Поздняя Римская Империя: Эпоха Домината

Введение

Фаза администрации Поздней Римской империи
альбом группы Adagio

Доминат, также известный как Поздняя Римская империя, – это деспотическая форма имперского правления Поздней Римской империи. Он последовал за более ранним периодом, известным как Принципат. До воссоединения империи в 313 году эта фаза чаще называется Тетрархией. Она может начинаться с начала правления Диоклетиана в 284 году н.э., после кризиса III века (235–284 гг. н.э.), и заканчиваться на Западе падением Западной Римской империи в 476 году н.э., в то время как в Восточной Римской империи дата её окончания является предметом споров, при этом большинство исследователей относят её к периоду перехода между династиями Юстиниана и Гераклия, между 565 и 641 годами. По форме, Доминат считается более авторитарным, менее коллегиальным и более бюрократичным, чем Принципат, из которого он возник.

Несколько императоров

В период правления Принципата должность императора предполагала концентрацию различных гражданских и военных должностей в рамках единой магистратуры. Август и его преемники обычно проявляли большую осторожность, чтобы скрыть автократический характер этой должности, прикрываясь институтами Римской Республики и фикцией о том, что император был просто принцепсом, или первым гражданином, чья власть была предоставлена Сенатом. Эту роль почти всегда исполнял один человек, и момент, когда ему предоставлялась *potestas tribunicia*, определял начало осуществления имперской власти. В течение Принципата император (или Август) обычно назначал наследника, именуемого Цезарем, однако Цезарь не обладал полномочиями императора и не наделялся какой-либо официальной властью. Именно во время кризиса III века традиционный имперский подход, основанный на едином имперском магистрате в Риме, оказался неспособен справиться с многочисленными и одновременными вторжениями и узурпациями, требовавшими присутствия императора повсюду. Более того, именно их отсутствие становилось причиной узурпаций, возникавших в ответ на местные или провинциальные кризисы, которые традиционно разрешались императором. В период Домината бремя имперской власти все больше распределялось между коллегами, именуемыми *Consortium imperii*. Диоклетиан ввел эту форму правления в рамках системы, известной как Тетрархия, которая первоначально состояла из двух соимператоров (августов) и двух подчиненных им младших императоров (цезарей), каждый из которых разделял имперскую власть. Эта первоначальная модель разделения власти просуществовала с 289 по 324 год, но была упразднена во время гражданских войн Тетрархии. После смерти Константина I в 337 году н.э. империя вновь была разделена между несколькими августами, что продолжалось до 350 года н.э. Эта модель стала постоянной чертой империи в 364 году с восшествием на престол Валентиниана I, который разделил имперскую власть со своим братом Валентом. За исключением трехлетнего периода единоличного правления Феодосия I с 392 по 395 год н.э., этот подход сохранялся до свержения последнего западноримского императора в 476 году н.э. Хотя каждый Август был автономен в той части империи, которой он управлял, все законы, издаваемые любым императором, действовали на всей территории империи.

Under the Principate, the position of emperor saw the concentration of various civil and military offices within a single magistracy. Augustus and his successors usually took great care to disguise the autocratic nature of the office by hiding behind the institutions of the Roman Republic and the fiction that the emperor was simply the princeps or first citizen, whose authority was granted by the Senate. This role was almost always filled by a single individual, and the date that the Potestas tribunicia was conferred onto that person was the point when imperial authority could be exercised. Over the course of the Principate, it became common for the emperor (or Augustus) to nominate an heir (referred to as the Caesar), but the caesar did not have access to the powers of the emperor, nor was he delegated any official authority. It was during the Crisis of the Third Century that the traditional imperial approach of a single imperial magistrate based at Rome became unable to cope with multiple and simultaneous invasions and usurpations that required the emperor to be everywhere at once. Further, it was their absence which caused usurpations to occur in response to a local or provincial crisis that traditionally would have been dealt with by the emperor. Under the Dominate, the burden of the imperial position was increasingly shared between colleagues, referred to as the Consortium imperii. It was Diocletian who introduced this form of government, under a system called the Tetrarchy, which originally consisted of two co emperors (augusti) and two respectively subordinate junior emperors (caesars), each of whom shared in the imperial power. This original power sharing model lasted from AD 289 through to AD 324, being undone during the Civil wars of the Tetrarchy. With Constantine I's death in AD 337, the empire was again shared between multiple augusti, lasting until AD 350. The model became a permanent feature of the empire in AD 364 with the accession of Valentinian I, who shared the imperial office with his brother Valens. Barring the 3 year period of solitary rule by Theodosius I from AD 392–395, this approach would last until the overthrow of the last western emperor in AD 476. While each augustus was autonomous within each portion of the empire they managed, all laws that were introduced by any emperor were valid across the entirety of the empire.

