Арчибальд Генри Моул Рамзи: Британский политик и антисемитские взгляды

Введение

Арчибальд Генри Маул Рамсей (4 мая 1894 – 11 марта 1955) – британский политик и офицер британской армии, впоследствии ставший шотландским юнионистским членом парламента (MP). Начиная с конца 1930-х годов, он придерживался всё более выраженных антисемитских взглядов. В 1940 году, после причастности к подозреваемому в шпионаже лицу при посольстве Соединенных Штатов, он стал единственным британским депутатом, интернированным согласно Постановлению об обороне 18B.

Семья и ранняя жизнь

Рамзи происходил из шотландской аристократической семьи; его дедом был сэр Генри Рамзи, младший брат Джорджа Рамзи, 12-го графа Далхаузи. Он получил образование в Итонском колледже и Королевском военном колледже в Сандхерсте, после чего в сентябре 1913 года был комиссован в полк Колдстримской гвардии. После начала Первой мировой войны Рамзи два года служил во Франции, затем получил серьезное ранение головы и был переведен в военное ведомство в Лондоне. Там он встретил и 30 апреля 1917 года женился на леди Исмай Крихтон-Стюарт, единственной дочери Дженнико Престона, 14-го виконта Горманстона, и вдове лорда Ниниана Крихтон-Стюарта, погибшего на действительной службе в 1915 году. Его жена была матерью троих выживших детей. Позже у пары родилось четверо сыновей, из которых старший погиб на службе в 1943 году. Когда война близилась к концу, Рамзи служил в британской военной миссии в Париже. В 1920 году он был зачислен в список получателей пониженного жалованья «по состоянию здоровья, вызванному ранениями», и в 1922 году вышел в отставку из армии в звании капитана. В 1920-е годы он работал директором компании недалеко от Арброта, в Ангусе, и активно участвовал в деятельности Юнионистской партии. На всеобщих выборах 1931 года Рамзи был избран членом парламента от округа Пиблс и Южный Мидлотиан. Его не рассматривали как потенциального кандидата на высокие должности; самой высокой должностью, которую он занимал, была должность члена правительства в Совете по маркетингу картофеля. Рамзи считался «джентльмен-политиком», типичным для сельской Шотландии того времени, представителем шотландской аристократии, выпускником Итона и Сандхерста, служившим в британской армии и жившим в замке. Рамзи представлял сельский избирательный округ в Палате общин, и почти все его вопросы в Палате общин до 1937 года касались сельскохозяйственных вопросов, особенно сельского хозяйства Шотландии. Рамзи обычно называли «Джоком» вместо Арчибальда или «Арчи», и он был популярен в своем округе.

