Биджапурский султанат: История и архитектурное наследие

Введение

Мусульманская династия, правившая юго-западной Индией как Султанат Биджапур с 1490 по 1686 год. Основатель династии, Юсуф Адил Шах (1490–1510), был назначен губернатором провинции правителями Бахманидов, прежде чем создать фактически независимое государство Биджапур. Юсуф и его сын Исмаил обычно использовали титул Адил-хана. «Хан», означающий «вождь» в различных центральноазиатских культурах и заимствованный из персидского языка, имел более низкий статус, чем «шах», указывающий на царское достоинство. Лишь при правлении внука Юсуфа, Ибрагима Адиль-шаха I (1534–1558), титул Адиль-шаха вошел в широкое употребление. Даже тогда правители Биджапура признавали вассальную зависимость от персидских Сафавидов. Границы Биджапурского султаната значительно менялись на протяжении своей истории. Его северная граница оставалась относительно стабильной, охватывая современный Южный Махараштра и Северный Карнатака. Султанат расширился на юг, сначала завоевав Райчур Доаб после поражения империи Виджаянагара в битве при Таликоте в 1565 году. Последующие кампании, особенно во время правления Мухаммеда Адиль-шаха (1627–1657), расширили официальные границы Биджапура и его номинальную власть до Бангалора. Биджапур граничил с португальским государством Гоа на западе и с султанатом Голконда, управляемым династией Кутб-шахи, на востоке. Бывшая столица провинции Бахманидов, Биджапур, оставалась столицей султаната на протяжении всего его существования. После скромных ранних преобразований Ибрагим Адиль-шах I (1534–1558) и Али Адиль-шах I (1558–1579) перестроили Биджапур, возведя цитадель и городские стены, соборную мечеть, основные королевские дворцы и важнейшую инфраструктуру водоснабжения. Их преемники, Ибрагим Адиль-шах II (1580–1627), Мухаммед Адиль-шах (1627–1657) и Али Адиль-шах II (1657–1672), еще больше украсили Биджапур дворцами, мечетями, мавзолеями и другими сооружениями, которые считаются одними из лучших образцов архитектуры султаната Декан и индоисламского искусства. Биджапур оказался втянут в нестабильность и конфликты, последовавшие за распадом империи Бахманидов. Постоянные войны как с империей Виджаянагара, так и с другими султанатами Декана сдерживали развитие государства, пока султанаты Декана не объединились, чтобы одержать победу над Виджаянагарой при Таликоте в 1565 году. В конечном итоге Биджапур завоевал соседний султанат Бидар в 1619 году. Португальская империя оказывала давление на важный порт Адил-шахов в Гоа, пока он не был завоеван во время правления Ибрагима II. После этого султанат был относительно стабилен, хотя и пострадал от восстания Шиваджи, чей отец был маратхским военачальником на службе Адил-шаха. Шиваджи основал независимое маратхское королевство, которое впоследствии стало империей Маратхов, одной из крупнейших империй в Индии, незадолго до завоевания Индии англичанами. С конца XVI века главной угрозой безопасности Биджапура была экспансия Империи Великих Моголов в Декан. Хотя возможно, что именно моголы уничтожили Адилшахи, восстание Шиваджи ослабило контроль Адилшахи. Различные соглашения и договоры постепенно налагали вассальную зависимость моголов на Адил-шахов, пока Биджапур официально не признал власть моголов в 1636 году. Требования их могольских сюзеренов истощали богатства Адил-шахов до завоевания Биджапура моголами в 1686 году.

Muslim dynasty that ruled southwest India as the Sultanate of Bijapur from 1490 to 1686

