Единая конвенция о наркотических средствах 1961 года

Введение

1961 международный договор о регулировании наркотических средств

Единая конвенция о наркотических средствах 1961 года (Единая конвенция, Конвенция 1961 года или C61) – это международный договор, который регулирует деятельность (культивирование, производство, поставку, торговлю, транспортировку) определенных наркотических средств и устанавливает систему правил (лицензирование, меры по лечению, исследованиям и т. д.) для их медицинского и научного использования; она также учреждает Международный совет по контролю над наркотиками. Единая конвенция была принята в 1961 году и изменена в 1972 году. По состоянию на 2022 год Единая конвенция в измененном виде ратифицирована 186 странами, устанавливая единые нормы контроля над вызывающими зависимость наркотическими средствами, такими как кокаин и опиум, и их производными. Однако перечни контролируемых веществ были закреплены в тексте договоров. Следовательно, для поддержания соответствия достижениям в области химии периодически требовалось вносить поправки в конвенции или заменять их новыми договорами. Согласно интервью 1954 года с комиссаром США по наркотикам Гарри Дж. Анслингером, сложный процесс проведения конференции и ратификации государствами мог занять многие десятилетия. Комитет Сената Канады доложил: "Работа по консолидации существующих международных договоров о контроле над наркотиками в единый документ началась в 1948 году, но только в 1961 году был подготовлен приемлемый третий проект". В том же году Экономический и Социальный Совет ООН созвал полномочную конференцию 73 государств для принятия Единой конвенции о наркотических средствах. Эта встреча была известна как Конференция Организации Объединенных Наций по наркотическим средствам. Участвующие государства организовались в пять различных групп:

Единая конвенция создала четыре списка контролируемых веществ и процедуру добавления новых веществ в эти списки без внесения поправок в договор. Списки были разработаны для обеспечения значительно более строгих правил, чем две "группы" наркотических средств, установленные предшествующими договорами. Впервые каннабис был включен в список наркотических средств, подлежащих международному контролю. Фактически, правила, касающиеся растения каннабиса, а также опийного мака, куста коки, маковой соломы и верхушек конопли, были включены в текст договора, что делало невозможным их дерегулирование в рамках обычной процедуры внесения в списки. В выпуске 1962 года бюллетеня Комиссии по наркотическим средствам (Commission on Narcotic Drugs' Bulletin on Narcotics) с гордостью объявил, что "после определенного переходного периода вся немедицинская употребимость наркотических средств, такая как курение опиума, употребление опиума, употребление каннабиса (гашиша, марихуаны) и жевание листьев коки, будет запрещена повсеместно. Это цель, к достижению которой работники международного контроля над наркотиками во всем мире стремились на протяжении полувека". Юридический комментарий был написан сотрудником Генерального секретаря Организации Объединенных Наций Адольфом Ланде, бывшим секретарем Постоянного центрального совета по наркотикам и контролю за наркотиками, действующим на основании мандата на предоставление "толкования положений Конвенции в свете соответствующих протоколов конференции и других материалов". Комментарий содержит историю законодательства Единой конвенции и является неоценимой помощью в толковании договора. Единая конвенция вступила в силу 13 декабря 1964 года, выполнив требование статьи 41 о 40 ратификациях. По состоянию на 1 января 2005 года 180 государств являлись участниками договора. Другие, такие как Камбоджа, взяли на себя обязательство стать участниками. 21 мая 1971 года Экономический и Социальный Совет ООН созвал конференцию полномочных представителей для рассмотрения поправок к Единой конвенции. Конференция проходила в Европейском офисе ООН в Женеве с 6 по 24 марта 1972 года, в результате чего был принят Протокол 1972 года, изменяющий Единую конвенцию о наркотических средствах. Поправки вступили в силу 8 августа 1975 года.