Военные реформы

При принципате провинции, где располагались легионы, находились под проконсульской властью императора, который управлял ими через назначенных легатов (Legatus Augusti pro praetore), в то время как части, расквартированные в Риме, подчинялись префекту претория. Во время кризиса III века префекты преторианского двора получили расширенные полномочия в имперских военных делах, а имперские легаты, воспользовавшись ослаблением центральной власти, использовали подчинённые им войска для восстаний против императора и провозглашения себя императорами. Диоклетиан первым разделил военный административный аппарат и гражданскую администрацию, чтобы снизить риск захвата власти будущими имперскими наместниками или префектами претория, а затем реорганизовал обе системы. Во время тетрархии префекты претория были главными администраторами императора, уступая по достоинству лишь самому императору. Изначально они являлись вторыми по рангу после императора во всех вопросах имперского управления (военном, гражданском, судебном, налоговом и т.д.), но в период домината их полномочия постепенно сокращались и передавались другим должностям: магистрам солдат – по военным делам, а императорскому канцелару – по центральному гражданскому управлению. Эти реформы были вызваны как нехваткой чиновников, способных выполнять широкий спектр обязанностей префекта, так и стремлением уменьшить потенциальную угрозу авторитету императора со стороны могущественного префекта. Последующие реформы провёл Константин I, реорганизовавший высшее военное командование. В реформе выделяются два важных аспекта: разделение военных командиров и гражданской администрации, а также разделение армии на два разряда: полевые армии ("comitatenses") и пограничные войска ("limitanei"). Полевые армии служили стратегическим резервом Империи для реагирования на кризисные ситуации, а пограничные войска постоянно дислоцировались вдоль границ Империи ("лимес"). Из состава полевых армий формировались подразделения дворцовой стражи ("Palatini"), сопровождавшие императора в его путешествиях по Империи и являвшиеся преемниками преторианской гвардии периода принципата. Примерно в то же время Константин учредил новые военные должности магистра солдат ("Magister Militum"), являвшегося верховным военным командиром Империи. Начиная с начальника пехоты, магистра педитума ("Мастер пехоты"), и начальника более престижной конницы, магистра эквитума ("Мастер конницы"), эти должности были учреждены в каждой из четырех префектур претория. Со временем количество и типы магистратов менялись по всей Империи. Учреждение исключительно военных должностей обеспечило более профессиональное военное руководство. Все магистры имели ранг "illustres". В восточной части Империи к концу IV века существовали магистры солдат по Иллирику, по Фракии и по Ориенту. Каждый из этих трёх магистров осуществлял независимое командование одной из трёх полевых армий Восточной Империи. Также было два магистра солдат "в присутствии" (in praesenti), сопровождавших восточного императора и командовавших каждой половиной дворцовой стражи. Все пять магистров имели равный ранг. В западной части Империи изначально было четыре магистра солдат: для пехоты и конницы в Галлии и Италии. Со временем стало обычным объединение должностей (пехоты и конницы) в одном лице, которое затем именовалось magister equitum et peditum или magister utriusquae militiae ("магистр обеих родов войск"). К времени Стилихона магистр обеих родов войск был верховным военным командиром Запада, уступая по рангу лишь императору и превосходя всех остальных военных командиров, а также командовал половиной дворцовой стражи. Магистр конницы командовал половиной дворцовой стражи и полевой армией Галлии, но оставался под командованием магистра обеих родов войск. Большинству герцогов было поручено командование силами в одной провинции, но некоторые контролировали более одной провинции. На Востоке герцоги подчинялись магистру солдат своего округа, а на Западе – своему военному графу.