The founder of the dynasty, Yusuf Adil Shah (1490–1510), was appointed governor of the province by its Bahmani rulers, before creating a de facto independent Bijapur state. Yusuf and his son, Ismail, generally used the title Adil Khan. 'Khan', meaning 'Chief' in various Central Asian cultures and adopted in Persian, conferred a lower status than 'Shah', indicating royal rank. Only with the rule of Yusuf's grandson, Ibrahim Adil Shah I (1534–1558), did the title of Adil Shah come into common use. Even then, Bijapur rulers recognized Safavid Persian suzerainty over their realm. The Bijapur Sultanate's borders changed considerably throughout its history. Its northern boundary remained relatively stable, straddling contemporary Southern Maharashtra and Northern Karnataka. The Sultanate expanded southward, first with the conquest of the Raichur Doab following the defeat of the Vijayanagara empire at the Battle of Talikota in 1565. Later campaigns, notably during the reign of Mohammed Adil Shah (1627–1657), extended Bijapur's formal borders and nominal authority as far south as Bangalore. Bijapur was bounded on the West by the Portuguese state of Goa and on the East by the Sultanate of Golconda, ruled by the Qutb Shahi dynasty. The former Bahmani provincial capital of Bijapur remained the capital of the Sultanate throughout its existence. After modest earlier developments, Ibrahim Adil Shah I (1534–1558) and Ali Adil Shah I (1558–1579) remodelled Bijapur, providing the citadel and city walls, congregational mosque, core royal palaces and major water supply infrastructure. Their successors, Ibrahim Adil Shah II (1580–1627), Mohammed Adil Shah (1627–1657) and Ali Adil Shah II (1657–1672), further adorned Bijapur with palaces, mosques, mausoleum and other structures, considered to be some of the finest examples of Deccan Sultanate and Indo Islamic Architecture. Bijapur was caught up in the instability and conflict resulting from the collapse of the Bahmani Empire. Constant warring, both with the Vijayanagara Empire and the other Deccan Sultanates, curtailed the development of state before the Deccan Sultanates allied to achieve victory over Vijayanagara at Talikota in 1565. Bijapur eventually conquered the neighbouring Sultanate of Bidar in 1619. The Portuguese Empire exerted pressure on the major Adil Shahi port of Goa, until it was conquered during the reign of Ibrahim II. The Sultanate was thereafter relatively stable, although it was damaged by the revolt of Shivaji, whose father was Maratha commander in the service of Adil Shah. Shivaji founded an independent Maratha Kingdom which went on to become the Maratha Empire, one of the largest empires in India, just before the British conquered India. The greatest threat to Bijapur's security was, from the late 16th century, the expansion of the Mughal Empire into the Deccan. Although it may be the case that the Mughals destroyed the Adilshahi, it was Shivaji's revolt which weakened the Adilshahi control. Various agreements and treaties imposed Mughal suzerainty on the Adil Shahs, by stages, until Bijapur's formal recognition of Mughal authority in 1636. The demands of their Mughal overlords sapped the Adil Shahs of their wealth until the Mughal conquest of Bijapur in 1686.

Исторический обзор

Основатель династии, Юсуф Адил Шах, возможно, был грузинским рабом, которого Махмуд Гаван приобрел в Иране. Некоторые историки также упоминают его как перса или туркмена. Согласно более поздним преданиям, Юсуф был сыном османского султана Мурада II, однако современные историки считают это необоснованным. Существует и теория, что он был туркменом из племени Ак-Коюнлу. Когда Юсуф умер в 1510 году, его сын Исмаил был еще ребенком. Пунджи, переодетый в мужскую одежду, храбро защитил его от переворота с целью захвата трона. Таким образом, Исмаил Адил Шах стал правителем Биджапура и продолжил дело своего отца. Ибрагим Адил Шах I, сменивший своего отца Исмаила, укрепил город и построил старую Джамиа-Масджид. Али Адил Шах I, взошедший на престол после него, объединил свои силы с другими мусульманскими правителями Голконды, Ахмаднагара и Бидара, и вместе они свергли империю Виджаянагара. Используя захваченные трофеи, он начал осуществлять масштабные проекты. Он возвел Гаган-Махал, Али Раузу (свою собственную гробницу), Чанд Бауди (большой колодец) и Джамиа-Масджид. У Али I не было сыновей, поэтому на трон был возведен его племянник Ибрагим II. Королева Али I, Чанд Биби, помогала ему до достижения совершеннолетия. Ибрагим II отличался храбростью, умом и интересом к индуистской музыке и философии. При его покровительстве биджапурская школа живописи достигла своего расцвета. Мухаммад Адил Шах сменил своего отца Ибрагима II. Он известен самым величественным сооружением Биджапура – Гол Гумбаз, который обладает самым большим куполом в мире и галереей шепотов, где даже самый тихий звук повторяется семь раз. Он также установил историческую пушку Малик-и-Майдан. Али Адил Шах II унаследовал неспокойное государство. Ему пришлось противостоять натиску мараттского вождя Шиваджи с одной стороны и могольского императора Аурангзеба – с другой. Его мавзолей Бара Каман, задуманный как самый грандиозный из всех, остался незавершенным из-за его смерти. Сикандар Адил Шах, последний султан династии Адил Шахи, правил следующие четырнадцать бурных лет. Наконец, 12 сентября 1686 года могольские войска под командованием Аурангзеба захватили город Биджапур.