The Single Convention created four Schedules of controlled substances and a process for adding new substances to the Schedules without amending the treaty. The Schedules were designed to have significantly stricter regulations than the two drug "Groups" established by predecessor treaties. For the first time, cannabis was added to the list of internationally controlled drugs. In fact, regulations on the cannabis plant – as well as the opium poppy, the coca bush, poppy straw and cannabis tops – were embedded in the text of the treaty, making it impossible to deregulate them through the normal Scheduling process. A 1962 issue of the Commission on Narcotic Drugs' Bulletin on Narcotics proudly announced that "after a definite transitional period, all non medical use of narcotic drugs, such as opium smoking, opium eating, consumption of cannabis (hashish, marijuana) and chewing of coca leaves, will be outlawed everywhere. This is a goal which workers in international narcotics control all over the world have striven to achieve for half a century." The legal commentary was written by the United Nations Secretary General staff member Adolf Lande, the former Secretary of the Permanent Central Narcotics Board and Drug Supervisory Body, operating under a mandate to give "an interpretation of the provisions of the Convention in the light of the relevant conference proceedings and other material." The Commentary contains the Single Convention's legislative history and is an invaluable aid to interpreting the treaty. The Single Convention entered into force on 13 December 1964, having met Article 41's requirement of 40 ratifications. As of 1 January 2005, 180 states were Parties to the treaty. Others, such as Cambodia, have committed to becoming Parties. On 21 May 1971, the UN Economic and Social Council called a conference of plenipotentiaries to consider amendments to the Single Convention. The conference met at the United Nations Office at Geneva from 6 to 24 March 1972, producing the 1972 Protocol Amending the Single Convention on Narcotic Drugs. The amendments entered into force on 8 August 1975.

Немедицинские и ненаучные цели

В Единой конвенции случаи использования "не в медицинских и научных целях" не регулируются общей правовой основой, установленной статьей 4 (c), и освобождаются от ряда положений, указанных в этой статье. Некоторые аналитики полагают, что "рекреационное употребление" наркотиков входит в категорию "не в медицинских и научных целях" и, следовательно, не подлежит мерам контроля, предусмотренным Конвенцией, которые ограничены использованием "в медицинских и научных целях". Мальта, по-видимому, руководствовалась статьей 2, пунктом 9 Единой конвенции, разрешающей использование наркотиков, не предназначенных для медицинских и научных целей, в контексте промышленного производства.

Уголовные положения

Как отмечают ученые: "хотя формально обязательные, положения об уголовной ответственности оказываются на удивление мягкими", и, как разъясняется в Комментарии к Единой конвенции, они "довольно расплывчаты и [допускают] лазейки в пользу правительств, для которых даже такие расплывчатые нормы были бы неприемлемы". Всегда существуют исключения и обусловленности, позволяющие государствам адаптироваться к большинству обязательств. Статья 36 требует от сторон принимать меры против "культивирования, производства, изготовления, извлечения, приготовления, хранения, предложения, предложения для продажи, распространения, покупки, продажи, поставки на любых условиях, посредничества, отправки, отправки транзитом, транспортировки, импорта и экспорта наркотических средств в нарушение положений настоящей Конвенции", а также "[умышленного участия в, сговора с целью совершения и попыток совершения любого из таких правонарушений, а также подготовительных действий и финансовых операций, связанных с правонарушениями, упомянутыми в настоящей статье", но она не требует прямого уголовного наказания за все вышеперечисленное; она лишь указывает, что в случаях (неопределенных) тяжких правонарушений они "подлежат надлежащему наказанию, в частности, лишению свободы или другим мерам, связанным с лишением свободы". Статья также предусматривает выдачу лиц, совершивших преступления, связанные с наркотиками, хотя сторона имеет право отказать в выдаче подозреваемого, если "компетентные органы сочтут, что правонарушение недостаточно серьезно". Поправка 1972 года к статье предоставляет государствам право заменять уголовные наказания "лечением, обучением, последующим наблюдением, реабилитацией и социальной реинтеграцией", если правонарушитель является наркозависимым. Лазейка в Единой конвенции заключается в том, что она требует от сторон принятия антинаркотических законов, но не четко предписывает их соблюдение. Правоприменение в сфере наркотиков существенно различается в разных странах. Многие европейские страны, включая Соединенное Королевство, Германию и, наиболее известным образом, Нидерланды, не привлекают к ответственности за все мелкие правонарушения, связанные с наркотиками. Нидерландским кофешопам разрешено продавать небольшие количества каннабиса потребителям. Однако в докладе Министерства здравоохранения, благосостояния и спорта "Политика в отношении наркотиков в Нидерландах" отмечается, что крупномасштабное "[производство и незаконный оборот строго наказываются в соответствии с уголовным правом в соответствии с Единой конвенцией ООН. Каждый год прокуратура рассматривает в среднем 10 000 дел, связанных с нарушениями Закона об опиуме". Некоторые из самых суровых наказаний за незаконный оборот наркотиков назначаются в определенных азиатских странах, таких как Малайзия, где смертная казнь является обязательной за правонарушения, связанные с суммами, превышающими определенный порог. Сингапур предусматривает смертную казнь за незаконный оборот 15 г героина, 30 г кокаина или 500 г каннабиса. Большинство стран, таких как Франция и Соединенные Штаты, занимают промежуточную позицию, применяя широкий спектр санкций, от условного осуждения до пожизненного заключения за правонарушения, связанные с наркотиками. Положения об уголовной ответственности Единой конвенции часто начинаются с формулировок, таких как "С учетом конституционных ограничений, каждая сторона должна…". Таким образом, если конституция страны запрещает введение уголовных наказаний, предусмотренных Единой конвенцией, эти положения не будут обязательными для этой страны.