Under the Principate, provinces that contained legions were under the proconsular authority of the emperor, who managed those provinces through designated legates (Legatus Augusti pro praetore), while the units stationed at Rome were under the authority of the Praetorian Prefect. During the Crisis of the Third Century, greater authority over imperial military matters was ceded to the Praetorian Prefects, while the imperial legates took advantage of weakened centralised authority to use the troops under their command to rebel against the emperor and claim the imperial title for themselves. It was Diocletian who initially divided the military administrative apparatus and the civil administration in order to mitigate the risk that future imperial governors or Praetorian Prefects might attempt to seize the throne through force, and then he reorganized both of them. During the Tetrarchy, the Praetorian Prefects were the Emperor's top administrators, ranking just below the Emperor himself in dignity. While initially serving as the Emperor's second in command in all matters of imperial administration (military, civil, judicial, taxation, etc. ), during the course of the Dominate the Prefects gradually had portions of their authority stripped from them and given to other offices: the Masters of the Soldiers for military affairs and the Imperial Chancellor for central civilian administration. These reforms were the result of both the lack of officials suitable for the prefect's wide ranging tasks, and of the desire to reduce the potential challenge to the Emperor's authority posed by a powerful Prefect. The next reforms were undertaken by Constantine I, who reorganised the supreme military command. Two significant parts of the reform are apparent: the separation of military commanders from civil administration and the division of the army into two classes: the Field Armies ("comitatenses") and the Frontier Troops ("limitanei"). The Field Armies served as the Empire's strategic reserve to respond to crisis where it may arise whereas the Frontier Troops were permanently stationed along the Empire's borders ("limes"). Recruited from the ranks of the Field Armies were the Palace Troops units ("Palatini"), who accompanied the Emperor as he travelled around the Empire, functioning as the successor to the Principate's Praetorian Guard. Around the same time, Constantine established the new military roles of the Master of the Soldiers ("Magister Militum"), who were the supreme military commanders of the empire. Beginning with the head of the foot troops, the magister peditum ("Master of the Foot"), and one for the more prestigious horse troops, the magister equitum ("Master of the Horse"), these were established in each of the four Praetorian Prefectures. Over time, the numbers and types of Masters would vary across the empire. The establishment of solely military officials provided for a more professional military leadership. The Masters were all ranked as illustres. Within the East, by the late 4th century, there were Masters of the Soldiers, per Illyricum, per Thracias , and per Orientem. Each of these three Masters exercised independent command over one of the three Field Armies of the Eastern Empire. There were also two Masters of the Soldiers in the Presence (in praesenti) who accompanied the Eastern Emperor and who each commanded half of the Palace Troops. Each of the five Masters were of equal rank. Within the West, there were originally four Masters of the Soldiers; foot and horse per Gallias and per Italiam. Over time, it became more common for the offices (foot and horse) to be combined under a single person, then styled magister equitum et peditum or magister utriusquae militiae ("master of both forces"). By the time of Stilicho, the Master of Both Services was the supreme military commander of the West, ranking only below the Emperor and above all other military commanders, and commander of half the Palace Troops. The Master of the Horse held command over half the Palace Troops and the Field Army of Gaul, but still under the command of the Master of Both Services. Most Dukes were given command of forces in a single province, but a few controlled more than one province. In the East, the Dukes reported to the Master of the Soldiers of their district whereas in the West they reported to their respective Military Count.