The founder of the dynasty, Yusuf Adil Shah, may have been a Georgian slave who was purchased by Mahmud Gawan from Iran. Other historians mentioned him of Persian or Turkmen According some subsequent traditions, Yusuf was a son of the Ottoman Sultan Murad II, although this is considered unfounded by modern historians. Another theory states he was a Turkman of the Aq Quyunlu. When Yusuf died in 1510, his son Ismail was still a boy. Punji in male attire valiantly defended him from a coup to grab the throne. Ismail Adil Shah thus became the ruler of Bijapur and succeeded his father's ambition. Ibrahim Adil Shah I who succeeded his father Ismail, fortified the city and built the old Jamia Masjid. Ali Adil Shah I who next ascended the throne, aligned his forces with other Muslim kings of Golconda, Ahmednagar and Bidar, and together, they brought down the Vijayanagara empire. With the loot gained, he launched ambitious projects. He built the Gagan Mahal, the Ali Rauza (his own tomb), Chand Bawdi (a large well) and the Jami Masjid. Ali I had no son, so his nephew Ibrahim II was set on the throne. Ali I's queen Chand Bibi had to aid him until he came of age. Ibrahim II was noted for his valor, intelligence and leanings towards the Hindu music and philosophy. Under his patronage the Bijapur school of painting reached its zenith. Muhammad Adil Shah succeeded his father Ibrahim II. He is renowned for Bijapur's grandest structure, the Gol Gumbaz, which has the biggest dome in the world with whispering gallery round about slightest sound is reproduced seven times. He also set up the historical Malik e Maidan, the massive gun. Ali Adil Shah II inherited a troubled kingdom. He had to face the onslaught of the Maratha leader Shivaji on one side and Mughal emperor Aurangzeb on another. His mausoleum, Bara Kaman, planned to dwarf all others, was left unfinished due to his death. Sikandar Adil Shah, the last Adil Shahi sultan, ruled next for fourteen stormy years. Finally on 12 September 1686, the Mughal armies under Aurangzeb overpowered the city of Bijapur.

Суфии в Биджапуре

Прибытие суфиев в область Бижапур началось во времена правления Кутбуддина Айбака. В этот период регион Декан находился под контролем местных индуистских правителей и палегаров. Шейх Хаджи Руми был первым, кто прибыл в Бижапур со своими спутниками. Хотя его другие соратники, такие как шейх Салахуддин, шейх Сайфул Мулк и Сейед Хаджи Макки, поселились в Пуне, Хайдра и Тикота соответственно. Согласно «Тазкирае Аулиее Дакан», то есть «Биографии святых Декана», составленной Абдул Джаббаром Мулкапури в 1912–1913 годах, суфий Сармаст был одним из самых ранних суфиев этого региона. Он прибыл в Декан из Аравии в XIII веке, когда Декан был землей неверующих, где не было никаких признаков ислама или истинной веры. Его товарищей, учеников (факиров), последователей (муридов) и воинов (гази) насчитывалось более семисот. Он поселился в Сагаре в районе Шолапур. Там ревностный и враждебно настроенный к мусульманам раджа по имени Кумарам (Кумара Рама) хотел изгнать суфия Сармаста, и его соратники также готовились к борьбе, после чего последовала ожесточенная битва. Герои с обеих сторон были убиты. В конце концов, раджа был убит рукой своей дочери. Бесчисленное множество индусов было убито, и в это время Лакхи Хан Афган и Нимат Хан прибыли из Дели, чтобы оказать ему помощь. Индусы были разгромлены, а мусульмане одержали победу. Оставшиеся индусы, приняв статус вассалов, заключили мир. Поскольку по своей природе он не был склонен к войне, суфий Сармаст распространял религию Мухаммада.