Гражданская война в Испании

После начала гражданской войны в Испании Рамзи стал убежденным сторонником националистов во главе с Франсиско Франко, главным образом из-за его противодействия насильственному антиклерикализму испанских республиканцев и их нападениям на Римско-католическую церковь. Рамзи был протестантом, но его религиозный пыл заставил его выступить против «безбожной» Испанской Республики. В первые месяцы войны он возражал в парламенте против того, что считал предвзятостью в новостных репортажах BBC об Испании, указывая на связи между испанскими республиканцами и Советским Союзом. Британский историк Ричард Гриффитс отметил, что карьера Рамзи до 1937 года была «в целом спокойной», и он играл роль консервативного рядового депутата, придерживающегося стандартных взглядов, свойственных члену партии тори, но Гражданская война в Испании радикализировала его. Известие о вмешательстве Советского Союза в Гражданскую войну в Испании на стороне республиканцев он воспринял как своего рода объявление войны лично ему, и он посвятил себя победе испанских националистов над «безбожными» испанскими республиканцами. В 1937 году немецкий «карманный линкор» Deutschland, действовавший у побережья Испании в поддержку националистов, был поврежден в результате советского авиаудара. В своей речи в Палате общин 4 июня 1937 года Рамзи назвал авиаудар по Deutschland «организованным международными коммунистическими агентствами с целью втянуть как можно больше стран в европейскую войну». В июле 1937 года он осудил Францию за подписание военного союза с Советским Союзом в 1935 году и назвал франко-советский альянс возможностью для «советской подрывной пропаганды», которая была «более грозным оружием, чем советская армия» для угрозы Великобритании. В конце 1937 года Рамзи создал «Объединенный христианский фронт» для борьбы с нападками на христианство «из Москвы». К организации присоединились многие известные деятели и священнослужители, но она подверглась критике в письме в The Times со стороны высокопоставленных религиозных деятелей, включая Уильяма Темпла (архиепископа Йоркского) и Дональда Сопера. Протестующие заявили, что, хотя они поддерживают христианское единство, они не могут поддержать Объединенный христианский фронт, поскольку он в основном был обеспокоен Гражданской войной в Испании и «придерживается взгляда на нее, который кажется нам несостоятельным». Рамзи узнал о плане проведения конференции свободомыслящих в Лондоне в 1938 году, организованной Международной федерацией свободомыслящих. Вместе со своими сторонниками в парламенте он осудил это как «безбожную конференцию», организованную организацией из Москвы. 28 июня 1938 года он попросил разрешения внести в качестве частного законопроекта «Законопроект об ограничении иностранцев (о богохульстве)», чтобы запретить участникам конференции въезд в Великобританию; он выиграл голосование 165 против 134, но законопроект не продвинулся дальше. Противостояние Рамзи коммунизму привело его к поиску примеров в других странах. 13 января 1938 года он выступил с речью в Бизнес-клубе Арброта, в которой отметил, что неприязнь Адольфа Гитлера к евреям возникла из его знания «того, что реальная сила, стоящая за Третьим Интернационалом, — это группа революционных евреев». Вскоре после этого, в 1938 году, он прочитал книгу «Правители России» реакционного католического священника из Ирландии, отца Дениса Фейхи, в которой утверждалось, что из 59 членов Центрального комитета Коммунистической партии Советского Союза в 1935 году 56 были евреями, а остальные три были женаты на еврейках. Рамзи стал приверженцем антисемитских теорий заговора и приписывал евреям руководящую роль в Английской гражданской войне, где Оливер Кромвель выступал в качестве их агента против короля Карла I. Рамзи также обвинил евреев во Французской революции, Русской революции и Гражданской войне в Испании. Он убедился, как он выразился, что «большевизм — это иудаизм», и что нацистская Германия была единственной надеждой для мира, поскольку Гитлер был единственным мировым лидером, «который в полной мере осознал значение этих событий и увидел за толпой местных хулиганов организацию и движущую силу мирового еврейства». Одновременно Рамзи становился все более симпатичным к Германии; в сентябре он написал в The Times, чтобы защитить право Судетской области на самоопределение. 15 ноября 1938 года Рамзи был приглашен на обеденный прием в Германском посольстве в Лондоне, где встретился с британскими симпатизантами нацистской Германии, включая Барри Домвиля. В декабре он представил еще один частный законопроект под названием «Поправка к Закону о компаниях (1929)», который требовал бы, чтобы акции новостных агентств и газет принадлежали открыто и не через номинальных держателей. В своей речи в поддержку законопроекта Рамзи заявил, что пресса подвергается манипуляциям и контролируется «международными финансистами» из Нью-Йорка, которые хотят «втянуть эту страну в войну». Рамзи получил разрешение внести свой законопроект 151 голосом против 104; снова он не продвинулся дальше.

