Введение

Итальянский фашистский лидер (1889–1945)

Ахилле Стараче (18 августа 1889 – 29 апреля 1945) был видным деятелем фашистской Италии до и во время Второй мировой войны.

Ранние годы и карьера

Стараче родился в Санниколе, провинции Лекче, в южной Апулии. Его отец был торговцем вином и масла. Стараче учился в Техническом институте Лечче и получил диплом бухгалтера. В 1909 году он поступил на службу в итальянскую королевскую армию (Regio Esercito) и к 1912 году стал вторым лейтенантом (sottotenente) Берсальери. Будучи убежденным сторонником войны, он в одиночку вступил в схватку с пацифистскими демонстрантами в кафе Биффи в Милане в августе 1914 года и благодаря этому приобрел известность. Участвуя в боевых действиях во время Первой мировой войны, Стараче был высоко награжден за свою службу, получив одну серебряную медаль «За военную доблесть» и четыре бронзовые. После войны он покинул армию и переехал в Тренто, где впервые познакомился с растущим фашистским движением. В марте 1917 года он также вступил в масонскую ложу «La Vedetta» («Страж») в Удине. Ярый националист, Стараче присоединился к фашистскому движению в Тренто в 1920 году и быстро стал его местным политическим секретарем. В 1921 году его деятельность привлекла внимание Бенито Муссолини, который назначил Стараче руководителем фашистской организации в Венеции-Тридентине. В октябре 1921 года Стараче стал заместителем секретаря Национальной фашистской партии (Partito Nazionale Fascista, или PNF). В 1922 году Стараче участвовал в «Марше на Рим» (Marcia su Roma), возглавив отряд чернорубашников (Camicie Nere, или CCNN) в поддержку Муссолини.

Известность

Позже, в 1922 году, Стараче был назначен партийным инспектором Сицилии и стал членом Исполнительного комитета PNF. В 1923 году, после отставки с должности заместителя секретаря партии, он был назначен командиром Национальной добровольческой милиции безопасности (Milizia Volontaria per la Sicurezza Nazionale или MVSN) в Триесте. MVSN представляла собой добровольческую милицию, созданную для организации бывших чернорубашечников. В 1924 году Стараче был избран в Итальянскую палату депутатов и назначен национальным партийным инспектором. В 1926 году Ахилл Стараче вновь стал заместителем секретаря PNF, а в 1928 году – секретарем миланской организации партии.

Секретарь партии

В 1931 году его карьера достигла пика, когда он стал партийным секретарем PNF. Он был назначен на эту должность главным образом за его безоговорочную, фанатичную преданность Муссолини. В качестве секретаря Стараче организовывал огромные парады и марши, предлагал антисемитские меры расовой сегрегации и значительно расширил культ личности Муссолини. Хотя Стараче добился успеха в увеличении числа членов партии, в последние годы пребывания в должности секретаря ему не удалось реорганизовать Итальянскую фашистскую молодежную организацию (Opera Nazionale Balilla) по образцу гитлеровской молодежи (Hitler Jugend). Ему также не удалось вызвать общенациональный энтузиазм по отношению к фашизму, сопоставимый с популярностью нацистской партии в Германии. Стараче занимал должность секретаря в общей сложности восемь лет – дольше, чем любой другой секретарь. Однако к середине 1930-х годов он нажил множество врагов в партийной иерархии.

Роль в вторжении в Эфиопию

В 1935 году Стараче, полковник, взял отпуск с поста секретаря партии PNF, чтобы принять участие в итальянском вторжении в Эфиопию и сражался на северном фронте. В марте 1936 года, после битвы при Шайре, ему было поручено командование смешанным соединением чернорубашечников и берсальери, которое формировалось в Асмаре, Эритрея. Позже в том же месяце Стараче и его "механизированная колонна", перевозимая на грузовиках, готовились к наступлению по труднопроходимой местности с целью захвата Гондара, столицы провинции Бегемдер. Перед отправкой "Человек-пантера" (L'uomo pantera) произнес перед своими бойцами следующую речь:

Навыки дорожного строительства людей Стараче сыграли столь же важную роль, как и их боевая доблесть. На следующее утро, 1 апреля, Стараче и колонна триумфально вошли в Гондар, а два дня спустя достигли озера Тана, обеспечив безопасность приграничного района с Британским Суданом. Восточноафриканская быстроходная колонна (Colonna Celere dell'Africa Orientale) преодолела около 120 км за три дня.

Возвращение в партийный секретарь

После Эфиопии Старас возобновил исполнение обязанностей секретаря партии. Он оставался фигурой, вызывавшей споры. Например, он издал указ о том, что все партийные флаги должны быть изготовлены из итальянской ткани под названием "Ланитал". Изобретенный в 1935 году, Ланитал был создан на основе казеина – фосфопротеина, широко распространенного в молоке млекопитающих, и, по словам Стараса, являлся "плодом итальянской изобретательности". В 1936 году Дино Гранди, итальянский посол в Великобритании, появился в Лондоне в костюме, который, как утверждалось, был сшит из сорока восьми пинт обезжиренного молока. Во время Мюнхенского кризиса 1938 года, завершившегося аннексией Судетской области нацистской Германией, Старас активно выступал за то, чтобы Франция согласилась уступить Тунис Италии.

