Обещания и обеты в религиозных общинах

Введение

Обещания, данные членами религиозных общин

Религиозные обеты – это публичные обещания, даваемые членами религиозных общин относительно их поведения, практик и убеждений. В буддийской традиции, особенно в традициях Махаяны и Ваджраяны, различные виды религиозных обетов принимаются как мирянами, так и монахами по мере продвижения по пути практики. В монашеской традиции всех школ буддизма Виная излагает обеты полностью посвящённых монахов и монахинь. В христианской традиции подобные публичные обеты дают религиозные кенобиты и еремиты католической церкви, лютеранских церквей, англиканского содружества и восточных православных церквей, посредством чего они подтверждают своё публичное исповедание евангельских советов бедности, целомудрия и послушания или бенедиктинского эквивалента. Обеты рассматриваются как свободный ответ человека на призыв Бога следовать за Иисусом Христом более тесно под действием Святого Духа в определённой форме религиозной жизни. Человек, живущий религиозной жизнью в соответствии с данными им обетами, называется вотатом или вотаристом. Религиозный обет, будучи публичным обещанием, имеет юридическую силу в церковном праве. Одним из его последствий является то, что давший обет теряет свободу вступать в брак. В католической церкви, приступая к посвящённой жизни, человек не становится членом иерархии, но входит в состояние жизни, которое не является ни духовенством, ни мирянством – посвящённое состояние. Тем не менее, члены религиозных орденов и отшельники, имеющие священный сан, являются членами иерархии.

В западных церквях

С 6-го века монахи и монахини, следующие правилу святого Бенедикта, приносят бенедиктинский обет во время публичного принятия послушания (поставление себя под руководство аббата/аббатисы или приора/приорессы), стабильности (приверженность конкретному монастырю) и «преображения жизни» (включающего в себя целомудренное воздержание и отказ от частной собственности). В 12-м и 13-м веках возникли нищенствующие ордена, такие как францисканцы и доминиканцы, чье призвание, подчеркивающее мобильность и гибкость, потребовало от них отказа от концепции «стабильности». Поэтому они принимают обеты целомудрия, бедности и послушания, как и члены многих других орденов и религиозных конгрегаций, основанных впоследствии. Публичное принятие евангельских советов (или советов совершенства), подтвержденное обетом или иной священной связью, является требованием согласно церковному праву. «Регулярные клирики» 16-го века и после, такие как иезуиты и редемптористы, следовали этому же общему формату, хотя некоторые добавляли «четвертый обет», указывающий на особое апостольство или отношение внутри ордена. Полностью принявшие обеты иезуиты (известные в ордене как «профессировавшие четвертый обет») дают обет особого послушания Папе для выполнения любой миссии, изложенной в их Формуле Института. Бедные клариссинки дополнительно принимают обет затворничества. Миссионеры милосердия, основанные святой Терезой Калькуттской спустя много веков (в 1940-х годах), принимают четвертый обет особого служения «самым бедным из бедных».

В католической церкви

В Католической Церкви обеты членов религиозных орденов и конгрегаций регулируются канонами 654–658 Кодекса канонического права. Это публичные обеты, то есть обеты, принятые настоятелем от имени Церкви, и они обычно имеют две формы: временные и, по истечении нескольких лет, окончательные обеты (постоянные или «вечные»). В зависимости от ордена, временные обеты могут возобновляться несколько раз, прежде чем будет дано разрешение на принятие окончательных обетов. Существуют исключения: первые обеты иезуитов являются вечными, например, а сестры милосердия принимают только временные, но возобновляемые обеты. Религиозные обеты бывают двух видов: простые и торжественные. Наивысшая степень посвящения выражается в тех, кто дал свои торжественные, вечные обеты. Ранее между ними существовали значительные технические различия в каноническом праве, но эти различия были упразднены действующим Кодексом канонического права в 1983 году, хотя номинальное различие сохраняется. Лишь ограниченное число религиозных конгрегаций может приглашать своих членов к торжественным обетам; большинство религиозных конгрегаций уполномочены принимать только простые обеты. Даже в конгрегациях, где принимаются торжественные обеты, некоторые члены, дающие вечные обеты, могут давать их простым, а не торжественным образом. Вечный обет может быть отменен папой, если он решит, что человек, давший вечный обет, должен стать епископом Церкви. В таких случаях связь с орденом, членом которого был новый епископ, прекращается, как будто епископ никогда не был его членом; таким образом, например, Папа Франциск уже много лет не имеет официальных связей со своим прежним орденом. Однако, если епископ был членом в хорошем положении, он будет неофициально считаться «одним из нас» и всегда будет желанным гостем в любом из домов ордена. В Католической Церкви существуют и другие формы посвященной жизни для мужчин и женщин. Они публично исповедуют евангельские советы целомудрия, бедности и послушания, подтвержденные обетом или другой священной связью, регулируемой каноническим правом, но живут посвященной жизнью в миру (то есть не как члены религиозного института). К ним относятся светские институты, епархиальные отшельники (канон 603) и посвященные девственницы (канон 604). Они публично исповедуют евангельские советы посредством обета или другой священной связи. Схожи с ними и общества апостольской жизни. Епархиальные отшельники индивидуально исповедуют три евангельских совета в руках своего местного ординария. Посвященные девственницы, живущие в миру, не дают религиозных обетов, но публично выражают так называемое *sanctum propositum* («священное намерение») следовать за Христом более тесно. Молитва посвящения, которая делает таких девственниц «посвященными», вводит их в *Ordo Virginum* и, таким образом, помещает их в посвященную жизнь в Католической Церкви.