После этого периода началось прибытие суфиев в Бижапур и его окрестности. Айн уд-Дин Гахджуль Ильм Дехелви рассказывает, что Ибрагим Сангане был одним из первых суфиев Бижапурского прихода. Суфии Бижапура могут быть разделены на три категории в зависимости от периода их прибытия, а именно: суфии, прибывшие до династий Бахмани и/или Адил Шахи, суфии во время династии Адил Шахи и суфии после падения династии Адил Шахи. Кроме того, их можно классифицировать как суфиев-воинов, суфиев-социальных реформаторов, суфиев-ученых, поэтов и писателей. Ибрагим Зубайри пишет в своей книге «Рузатул Аулиее Биджапур» (составленной в 1895 году), в которой описывается, что в Бижапуре более 30 гробниц или даргахов и более 300 ханкахов, то есть исламских миссионерских школ, с заметным числом учеников различных линий, таких как Хасани Садат, Хусаини Садат, Разави Садат, Казми Садат, Шейх Сиддики, Фаруки, Усмани, Альви, Аббаси и другие, а также духовных цепей, таких как Кадри, Чишти, Сухарварди, Накшбанди, Шуттари, Хайдари и другие.

Биджапур: Великий мегаполис средневекового Декана

Во второй половине XVI века и в XVII веке под эгидой династии Адиль Шахи столица Биджапура занимала видное место среди прославленных городов Индии. Это был крупный центр культуры, торговли, образования и науки. Город был известен своей самобытной культурой, именуемой Биджапурской культурой. В период своего наивысшего расцвета Биджапур являлся местом слияния различных общин и народов, а по некоторым аспектам превосходил великие города Дели и Агры в эпоху правления Великих Моголов. Еще до того, как Юсуф Адиль Шах, основатель династии Адиль Шахи, сделал Биджапур столицей своего новообразованного государства, город уже имел значительную важность. Династия Халджи сделала Биджапур резиденцией своих наместников, а позднее Хваджа Махмуд Гаван, визирь Бахманидов, выделил регион Биджапур в отдельную провинцию. Ему принадлежало имение в Биджапуре под названием "Кала Баг". Он возвел мавзолей Айн уд-Дин Гандж уль-'Улум. Архитектура мавзолеев Зия уд-Дин Газнави, Хафиза Хусейни и Хамзы Хусейни свидетельствует о том, что эти сооружения относятся к периоду Бахманидов. Таким образом, Биджапур был довольно крупным городом во времена ранних султанов династии Адиль Шахи. Столица развивалась постепенно, однако ее могущество возросло с восшествия на престол султана Али Адиль Шаха I в 1558 году. Его победа в битве при Таликоте в 1565 году и последующие кампании в регионах Кришны и Тунгабхадры принесли огромные богатства. Вследствие этого он начал щедро тратить на украшение города. При нем каждый год возводилось новое здание – дворец, мечеть, бастион или минарет. Преемник Али Адиль Шаха, Ибрагим Адиль Шах II, словно ожерелье из жемчуга, украсил Биджапур комплексом Ибрагим Руза, а Мухаммед Адиль Шах увенчал его бесценным камнем – Гол Гумбаз. Таким образом, правители Адиль Шахи вложили всю свою душу в столицу. Период с момента восшествия на престол Али Адиль Шаха I в 1558 году до смерти Мухаммеда Адиль Шаха в 1656 году можно назвать золотым веком династии Адиль Шахи, поскольку королевство процветало во всех сферах жизни.

