Введение
Осада Иерусалима в 70 году н.э. стала решающим событием Первой еврейско-римской войны (66–73 гг. н.э.), в ходе которой римская армия во главе с будущим императором Титом осадила Иерусалим – центр еврейского повстанческого сопротивления в римской провинции Иудея. После пятимесячной осады римляне разрушили город и Второй Иерусалимский Храм. В апреле 70 года н.э., за три дня до Пасхи, римская армия приступила к осаде Иерусалима. По словам Иосифа Флавия, современника и основного источника информации о войне, город был разорен убийствами, голодом и каннибализмом. В Тиша-Б'Ав 70 года н.э. (30 августа) римские войска сломили сопротивление защитников и подожгли Храм. Сопротивление продолжалось еще месяц, но в конечном итоге верхняя и нижняя части города также были взяты, и город был сожжен до основания. Тит сохранил лишь три башни цитадели Ирода как свидетельство былого величия города. Осада привела к огромным человеческим жертвам: многие были убиты и обращены в рабство, значительная часть города была разрушена. Эта победа дала династии Флавиев легитимность для утверждения контроля над империей. В Риме был устроен триумф в честь завоевания Иерусалима, и в память об этом событии были воздвигнуты две триумфальные арки. Добытые из Храма сокровища были выставлены напоказ. Потеря материнского города и Храма потребовала переосмысления еврейской культуры для обеспечения ее выживания. Храмоцентричные течения иудаизма, включая священство и саддукеев, утратили свою значимость. Новая форма иудаизма, известная как раввинистический иудаизм, возникла из фарисейской школы и со временем стала доминирующей формой религии. Многие последователи Иисуса из Назарета также пережили разрушение города. Они распространяли его учение по всей Римской империи, что привело к возникновению новой религии – христианства. Позднее Иерусалим был восстановлен как римская колония Элия Капитолина. В него были введены чужеземные культы, а евреям был запрещен въезд. Это событие часто рассматривается как один из катализаторов восстания Бар-Кохбы.
The siege of Jerusalem of 70 CE was the decisive event of the First Jewish–Roman War (66–73 CE), in which the Roman army led by future emperor Titus besieged Jerusalem, the center of Jewish rebel resistance in the Roman province of Judaea. Following a five month siege, the Romans destroyed the city and the Second Jewish Temple. In April 70 CE, three days before Passover, the Roman army started besieging Jerusalem. According to Josephus, a contemporary historian and the main source for the war, the city was ravaged by murder, famine, and cannibalism. On Tisha B'Av, 70 CE (August 30), Roman forces overwhelmed the defenders and set fire to the Temple. Resistance continued for another month, but eventually the upper and lower parts of the city were taken as well, and the city was burned to the ground. Titus spared only the three towers of the Herodian citadel as a testimony to the city's former might. The siege had a major toll on human life, with many people being killed and enslaved, and large parts of the city destroyed. This victory gave the Flavian dynasty legitimacy to claim control over the empire. A triumph was held in Rome to celebrate the conquest of Jerusalem, and two triumphal arches were built to commemorate it. The treasures looted from the Temple were put on display. The loss of mother city and temple necessitated a reshaping of Jewish culture to ensure its survival. Judaism's Temple based sects, including the priesthood and the Sadducees, diminished in importance. A new form of Judaism that became known as Rabbinic Judaism developed out of Pharisaic school and eventually became the mainstream form of the religion. Many followers of Jesus of Nazareth also survived the city's destruction. They spread his teachings across the Roman Empire, giving rise to the new religion of Christianity. Jerusalem was later re founded as the Roman colony of Aelia Capitolina. Foreign cults were introduced and Jews were forbidden entry. This event is often considered one of the catalysts for the Bar Kokhba revolt.