Религиозные реформы

В эпоху Домината произошли огромные изменения в официальной религии империи по сравнению с ее пантеистическими корнями эпохи Принципата. Главной особенностью стало возвышение верховного божества, которому должны были поклоняться все народы империи. По словам Джона Бэгналла Бьюри, "в то время как во всех древних монархиях религия и жречество были политической и социальной силой, положение Христианской Церкви в Римской империи было беспрецедентным в мире, представляя проблемы, с которыми ни один правитель прежде не сталкивался и для решения которых не было опыта из прошлого. История Империи была бы радикально иной, если бы Церковь оставалась столь же независимой от государства, как и до Константина. Но ереси, расколы и религиозная нетерпимость, с одной стороны, и деспотическое стремление контролировать все социальные силы – с другой, привели к тесному союзу между государством и Церковью, который изменил характер и дух государства и, возможно, стал самым заметным отличием между ранней и поздней Империей". Начало этих перемен относится к правлению Аврелиана, который поощрял культ Солнца Непобедимого как верховного божества империи. Хотя культ Солнца Непобедимого не отменил почитания традиционных римских богов, он воспринимался как знак имперского благоволения, и императоры связывали его культ с благополучием государства и продолжающимися военными победами империи. В дальнейшем, во время правления Диоклетиана, императоры полностью приняли культ императора как способ выражения лояльности государству. Ранее умерших императоров по всей империи почитали как дивусов. Живых императоров почитали как богов в восточной половине империи со времен Августа, но это не было официально поощрено в эпоху Принципата и не было введено в Италии. Диоклетиан изменил это, сделав поклонение живым императорам официальной частью религиозной системы всей империи. Для этого Диоклетиан был соотнесен с богом Юпитером, а его коллега Максимиан – с Геркулесом. Именно при Константине I религиозная трансформация начала приобретать свою окончательную форму в эпоху Домината, изначально с официальным покровительством Константином культа единого божества в образе Солнца Непобедимого. В ходе своего правления отождествление Солнца Непобедимого как главного бога начало сливаться с христианским богом. Чтобы не обидеть христиан, Константин отказался от формального заявления императора о божественности и прекратил требовать жертвоприношений императору, которые были частью императорского культа. В попытке привлечь как христиан, так и язычников, Константин принял два новых религиозных символа в имперскую иконографию – Чи-Ро и Лабарум. К моменту смерти Константина в 337 году н.э. этот процесс в значительной степени завершился, и Константин был крещен на смертном одре. При императорском дворе христиане стали незаметно продвигаться, в ущерб язычникам. Это не сразу же стало препятствовать продвижению языческих придворных после поражения Максенция в 312 году, поскольку полные последствия проявились лишь после запрета язычества в конце IV века. На уровне префектур преторианской стражи располагались пять патриархатов. Власть римского епископа распространялась на всю западную или латинскую половину Империи и включала префектуру Иллирика. Константинопольский патриархат осуществлял надзор над гражданскими диоцезами Фракии, Понта и Азии. Александрийский патриархат соответствовал Египетской диоцезии. Антиохийский патриархат имел юрисдикцию над большей частью префектуры преторианской стражи Востока, в то время как меньший Иерусалимский патриархат доминировал над тремя палестинскими провинциями. Императоры со временем предоставили духовенству и церквям множество привилегий. Во-первых, все священнослужители, как и представители языческих религиозных должностей, были освобождены от налогов. Церквям не было запрещено получать наследство по завещанию, и им предоставлялись те же права, что и языческим храмам, в предоставлении убежища просителям. Епископам разрешалось выступать в качестве судей по гражданским делам, если обе стороны согласны, и апелляция не допускалась после вынесения решения епископом. Государство все чаще использовало церковные власти в местном управлении из-за упадка гражданской жизни городских общин, что совпало с растущим местным влиянием епископов. Наконец, епископам была предоставлена та же роль, что и у defensor civitatis, который отвечал за защиту бедных от эксплуатации со стороны государственных чиновников и защиту их от других влиятельных лиц, в ходе чего епископ мог напрямую обращаться к императору с жалобами на незаконные действия.

