Роберт Кашман: Лидер пилигримов и организатор плавания "Мейфлауэр"

Введение

Английский сепаратист (1577–1625)
Пилигрим из Плимутской колонии

Роберт Кушман (1577–1625) был важным лидером и организатором плавания на корабле "Мэйфлауэр" в 1620 году, являясь главным агентом в Лондоне для лейденской группы сепаратистов с 1617 по 1620 год и впоследствии для Плимутской колонии до своей смерти в 1625 году в Англии. Его исторически известная брошюра под названием "Крик камня" была написана около 1619 года и опубликована посмертно в 1642 году. Эта работа является важным свидетельством о религиозной жизни лейденской группы, датированным периодом перед отплытием.

Ранняя жизнь в Англии

Кушман родился в 1577 году в Рольвендене, графство Кент и, как считается, был вторым сыном Томаса Кучмана (Кушмана) и Эллен Хаббард. Многие религиозные убеждения Кушмана могли сформироваться под влиянием других пуритан из Кентербери и его посещения нелегальных религиозных собраний, известных как «конвентикулы». Лучшее понимание его религиозных принципов, а возможно, и принципов других пилигримов «Мэйфлауэр», можно найти в его брошюре под названием «Крик камня». Он пишет, что Англиканская церковь «недостаточна и ущербна», является «суеверным обычаем», и он не хотел бы поклоняться «плодам человеческой фантазии». Он пишет, что решил искать вместо этого «ближайшее общение, которое святые могут иметь в этом мире, [общение], наиболее напоминающее небесное». Кушман также пишет, что «людей Божьих все еще мало, и едва ли один на сотню», возможно, считая себя одним из немногих избранных. Первая проблема Кушмана с властями возникла в 1603 году, когда он был еще подмастерьем. Она касалась незаконного распространения памфлетов (язвительных религиозных сочинений) в Кентербери Кушманом «из прихода Святого Андрея Кентерберийского». Памфлеты представляли собой рукописные записки с надписью «Господи, помилуй нас», которые размещались на дверях церквей по всему Кентербери. Власти приказали найти «бесчинствующих подстрекателей к мятежу», распространявших эти памфлеты, допросить их и заключить в тюрьму в случае отказа от дачи показаний. Роберт Кушман был арестован властями и, не предоставив удовлетворительных ответов на вопросы, по «определенным причинам» был заключен в тюрьму Вестгейт на одну ночь. Друзья Кушмана из его предыдущего прихода Святого Георгия также были причастны к распространению памфлетов. В 1604 году Кушман был привлечен к ответственности Высокой комиссией за распространение памфлетов и церковным судом архидиакона за не посещение приходской церкви Святого Андрея. Первая отлучение от церкви произошла 16 января 1604 года за то, что он не признал свою вину в жалобах на то, что не мог получить духовного назидания в своей приходской церкви. По его просьбе он был освобожден от отлучения 15 октября 1604 года. Вторая отлучение от церкви произошла 12 ноября 1604 года, вероятно, за распространение памфлетов. По его просьбе 7 июля 1605 года ему было даровано прощение, и приговор был снят. Известно, что ряд кентерберийских пилигримов переехали в Сандвич в Кенте, где проживали до отплытия в Лейден, Голландия. Например, семья Джеймса Чилтона переехала из Кентербери около 1600 года.

Cushman was born in 1577 in Rolvenden, county Kent and is believed to be the second son of Thomas Couchman (Cushman) and Ellen Hubbarde. Many of Cushman's religious beliefs may have come from other Canterbury Puritans and his attendance at illegal religious meetings known as "conventicles." The best view into his religious principles and possibly some other Mayflower Pilgrims can be found in his booklet titled "The Cry of a Stone." He writes that the Church of England "is wanting and defective", a "superstitious custome," and he would not wish to worship "humane devices." He writes that he decided to seek instead the "nearest fellowship that the Saints can have in this world, [that] most resembleth heaven." Cushman also writes that "God's people are still few, and scarce one of a hundred " perhaps thinking of himself as one of the select few. Cushman's first problem with authorities came in 1603 while he was still apprenticed to Masters. This involved the illegal distribution of libels (derogatory religious writings) in Canterbury by Cushman "of the parish of St. Andrew of Canterbury." The libels were handwritten notices stating "Lorde have mercy uppon us" which were posted on church doors throughout Canterbury. The authorities ordered that the "lewd seditious persons" posting the libels be found, interrogated and committed to prison if they refused examination. Robert Cushman was arrested by the authorities and not providing satisfactory answers upon questioning, for "certain reasons" was committed to Westgate prison for one night. Friends of Cushman's from his prior parish of St. George were also involved in posting libels. In 1604 Cushman was prosecuted by the Court of High Commission for distribution of libels and by the archdeaconry court for non attendance at his parish church of St. Andrew's. His first excommunication came on 16 January 1604 for not acknowledging his offence of complaining that he could not be edified at his parish church. Per his request, he was absolved on 15 October 1604. His second excommunication was on 12 November 1604 likely for the offence of spreading libels. Per his request, on 7 July 1605 absolution was granted and the sentence lifted. A number of Canterbury Pilgrims are known to have moved to Sandwich in Kent where they resided prior to sailing for Leiden, Holland, with the James Chilton family, as an example, moving from Canterbury about 1600.

