Введение
Связь между состоянием ионизации газа и температурой и давлением
В физике уравнение ионизации Саха — это выражение, связывающее состояние ионизации газа, находящегося в термическом равновесии, с температурой и давлением. Уравнение является результатом объединения представлений квантовой и статистической механики и используется для объяснения спектральной классификации звёзд. Это выражение было разработано физиком Мегхнадом Сахой в 1920 году.
Плотность частиц
Уравнение Саха полезно для определения отношения плотностей частиц для двух различных степеней ионизации. Наиболее удобная форма уравнения Саха для этой цели –
где Z обозначает статистическую сумму (функцию разделения). Уравнение Саха можно рассматривать как переформулировку условия равновесия химических потенциалов:
Это уравнение просто утверждает, что потенциал ионизации атома со степенью ионизации i равен потенциалу электрона и атома со степенью ионизации i+1; поскольку потенциалы равны, система находится в равновесии и чистого изменения степени ионизации не происходит.
Звездные атмосферы
В начале двадцатых годов Ральф Фаулер (в сотрудничестве с Чарльзом Гальтоном Дарвином) разработал новый метод в статистической механике, позволяющий систематически рассчитывать равновесные свойства вещества. Он использовал этот метод для строгого вывода формулы ионизации, полученной Саха, расширив теорему Якобуса Генрика ван ’т Гоффа, применяемую в физической химии к молекулярной диссоциации, на ионизацию атомов. Значительным улучшением уравнения Сахи, предложенным Фаулером, было включение влияния возбужденных состояний атомов и ионов. Дальнейший важный шаг был сделан в 1923 году, когда Эдвард Артур Милн и Р. Х. Фаулер опубликовали статью в «Monthly Notices of the Royal Astronomical Society», показав, что критерий максимальной интенсивности линий поглощения (принадлежащих подчиненным сериям нейтрального атома) гораздо эффективнее предоставляет информацию о физических параметрах звездных атмосфер, чем критерий, использованный Сахой, основанный на предельном появлении или исчезновении линий поглощения. Последний критерий требует определенных знаний о соответствующих давлениях в звездных атмосферах, и Саха, следуя общепринятому в то время мнению, предполагал значение порядка от 1 до 0,1 атмосферы. Мильн писал:
Саха сосредоточился на предельном появлении и исчезновении линий поглощения в звездной последовательности, предполагая порядок величины давления в звездной атмосфере и вычисляя температуру, при которой увеличение ионизации, например, препятствовало бы дальнейшему поглощению рассматриваемой линии из-за потери электрона серии. Однажды, когда мы с Фаулером ходили по моей комнате в Тринити и обсуждали это, мне внезапно пришло в голову, что максимальная интенсивность линий водорода Бальмера, например, легко объясняется тем, что при более низких температурах недостаточно возбужденных атомов для заметного поглощения, а при более высоких температурах остается слишком мало нейтральных атомов для какого-либо поглощения. В тот вечер я быстро провел приблизительный расчет этого эффекта и обнаружил, что для соответствия температуре 10000° [К] для звезд типа А0, где линии Бальмера достигают максимума, требуется давление порядка 10−4 атмосферы. Это было очень волнующе, поскольку стандартные определения давления в звездных атмосферах по сдвигам и ширине линий предполагали давление порядка одной атмосферы или выше, и я уже по другим причинам начал сомневаться в этом. В то время общепринятым было мнение, что состав звезд аналогичен составу Земли. Однако в 1925 году Сесилия Пэйн, используя теорию ионизации Сахи, рассчитала, что состав звездных атмосфер соответствует современным представлениям – в основном водород и гелий, расширив наши знания о звездах.
Saha had concentrated on the marginal appearances and disappearances of absorption lines in the stellar sequence, assuming an order of magnitude for the pressure in a stellar atmosphere and calculating the temperature where increasing ionization, for example, inhibited further absorption of the line in question owing to the loss of the series electron. As Fowler and I were one day stamping round my rooms in Trinity and discussing this, it suddenly occurred to me that the maximum intensity of the Balmer lines of hydrogen, for example, was readily explained by the consideration that at the lower temperatures there were too few excited atoms to give appreciable absorption, whilst at the higher temperatures there are too few neutral atoms left to give any absorption. That evening I did a hasty order of magnitude calculation of the effect and found that to agree with a temperature of 10000° [K] for the stars of type A0, where the Balmer lines have their maximum, a pressure of the order of 10−4 atmosphere was required. This was very exciting, because standard determinations of pressures in stellar atmospheres from line shifts and line widths had been supposed to indicate a pressure of the order of one atmosphere or more, and I had begun on other grounds to disbelieve this. The generally accepted view at the time assumed that the composition of stars were similar to Earth. However, in 1925 Cecilia Payne used Saha's ionization theory to calculate that the composition of stellar atmospheres is as we now know them; mostly hydrogen and helium, expanding the knowledge of stars.
Звездные короны
Равновесие Саха имеет место, когда плазма находится в локальном термодинамическом равновесии, что не выполняется в оптически разреженной короне. В этом случае равновесные состояния ионизации должны быть определены посредством детального статистического расчета скоростей столкновений и рекомбинации.
Ранняя Вселенная
Равновесная ионизация, описанная уравнением Сахи, объясняет эволюцию ранней Вселенной. После Большого взрыва все атомы были ионизированы, и в основном остались протоны и электроны. Согласно подходу Сахи, когда Вселенная расширилась и охладилась до температуры около 3000 К, электроны рекомбинировали с протонами, образуя атомы водорода. В этот момент Вселенная стала прозрачной для большей части электромагнитного излучения. Эта поверхность с температурой 3000 К, претерпевшая красное смещение примерно в 1000 раз, является источником космического микроволнового фонового излучения в 3 К, которое пронизывает Вселенную и сегодня.