In the second half of the 16th century, and the 17th century under the aegis of Adil Shahis, the capital city of Bijapur occupied a prominent place among the celebrated cities of India. It was a great centre of culture, trade and commerce, education and learning, etc. It was known for its own culture called, Bijapur Culture. During Bijapur's heyday of glory there was a conflux of different communities and the people. Sometimes in many respects it surpassed the great cities of Delhi and Agra of Mughal India. Before Yusuf Adil Shah, the founder of the Adil Shahis could make Bijapur as capital of his newly carved kingdom; the town occupied a considerable importance. The Khaljis made Bijapur their governor's seat, and after some time Khwajah Mahmud Gawan, the Bahmani premier constituted Bijapur region into a separate province. He owned property in Bijapur called "Kala Bagh". He constructed a mausoleum of Ain ud Din Ganj ul 'ullum. The architecture of the mausoleums of Zia ud Din Ghaznavi, Hafiz Husseini and Hamzah Husseini etc. suggests that these edifices belong to the Bahmani period. Thus Bijapur was fairly large town under the early Sultans of Adil Shahi dynasty. The capital progressed slowly, however, its star was in ascendancy since the accession of Sultan Ali Adil Shah I in 1558. His victory in the Battle of Talikota in 1565 and further campaigns in the Krishna Tunghabhadra regions brought enormous wealth. Hence he began to spend lavishly on its decoration. Under him every year saw some new building, a palace, a mosque, a bastion, or a minaret. His successor Ibrahim Adil Shah II added, so to say, a pearl necklace, Ibrahim Rouza to enhance the beauty of Bijapur, and Mohammed Adil Shah crowned it with a priceless gem called Gol Gumbaz. Thus the Adil Shahi monarchs poured their heart and soul in the capital city. The period between the accession of Ali Adil Shah I in 1558 to the death of Mohammed Adil Shah in 1656, can be called the golden age of the Adil Shahis as the kingdom flourished in all walks of life.

Население и пригороды

Во время правления Ибрагима Адиль-шаха II население Биджапура, как сообщается, достигло 984 000 человек и насчитывало невероятные 1600 мечетей. При Мухаммеде Адиль-шахе население продолжало расти. Историк Дж. Д. Б. Гриббл пишет:

Водная система

Султаны Адил Шахи создали сложную систему обеспечения чистой и здоровой водой для жителей Бижапура и его пригородов. В Торви была возведена каменная плотина, и мы находим еще одну дамбу на ее дальнем восточном склоне. Эти две плотины питались водохранилищами Торви и Афзалпур. Благодаря этим сооружениям вода поступала в пригороды Шахпура и в саму столицу. Историк К. Швайцер полагает, что акведук Торви сам по себе является выдающимся инженерным достижением Адил Шахи. Для увеличения существующего водоснабжения города Мухаммед Адиль Шах построил озеро Джахан Бегум (Бегум Талаб) к югу от Бижапура. Это озеро обеспечивало водой южные и восточные районы города, и таким образом вода достигала каждого уголка столицы. Кроме того, для удовлетворения потребностей в воде населения города и его окрестностей султаны и знать строили большие и малые колодцы. Капитан Сайкс, посетивший Биджапур в 1819 году, сообщает о 700 колодцах (буди) с лестницами и 300 колодцах (куан или небольших колодцах) без лестниц в пределах городских стен. Помимо этого, в окрестностях Бижапура обнаружены остатки резервуаров и озер, таких как Рангрез Талаб, Касим Талаб, Фатехпур Талаб и Аллапур Талаб. Бегум Талаб, представляющий собой резервуар, был построен в 1651 году Мохаммедом Адиль Шахом в память о Джахан Бегум и использовался для обеспечения города питьевой водой. С правой стороны озера находится подземное помещение, из которого вода подавалась в город по глиняным трубам. Трубы, проложенные на глубине от 5 до 15 метров, соединялись и укреплялись каменной кладкой. Вдоль трассы были возведены многочисленные башни высотой от 8 до 12 метров, называемые "гунджами", для снижения давления воды и предотвращения разрывов труб. Эти башни позволяли грязи опускаться на дно, обеспечивая поступление чистой воды.