Предыстория
Во время периода Второго Храма Иерусалим был центром религиозной и национальной жизни евреев, включая тех, кто жил в Диаспоре. Второй Храм привлекал десятки, а возможно, и сотни тысяч паломников во время трех праздников паломничества. В своей "Естественной истории" Плиний Старший прославлял его как "безусловно, самый знаменитый из городов Востока". В раннеримский период Иерусалим имел два различных района. Первый включал территории внутри "первой стены" – Город Давида и Верхний город – и был густо застроен, хотя и менее плотно в его более богатых частях. Второй, известный как "пригород" или "Бет-Эсда", располагался к северу от первого и был малонаселен. Он охватывал ту часть Иерусалима, которая находилась в пределах иродианской "второй стены" (которая все еще стояла), хотя сам этот район был окружен новой "третьей стеной", построенной царем Агриппой I. Иосиф Флавий утверждал, что Агриппа намеревался возвести стену толщиной не менее 5 метров, буквально непробиваемую для осадных машин того времени. Однако Агриппа не продвинулся дальше фундамента, опасаясь, что император Клавдий "заподозрит, будто столь мощная стена возводится с целью совершить какие-либо преобразования в государственных делах". Строительство было завершено лишь позднее, с меньшей прочностью и в спешке, когда разразилась Первая иудейско-римская война, и оборону Иерусалима необходимо было укрепить. Девять башен украшали третью стену.
Josephus stated that Agrippa wanted to build a wall at least 5 meters thick, literally impenetrable by contemporary siege engines. Agrippa, however, never moved beyond the foundations, out of fear of emperor Claudius "lest he should suspect that so strong a wall was built in order to make some innovation in public affairs." It was only completed later, to a lesser strength and in much haste, when the First Jewish–Roman War broke out and the defenses of Jerusalem had to be bolstered. Nine towers adorned the third wall.
Вспышка восстания
Первая еврейско-римская война, также известная как Великое еврейское восстание, началась после назначения префекта Гессия Флора и его требования получить средства Храма, что соответствует 70 году нашей эры. Тит начал осаду за несколько дней до Пасхи, 14 Ксантика (апреля), окружив город тремя легионами (V Macedonica, XII Fulminata, XV Apollinaris) с западной стороны и четвертым (X Fretensis) на Оливковой горе, к востоку. Если в его «Иудейской войне» 6:421 говорится об осаде Тита, хотя с её интерпретацией существуют трудности, то, согласно Иосифу Флавию, в то время Иерусалим был переполнен народом, пришедшим праздновать Пасху. Наступление осады началось с запада у Третьей стены, к северу от Яффских ворот. К маю стена была пробита, а вскоре после этого была взята и Вторая стена, оставив защитников в распоряжении Храма, верхнего и нижнего города. Еврейские защитники разделились на фракции. Симон Бар-Гиора и Иоанн Гискала, два видных лидера зелотов, возложили всю вину за провал восстания на умеренное руководство. Сторонники Иоанна Гискалы убили другого лидера фракции, Элеазара бен Симона, чьи люди укрепились во дворах Храма. Иосиф Флавий описывает различные зверства, совершаемые против народа его же соотечественниками, включая сожжение городских запасов продовольствия в явной попытке заставить защитников сражаться за свою жизнь. Вражда между Иоанном Гискалой и Симоном Бар-Гиорой была заглажена лишь тогда, когда римские осадные инженеры начали возводить валы. Затем Тит приказал построить вокруг города стену, чтобы более эффективно изморить население голодом. После нескольких неудачных попыток прорвать или взобраться на стены крепости Антония, римляне предприняли тайную атаку или, как уловку, чтобы довести защитников до отчаяния, полагая, что это необходимо для отражения римской армии. Согласно Иосифу, когда римляне достигли Антонии, они попытались разрушить защитную стену. Они вытащили всего четыре камня, но ночью стена обрушилась. «В ту ночь стена была так сильно потрясена таранами в том месте, где Иоанн ранее использовал свою уловку и подрывал земляные валы, что земля дала трещину, и стена внезапно рухнула» (кн. 5, 28). После этого Тит насыпал валы рядом с Храмовой площадью: в северо-западном углу, с северной и западной