In the Catholic Church, the vows of members of religious orders and congregations are regulated by canons 654 658 of the Code of Canon Law. These are public vows, meaning vows accepted by a superior in the name of the Church, and they are usually of two durations: temporary, and, after a few years, final vows (permanent or "perpetual"). Depending on the order, temporary vows may be renewed a number of times before permission to take final vows is given. There are exceptions: the Jesuits' first vows are perpetual, for instance, and the Sisters of Charity take only temporary but renewable vows. Religious vows are of two varieties: simple vows and solemn vows. The highest level of commitment is exemplified by those who have taken their solemn, perpetual vows. There once were significant technical differences between them in canon law; but these differences were suppressed by the current Code of Canon Law in 1983, although the nominal distinction is maintained. Only a limited number of religious congregations may invite their members to solemn vows; most religious congregations are only authorized to take simple vows. Even in congregations with solemn vows, some members with perpetual vows may have taken them simply rather than solemnly. A perpetual vow can be superseded by the pope, when he decides that a man under perpetual vows should become a bishop of the Church. In these cases, the ties to the order the new bishop had are dissolved as if the bishop had never been a member; hence, such a person as Pope Francis, for example, has had no formal ties to his old order for years. However, if the bishop was a member in good standing, he will be regarded, informally, as "one of us", and he will always be welcome in any of the order's houses. There are other forms of consecrated life in the Catholic Church for both men and women. They make a public profession of the evangelical counsels of chastity, poverty, and obedience, confirmed by a vow or other sacred bond, regulated by canon law but live consecrated lives in the world (i. e. not as members of a religious institute). Such are the secular institutes, the diocesan hermits (canon 603) and the consecrated virgins (canon 604). These make a public profession of the evangelical counsels by a vow or other sacred bond. Also similar are the societies of apostolic life. Diocesan hermits individually profess the three evangelical counsels in the hands of their local ordinary. Consecrated virgins living in the world do not make religious vows, but express by a public so called sanctum propositum ("holy purpose") to follow Christ more closely. The prayer of consecration that constitutes such virgins "sacred persons" inserts them into the Ordo Virginum and likewise places them in the consecrated life in the Catholic Church.

В Восточной православной церкви

Хотя принятие обетов не было частью самых ранних монашеских общин (первым зафиксированным проявлением ушедших от мира было ношение определенного монашеского одеяния), обеты со временем стали общепринятой частью чина пострига на христианском Востоке. Ранее человек просто находил духовного наставника и жил под его руководством. Как только надевалось монашеское одеяние, подразумевалось, что человек дал пожизненный обет Богу и будет верен ему до конца. Однако со временем формальный чин пострига и принятие обетов стали использоваться для осознания монахом серьезности принятого им решения посвятить себя аскетической жизни. Обеты, даваемые православными монахами, включают: целомудрие, нестяжание, послушание и стабильность. Обеты принимает настоятель или иеромонах, совершающий чин. После периода испытания и обучения в качестве послушника, монах или монахиня могут быть пострижены с благословения духовного отца кандидата. В Православной Церкви существуют три степени монашества: рясофор (носящий рясу, однако на этом уровне обеты не принимаются), ставрофор (носящий крест) и схимонах (носящий Великую схиму, то есть полное монашеское одеяние). Совершающий постриг должен быть рукоположенным священником и быть монахом как минимум того же ранга, в который постригается кандидат. Однако епископ (который в Православной Церкви всегда должен быть монахом) может постричь монаха или монахиню в любую степень, независимо от собственного монашеского ранга.