Образование и обучение

До того, как мусульмане смогли установить свое правление в Биджапуре, это был великий центр обучения в Южной Индии. Это очевидно из двуязычной надписи на маратхи и санскрите, выгравированной непосредственно под персидской надписью в мечети Каримуддина, из которой следует, что городу Биджапуру присвоено звание «Банарас Юга». С древних времен Банарас в Северной Индии был знаменитым центром знаний. Хаиджийский наместник Биджапура, Малик Каримуддин, вероятно, обнаружил здесь бурную образовательную деятельность и поэтому назвал Биджапур Банарасом Юга. Халджи завоевали всю Южную Индию и хорошо знали ее знаменитые города, такие как Даулатабад Ядавов, Варангал Какатий, Дварасамудра Хойсалов и Мадурай Пандьев. Однако, за исключением Биджапура, ни один из этих городов не получил звание «Банарас Юга», хотя они были столицами правящих династий. Шеш Ваман Пандит был королевским библиотекарем. Дворцовый поэт Ибрагима II, Бакир Хурд и Касм, работал переписчиком в Королевской библиотеке. Известными учеными в столице были Шах Наваз Хан, Абдул Рашид аль-Бастаги, Шах Сибагатулла Хуссейни, Шейх Алимулла Мухаддис (учитель хадисов и теологии в мечети Джумма), Муллан Хасан Фараги, Муллан Хабибулла, Шах Мохаммад Мулки и Шах Хабибулла Хуссейни. В Асар-Махале находились два медресе (религиозные школы): одно для обучения хадисам (преданиям), а другое – фикху и иману (теологии и вере). Предоставлялось бесплатное образование с обильной пищей и стипендией в один хун каждому студенту. В мечетях были мактабы (начальные школы), где изучали арабский и персидский языки. Государство бесплатно обеспечивало книгами. Студенты, успешно сдавшие годовой экзамен, получали призы в хунах и впоследствии назначались на высокие и почетные должности. Помимо этого, большинство суфиев содержали свои собственные ханкхи (монастыри для учеников) и кутуб-ханы (библиотеки). Даже сегодня некоторые потомки суфиев продолжают эту традицию. Из его рассказа мы можем составить представление о месте, которое Биджапур занимал среди чудесных городов Индии в Средние века. В своих впечатлениях о городе он описывает великолепие двора Адиль-шахов и его обычаи:

Before the Muslims could establish their rule in Bijapur, it was a great centre of learning in South India. It is evident from the bilingual Marathi–Sanskrit inscription, which is inscribed just under the Persian epigraph in the Karimuddin mosque 16 that the city of Bijapur is given the title of ‘’"Banaras of the South"’’. Since ancient time Banaras in northern India was a celebrated centre of learning. The Khaiji governor of Bijapur, Malik Karimuddin, probably found at this place the great activities of learning; hence he entitled Bijapur as the Banaras of the South. The Khaljis conquered whole south India and they were well acquainted with its famous cities like Daulatabad of Yadavas, Warangal of Kakatiyas, Dwarasamudra of Hoysalas and Madurai of Pandyas. However, they did not entitle any of these cities as the Banaras of the South, except Bijapur, though these cities were the capitals of ruling dynasties. Sesh Waman Pandit was the Royal Librarian. Ibrahim II's court poet Baqir Khurd e Kasm worked as transcriber in the Royal Library. The noted scholars in the capital were Shah Nawaz Khan, Abdul Rasheed al Bastagi, Shah Sibagatullah Hussaini, Shaikh Alimullah Muhaddis (a teacher of Sayings or Traditions of Muhummad, and Theology in Jumma mosque), Mullan Hassan Faraghi, MullanHabibullah, Shah Mohummad Mulki and Shah Habibullah Hussaini. At the Asar Mahal there were two Madrasas (religious schools), one for teaching Hadith (Tradition) and another for Fiqah and Imaan (Theology and Belief). Free education with delicious food, and stipend of one Hun to each student was provided. The Mosques had the Maktabs (elementary schools) where Arabic and Persian studies were taught. The state supplied books free of costs. The students who performed excellently in the annual examination, received prizes in Huns, and later appointed in high and honourable position. Besides these, most of the Sufis maintained their own Khankhas (convents for disciples) and Kutub Khanas (libraries). Even to this day some of the descendants of Sufis in perpetuity continued this tradition. From his account we shall be able to form some idea of the position which Bijapur occupied among the wonder cities of India in the Medieval Ages. He cites in his impression of the city the grandeurs of the Adil Shahi court and its customs:
On 17th of Shaaban I marched forward with attendants that were with me to meet Adil Khan (Ibrahim Adil Shah II), and was introduced to him in a building upon that lake Gagan Mahal at Bijapur appointed for such ceremonies. It was a very pleasant spot appropriately furnished. In two or three houses the rooms were in a perfect tip top condition, and after prayer on that day Adil Khan came, wish all pomp and circumstances, followed by a retinue of elephants that palace, which they called ‘'Hajjah'’ (?) All around the gate of my residence were lofty buildings with houses and porticoes; the situation was very healthy and airy. It lies in open space in the city. Its northern portico is to the east of a ‘'Bazaar'’ of a great extent, as much as thirty yards wide and about two Kos long. Before each shop was a beautiful green tree, and the whole ‘'Bazaar'’ was extremely clean and pure. It was filled with rare goods, such as are not seen or heard of in any other town. There were shops of cloths sellers, jewellers, armourers, vintners, fish mongers, and cooks in the jeweller's shops were jewels of all sorts, wrought into variety. of articles, such as daggers, knives, mirrors, necklaces, and ‘'laso'’ into the form of birds, such as parrots, doves and peacocks, etc. all studded with valuable jewels, and arranged upon shelves, rising one above the other. By the side of this shop will be a baker's with rare viands, placed in the same manner, upon tiers of shelves in like manner. Then a clothier's, then a spirit merchant's with various sorts of China vessels, valuable crystal bottles, costly cups, filled with choice and rare essence, arrayed on shelves, while in the front of the shop were jars of double distilled spirits. Besides that shop will be a fruiter's, filled with all kinds of fruits and sweetmeats, such as pistachios nuts, and relishes, and sugar candy and almonds. On another side may be a wine merchant's shop, and an establishment of singers, dancers and beautiful women adorned with various kinds of jewels, and fair faced choristers, all ready to perform whatever may be desired of them. In short, the whole ‘'Bazaar'’ was filled with wine and beauty, dances, perfumes, jewels, of all sorts, plates, and viands. In one street were a thousand bands of people drinking, and dancers, lovers, and pleasure seekers assembled; none quarrelled or disputed with one another and this state of things was perpetual. Perhaps no place in the wide world could present a more wonderful spectacle to the eye of the traveller (for [[Akbar the Great

17-го шаабана я отправился в путь с моими спутниками, чтобы встретиться с Адиль-ханом (Ибрагимом Адиль-шахом II), и был представлен ему в здании на озере Гаган-Махал в Биджапуре, предназначенном для таких церемоний. Это было очень приятное место, обставленное соответствующим образом. В двух-трех домах комнаты были в безупречном состоянии, и после молитвы в тот день Адиль-хан прибыл с помпой и окружением, сопровождаемый процессией слонов, которую они называли «Хаджия» (?). Вокруг ворот моего дома возвышались здания с домами и портиками; место было очень здоровым и светлым. Оно располагалось в открытом пространстве в городе. Его северный портик выходил на восток к «Базару» огромной протяженности, шириной до тридцати ярдов и длиной около двух кос. Перед каждым магазином росло красивое зеленое дерево, и весь «Базар» был чрезвычайно чистым. Он был наполнен редкими товарами, которых не встретишь и не услышишь ни в одном другом городе. Там были лавки торговцев тканями, ювелиров, оружейников, виноделов, торговцев рыбой и поваров – всевозможные драгоценности, изготовленные в различных формах: кинжалы, ножи, зеркала, ожерелья и «ласо» в виде птиц, таких как попугаи, голуби и павлины, все украшенные драгоценными камнями и расположенные на полках, одна над другой. Рядом с этим магазином находилась пекарня с изысканными яствами, выставленными таким же образом, на ярусах полок. Затем лавка ткачей, затем лавка торговца спиртными напитками с различными видами китайской посуды, ценными хрустальными бутылками, дорогими кубками, наполненными изысканными и редкими эссенциями, расположенными на полках, а перед магазином – кувшины с двойной перегонкой. Далее – фруктовая лавка, наполненная всевозможными фруктами и сладостями, такими как фисташки, лакомства, сахарная пудра и миндаль. С другой стороны – лавка виноторговца и заведение певцов, танцоров и красивых женщин, украшенных различными драгоценностями, и светлолицых хористов, готовых исполнить все, что им пожелают. В общем, весь «Базар» был наполнен вином и красотой, танцами, благовониями, драгоценностями, посудой и яствами. На одной улице собралось тысяча групп людей, пьющих, танцующих, влюбленных и ищущих удовольствий; никто не ссорился и не спорил друг с другом, и такое состояние дел было постоянным. Возможно, ни в одном другом месте в мире не было бы более удивительного зрелища для глаз путешественника (ведь [[Акбар Великий]].