The Dominate saw enormous changes in the official religion of the empire from its pantheistic Principate origins. Its principal feature was the elevation of a supreme deity that all peoples in the empire were to worship. According to John Bagnall Bury,
"while in all ancient monarchies religion and sacerdotalism were a political as well as a social power, the position of the Christian Church in the Roman Empire was a new thing in the world, presenting problems of a kind with which no ruler had hitherto been confronted and to which no past experience offered a key. The history of the Empire would have been profoundly different if the Church had remained as independent of the State as it had been before Constantine. But heresies and schisms and religious intolerance on one side, and the despotic instinct to control all social forces on the other, brought about a close union between State and Church which altered the character and spirit of the State, and constituted perhaps the most striking difference between the early and the later Empire." The origins of the change began in the reign of Aurelian, who promoted the worship of Sol Invictus as the supreme deity of the empire. Although the worship of Sol Invictus did not remove the veneration towards the traditional Roman gods, it was seen as a mark of imperial favouritism, and the emperors linked his cult to the well being of the state and on going military victories of the empire. Next, it was during Diocletian's reign that emperor worship was fully adopted by the emperors, as a method of expressing loyalty to the state. Previously, deceased emperors had been worshiped as divus across the empire. Living emperors had been worshiped as gods in the eastern half of the empire since the time of Augustus, but this was not officially encouraged during the Principate, and it was not introduced into Italy. It was Diocletian who altered this to have the worship of the living emperors as an official part of the religious framework of the entire empire. To facilitate this, Diocletian was linked to the god Jupiter, while his colleague Maximian was associated with Hercules. It was under Constantine I that the religious transformation began to take its late Dominate shape, initially with Constantine officially favouring the worship of a single deity in the shape of Sol Invictus. During the course of his reign, the identification of Sol Invictus as the principal god began to merge with the Christian god. To avoid offending Christians, Constantine abandoned the emperor's formal claim to divinity and ceased to demand sacrifices to the emperor that formed part of the imperial cult. In an attempt to appeal to both Christians and pagans, Constantine adopted two new religious symbols into the imperial iconography, in the form of the Chi Rho and the Labarum. By the time of Constantine's death in AD 337, this process was largely complete, with Constantine being baptized on his deathbed. At the Imperial court, Christians began indiscernibly to rise in favour, to the detriment of pagans. This did not begin to immediately hamper the advancement of pagan courtiers after the defeat of Maxentius in 312, as the full effects were not visible until paganism was prohibited at the end of the 4th century. At the level of the Praetorian Prefectures sat the five Patriarchates. The Bishop of Rome's authority extended over the whole western or Latin half of the Empire, and included the Praetorian prefecture of Illyricum. The Patriarchate of Constantinople had oversight over the civil dioceses of Thrace, Pontus, and Asia. The Patriarchate of Alexandria corresponded to the Diocese of Egypt. The Patriarchate of Antioch had jurisdiction over the majority of the Praetorian prefecture of the East, while the smaller Patriarchate of Jerusalem dominated the three Palestinian provinces. The emperors had, over time, conceded many privileges to the clergy and the churches. Firstly, all clergy, like the holders of the pagan religious offices, were exempted from taxation. There were no restrictions placed on churches receiving bequests through wills, and they were given the same rights as the pagan temples had in granting asylum to any who requested it. Bishops were permitted to act as judges in civil cases when both parties had agreed, and no appeal was permitted once the Bishop had made their ruling. The state made increasing use of the ecclesiastical authorities in local administration due to the decline in the civic life of the urban communities, which coincided with the increasing local influence of the bishops. Finally, bishops were given the same role as the defensor civitatis, who was responsible for protecting the poor against exploitation by government officials and defending them from other powerful individuals, during the course of which the bishop could bring cases of illegality directly to the emperor.