Старация в итальянском спорте

Стараче был страстным поклонником спорта и занимал пост президента CONI (Итальянского национального олимпийского комитета). Его помнят благодаря таким необычным спортивным трюкам, как прыжок через огненное кольцо на стадионе Марми в 1938 году или преодоление лошадью препятствия в виде легкового автомобиля. Он стремился к тому, чтобы партийные чиновники выглядели мужественно и спортивно, и на официальных церемониях заставлял их маршировать в ритме берсальери – итальянском варианте гусиного шага. Особенно и наиболее значимо он запомнился политикой вовлечения итальянского народа (молодого и не только) в организации, связанные с фашистской партией и напоминавшие скаутское движение: Opera Balilla, Figli della lupa, Avanguardisti, Giovane fascista и связанную с трудовой деятельностью Organizzazione del Dopolavoro (спортивные мероприятия после работы). Спорт играл важную роль в фашистской пропаганде, активно используя успехи итальянских спортсменов на международных соревнованиях (например, боксера Примо Карнеры или национальной сборной Италии по футболу), и Стараче внес значительный вклад в эту сферу, занимаясь как массовой организацией спорта, так и поддержкой элитных спортсменов.

Отставка

В октябре 1939 года Стараче был наконец отстранен от должности секретаря партии и заменен популярным авиатором Этторе Мути. Он был назначен начальником штаба «Чернорубашечников» и оставался на этом посту до увольнения за некомпетентность в мае 1941 года. Его преемником стал Энцо Гальбиати.

Заключение и смерть

В 1943 году, после падения режима Муссолини, Стараче был арестован роялистским правительством Пьетро Бадольо. Он был арестован, несмотря на то, что его реальная власть при Муссолини закончилась два года ранее. После безуспешной попытки вернуть себе расположение Муссолини в поддерживаемой немцами Итальянской Социальной Республике Сало, Стараче был арестован вновь. На этот раз его заключили в концентрационный лагерь в Вероне, где он был арестован своими бывшими соратниками по обвинению в ослаблении партии в период его пребывания на посту секретаря партии. В конечном итоге Стараче был освобожден и переехал в Милан. 29 апреля 1945 года, во время утренней пробежки, его узнали и захватили итальянские антифашистские партизаны. Стараче доставили на площадь Лорето и показали тело Муссолини, которому он отдал честь непосредственно перед казнью. Его тело было повешено рядом с телом Муссолини.

В повседневной жизни итальянцев

Стараче был одним из главных объектов политической сатиры и популярных шуток при фашизме. Цитирования его высказываний бесчисленны, и большинство из них, если отделить на мгновение от трагических исторических обстоятельств их происхождения, демонстрируют, что Стараче отошел от практического смысла в своем стремлении к пропаганде режима: "Я удивляюсь, почему до сих пор ожидают, что конец года будет соответствовать 31 декабря, а не 28 октября [дата Марша на Рим в 1922 году]. Привязанность к этому обычаю свидетельствует о нефашистском мышлении". "Вместо слова "comizio" (римское обозначение собрания) отныне, пожалуйста, используйте выражение "собрание пропаганды". Слово "comizio" напоминает о давно ушедших временах". Однажды ему пришлось официально председательствовать на медицинском симпозиуме высокого уровня, но, к большому неудовольствию участников, он опоздал на час к открытию, объяснив, что занимался ежедневной часовой верховой ездой. Вместо того чтобы извиняться перед возмущенной аудиторией, он резко прервал протесты знаменитой фразой: "Занимайтесь меньше медициной, бросьте книги и больше занимайтесь гимнастикой, посвятите себя конному спорту" (datevi all'ippica на итальянском). Этот девиз прижился, и в XXI веке "Datevi all'ippica" до сих пор является пословицей, которую говорят человеку, некомпетентному в своем деле, советуя ему попробовать себя в неквалифицированной работе. Он пытался с разной степенью успеха искоренить из итальянской повседневной жизни некоторые англосаксонские и иностранные слова и манеры: слово "волейбол" было (и остается) заменено в итальянском языке на "паллаволо" – слово, которое, по слухам, изобрел Стараче. Аналогично, "сэндвич" заменили на "трамецино", а "гараж" – на "авторимесса", но придуманные Стараче сложные итальянские замены для слов "коньяк", "бар", "коктейль", "теннис" и т.д. не прижились. "Британское" рукопожатие было запрещено и заменено обязательным римским приветствием с поднятой рукой. Он даже пытался сделать лозунг "Viva Il Duce" обязательным окончанием публичной и частной переписки, но Муссолини резко пресек эту инициативу, посчитав ее абсурдной: "Представьте себе соболезнование, заканчивающееся словами: "Гарри умер. Viva Il Duce"". Он настаивал на том, чтобы план застройки района Сан-Базилио (три жилых блока) был выполнен таким образом, чтобы при взгляде с пролетающего самолета они образовывали гигантские буквы Д У Ц Е в честь Муссолини. В целом, другие высокопоставленные фашистские иерархи считали его преданным, но не слишком умным последователем Дуче, а сам Муссолини говорил о Стараче: "Un cretino, sí, ma un cretino obbediente" ("Кретин, да, но послушный кретин"). О его фанатичной преданности Муссолини его собственная дочь позже сказала: "Он дышал только по приказу Дуче".