Введение
"Песенные линии" – книга Брюса Чатвина 1987 года, сочетающая в себе художественный вымысел и документальную прозу. Чатвин описывает поездку в Австралию, предпринятую специально для изучения песен аборигенов и их связи с кочевым образом жизни. Беседы с австралийцами, в том числе со многими представителями коренных народов, позволяют глубже понять культуру глубинного континента, культуру и религию аборигенов, а также движение за права на землю аборигенов.
The Songlines is a 1987 book written by Bruce Chatwin, combining fiction and non fiction. Chatwin describes a trip to Australia which he has taken for the express purpose of researching Aboriginal song and its connections to nomadic travel. Discussions with Australians, many of them Indigenous Australians, yield insights into Outback culture, Aboriginal culture and religion, and the Aboriginal land rights movement.
Синопсис
Чатвин развивает свою теорию о изначальной природе песен аборигенов. Книга описывает суровые условия жизни современных австралийских аборигенов, одновременно выражая восхищение их искусством и культурой, для которых "Песенные линии" – это основа восприятия реальности. Первая половина книги посвящена путешествиям главного героя по австралийскому аутбэку и его разнообразным встречам, а вторая – его размышлениям о природе человека как кочевника и оседлого жителя.
Диссертация
Чатвин утверждает, что язык возник из песни, и в мифологическое время аборигенов песня сотворила землю для сознания и памяти. Когда ты поешь о земле, дереве, скале, тропе, они обретают бытие, и певцы становятся едины с ними. Чатвин сопоставляет свидетельства из культуры аборигенов с современными представлениями об эволюции человека и утверждает, что на африканской саванне мы были кочующим видом, на которого охотился доминирующий кошачий хищник. Наши скитания проложили "песенные линии" по всему миру (в основном с юго-запада на северо-восток), которые в конечном итоге достигли Австралии, где они сохранились в древнейшей из ныне существующих культур.
Реакции
В рецензии New York Times книгу назвали "самой смелой книгой Чатвина", отметив, что она "охватывает весь спектр страстей писателя" и что "каждая из его книг – это отдельное наслаждение [и] пиршество стиля и формы", но указали, что Чатвину не удалось преодолеть "неизбежное" "расстояние между современной и древней чувствительностью" в изображении отношения аборигенов к их земле и недостаточно четко определить природу самих песенных линий, несмотря на то, что Чатвин "уместно цитировал" Джамбаттисту Вико и Хайдеггера, и, признавая сложность этой задачи, заключил, что ему следовало "найти способ сделать песни понятными" для читателя. "Видение" Чатвина, хотя и "воодушевляющее", порой могло казаться "наивным" и "неисторичным"; в рецензии заключили, что, тем не менее, Чатвин "остается одним из наших самых ясных и ярких писателей". Джон Бэйли в рецензии для London Review of Books назвал книгу "непреодолимо запоминающейся", но отметил трудности, с которыми сталкивается антрополог при изображении такой культуры, как аборигенская, с которой работал Чатвин: "описание [их] жизни и верований искажает их [и] создает соблазнительно понятную для других, но нереальную картину"; Чатвин "не проводит сравнений, не дает комментариев и не делает выводов, но у читателя складывается впечатление, что антропологи не могут не ввести в заблуждение". Однако он высоко оценил "поэзию" "замечательных страниц" Чатвина и посчитал, что "книга – шедевр". В The Irish Times Джули Парсонс, рассмотрев трудности, с которыми столкнулся Чатвин – "родившийся, воспитанный и образованный в европейской традиции" – в постижении природы отношений между аборигенами и землей, на которой они живут, отмечает, что, следуя за его повествованием, читатель "осознает невозможность проекта Чатвина. Письменное слово не способно выразить этот мир", но книга читается, тем не менее, "с удовольствием и увлечением. Мы читаем ее, чтобы понять, как мало мы знаем". Рори Стюарт в The New York Review of Books отметил, что книга "преобразила английскую литературу о путешествиях", похвалив его "лаконичность" и "эрудицию", и признав вдохновляющий характер Чатвина и взгляд на "Песенные линии" как на "почти священный текст", который побудил Стюарта и других путешествовать и "устраивать свою жизнь и искать смысл"; он отметил, что, в то время как его собственные путешествия порой были "монотонными, скучными, разочаровывающими", "Чатвин не описывает мир таким образом" и не испытывал подобных чувств. Несмотря на вывод Стюарта о том, что "сегодня его вымысел кажется более прозрачным" и что "мифы о личности Чатвина, даже его проза, уже не так гипнотизируют", он считает, что "он остается великим писателем, имеющим глубокое и непреходящее значение". Особого внимания заслуживает изображение Чатвином аборигенов, с которыми он встречался; несмотря на тяготы их повседневной жизни – болезни, зависимости, безработицу – "они не жертвы, они предстают как сильные личности, бросающие вызов автономии".
Ссылки на литературу
Персонаж Аркадий называет Австралию "страной потерянных детей". Это название было использовано Питером Пирсом для его книги 1999 года "Страна потерянных детей: Австралийская тревога".