Семья Кушман в Лейдене

Роберт Кушман и его семья эмигрировали в Лейден, Голландия, до 4 ноября 1611 года, где он работал чесальщиком шерсти. Вместе с Джоном Карвером он стал агентом лейденской голландской общины для ведения дел в Англии. Поскольку старейшина Уильям Брюстер скрывался, преследуемый людьми Якова VI и I за распространение Брюстером религиозных трактатов, критикующих короля и его епископов, сепаратисты обратились к Джону Карверу и Роберту Кушману, чтобы те продолжили переговоры с чиновниками в Лондоне о плавании в Америку. К июню 1619 года Карвер и Кушман получили патент от Вирджинской компании для сепаратистов. В 1620 году они находились в Олдгейте, Лондон, проживая в доме Хенедж, на Дьюкс-Плейс, откуда вели переговоры с Томасом Уэстоном о финансовой поддержке со стороны группы купцов. Карвер и Кушман спорили с Уэстоном и друг с другом по поводу финансов, условий контракта, перевозки и провизии для путешествия, до такой степени, что Карвер потерял надежду на успех предприятия. «Мы начали строить, – сказал он, – и не сможем закончить». Кушман говорил о «глубоком расколе» между ними. После того как Уэстон нанял корабль «Мэйфлауэр», Кушман и Карвер, как закупщики для лейденской общины, начали закупать припасы и провизию в Лондоне и Кентербери.

Чем больше детей

Когда сепаратисты собрались в Лондоне, к ним присоединились дети Моров, которые были переданы на попечение Уэстона, Кушмана и Карвера. Джон Карвер и Роберт Кушман совместно договорились найти им опекунов среди пассажиров. Детей на "Мэйфлауэр" отправил Самюэль Мор, муж их матери Кэтрин, после признания ею в супружеской неверности. Дети должны были статьindentured servants (наемными слугами) у определенных пассажиров: Элеоноре, восьми лет, – к Эдварду и Элизабет Винслоу; Джасперу, семи лет, – к Карверам; а Ричарду, пяти лет, и Мэри, четырех лет, – к Уильяму и Мэри Брюстер. Все дети, кроме Ричарда, умерли в первую зиму 1620 года.

Попытки покинуть Англию на "Спидуэлле"

В конце июля 1620 года «Мэйфлауэр» отплыл из Лондона со своими пассажирами, чтобы пополнить запасы и встретиться с «Спидуэллом» из Лейдена в Саутгемптоне. Когда в августе 1620 года пришло время покинуть Саутгемптон, Кушман присоединился к своим друзьям на борту «Спидуэлла», но корабль оказался не seaworthy (непригодным к плаванию). Кушман отметил: «Он так же открыт и течет, как решето». Вскоре после того, как «Мэйфлауэр» и «Спидуэлл» вышли в море, они вернулись в Дартмут для ремонта, порт в 75 милях к западу от Саутгемптона. Ремонт был завершен 17 августа, но из-за безветрия они были вынуждены остаться в Дартмуте. К тому времени они съели половину своих запасов продовольствия. Кушман выражал серьезную обеспокоенность по этому поводу в своих записях. Многие пассажиры хотели отказаться от плавания, хотя для многих это означало бы потерю всего, чем они владели. Кушман утверждал, что капитан «Мэйфлауэра» отказался их отпускать. «Он не станет их слушать и не позволит им сойти на берег, – заявил Кушман, – чтобы они не сбежали». Месяцы напряжения сказались на Кушмане, и он почувствовал острую боль в груди – «словно груз свинца давил на мое сердце». Ему казалось, что он умирает. Два корабля покинули Дартмут и прошли более 300 миль, но затем им снова пришлось вернуться, на этот раз в Плимут в Девоне, из-за проблем на «Спидуэлле». «Спидуэлл» пришлось оставить, так как он не пережил бы путешествие. В обмен на более безопасный проход количество пассажиров сократилось со 120 до примерно 100, которых затем пришлось тесно разместить на одном корабле. Среди тех, кто не перешел на «Мэйфлауэр», была семья Кушмана, который заявил, что в любой момент может стать пищей для рыб. После решения об отказе от «Спидуэлла» Кушману и его семье предоставили приоритет при посадке на «Мэйфлауэр», но они отказались – вероятно, из-за болезни Роберта. Роберт Кушман прожил всего несколько недель. Его миссия заключалась в том, чтобы убедить поселенцев принять условия контракта, навязанные Томасом Уэстоном и лондонскими инвесторами. Этот контракт вызвал возмущение и гнев среди группы из Лейдена, и они гневно отвергли его 5 августа 1620 года, в день отплытия из Портсмута. Но Кушман обнаружил в Плимуте, что поселенцы наконец осознали свое положение и свою потребность в помощи из Лондона. Кушман выполнил свою миссию, но покинул Плимут 13 декабря 1621 года, проведя уже четыре месяца в море, и оставил своего сына Томаса на попечение губернатора Брэдфорда. Позже Брэдфорд сообщил о визите Кушмана в Плимут, что он «пробыл не более четырнадцати дней» и что корабль «Фортуна» был «быстро отправлен с грузом, стоимость которого оценивается почти в 500 фунтов стерлингов».

