Введение

Оркнейская сага (др.-сканд.: ; также известная как История графов Оркнейских и Сага ярлов) – это повествование об истории островов Оркни и Шетланд и их взаимоотношениях с другими местными политическими образованиями, в особенности с Норвегией и Шотландией. Сага "не имеет себе равных в социальной и литературной летописи Шотландии" и является "единственной средневековой хроникой, в которой Оркни выступают центральным местом действия". Основное внимание в работе уделено линии ярлов, правивших графством Оркнейским, которое составляло Нордрейяр – Северные острова Оркни и Шетланд, и на протяжении всего повествования часто упоминаются оба архипелага. Рассказ начинается с краткого мифического предания о происхождении, а затем переходит к описанию захвата Нордрейяр Харальдом Прекрасноволосым. Сам факт захвата не вызывает сомнений, хотя историки больше не считают вероятным значительную роль короля в этом событии. Далее сага с различной степенью подробности описывает жизнь и деяния многочисленных ярлов, правивших островами в IX–XIII веках. Степень достоверности ранних разделов саги, в частности, как исторического источника, а не вымысла, долгое время является предметом споров среди ученых. В «Оркнейской саге» можно выделить несколько повторяющихся тем, включая распри между братьями, отношения между ярлами и норвежской короной, а также набеги на Судрейяр – Гебридские острова и другие земли. Сага преследовала цель предоставить историю островов и дать читателям возможность "понять себя через знание своих корней", но даже при недостаточной исторической точности она предоставляет современным исследователям ценные сведения о мотивах авторов и политической обстановке в Оркни в XIII веке.

Рассказ

Первые три главы саги – это краткий народный миф, который задает контекст для последующих событий. Он начинается с персонажей, связанных со стихиями – Снаэр (снег), Логи (пламя), Кари (буря) и Фрости (мороз), а также предлагает уникальное объяснение происхождения названия Норвегии, связанное с внуком Снаэра – Нором. В нем также упоминается способ захвата земли путем перетаскивания лодки через перешеек (что повторяется в главе 41, когда Магнус Босоногий использует тот же прием), и разделение земли между Нором и его братом Гором, что является сквозной темой саги. Этот миф также связывает происхождение оркнейских ярлов с великаном и королем по имени Форньот, жившим на далеком севере. Это отчетливо отличает их от норвежских королей, описанных в «Йнглингтале», и, возможно, было призвано придать ярлам более древнее и северное происхождение. Рассмотрев мифическое происхождение ярлов, сага переходит к темам, которые, по всей видимости, претендуют на роль достоверной истории.

Харальд Фэрхер и путешествие на запад

Следующие несколько глав посвящены созданию Оркнейского ярлства; они кратки и содержат гораздо меньше деталей, чем более поздние события, описанные в саге. Сага утверждает, что Рогнвальд Эйстинссон, ярл Рогнвальд, сохранил власть над Море по воле короля Норвегии Харальда Прекрасноволосого. Ярл Рогнвальд сопровождал короля в походе, во время которого они завоевали острова Шетланд, известные как Хяльтланд, и Оркнейские острова, после чего продолжили путь в Шотландию, Ирландию и остров Мэн. В ходе этой кампании сын Рогнвальда, Иварр, был убит, и в качестве компенсации Харальд даровал ярлу Рогнвальду власть над Оркнейскими и Шетландскими островами. После этого ярл Рогнвальд вернулся в Норвегию, передав эти острова своему брату Сигурду Эйстинссону. Сигурд был кормчим на корабле Харальда, и после возвращения на восток король «наделил Сигурда титулом ярла». Сигурд «Могучий» затем погиб при странных обстоятельствах в битве с Маэлем Бригте из Морея. Сын Сигурда, Гурторм, правил всего одну зиму после этого и умер бездетным. Затем титул унаследовал сын Рогнвальда, Халлад. Однако, не сумев сдержать датские набеги на Оркнейские острова, он отказался от ярлства и вернулся в Норвегию, что «все сочли огромной насмешкой». Сага, впервые записанная в начале XIII века, отражает норвежскую политику того времени. Раньше историки могли утверждать, что никто не сомневался в реальности экспедиций Харальда Прекрасноволосого на запад (подробно описанных в «Хеймскрингле»), но сейчас это уже не так. Томсон (2008) пишет, что «великое плавание Харальда настолько прочно укоренилось в популярной и научной истории, как древней, так и современной, что осознание того, что это может быть неправдой, вызывает некоторое потрясение». Норвежская борьба с королями Шотландии за Гебридские острова и остров Мэн в середине XIII века является контекстом для намерений автора саги, и, по крайней мере частично, цель саг – легитимизировать норвежские притязания как на Северные острова, так и на Королевство Островов на западе. Возможно, авторы саги опирались на подлинную традицию о путешествии Харальда на запад, или же они просто выдумали его в политических целях, но не исключено, что в повествовании есть элементы, заимствованные из гораздо более поздних походов, предпринятых Магнусом Босоногим. Ситуация, с которой столкнулся ярл Харальд Маддадссон Оркнейский в 1195 году, незадолго до того, как саги были впервые записаны, когда он был вынужден подчиниться королевской власти после неудачной интервенции в норвежские дела, сделала бы легендарные материалы такого рода весьма интересными для Оркнейцев в то время. Тем не менее, точка зрения, согласно которой Оркнейское ярлство было создано «представителями рода Море», продолжает пользоваться академической поддержкой.