After the Spanish Civil War broke out, Ramsay became a strong supporter of the Nationalists under Francisco Franco, largely arising out of his opposition to the violent anti clericalism of the Spanish Republicans and their attacks on the Roman Catholic Church. Ramsay was a Protestant, but his religious zeal led him to side against the "godless" Spanish Republic. In the early months of the war, he objected in Parliament to what he saw as bias in BBC news reports on Spain; he pointed to links between Spanish Republicans and the Soviet Union. The British historian Richard Griffiths noted that Ramsay's career up to 1937 had been "fairly uneventful" with him playing the part of a Conservative backbencher holding the standard views associated with a Tory MP, but the Spanish Civil War radicalised him. The news that the Soviet Union had intervened in the Spanish Civil War on the side of the Spanish Republic was taken by him as a sort of declaration of war upon himself, and he committed himself to the victory of the Spanish Nationalists over the "godless" Spanish Republicans. In 1937, the German "pocket battleship" Deutschland which had been operating off the coast of Spain in support of the Nationalists was damaged in a Soviet air attack. In a speech in the House of Commons on 4 June 1937, Ramsay called the air attack on the Deutschland as having been "organised by international Communist agencies with the object of embroiling as many countries as possible in an European war". In July 1937, he denounced France for signing a military alliance with the Soviet Union in 1935, and called the Franco Soviet alliance an opportunity for "Soviet subversive propaganda", which was "a more formidable weapon than the Soviet Army" to threaten Great Britain. Late in 1937, Ramsay formed the 'United Christian Front' to combat attacks on Christianity "which emanate from Moscow". Many distinguished peers and churchmen joined, but the organisation was criticised in a letter to The Times by senior religious figures, including William Temple (Archbishop of York) and Donald Soper. The objectors said that while they supported Christian unity, they could not support the United Christian Front, as it was mainly concerned with the Spanish Civil War and "adopts a view of it which seems to us ill founded". Ramsay became aware of a plan to hold a conference of freethinkers in London in 1938, which was being organised by the International Federation of Freethinkers. Together with his supporters in Parliament, he denounced this as a "Godless Conference", organised by a Moscow based organisation. On 28 June 1938, he asked for permission to introduce as a Private Member's Bill the "Aliens Restriction (Blasphemy) Bill" to prohibit conference attendees from entering Britain; he won the vote by 165 to 134, but the bill went no further. Ramsay's opposition to communism led him to look to other countries for examples. On 13 January 1938, he had given a speech to the Arbroath Business Club in which he observed that Adolf Hitler's antipathy to Jews arose from his knowledge "that the real power behind the Third International is a group of revolutionary Jews". Some time later in 1938, he read The Rulers of Russia by a reactionary Roman Catholic priest from Ireland, Father Denis Fahey, which contended that of 59 members of the Central Committee of the Communist Party of the Soviet Union in 1935, 56 were Jews, and the remaining three were married to Jews. Ramsay became a believer in anti Semitic conspiracy theories and credited the Jews with being the guiding force behind the English Civil War with Oliver Cromwell acting as their agent against King Charles I. Ramsay also blamed the Jews for the French Revolution, the Russian Revolution and the Spanish Civil War. He become convinced as he put it that "Bolshevism is Jewish" and that Nazi Germany was the world's only hope as Hitler was the only world leader "who grasped to the full the significance of these happenings and perceived behind the mobs of native hooligans the organisation and driving power of World Jewry". At the same time, Ramsay was becoming ever more sympathetic to Germany; in September, he wrote to The Times to defend the right of the Sudetenland to self determination. On 15 November 1938, Ramsay was invited to a luncheon party at the German Embassy in London, where he met British sympathisers with Nazi Germany, including Barry Domvile. In December he introduced another Private Member's Bill called the "Companies Act (1929) Amendment Bill", which would require shares in news agencies and newspapers to be held openly and not through nominees. In his speech promoting the Bill, Ramsay claimed the press was being manipulated and controlled by "international financiers" based in New York City who wanted to "thrust this country into a war". Ramsay was given permission to introduce his Bill by 151 to 104; again it went no further.

Противоречия

10 января 1939 года Исмай Рамзи выступила с новой речью в Бизнес-клубе Арброта, где заявила, что национальная пресса "в значительной степени находится под контролем евреев", что "международная группа евреев стоит за мировой революцией в каждой стране" и что у Гитлера "должны быть причины для своих действий". Об этой речи сообщила местная газета, что привлекло внимание раввина Эдинбургской еврейской общины, Салиса Дайчеса, который написал в газету The Scotsman, потребовав от миссис Рамзи предоставить доказательства. Рамзи написал ответ от ее имени, ссылаясь на брошюру отца Фейи, и последовавшая переписка продолжалась почти месяц, включая письмо от одиннадцати пасторов Церкви Шотландии из графства Пиблс, осуждающих взгляды своего депутата. Некоторые члены местной юнионистской ассоциации Рамзи в Пиблсе были недовольны тем, что они считали негативной оглаской. Однако Рамзи заверил их, что продолжит поддерживать Невилла Чемберлена и Национальное правительство. Рамзи старался произносить спорные речи на частных встречах, а не публично. 27 апреля он выступил перед отделением (антисемитской) Нордической лиги в Килберне, Лондоне, подвергнув критике Невилла Чемберлена за введение призыва "по наущению евреев" и заявив, что Консервативная партия "зависит от еврейских денег".

