокрушительное поражение от Македонии, в Афинском собрании сформировалась группа, которая хотела доверить Харидему командование армией и возобновить войну с македонцами, но им противостояли «лучшие граждане», которые убедили собрание передать власть Фокиону.

In 357 BC, on the arrival of Chares with considerable forces, the Cersobleptes finally ceded the Chersonese Peninsula to Athens under terms acceptable to Athens. In this he was no doubt motivated by Philip of Macedon's taking of Amphipolis and its implied threat to all of Thrace. As a reward for this commitment and at his request, Athens granted Charidemus citizenship and other unspecified honors. Charidemus’ relationship with Athens, however, continued to be problematic for the city, most especially in the attempts he and Cersobleptes subsequently made to conquer the whole of Thrace, in violation of their agreement. Among those most concerned was the orator Demosthenes. On the other hand, Charidemus also had his supporters. In 352, one of these, Aristomachus, proxenos (representative) for Cersobleptes at Athens, declared before the Assembly that “Charidemus was the only man in the world who could recover Amphipolis for Athens, and advised you to appoint him as general”. At the same time, Aristocrates, proposed a decree to the Athenian Ecclesia (Assembly) that granted Charidemus immunity from any act of violence committed against him. This protection covered not just actions by Athenians, but by anyone, anywhere. Since he was involved in military actions within Thrace, this would put anyone who might harm him outside the protection of Athenian law and make it less likely that his efforts would be opposed. Before it could be enacted, though, Euthykles sued Aristocrates in court, accusing him of a decree that was not only illegal, but false in its praise of Charidemus and against the best interests of Athens. His argument before the court, written by Demosthenes, has been preserved as his oration number twenty three, Against Aristocrates, and is the source for most of what we know about Charidemus. Whether Euthykles succeeded in ultimately blocking this decree is not known, but Charidemus was ultimately elected one of Athens’ ten generals, for the year 351/0 if not before. In the fall of 351, he took a fleet of ten ships to the Hellespont as a precaution against any Macedonian incursion. He apparently remained there through 350 and into 349, since during the war between Macedon and Olynthus in 349, during which Athens attempted to support the Olynthians, he was ordered to bring his forces to the Chalcidice Peninsula to augment those already dispatched under Chares’ command. During this effort, Theopompus, the historian, reported:For it was notorious that he spent every day in the greatest intemperance, and in such a manner that he was always drinking and getting drunk, and endeavouring to seduce free born women ; and he carried his intemperance to such a height that he ventured to beg a young boy, who was very beautiful and elegant, from the senate of the Olynthians, who had happened to be taken prisoner in the company of Derdas the Macedonian. Charidemus continued to serve as general in later years, though which are not known except he was listed in an inscription of 341/0 as serving along with Chares and Phocion on an expedition in which they were to collect money from Lesbos to pay for grain purchased from Orontes, location unknown. After the battle of Chaeronea (338), in which the forces of Athens and Thebes were soundly beaten by Macedonia, there was a faction in the Athenian Assembly that would have entrusted Charidemus with the command of the army and the task of reengaging the Macedonians, but they were countered by the “better men” who persuaded the body to put the city in Phocion's hands.

Изгнание

После того как в 335 году армия Александра разрушила город Фивы, молодой македонский царь обратил свой взор на Афины. Афиняне сделали всё возможное, чтобы умилостивить его, но отказались сдать нескольких человек, которые последовательно выступали за продолжение войны с Македонией. Фокион и Демадес были посланы для переговоров, и Александр уступил, хотя и потребовал изгнания Харидема. Так наемник, ставший гражданином, бежал в Персию, ко двору царя Дария III, который принял его с отличием. Позже, во время подготовки царя к битве при Иссе (333 г.), Харидем проявил излишнюю самоуверенность. На вопрос, достаточно ли персидских сил для победы над войском Александра, Харидем ответил, что македонцы не будут впечатлены великолепием персидской армии, что они – закаленные воины, и если царь не встретит их с сопоставимой силой – то есть войском, состоящим из греков и македонцев – он не сможет одержать верх. Этот ответ настолько разгневал Дария, что он приказал немедленно казнить Харидема – опрометчивое решение, о котором он вскоре пожалел.