Торф-Эйнарр

Неудача Халлада привела к тому, что Рогнвальд впал в ярость и вызвал своих сыновей Торира и Хроллага. Он спросил, кто из них желает получить острова, но Торир ответил, что решение остается за самим графом. Рогнвальд предсказал, что судьба Торира удержит его в Норвегии, а Хроллаугу предначертано искать счастья в Исландии. Тогда выступил Эйнарр, младший из его незаконнорожденных сыновей, и предложил отправиться на острова. Рогнвальд сказал: «Учитывая происхождение твоей матери, рожденной в рабстве с обеих сторон ее семьи, вряд ли ты станешь хорошим правителем. Но я согласен – чем скорее ты уедешь и чем позже вернешься, тем лучше». Несмотря на сомнения отца, по прибытии на острова Эйнарр сразился и победил двух датских военачальников, обосновавшихся там. Эйнарр утвердился в качестве графа и основал династию, которая сохраняла контроль над островами на протяжении столетий после его смерти. Сцена, в которой отец презирает Эйнарра, является литературным приемом, часто встречающимся в древнескандинавской литературе. Диалог между отцом и сыновьями интерпретируется как стремление Рогнвальда укрепить свою власть как графа Мора и как намек на раннюю историю Исландии, где сага и была написана. Торир – послушный сын, которого Рогнвальд рад оставить дома. Хроллуг изображен как миролюбивый человек, который отправится в Исландию. Эйнарр агрессивен и представляет угрозу для положения отца, поэтому его можно отправить навстречу опасностям Оркнейских островов. (В версии «Landnámabók» также присутствует столь же агрессивный брат Хрольф, и его судьба предрешена в далекой Нормандии.) Эйнарр наделен различными чертами, ассоциирующимися с Одином. У обоих всего один глаз, а смерть противника от руки Эйнарра приносится в жертву богу – поступок, содержащий отголосок самопожертвования Одина, описанного в «Хавамале». Эйнарр – человек действия, сам создавший себя, и успешный воин, который (в отличие от своих братьев) мстит за смерть отца. Он проживает яркую и запоминающуюся жизнь и предстает как «древний, могущественный и таинственный – но скорее литературный персонаж, чем реальный человек». Он также язычник, чье появление в начале саги контрастирует с последующим мученичеством его потомка святого Магнуса. Это событие знаменует собой «моральную вершину» повествования.