The Mayflower sailed from London with its passengers at the end of July, 1620, to take on supplies and meet up with the Speedwell from Leiden at Southampton. When it was time to leave Southampton, in August 1620, Cushman made sure he joined his friends aboard the Speedwell, but the ship was not seaworthy. Cushman stated: "(S)he is as open and leaky as a sieve". Soon after Mayflower and Speedwell cleared the coast, they put in for repairs at Dartmouth, a port 75 miles west of Southampton. The repairs were completed on 17 August, but they were forced to remain in Dartmouth due to lack of wind. By then half their food had been eaten. In his writings Cushman was very concerned about this. Many of the passengers wanted to abandon the voyage, even though, to many, it meant losing everything they possessed. Cushman stated that the Mayflower captain refused to let them off. "(H)e will not hear them, nor suffer them to go ashore," Cushman stated, "lest they should run away." The months of tension had caught up with Cushman and he began to suffer a searing pain in his chest – "a bundle of lead as it were, crushing my heart." He felt he was going to die. The two ships left Dartmouth and sailed more than 300 miles, but then they again had to turn back, this time to Plymouth in Devon, because of trouble on the Speedwell. The Speedwell had to be abandoned because she would never have survived the voyage. The trade off for a safer passage was the reduction of the 120 passengers to about 100, who then had to be squeezed aboard a single ship. Among those from the Speedwell who did not board the Mayflower was the family of Cushman, who stated he expected at any moment to become meate for ye fishes. After the decision to abandon the Speedwell, Cushman and his family had priority to sail on the Mayflower but they declined – probably because of Robert's illness. Robert Cushman remained but a few weeks. His mission was to convince the settlers to accept the terms of their contract imposed by Thomas Weston and the London investors. This contract had incurred the resentment and anger of the Leiden contingent and they had angrily rejected it on 5 August 1620, the date of departure from Portsmouth. But Cushman found at Plymouth that the settlers had finally come to realise their situation and their need for assistance from London. Cushman did complete his mission, but left Plymouth on 13 December 1621, having already spent four months at sea, and left his son Thomas in the care of Governor Bradford. Bradford later reported on Cushman's visit to Plymouth that he "stayed not above fourteen days" and that the ship Fortune was "speedily dispatched away laden with (cargo) estimated to be worth near £500."