Правильный клуб

После того, как споры вокруг январской речи миссис Рамзи утихли, Рамзи решил повлиять на других, чтобы те избавили Консервативную и Юнионистскую партию от предполагаемого еврейского влияния. С этой целью он основал "Правый клуб" в мае 1939 года, фиксируя имена вступивших в красную книгу в кожаном переплете с замком ("Красная книга"). В мужском списке было 135 имен, а в отдельном женском – 100; среди членов "Правого клуба" были представители широкого спектра лиц, известных своими антисемитскими взглядами (включая Уильяма Джойса и члена парламента Джона Гамильтона Макки), те, кто в определенной степени разделял антисемитские настроения, и некоторые друзья Рамзи, которые могли вступить в клуб, не зная о его реальных целях. В 1952 году Рамзи писал: "Главной целью "Правого клуба" было противодействие и разоблачение деятельности организованного еврейства, основываясь на доказательствах, полученных мной в 1938 году. Мы надеялись предотвратить войну, которую считали в основном результатом еврейских интриг, сосредоточенных в Нью-Йорке". Основание "Правого клуба" в мае 1939 года стало прямым ответом на Данцигский кризис, который угрожал войной с Германией, и отражало недовольство Рамзи внешней политикой правительства Чемберлена. Рамзи держал список членов "Правого клуба" в секрете, но известными членами были Уильям Джойс, адмирал Вилмот Николсон, Фрэнсис Эккерсли и Анна Волкофф. На первых заседаниях председательствовал 5-й герцог Веллингтонский. Пока Рамзи пытался запустить "Правый клуб", он выступил на собрании Нордической лиги в Wigmore Hall, где присутствовал репортер из Daily Worker и записал слова Рамзи о необходимости положить конец еврейскому контролю, "и если мы не сделаем это конституционным путем, мы сделаем это силой" – заявление, встреченное бурными аплодисментами. Популярный журнал John Bull подхватил эту информацию и потребовал от Рамзи опровергнуть ее или дать объяснения. Местная газета Рамзи, Peeblesshire Advertiser, выдвинула аналогичный вызов, на который Рамзи ответил, признав, что произнес эту речь, и сослался на то, что три зала отказались предоставить помещение для собрания, как доказательство еврейского влияния. Во время Данцигского кризиса Рамзи был одним из немногих депутатов, которые продолжали защищать нацистскую Германию в Палате общин, даже когда Великобритания все ближе подходила к войне с Германией по мере обострения кризиса летом 1939 года. Гриффитс отметил, что до кризиса были и другие депутаты, выражавшие симпатии к нацистам, но почти все они дистанцировались от своих прежних взглядов в 1939 году, опасаясь потерять свои места на следующих всеобщих выборах, а Рамзи вместе с Сирилом Калвервеллом были "эксцентричными" депутатами, которые продолжали придерживаться таких взглядов, несмотря на ущерб, который они наносили своим шансам на переизбрание.

After the controversy over Mrs Ramsay's January speech died down, Ramsay decided to influence others so that they would rid the Conservative and Unionist Party of its alleged Jewish control. To this end, he set up the Right Club in May 1939, noting down those who had joined in a red leather bound and lockable ledger (the "Red Book"). There were 135 names on the men's list and 100 on a separate ladies' list; the members of the Right Club include a broad spectrum of those known to be antisemitic (including William Joyce and the Member of Parliament John Hamilton Mackie), those who were in some respects "fellow travellers" with antisemitism, and some friends of Ramsay who may have joined without knowing the actual functions of the club. Ramsay wrote in 1952: "The main object of the Right Club was to oppose and expose the activities of Organised Jewry in the light of the evidence which came into my possession in 1938 Our hope was to avert war, which we considered to be mainly the work of Jewish intrigue centred in New York". The founding of the Right Club in May 1939 was a direct response to the Danzig crisis, which had threatened war with Germany, and reflected Ramsay's unhappiness over the foreign policy of the Chamberlain government. Ramsay kept the membership of the Right Club a secret, but known members of the Right Club included William Joyce, Admiral Wilmot Nicholson, Frances Eckersley and Anna Wolkoff. At its early meetings, the 5th Duke of Wellington took the chair. While Ramsay was attempting to launch the Right Club, he spoke at a meeting of the Nordic League at the Wigmore Hall at which a reporter from the Daily Worker was present and reported Ramsay as saying that they needed to end Jewish control, "and if we don't do it constitutionally, we'll do it with steel" – a statement greeted with wild applause. The popular magazine John Bull picked up on the report and challenged Ramsay to contradict it or explain himself. Ramsay's local newspaper, the Peeblesshire Advertiser, made the same challenge and Ramsay responded by admitting he had made the speech, citing the fact that three halls had refused to host the meeting as evidence of Jewish control. During the Danzig crisis, Ramsay was one of the few MPs who continued to defend Nazi Germany on the floor of the House of Commons even as Britain moved closer and closer to war with Germany as the crisis intensified in the summer of 1939. Griffiths noted that there had been other MPs who expressed pro Nazi feelings before the crisis, but almost all of them chose to distance themselves from their past views in 1939 lest they lose their seats in the next general election, and Ramsay along with Cyril Culverwell were 'eccentric' MPs who continued to express such views, regardless of the damage they were doing to their re election chances.