Сигурд, толстый

Смерть ярла Сигурда Хлодвирссона (980–1014) – тема самого раннего известного современного упоминания об Оркнейском ярлстве. Ирландский источник XII века, Cogadh Gaedhil re Gallaibh, описывает события битвы при Клонтарфе в 1014 году. «Иностранцы и лейнстерцы» были под предводительством Бродира с острова Мэн и Сигурда, и битва продолжалась весь день, но ирландцы в конечном итоге оттеснили врагов в море. Его смерть подтверждается «Анналами Ульстера», где записано, что среди погибших был «Сиухрайд, сын Лодуира, иарла Иннси Оркк» (то есть Сигурд, сын Хлодвира, ярл Оркнейский). Согласно «Оркнейским сагам», Северные острова были христианизированы королем Олафом Трюггвассоном в 995 году, когда он остановился у Южных стен по пути из Ирландии в Норвегию. Король вызвал ярла Сигурда и сказал: «Я повелеваю тебе и всем твоим подданным креститься. Если ты откажешься, я убью тебя на месте и клянусь, разорю каждый остров огнем и мечом». Неудивительно, что Сигурд согласился, и острова в одночасье стали христианскими. Однако, когда саги были записаны, Оркнейские острова были христианизированы уже на протяжении 200 лет или более, а сама история обращения была названа «явно неисторической». Некоторые утверждают, что когда норвежцы прибыли на Северные острова, они обнаружили там уже процветающее организованное христианство, хотя в сагах об этом не упоминается вовсе.

Граф Торфин

Практически ничего о жизни Торфинна Сигюрдссона не подтверждается современными источниками, и автор саги, по-видимому, почерпнул большую часть материала из поэмы «Þórfinnsdrápa», написанной его придворным поэтом Арнором сразу после его смерти. В «Оркнейской саге» говорится, что конфликт между Торфинном и Карлом Хундасоном начался, когда последний стал «королём шотландцев» и предъявил права на Кайтнесс, успешно продвинув свои войска на север и обосновавшись в Турсо. В последовавшей войне Торфинн одержал победу над Карлом в морском сражении у Дирнесса, на восточном конце материковой части Оркнейских островов. Затем племянник Карла, Мутатан или Муддан, назначенный править Кайтнессом от его имени, был убит в Кайтнессе Торкелем Фостером. Наконец, крупное сражение при «Торфнессе» (вероятно, Тарбат-Несс на южном берегу залива Дорнох) завершилось гибелью Карла или его бегством. Согласно саге, Торфинн затем двинулся на юг через Шотландию до Файфа, грабя и сжигая всё на своём пути. Благодаря своим военным успехам Торфинн стал мормером Кайтнесса и в течение первых двадцати лет своего долгого ярлства часто находился там. Таким образом, он был вассалом как короля Норвегии, так и короля шотландцев – статус и титул, который принадлежал многим его преемникам. Торфинн также стал королём островов с 1035 года, титулом, которым среди ярлов Оркнейских островов до него владел только Сигурд Эйстинссон, а после него, возможно, Айнар Сигурдссон и ненадолго Сигурд Магнуссон, как несовершеннолетний сын Магнуса Босоногого.

Святой Магнус

Магнус Эрлендссон, внук Торфинна, был известен своей благочестивостью и кротостью, что норвежцы воспринимали как трусость. Будучи взят в заложники королем Магнусом Босоногим, он отказался участвовать в викинговском набеге на Англси по религиозным соображениям и вместо этого оставался на корабле во время битвы в проливе Менай, распевая псалмы. Его брат Эрлинг погиб во время похода с королем Магнусом, либо в той же битве, либо в Ольстере. Магнусу пришлось искать убежище в Шотландии, но он вернулся на Оркнейские острова в 1105 году и оспорил право наследования со своим кузеном Хаконом Полссоном. Не добившись соглашения, он обратился за помощью к королю Эйстейну I Норвежскому, который даровал ему графство Оркней, и он правил совместно и в согласии с Хаконом до 1114 года. Магнус укрылся в островной церкви на ночь, но на следующий день был схвачен, и разъяренный Хакон приказал своему повару Лифольфу убить Магнуса, ударив его топором по голове. Говорят, что Магнус первым помолился за души своих мучителей. Племянник Магнуса, Рёгнвальд Кали Колссон, заявил о своих правах на графство Оркней, и его отец Кол посоветовал пообещать жителям островов "построить каменный собор в Киркволле" в память о своем дяде, Святом Графе, и так появился собор Святого Магнуса. Когда собор, строительство которого началось в 1137 году, был готов к освящению, туда были перенесены мощи святого Магнуса.