As scholars note: "although formally binding, the penal provisions prove remarkably soft" and, as explained in the Commentary on the Single Convention, they are "rather vague, and [admit] escape clauses for the benefit of those Governments to which even such vague norms would be unacceptable." There are always escape clause and conditionalities that allow States to adjust to most obligations. Article 36 requires Parties to adopt measures against "cultivation, production, manufacture, extraction, preparation, possession, offering, offering for sale, distribution, purchase, sale, delivery on any terms whatsoever, brokerage, dispatch, dispatch in transit, transport, importation and exportation of drugs contrary to the provisions of this Convention," as well as "[i]ntentional participation in, conspiracy to commit and attempts to commit, any of such offences, and preparatory acts and financial operations in connexion with the offences referred to in this article", but it does not directly require criminalization of all the above; it states only in the cases of (unspecified) serious offences that they "shall be liable to adequate punishment particularly by imprisonment or other penalties of deprivation of liberty." The Article also provides for extradition of drug offenders, although a Party has a right to refuse to extradite a suspect if "competent authorities consider that the offense is not sufficiently serious." A 1972 amendment to the Article grants nations the discretion to substitute "treatment, education, after care, rehabilitation and social reintegration" for criminal penalties if the offender is a drug abuser. A loophole in the Single Convention is that it requires Parties to place anti drug laws on the books, but does not clearly mandate their enforcement. Drug enforcement varies widely between nations. Many European countries, including the United Kingdom, Germany, and, most famously, the Netherlands, do not prosecute all petty drug offenses. Dutch coffee shops are allowed to sell small amounts of cannabis to consumers. However, the Ministry of Health, Welfare and Sport's report, Drugs Policy in the Netherlands, notes that large scale "[p]roduction and trafficking are dealt with severely under the criminal law, in accordance with the UN Single Convention. Each year the Public Prosecutions Department deals with an average of 10,000 cases involving infringements of the Opium Act." Some of the most severe penalties for drug trafficking are handed down in certain Asian countries, such as Malaysia, which mandate capital punishment for offenses involving amounts over a certain threshold. Singapore mandates the death penalty for trafficking in 15 g (half an ounce) of heroin, 30 g of cocaine or 500 g of cannabis. Most nations, such as France and the United States, find a middle ground, imposing a spectrum of sanctions ranging from probation to life imprisonment for drug offenses. The Single Convention's penal provisions frequently begin with clauses such as "Subject to its constitutional limitations, each Party shall " Thus, if a nation's constitution prohibited instituting the criminal penalties called for by the Single Convention, those provisions would not be binding on that country.

Регулирование выращивания каннабиса и конопли

В Единой конвенции в целом установлены те же ограничения на выращивание каннабиса, что и на выращивание опиума, хотя существуют специальные положения, касающиеся каннабиса. Аналогично, в 2000 году компания Prairie Plant Systems получила пятилетний контракт на выращивание каннабиса в шахте Флин Флон для Health Canada, уполномоченного органа по лицензированию выращивания каннабиса в этой стране. Статья 28 специально исключает выращивание промышленной конопли из действия этих правил, заявляя: "Настоящая Конвенция не распространяется на выращивание растения каннабиса исключительно в промышленных целях (волокно и семена) или в садоводческих целях." Кроме того, статья 2(9) освобождает от регулирования соцветия и смола каннабиса, полученные из конопли, выращенной в соответствии со статьей 28. Ранее демонстрировавшие тенденцию к сокращению площадей, все большее число стран по всему миру возвращаются к выращиванию конопли, которая часто является традиционной культурой в различных регионах мира, согласно докладу Конференции Организации Объединенных Наций по торговле и развитию.