сторон (кн. 5, 150). Иосиф Флавий продолжает рассказывать, что иудеи напали на римлян с востока, у Оливковой горы, но Тит отбросил их в долину. Зелоты подожгли северо-западную колоннаду (кн. 5, 165). Римляне подожгли следующую, а иудеи хотели, чтобы она сгорела (кн. 5, 166), и также захватили в ловушку некоторых римских солдат, когда те пытались перелезть через стену, поджигая древесину под стеной, когда римляне оказались на ней в ловушке (кн. 5, 178–183). После того как иудейские союзники убили нескольких римских солдат, Иосиф Флавий утверждает, что Тит послал его для переговоров с защитниками, которые закончились ранением переговорщика стрелой, и вскоре после этого была предпринята новая вылазка. Тит чуть не был захвачен во время этой внезапной атаки, но сумел спастись. Крепость, возвышавшаяся над Храмовым комплексом, предоставляла идеальную позицию для атаки на сам Храм. Тараны не добились значительного прогресса, но сам бой в конечном итоге привел к возгоранию стен; римский солдат бросил горящую факел на одну из стен Храма. Разрушение Храма не входило в планы Тита, возможно, во многом благодаря масштабным расширениям, проведенным Иродом Великим всего несколько десятилетий назад. Тит хотел захватить его и превратить в храм, посвященный римскому императору и римскому пантеону. Однако огонь быстро распространился и вскоре вышел из-под контроля. Храм был захвачен и разрушен 9/10 Тиша Б'Ав, примерно в августе 70 года нашей эры, и пламя перекинулось на жилые кварталы города. В рассказе Иосифа Флавия Тит не несет ответственности за разрушение Храма, но это, возможно, лишь отражает его стремление заслужить расположение династии Флавиев. Римские легионы быстро подавили остатки еврейского сопротивления. Некоторые из оставшихся евреев бежали через скрытые туннели и канализацию, в то время как другие оказали последнее сопротивление в Верхнем городе. Эта оборона задержала наступление римлян, так как им пришлось строить осадные башни для штурма оставшихся евреев. Дворец Ирода пал 7 сентября, а к 8 сентября город полностью перешел под римский контроль. Римляне продолжали преследовать бежавших из города.
Уничтожение
В повествовании Иосифа Флавия говорится, что Тит проявил умеренность в своих действиях и, посоветовавшись с другими, приказал сохранить пятисотлетний Храм. По словам Иосифа Флавия, именно евреи первыми применили огонь в северо-западной части Храма, пытаясь остановить продвижение римлян. Лишь после этого римские солдаты подожгли примыкавшую к Храму квартиру, что привело к пожару, который евреи впоследствии усугубили. Иосиф Флавий выступал посредником между римлянами и, когда переговоры не увенчались успехом, стал свидетелем осады и её последствий. Он писал:
«Когда же у войска не осталось никого убивать или грабить, поскольку не осталось тех, кто мог бы стать объектом их ярости (ибо они не пощадили бы никого, если бы оставалась еще какая-либо работа), [Тит] Цезарь приказал разрушить весь город и Храм, но оставить наиболее выдающиеся башни – Фасаэлус, Гиппик и Мариамну, – а также ту часть стены, что окружала город с западной стороны. Эта стена была сохранена, чтобы служить лагерем для гарнизона [в Верхнем городе], равно как и башни [три крепости] были сохранены, чтобы показать потомкам, каким был этот город и насколько хорошо укреплен, прежде чем он был покорен римской доблестью. Но всю остальную стену [окружающую Иерусалим] тщательно сравняли с землей, выкопав ее до основания, так что не осталось ничего, что могло бы убедить пришедших сюда в том, что здесь когда-либо был населенный пункт. Такова была судьба Иерусалима, постигшая его из-за безумия сторонников нововведений; города, который прежде был величественным и славился среди всего человечества. И зрелище это было поистине печальным: места, украшенные деревьями и прекрасными садами, превратились в безлюдную пустыню, и все деревья были срублены. И любой иностранец, прежде видевший Иудею и прекрасные пригороды города, а теперь видевший ее как пустыню, не мог не оплакивать и скорбеть о столь великих переменах. Война уничтожила все следы красоты. И тот, кто знал это место прежде, не узнал бы его, внезапно оказавшись здесь. Даже оказавшись в самом городе, он бы расспрашивал о его местонахождении».