Свен Аслефсон и граф Рёгнавальд

Поскольку эта часть саги была написана всего через несколько десятилетий после смерти Аслефссона, разумно предположить, что эти главы более точно отражают описываемые события, чем истории более ранних времен. Аслефссон изображен как квинтэссенция викинга, вольнонаемника, чья деятельность включает пьянство, убийства и грабежи, и чья поддержка имеет решающее значение для политики Оркнейского ярлства. Хотя он и не был ярлом, его деяния занимают полную четверть саги, и старейшая версия заканчивается его смертью. Его история тесно переплетена с историей ярла Рёгнвальда, более многогранного персонажа, который также является трубадуром и, как его дядя Магнус, в конечном итоге святой. Возможно, авторы саги стремились представить их как образцы викинговского образа жизни. Однако в этой истории может скрываться и более сложная мораль. Несмотря на то, что последние слова Аслефссона были: «Да будет известно всем, что я состою в дружине святого ярла Рёгнвальда», он также шантажировал Рёгнвальда и доставлял ему немало хлопот. Возможно, сага стремится изобразить Рёгнвальда как слабого правителя, неспособного контролировать своих ярлов. Другая интерпретация повествования заключается в том, что вместо противопоставления этих двух мужчин как героя и злодея, они вместе жили в золотой век, где ярл был просвещенным правителем и *primus inter pares*, но был обязан своим положением отчасти отряду своих «достойных воинов» и ни в коем случае не был деспотом, правящим по божественному праву. В этом случае всю историю можно рассматривать как реакцию на норвежскую королевскую пропаганду того времени, направленную на укрепление центральной власти короны. Если пик военной мощи ярлов пришелся на XI век, во времена Торфинна «Могучего», то правление ярла Рёгнвальда Кали Колсона знаменует собой культурный расцвет саги в XII веке.

Поздние графы

Граф Харальд "Старый" Маддадсон (ок. 1134 – 1206) какое-то время правил совместно с графом Рогнвальдом. Когда король Эйстейн Харальдссон предпринял набег из Норвегии на Оркнейские острова, он встретил Харальда близ Тёрсо и захватил его в плен. Харальд был освобожден за выкуп золотом и присягу верности Эйстейну. После этого Эйстейн совершил набеги на побережья Шотландии и Англии. Вероятно, вследствие действий Эйстейна, король Давид I даровал половину Кейтнесса двоюродному брату Харальда, Эрленду Харальдссону. Это привело к политической борьбе, завершившейся убийством Эрленда в 1154 году. Свен Аслефссон вновь оказался втянут в этот династический конфликт. В 1153 году король Давид умер, и ему наследовал его юный внук, Малькольм IV. Король Эйстейн также погиб в войне со своими братьями Инги и Сигурдом. В результате, к 1158 году Харальд Маддадсон стал единоличным графом Оркней, и ни король Шотландии, ни король Норвегии не могли претендовать на его власть. Последние, краткие главы поздней версии саги описывают жизнь четырех преемников Харальда, правивших до убийства Йона Харальдссона в 1231 году, что положило конец династии норвежских графов Оркней, хотя Оркнейские и Шетландские острова оставались частью Норвегии вплоть до XV века.

История или басня?

Существуют явные сомнения в историчности многих утверждений, содержащихся в саге об Оркнейцах, и в том, насколько уместен эвхемеристический подход к их интерпретации. Подобно тому, как историческим контекстом предполагаемой великой экспедиции на запад, предпринятой королем Харальдом Прекрасноволосым и приведшей к основанию Оркнейского ярлства, являлась борьба Норвегии с королями Шотландии за Гебридские острова в середине XIII века, так и события, добавленные в сагу для украшения биографии ярла Торфинна, имеют ряд параллелей с жизнью Харальда Маддадссона. Вулф (2007) предполагает, что некоторые элементы истории Торфинна могли быть включены для легитимизации походов последнего. Особенно в начале повествования встречаются очевидно вымышленные элементы, такие как знамя с вороном ярла Сигурда, а также в некоторых более поздних эпизодах, например, последствия отравленной рубашки, которая, как утверждается, убила ярла Харальда Хаконссона.