Джайновская этика и пять обетов

Джайнизм учит пяти этическим обязанностям, которые называются пятью обетами. Для джайнов-мирян они именуются анувратами (малыми обетами), а для джайнов-аскетов – махавратами (великими обетами). В обоих случаях моральные предписания джайнизма подразумевают, что последователь имеет доступ к гуру (учителю, наставнику), деве (Джине, божеству), учению, и что он свободен от пяти проступков: сомнений в вере, нерешительности относительно истин джайнизма, искреннего стремления к учению джайнизма, признания других джайнов и уважения к их духовным устремлениям. Такой человек принимает следующие пять обетов джайнизма:

Jainism teaches five ethical duties, which it calls five vows. These are called anuvratas (small vows) for Jain laypersons, and mahavratas (great vows) for Jain mendicants. For both, its moral precepts preface that the Jain has access to a guru (teacher, counsellor), deva (Jina, god), doctrine, and that the individual is free from five offences: doubts about the faith, indecisiveness about the truths of Jainism, sincere desire for Jain teachings, recognition of fellow Jains, and admiration for their spiritual pursuits. Such a person undertakes the following Five vows of Jainism:
Ahiṃsā, "intentional non violence" or "noninjury": The first major vow taken by Jains is to cause no harm to other human beings, as well as all living beings (particularly animals). This is the highest ethical duty in Jainism, and it applies not only to one's actions, but demands that one be non violent in one's speech and thoughts. Satya, "truth": This vow is to always speak the truth. Neither lie, nor speak what is not true, and do not encourage others or approve anyone who speaks an untruth. Asteya, "not stealing": A Jain layperson should not take anything that is not willingly given. Additionally, a Jain mendicant should ask for permission to take it if something is being given. Brahmacharya, "celibacy": Abstinence from sex and sensual pleasures is prescribed for Jain monks and nuns. For laypersons, the vow means chastity, faithfulness to one's partner. Aparigraha, "non possessiveness": This includes non attachment to material and psychological possessions, avoiding craving and greed. Jain monks and nuns completely renounce property and social relations, own nothing and are attached to no one. Jainism also prescribes seven supplementary vows, including three guņa vratas (merit vows) and four śikşā vratas. The Sallekhana (or Santhara) vow is a "religious death" ritual vow observed at the end of life, historically by Jain monks and nuns, but rare in the modern age. In this vow, there is voluntary and gradual reduction of food and liquid intake to end one's life by choice and with dispassion, In Jainism this is believed to reduce negative karma that affects a soul's future rebirths.

Ахимса, "намеренное ненасилие" или "непричинение вреда": Первый и важнейший обет, принимаемый джайнами, – не причинять вреда другим живым существам, включая людей и, особенно, животных. Это высшая этическая обязанность в джайнизме, которая распространяется не только на действия, но и требует ненасильственных мыслей и речи.

Сатья, "истина": Этот обет заключается в том, чтобы всегда говорить правду, не лгать, не произносить ложь и не поощрять других говорить неправду.

Астея, "неворовство": Джайнист-мирянин не должен брать ничего, не получив этого по доброй воле. Аскет же должен просить разрешения, прежде чем принять что-либо в дар.

Брахмачарья, "безбрачие/целибат": Джайнистским монахам и монахиням предписано воздержание от сексуальных отношений и чувственных удовольствий. Для мирян этот обет означает целомудрие и верность своему партнеру.

Апариграха, "нестяжательство": Это включает в себя непривязанность к материальным и психологическим благам, избежание жажды и жадности. Джайнистские монахи и монахини полностью отказываются от собственности и социальных связей, не владеют ничем и ни к кому не привязаны.

Джайнизм также предписывает семь дополнительных обетов, включая три гунавтраты (обеты заслуг) и четыре шикшавтраты. Завет Саллехана (или Сантхара) – это ритуальный обет "религиозной смерти", практикуемый в конце жизни, исторически джайнистскими монахами и монахинями, но редко встречающийся в современности. Этот обет предполагает добровольное и постепенное сокращение потребления пищи и жидкости с целью прекращения жизни осознанно и без привязанностей. В джайнизме считается, что это уменьшает негативную карму, влияющую на будущие перерождения души.