Вспышка войны

Второй день Второй мировой войны для Великобритании, 4 сентября 1939 года, Рамзи сидел в библиотеке Палаты общин, сочиняя пародию на "Землю надежды и славы", начинающуюся словами: "Земля дурмана и иудеев". Когда госсекретарь по военным делам Лесли Хор-Белиша (часто подвергавшийся антисемитским нападкам) был вынужден покинуть свой пост, Рамзи распространил в Палате общин экземпляры журнала "Truth" (издавался при тесной связи с Невиллом Чемберленом), в котором утверждалось, что потеря Хор-Белиши для правительства незначительна. Он также внес предложение, в котором сожаление многих газет по поводу отставки Хор-Белиши было представлено как доказательство еврейского контроля над прессой. В частном порядке Рамзи был приглашен на некоторые "Секретные совещания", где правые противники войны обсуждали тактику. Однако, когда ими стали доминировать сэр Освальд Мосли и его сторонники, Рамзи вышел из состава группы. "Правый клуб" в период "странной войны" распространял пропаганду в виде листовок и "самоклеящихся наклеек" (наклейки с лозунгами), а Рамзи позже объяснил, что хотел "сохранить атмосферу, в которой "странная война", как её называли, могла бы перерасти в почетный, согласованный мир". Помимо рифмы Рамзи "Земля дурмана и иудеев", лозунги включали "Война губит рабочих" и "Это война евреев". В некоторых листовках утверждалось, что "горькая правда заключается в том, что эта война была спланирована и организована евреями ради мирового господства и мести". В своих выступлениях как в Палате общин, так и за её пределами в период "странной войны" он призывал к переговорам о мире с Германией и возлагал вину за войну на "нашу прессу, находящуюся под еврейским влиянием".

Палата общин

В парламенте Рамзи подверг критике процедуру интернирования, предусмотренную Положением об обороне 18B, и выступил против ареста антисемитского оратора Ричарда А. В. "Джока" Хьюстона по Закону об общественном порядке 1936 года. 20 марта 1940 года он задал вопрос о пропагандистской радиостанции, созданной Германией, и указал её точную длину волны, что как его союзники, так и противники расценили как завуалированную рекламу. 9 мая он потребовал от министра внутренних дел заверения в том, что тот не позволит себя запугать "нашей прессой, кишащей евреями?". Его всё более открытый антисемитизм был замечен членами Лейбористской партии и другими и обсуждался в ходе дебатов. Согласно информации, полученной британской разведкой от своих информаторов, Рамзи заявил, что приветствовал бы фашистский переворот в случае немецкого вторжения: "Лично я был бы рад гражданской войне с перестрелками на улицах".