Асар Махал

Мухаммад Касим Фиришта писал, что в 1008 году по хиджре Мир Мухаммад Салех Хамадани прибыл в Биджапур. При нем были волосы Пророка Мухаммеда ("Mooy e Mubarrak"). Султан Ибрагим Адил-шах услышал об этом и возрадовался. Встретившись с Миром Салехом Хамадани, король увидел волосы и одарил Мира Сахаба бесценными дарами. Мир Сахаб передал султану Ибрагиму Адил-шаху два волоска. Сначала их хранили в Гаган-Махале, но во время правления Адил-шаха огромный пожар уничтожил Гаган-Махал. Все сгорело, кроме двух ящиков, в которых хранились волосы. В разгар пожара суфийский святой по имени Сейед Сахеб Мохиуддин, не испугавшись пламени, вошел внутрь и вынес ящики на голове; затем султан поместил эти ящики в Асар-Махал. Опека над "Mooy e Mubarrak" была передана святому Нур Мухаммаду Мушрафу, что было оформлено указом Адли Шахи Дивана. Оригинальный указ (санад) до сих пор находится у семьи Мушриф. Ежегодное празднество проводится каждый год 12-го числа Раби-уль-авваля (Сандал и Урс в Асар-Махале). Эта церемония регулярно проводится уже более 350 лет. Говорят, что в 1142 году по хиджре Адил-шах часто взирал на эти волосы. Однажды он попросил всех суфиев того времени прийти и увидеть их. Так Хашим Хусаини и Саяд Шах Муртуза Квадри пришли туда и попросили открыть ящики; они были открыты в присутствии знатных людей. Но когда ящики открыли, повсюду вспыхнул яркий свет. Никто не смог выдержать его сияния и все потеряли сознание. Везде распространился благоуханный аромат, и тогда все увидели волосы. После этого, как говорят, ящики больше не открывались и не пользовались особым вниманием.

Адиль Шахи искусство и наследие

Вклад королей Адилшахи в архитектуру, живопись, язык, литературу и музыку Карнатаки уникален. Биджапур (каннадская форма санскрита Видьяпура или Видьянагари) стал космополитическим городом, привлекая множество ученых, художников, музыкантов и суфийских святых из Турции, Персии (Ирана), Ирака, Туркестана и других стран. Недостроенная Джами-мечеть, строительство которой началось в 1565 году, имеет аркадный молитвенный зал с изящными проходами, опирающимися на массивные столбы, и впечатляющий купол. Ибрагим-Руза, где находится гробница Ибрагима Адиль-шаха II, – прекрасное сооружение с изысканной резьбой. Персидские художники двора Адилшахи оставили ценное наследие миниатюрной живописи, некоторые образцы которой хорошо сохранились в крупнейших музеях Европы. Язык дахани, представляющий собой смесь персидского, арабского, урду, маратхи и каннада, развился в самостоятельный разговорный и литературный язык. При Адилшахи было опубликовано множество литературных произведений на дахани. Книга стихов и музыки Ибрагима Адиль-шаха II, "Китаб-и Наврас", написана на дахани. Мушаира (поэтический симпозиум) зародилась при дворе Биджапура и впоследствии распространилась на север. Даханский язык, развивавшийся при династии Бахамани, позже стал известен как дакханский урду, чтобы отличать его от урду, распространенного в Северной Индии. Адиль Шах II играл на ситаре и уде, а Исмаил был композитором.