Контролируемые лекарственные средства и препараты

В соответствии с этим договором Парижская конвенция от 13 июля 1931 года была обновлена, чтобы включить в нее огромное количество синтетических опиоидов, изобретенных за прошедшие 30 лет, и добавить механизм для более легкого включения новых веществ. С 1931 по 1961 год были разработаны основные семейства синтетических опиоидов, включая препараты, связанные с метадоном, петидином (меперидин/Демерол), морфинанами и декстроморамидом (Palfium, Palphium, Jetrium, Dimorlin, продававшийся исключительно в Нидерландах). Исследования фентанилов и пиритрамида (R 3365, Pirium, Dipidolor, Piridolan и другие) также приближались к завершению к тому времени. Предыдущие договоры контролировали только опиум, коку и производные от них, такие как морфин, героин и кокаин. Единая конвенция, принятая в 1961 году, консолидировала эти договоры и расширила их сферу действия, включив в нее каннабис и другие вещества с эффектами, сходными с уже контролируемыми наркотическими средствами. Комиссия по наркотическим средствам и Всемирная организация здравоохранения были наделены полномочиями добавлять, удалять и перемещать наркотические средства между четырьмя списками контролируемых веществ, предусмотренными договором. Международный совет по контролю над наркотиками получил общий контроль над производством наркотиков, международной торговлей и их распространением. Управлению Организации Объединенных Наций по наркотикам и преступности (УНП ООН) было делегировано ежедневное наблюдение Советом за ситуацией в каждой стране и сотрудничество с национальными органами для обеспечения соблюдения Единой конвенции. С тех пор этот договор был дополнен Конвенцией о психотропных веществах, которая регулирует ЛСД, МДМА и другие психоактивные фармацевтические препараты, а также Конвенцией Организации Объединенных Наций против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ, которая усиливает положения по борьбе с отмыванием денег и другими преступлениями, связанными с наркотиками.

Графики

Списки наркотических средств Единой конвенции варьируются от наиболее ограничительных до наименее ограничительных в следующем порядке: Список IV, Список I, Список II, Список III. Перечень первоначально контролируемых наркотических средств был приложен к договору. Статья 3 гласит, что для включения наркотического средства в Список Всемирная организация здравоохранения должна сделать выводы, требуемые для данного Списка, а именно:
Список I – Вещество подвержено злоупотреблению, аналогичному злоупотреблению наркотическими средствами, уже включенными в Список I или Список II, и оказывает аналогичное вредное воздействие, либо может быть преобразовано в наркотическое средство.
Список II – Вещество подвержено злоупотреблению, аналогичному злоупотреблению наркотическими средствами, уже включенными в Список I или Список II, и оказывает аналогичное вредное воздействие, либо может быть превращено в наркотический препарат.
Список III – Препарат, в силу содержащихся в нем веществ, не подвержен злоупотреблению и не способен вызывать вредные эффекты; при этом наркотическое средство в нем не может быть легко извлечено.
Список IV – Наркотическое средство, уже включенное в Список I, особенно подвержено злоупотреблению и оказывает выраженное вредное воздействие, при этом эта склонность не компенсируется значительными терапевтическими преимуществами.

Перераспределение канабиса

Долгое время велись споры о том, обладает ли каннабис "особой склонностью к злоупотреблению и вызыванию негативных последствий" и не нивелируются ли эта "склонность значительными терапевтическими преимуществами", как того требуют критерии Списка IV. Уже в 1973 году в Комментарии к Единой конвенции, подготовленном генеральным секретарем ООН, отмечалось, что "если результаты интенсивных исследований, проводимых на момент написания, относительно воздействия [каннабиса и смолы каннабиса] это подтвердят, то эти два вещества могут быть исключены из Списка IV, а эти два вещества, а также экстракты и настойки каннабиса, могут быть перенесены из Списка I в Список II". С момента открытия системы эндоканнабиноидных рецепторов в конце 1980-х годов, что произвело революцию в научном понимании психофармакологических эффектов каннабиса, и благодаря существенному прогрессу в исследованиях, связанных с медицинским использованием растения, возросли вопросы о правомерности отнесения каннабиса и смолы каннабиса к Списку IV. В 1991 году дельта-9-ТГК был переведен из Списка I во Список II Конвенции о психотропных веществах 1971 года. После многочисленных обсуждений в рамках Всемирной организации здравоохранения в 2000-х и 2010-х годах, 2 декабря 2020 года Комиссия по наркотическим средствам приняла Решение 63/17. Решение вступило в силу в апреле 2021 года.