Снижение статуса Рима как столицы империи

Одним из самых заметных признаков изменений, вызванных доминатом, было понижение статуса Рима как официальной резиденции императора. Этот прецедент был уже установлен Галлиеном в 260 году, который переместил императорский двор в Медиолан в ответ на предполагаемое будущее нападение узурпатора Постума, а также для защиты Италии от набегов аламаннов. Рим все больше рассматривался как слишком отдаленное место для резиденции императора, учитывая возможность возникновения проблем на любой границе империи. В западной части империи Медиолан считался гораздо более выгодным стратегическим городом для размещения императора, поскольку он обеспечивал удобный доступ через Альпы на север как к дунайским провинциям на востоке, так и к рейнским провинциям и Галлии на западе. Кроме того, он был хорошо расположен для защиты от вторжений через альпийские перевалы. Это решение было подтверждено, когда Диоклетиан установил Тетрархию, а его коллега Максимиан неофициально сделал Медиолан официальной резиденцией старшего западного императора. Диоклетиан, понимая, что персидская угроза восточным провинциям требует постоянного имперского присутствия, разместил свою восточную столицу в городе Никомедия. В то же время, цезари также имели имперские резиденции: Констанций Хлор – в Августе Тревероруме, а Галерий – в Сирмиуме. После распада Тетрархии Константин I сначала разместил свою имперскую столицу в Ульпии Сердике, а затем возвел новую имперскую столицу на месте древнегреческого города Византий. Назвав ее Константинополь, он окончательно заменил Никомидию как место резиденции императора на востоке в 330 году. Константинополь оставался столицей восточных провинций на протяжении всего периода домината. На западе Медиолан продолжал оставаться имперской резиденцией, пока неоднократные вторжения Алариха I не вынудили западного императора Гонория перенести свою резиденцию в хорошо укрепленный город Равенна в 402 году. Равенна оставалась западной имперской столицей до потери Италии в 476 году. Хотя Рим был вновь включен в состав империи Юстинианом I в 540 году, именно Равенна была выбрана в качестве официальной резиденции экзарха, наместника, представлявшего императора в Италии. Равенна сохраняла эту позицию до 751 года, когда Византийская империя окончательно потеряла центральные итальянские провинции в пользу лангобардов.

One of the most visible signs of the changes brought about by the Dominate was the downgrading of Rome from its status as the official residence of the emperor. This precedent had already been established by Gallienus in 260, who moved the imperial court to Mediolanum in response to a suspected future attack by the usurper Postumus as well as defending Italy from the ravages of the Alamanni. Rome was increasingly seen to be too distant a residence for the emperor when troubles could erupt along any of the borders of the empire. In the west, Mediolanum was seen to be a much better strategic city for the emperor to be based at, as it gave good access through the Alps northwards to both the Danubian provinces in the east as well as the Rhine provinces and Gaul to the west. Further, it was well positioned to guard against incursions through the alpine passes. This decision was confirmed when Diocletian established the Tetrarchy, and his colleague Maximian informally established Mediolanum as the senior western emperor's official residence. Diocletian, conscious that the Persian threat to the eastern provinces required a continuous imperial presence, placed his eastern capital in the city of Nicomedia. Meanwhile, the Caesars also had imperial residences – Constantius Chlorus was based at Augusta Treverorum, while Galerius sited his residence at Sirmium. After the collapse of the Tetrachy, Constantine I at first placed his imperial capital at Ulpia Serdica before erecting a new imperial capital on the site of the old Greek city of Byzantium. Naming it Constantinople, it finally replaced Nicomedia as the site of the emperor's residence in the east in 330. Constantinople would remain the capital of the eastern provinces throughout the period of the Dominate. In the west, Mediolanum continued to be the imperial residence until the repeated invasions by Alaric I forced the western emperor Honorius to relocate to the strongly fortified city of Ravenna in 402. Ravenna remained the western imperial capital until the loss of Italy in 476. Although Rome was reincorporated into the empire by Justinian I in 540, it was Ravenna which was selected as the official residence of the Exarch, the governor who represented the emperor in Italy. Ravenna would retain this position until 751, when the Byzantine Empire finally lost the central Italian provinces to the Lombards.

Интенсификация колониального использования и истоки крепостного права

Крупные римские землевладельцы все больше полагались на римских вольноотпущенников, выступавших в качестве арендаторов для обеспечения рабочей силы. Статус этих арендаторов, со временем получивших название колонов, неуклонно ухудшался. Поскольку налоговая система, введенная Диоклетианом (правил в 284–305 гг.), оценивала налоги как на землю, так и на проживающих на ней людей, крестьянам стало административно затруднительно покидать землю, где их учитывала перепись населения. Однако, в отличие от ситуации в эпоху Принципата, императоры в эпоху Домината не могли быть обожествлены, за исключением первых двух десятилетий и правления Юлиана, в период христианской Римской империи. Другим явным признаком повышения имперского статуса было представление об императоре как о воплощении величия Рима; таким образом, преступление против императорского достоинства стало государственной изменой.