Now as soon as the army had no more people to slay or to plunder, because there remained none to be the objects of their fury (for they would not have spared any, had there remained any other work to be done), [Titus] Caesar gave orders that they should now demolish the entire city and Temple, but should leave as many of the towers standing as they were of the greatest eminence; that is, Phasaelus, and Hippicus, and Mariamne; and so much of the wall enclosed the city on the west side. This wall was spared, in order to afford a camp for such as were to lie in garrison [in the Upper City], as were the towers [the three forts] also spared, in order to demonstrate to posterity what kind of city it was, and how well fortified, which the Roman valor had subdued; but for all the rest of the wall [surrounding Jerusalem], it was so thoroughly laid even with the ground by those that dug it up to the foundation, that there was left nothing to make those that came thither believe it [Jerusalem] had ever been inhabited. This was the end which Jerusalem came to by the madness of those that were for innovations; a city otherwise of great magnificence, and of mighty fame among all mankind. And truly, the very view itself was a melancholy thing; for those places which were adorned with trees and pleasant gardens, were now become desolate country every way, and its trees were all cut down. Nor could any foreigner that had formerly seen Judaea and the most beautiful suburbs of the city, and now saw it as a desert, but lament and mourn sadly at so great a change. For the war had laid all signs of beauty quite waste. Nor had anyone who had known the place before, had come on a sudden to it now, would he have known it again. But though he [a foreigner] were at the city itself, yet would he have inquired for it.
Археологические свидетельства
На протяжении многих лет были обнаружены различные останки, свидетельствующие о разрушении Иерусалима, что убеждает ученых в достоверности описания Иосифа Флавия. Огонь оставил следы даже на бытовой утвари и предметах, находившихся в тех же зданиях. Известняковые сосуды были покрыты пеплом или даже сожжены и превращены в известь, стеклянные сосуды взрывались и деформировались от жара, до такой степени, что их невозможно было восстановить в лаборатории. В отличие от них, керамика и базальт уцелели. Слой пепла и обугленной древесины, оставшийся после пожаров, достигал в среднем около метра в высоту, а обвалы скальных пород – двух метров и более. Обширные каменные обломки со стен Храмовой горы были найдены поверх Иродиановой улицы, проходящей вдоль Западной стены. Среди этих камней находится надпись «Место трубления», монументальная еврейская надпись, сброшенная римскими легионерами во время разрушения Храма.
Смерть, порабощение и перемещение
Иосиф Флавий писал, что во время осады погибло 1,1 миллиона человек, большинство из которых составляли евреи, – число жертв, которое он связывает с празднованием Пасхи. Иосиф Флавий далее сообщает, что после того, как римляне убили вооруженных и пожилых, 97 000 человек были обращены в рабство. Иосиф Флавий отмечает, что многие были проданы в рабство, и из числа жителей Иерусалима выжило 40 000 человек, которым император позволил отправиться куда они пожелают. По свидетельству Иосифа Флавия, до и во время осады из города происходили многочисленные случаи дезертирства. Сет Шварц считает цифры Иосифа Флавия о погибших невозможными, полагая, что в то время во всей Палестине проживало около миллиона человек, примерно половина из которых были евреями, и что после окончания войны значительное еврейское население осталось в регионе, даже в сильно пострадавшей Иудее. Однако Шварц считает более надежным число пленных – 97 000. Считается также, что многие жители окрестных областей были изгнаны с земли или обращены в рабство.
Триумф
Тит и его солдаты праздновали победу, вернувшись в Рим, и пронесли по улицам менору и стол Хлебов Предложения. До этого шествия эти предметы были видны лишь первосвященнику Храма. Это событие было увековечено в Арке Тита. Симон Бар-Гиора был казнен, сброшенный со скалы Тарпеи в Храме Юпитера после признания его мятежником и предателем, а Иоанн Гискальский был приговорен к пожизненному заключению.
Подавление восстания
После падения Иерусалима и разрушения города и его Храма, несколько иудейских укреплений всё ещё оставались под контролем повстанцев: Иродион, Махерон и Масада. И Иродион, и Махерон пали под натиском римской армии в течение следующих двух лет, а Масада осталась последним оплотом иудейских мятежников. В 73 году н.э. римляне прорвали стены Масады и захватили крепость, при этом Иосиф Флавий утверждал, что почти все еврейские защитники совершили массовое самоубийство до того, как римляне вошли внутрь. С падением Масады Первая Иудейско-Римская война завершилась.