Интернирование

Одним из последних членов, присоединившихся к «Правому клубу», был Тайлер Кент, шифровальщик в посольстве США в Лондоне. Рамси передал Кенту книгу, содержащую список членов «Правого клуба», для хранения. Кент крал секретные документы из посольства с целью передачи их итальянскому посольству и уже находился под подозрением. С самого начала войны администрация президента Франклина Д. Рузвельта склонялась к нейтралитету в пользу союзников, и Рузвельт убедил Конгресс в ноябре 1939 года внести поправки в Закон о нейтралитете, чтобы разрешить Соединенным Штатам продавать оружие Великобритании и Франции. Кент, работая шифровальщиком в американском посольстве в Лондоне, был осведомлен, по крайней мере, об англо-американской части секретных переговоров о том, как Соединенные Штаты могли бы помочь союзникам, не вступая в войну. Он пришел к убеждению, что Рузвельт замышляет втянуть Соединенные Штаты в войну, поскольку тот работал на евреев, и связался с Рамси, чтобы узнать, как лучше всего остановить предполагаемый заговор, показав ему выдержки из сообщений Рузвельта и Черчилля. Анна Волкофф из «Правого клуба» попыталась связаться с Джойсом, который в то время работал в Германии в качестве радиоведущего «Лорда Хоу-Хоу», чтобы сообщить ему информацию, полученную от Кента. Кент был замечен сотрудниками МИ5 в отеле «Камберленд» при передаче таинственного пакета Людвигу Маттиасу, шведу, подозреваемому (что впоследствии подтвердилось) в сотрудничестве с немецкой разведкой. Кент представлял собой серьезную угрозу безопасности из-за его доступа к самым секретным англо-американским дипломатическим переговорам и находился под наблюдением МИ5 как крупный фактор риска, что нанесло ущерб Рамси, который, как было замечено, постоянно контактировал с Кентом. 20 мая, после того как посол США Джозеф Кеннеди согласился отказаться от дипломатического иммунитета Кента, в его квартире был проведен обыск, и он был арестован; запертая Красная книга была вскрыта. Участие Рамси в деле Кента вызывало обеспокоенность у властей, поскольку Рамси пользовался парламентскими привилегиями; если бы Кент передал украденные документы Рамси, а тот упомянул бы о них в парламенте, предотвратить их публикацию было бы невозможно. Кабинет министров принял решение расширить действие Правила обороны 18B, чтобы расширить полномочия по задержанию лиц, подозреваемых в нелояльности. Рамси был арестован и помещен в тюрьму Брикстон по приказу, выданному на основании Правила 18B, 23 мая 1940 года. Он нанял адвокатов (Освальда Хиксона, Collier & Co.), через которых попытался защитить свою репутацию. Когда лорд Марли заявил в Палате лордов, что Рамси был назначен Гитлером гауляйтером для Шотландии в случае вторжения, Освальд Хиксон и Ко. немедленно направили письмо с жалобой. Как заключенный по статье 18B, единственным законным способом для Рамси оспорить свое задержание было обращение в Консультативный комитет под председательством Нормана Биркетта, который, однако, рекомендовал продлить его содержание под стражей. Тем не менее, некоторые коллеги Рамси утверждали, что его задержание как члена парламента является нарушением парламентских привилегий. Вопрос о задержании был передан в Комитет по привилегиям, но 9 октября комитет заявил, что задержание не является нарушением привилегий. Рамси любил провозглашать себя британским суперпатриотом, но его военная деятельность сделала его имя синонимом предательства, и он стал одним из самых ненавистных членов парламента во время войны.

One of the last members to join the Right Club was Tyler Kent, a cypher clerk at the Embassy of the United States in London. Ramsay gave Kent the ledger containing the list of Right Club members for safe keeping. Kent was stealing top secret documents from the embassy to pass on to the Italian embassy and had already fallen under suspicion. Right from the outset of the war, the administration of President Franklin D. Roosevelt had leaned in a pro Allied neutrality, and Roosevelt had persuaded Congress to amend the Neutrality Act in November 1939 to allow the United States to sell Britain and France weapons. Kent through his work as a cypher clerk at the American embassy in London, was aware of at least the Anglo American end of the secret talks about how the United States could aid the Allies without entering the war. He become convinced that Roosevelt was plotting to bring the United States into the war because he was working for the Jews and contacted Ramsay about how best to stop the alleged plot, showing him excerpts from messages to and from Roosevelt and Churchill. Anna Wolkoff of the Right Club had tried to contact Joyce who was now in Germany working as the 'Lord Haw Haw' radio speaker about the information received from Kent. Kent was observed by MI5 at the Cumberland Hotel handing over a mysterious package to Ludwig Matthias, a Swedish man suspected (correctly as it turned out) to be working for German intelligence. Kent was considered to be a high level security threat owing to his ability to access the most secret Anglo American diplomatic talks and placed under surveillance by MI5 as a major security threat, which proved damaging to Ramsay who was observed to be in constant contact with Kent. On 20 May, after the US ambassador Joseph Kennedy had agreed to waive Kent's diplomatic immunity, his flat was raided and he was arrested; the locked Red Book was forced open. Ramsay's involvement with Kent was worrying to the authorities, as Ramsay enjoyed parliamentary privilege; if Kent had given the stolen documents to Ramsay and he had spoken about them in Parliament, it would have been impossible to prevent their publication. The Cabinet decided to extend Defence Regulation 18B to give more power to detain people suspected of disloyalty. Ramsay was arrested and lodged in Brixton Prison on an order under Regulation 18B on 23 May 1940. He engaged solicitors (Oswald Hickson, Collier & Co.) through whom he attempted to defend his reputation. When Lord Marley said in the House of Lords that Ramsay was Hitler's chosen Gauleiter for Scotland in the event of an invasion, Oswald Hickson, Collier immediately sent off a letter of complaint. As an 18B detainee, Ramsay's only lawful method of challenging his detention was to appeal to the Advisory Committee under Norman Birkett, but that recommended his continued detention. However, some of Ramsay's colleagues argued that as he was a Member of Parliament his detention was a breach of parliamentary privilege. The detention was referred to the Committee of Privileges, but on 9 October the committee reported that the detention was not a breach of privilege. Ramsay liked to proclaim himself a British super patriot, but his wartime activities had made his "name synonymous with treason", and he become one of the most hated MPs during the war.