Кушман в Лондоне 1622

Кушман вернулся в Лондон 17 февраля 1622 года. Он привез с собой ценный документ, известный как "Отношение" Брэдфорда и Уинслоу (или исторически как "Отношение Морта") – подробный дневник, то есть ежедневная письменная запись об исследовании районов мыса Код и Плимутского залива и гавани. "Отношение" является важнейшим историческим документом своего рода в ранней американской истории. Когда Роберт Кушман прибыл в Лондон в конце февраля 1622 года, он поспешил напечатать и распространить "Отношение Морта" как можно быстрее и шире, что, очевидно, было задумано как пропаганда колонии. Миссия Кушмана по поддержке новой Плимутской колонии была значительно продвинута его возвращением и прибытием в Лондон 17 февраля 1622 года с подписанным одобрением условий соглашения с "Авантюристами". Это было удостоверено подписями руководства, возглавляемого губернатором Брэдфордом, преемником Джона Карвера. Этот документ восстановил отношения между колонистами и лондонскими инвесторами, а также освободил инвесторов от обвинений в неблагодарности и предосудительном поведении. Кушман служил агентом колонии Нью-Плимут и представителем колонии в компании "Коммерсантов-авантюристов" Лондона до своей смерти в мае 1625 года. Кушман не умер в Лондоне от чумы в 1625 году. Нет первичных источников, подтверждающих это утверждение. Роберт посещал Бененден, Кент, деревню, соседствующую с Рольвенденом, где жил его брат Ричард, до самой смерти Ричарда в марте 1623/24 года. Ричард Кучман оставил завещание, которое было утверждено в 1624 году (PRC/17/65/443, Benenden). В завещании было сделано завещание в пользу детей "свояка Стивена Эверндена" (также Эверден). Он женился на сестре Ричарда и Роберта, Сильвестре Кучман, в Рольвендене 7 ноября 1593 года. Роберт Кушман намеревался отправиться в Плимутскую колонию и навещал своих родственников перед отъездом. Уильям Брэдфорд в своей книге "О плантациях Плимута" писал, что "намерение самого Кушмана было приехать и провести с ними [свои] последние дни". Запись в реестре архидьякона Сент-Джорджа, Бененден, являющаяся первичным источником, датирована 6 мая 1625 года: "6-го дня Роберт Коучман, чужак". Обычно человека называли "чужаком", если он был из другого прихода. Роберт жил в приходе Сент-Ботольф без Олдгейт на северо-востоке Лондона. Уильям Брэдфорд, губернатор Плимута на протяжении многих лет, написал, получив известие о смерти Роберта Кушмана в Англии, что он "был их правой рукой в делах с друзьями, (торговыми) Авантюристами (лондонской инвестиционной группой), и на протяжении многих лет вел и решал все их дела с ними, к их большой выгоде".

Cushman arrived back in London, 17 February 1622. He was carrying with him a valuable document known as the Bradford Winslow "Relation" – (or historically known as 'Mourt's Relation') the detailed journal account, that is, day to day written record of the exploration of areas of Cape Cod and Plymouth bay and harbour. The "Relation" is the single most important historical document of its kind in early American history. When Robert Cushman arrived in London at the end of February 1622, he hurried to have printed and disseminated 'Mourt's Relation' as quickly and widely as possible, which was obviously meant as propaganda for the colony. The mission of Cushman in aid of the new Plymouth colony was much advanced by his return and arrival in London, 17 February 1622, with the signed approval of the terms of the Adventurers with him. It had been certified by the signatures of the leadership now led by Governor Bradford, successor to John Carver. This document had renewed the relationship between the colonist and the London investors and the investors were also relieved of ingratitude and culpable impropriety. Cushman served as agent of the New Plymouth Colony and representative of the colony with the company of Merchant Adventurers of London until he died in May of 1625. Cushman did not die in London of the plague in 1625. There are no primary sources as evidence for this claim. Robert was visiting Benenden, Kent, the next door village to Rolvenden, where his brother, Richard, lived until Richard died in March 1623/24. Richard Couchman left a will probated in 1624 (PRC/17/65/443, Benenden). The will left a bequest to the children of "brother in lawe Stephen Everenden" (also Evernden). He married Richard and Roberts' sister, Sylvester Coucheman, in Rolvenden on 7 Nov 1593. Robert Cushman intended to sail to Plymouth Colony and was visiting his relatives before he left. William Bradford, in his book Of Plymouth Plantation, wrote that Cushman's "own purpose was to come over and spend his [last] days with them". The St. Georges, Benenden archdeacon's transcript, primary source, record was May 6, 1625 "The 6 day Roberte Couchman a stranger." It was usual to identify a person as a "stranger" if they were from another parish. Robert lived in St. Botolph without Aldgate parish in northeast London. William Bradford, Governor of Plymouth for many years, wrote upon receiving notice of Robert Cushman's death in England, that he "was as their right hand with their friends the (Merchant) Adventurers (London investment group), and for divers (sic) years had done and agitated all their business with them, to their great advantage."

Памятник Кушман на похоронном холме в Плимуте

Роберт Кушман был похоронен в Англии в 1625 году. 15 августа 1855 года собрание членов семьи Кушман, встретившееся на Холме захоронений в Плимуте, штат Массачусетс, решило воздвигнуть памятник в его честь и в честь его потомков. Семья образовала Ассоциацию памятника Кушману, и каждый, кто делал взнос в Ассоциацию, получал сертификат с указанием суммы взноса и изображением памятника. В процессе возведения двадцатипятифутового памятника были обнаружены останки сына Роберта Кушмана, старейшины Томаса Кушмана, его жены Мэри (Аллертон) и других членов семьи. Эти останки впоследствии были захоронены в пространстве, сооруженном под памятником, завершение строительства которого было отмечено 16 сентября 1858 года.