Восстание Бар-Кохбы
В 132 году н.э., спустя шесть десятилетий после подавления восстания, в Иудее вспыхнуло другое восстание, известное как восстание Бар-Кохбы. Строительство римской колонии Элия Капитолина на руинах Иерусалима и возведение храма Юпитера на Храмовой горе считаются основными причинами восстания. При поддержке Синедриона Симон Бар-Косиба (впоследствии известный как Бар-Кохба) создал независимое государство, которое было завоевано римлянами в 135 году н.э. Восстание привело к масштабной депопуляции иудейских общин, в большей степени, чем во время Первой Иудейско-римской войны. Еврейские общины Иудеи были разорены настолько, что некоторые исследователи описывают это как геноцид. Однако еврейское население оставалось многочисленным в других частях Палестины, процветая в Галилее, Голанах, долине Бет-Шеан, а также на восточных, южных и западных окраинах Иудеи. Император Адриан исключил название Иудея с карт и заменил его на Сирия Палестина.
Празднование
Династия Флавиев отмечала падение Иерусалима, воздвигнув две монументальные триумфальные арки. Арка Тита, сохранившаяся до наших дней, была построена в 82 году н.э. римским императором Домицианом на улице Via Sacra в Риме в память об осаде и падении Иерусалима. Барельеф на арке изображает солдат, несущих трофеи из Храма, включая менору, во время победного шествия. Вторая, менее известная Арка Тита, возведенная у юго-восточного входа в Цирк Максимус, была построена Сенатом в 82 году н.э. От нее остались лишь незначительные следы. Колизей, также известный как Амфитеатр Флавиев, построенный в Риме между 70 и 82 годами н.э., предположительно частично финансировался за счет трофеев, добытых в римской победе над иудеями. Археологические раскопки обнаружили блок травертина с отверстиями для штифтов, свидетельствующими о том, что Иудейские войны финансировали строительство амфитеатра. Монеты "Иудея Капта": Монеты "Иудея Капта" – это серия памятных монет, впервые выпущенных Веспасианом в ознаменование захвата Иудеи и разрушения Храма его сыном Титом. В еврейской традиции ежегодный постный день Тиша Б'Ав отмечает разрушение Первого и Второго Храмов, которое, согласно еврейской традиции, произошло в один и тот же день еврейского календаря.
В еврейской и христианской эсхатологии
Еврейские амораимы считали разрушение Храма и Иерусалима наказанием от Бога за "необоснованную" ненависть, царившую в еврейском обществе того времени. Полагают, что многие евреи, впавшие в отчаяние, отказались от иудаизма в пользу различных форм язычества, а другие присоединились к растущей христианской секте внутри иудаизма. Разрушение стало важной вехой в отделении христианства от его еврейских корней: многие христиане отреагировали, дистанцировавшись от остального иудаизма, что отражено в Евангелиях, где Иисус предстает противником Храма, а разрушение Храма рассматривается как наказание за отвержение Иисуса. Иерусалим сохранил свою значимость в еврейской жизни и культуре даже после разрушения и стал символом надежды на возвращение, восстановление и возрождение национальной жизни.
В популярной культуре
Осада и разрушение Иерусалима вдохновляли писателей и художников на протяжении веков.
Искусство
Ковчег Франка (VIII век). На задней стороне ларца изображена осада. Разрушение Храма в Иерусалиме Никола Пуссена (1637). Масло на холсте, 147 × 198,5 см. Музей истории искусств, Вена. Изображает разрушение и разграбление Второго Храма римской армией под предводительством Тита. Разрушение Иерусалима Титом Вильгельма фон Каулбаха (1846). Масло на холсте, 585 × 705 см. Новая Пинакотека, Мюнхен. Аллегорическое изображение разрушения Иерусалима, драматически сфокусированное на фигуре Первосвященника, с Титом, входящим справа. Осада и разрушение Иерусалима римлянами под командованием Тита, 70 год, Дэвида Робертса (1850). Масло на холсте, 136 × 197 см. Частная коллекция. Изображает сожжение и разграбление Иерусалима римской армией под командованием Тита. Разрушение Храма в Иерусалиме Франческо Хайеса (1867). Масло на холсте, 183 × 252 см. Галерея Академии, Венеция. Изображает разрушение и разграбление Второго Храма римской армией.
Фильм
Легенда разрушения (2021), израильский анимационный исторический драматический фильм.