Судебное разбирательство по делу о клевете

В июле 1940 года газета The New York Times опубликовала статью о "Пятой колонне Британии", в которой утверждалось, что "информированные американские источники сообщили, что он передал в немецкое посольство в Дублине изменную информацию, полученную от Тайлера Кента". Рамзи подал в суд за клевету, и в июле 1941 года состоялся судебный процесс. Он заявил о своей верности Британии. Однако некоторые ответы Рамзи сыграли против него; например, на вопрос, желает ли он поражения нацизма, он ответил, заменив слово "нацизм" на "Германия": "Не только Германии, но и иудейской угрозе". В заключительном слове судья заявил, что он убежден, что Гитлер назвал бы Рамзи "другом", и что Рамзи был нелоялен в сердце и душе к своему королю, правительству и народу. Однако The New York Times не смогла доказать правдивость своей статьи, не найдя никаких доказательств того, что Рамзи передавал какую-либо информацию немецкой делегации, и была признана виновной. Судья присудил один фартинг (¼ пенса) в качестве компенсации – обычная сумма для истца, который формально выиграл дело, но был признан виновным в том, что сам спровоцировал возникновение проблемы. Если ответчик в деле о клевете заранее вносит в суд сумму, не меньшую, чем окончательно присужденная компенсация, он освобождается от уплаты судебных издержек; поскольку The New York Times внесла в суд 75 фунтов стерлингов, Рамзи стал нести ответственность за издержки как истца, так и ответчика. Другим следствием судебного процесса стало то, что местная юнионистская ассоциация отказалась от Рамзи и попросила другого члена парламента, Дэвида Робертсона, взять на себя работу с избирательным округом Рамзи.

Позднее политическая деятельность

Рамзи продолжал время от времени подавать письменные парламентские запросы из тюрьмы, иногда берясь за дела других заключенных по статье 18B. Его старший сын Алек, служивший в шотландской гвардии, умер от пневмонии во время службы в Южной Африке в августе 1943 года. Рамзи был освобожден из-под стражи 26 сентября 1944 года, став одним из последних заключенных по статье 18B. Он вернулся в Вестминстер, чтобы занять свое место в Палате общин, что заставило по крайней мере одного депутата покинуть зал заседаний. Его единственным значительным действием на оставшийся срок полномочий стало предложение о восстановлении Статута о евреях 1275 года, принятого при короле Эдуарде I. Он не баллотировался на всеобщих выборах 1945 года. Округ Пиблс и Южный Мидлотиан выиграл кандидат от Лейбористской партии Дэвид Прайд.

В 1952 году Рамзи написал книгу "Безымянная война" в качестве автобиографии и попытки оправдать свои действия. Большая часть книги представляла собой антисемитскую теорию заговора, интерпретирующую английскую, французскую, русскую и испанскую революции как часть еврейской кампании за мировое господство. В книге широко цитировались "Протоколы сионских мудрецов", подлинность которых Рамзи принимал как данность, и добавлялись утверждения, в том числе о том, что Кальвин был евреем, настоящее имя которого было "Коэн", что Кромвель был "оплаченным агентом евреев", и что вся Английская гражданская война и казнь Карла I были инсценированы с единственной целью – позволить евреям вернуться в Англию. Рамзи посещал некоторые собрания крайне правых политических сил, но не привлекал к себе внимания. Он умер в 1955 году.