Понтийские греки: история и расселение

Введение

Этническая группа, понтийцы

Понтийские греки (; Pontus Rumları или Karadeniz Rumları; Πόντιοι, Póndii или Ελληνοπόντιοι, Ellinopóndii; , P'ont'oeli Berdznebi), также понтийские греки или просто понтийцы, — это этнически греческая группа, коренное население региона Понт в северо-восточной Анатолии (Турция). Многие из них мигрировали волнами с момента османского завоевания Трапезундской империи в 1461 году и до Русско-турецкой войны 1828–1829 годов. Основными направлениями миграции были другие части Восточной Анатолии, бывшая российская провинция Карс в Закавказье и Грузия. Понтийских греков из юга России, Украины и Крыма часто называют «северными понтийцами», в отличие от тех, кто происходит из «Южного Понта», который в строгом смысле является собственно Понтом. В современных греческих научных кругах тех, кто происходит из Грузии, северо-восточной Анатолии и бывшего Российского Кавказа, часто называют «восточными понтийцами» или кавказскими греками. В эту последнюю группу также входят тюркоязычные урумы. Понтийские греки традиционно говорят на понтийском греческом языке, который они называют Romeika. Это обособленная форма стандартного греческого языка, уникальное развитие которого обусловлено удалённостью Понта от остального грекоязычного мира. Понтийские греки непрерывно проживали в регионе Понт (современная северо-восточная Турция), Грузии и Восточной Анатолии, по крайней мере, с 700 года до н.э. до греческого геноцида и обмена населением с Турцией в 1923 году. Их происхождение восходит к различным источникам, которые подробно описаны в разделе «Происхождение» ниже. Сегодня большинство понтийских греков проживает в Греции, особенно в Салониках и окрестностях в Греческой Македонии.

Население

Из-за обширных смешанных браков количество понтийских греков неизвестно. После 1988 года понтийские греки из Советского Союза стали селиться в Афинах, Салониках и особенно в Македонии. Крупнейшие общины понтийских греков (или людей понтийского греческого происхождения) в мире находятся в:

Страна / регион | Официальные данные | Оценка | Концентрация | Примечание
---|---|---|---|---
Греция | 240 695 (1928) | 500 000 (2019) | Афины, Македония, Фракия | Греческие беженцы
Турция | 4 540 (1965) | 345 000 – 464 530 (1919) | Трабзон, Ризе, Сакарья, Орду, Гиресун, Гюмюшане, Стамбул | Греки в Турции, греческие мусульмане
США | 40 000 (1919) – 200 000 | | Иллинойс, Нью-Йорк, Массачусетс | Греческие американцы
Германия | 100 000 | 97 827 (2002) | |
Россия | | 650 000 (1918) | 34 078 в Ставропольском крае, 26 540 в Краснодарском крае | Греки в России
Украина | 91 548 (2001) | 77 516 | Донецкая область (Таурия) | Греки в Украине
Австралия | 56 000 | | | Австралийские греки
Канада | 20 000 | | Онтарио, Квебек | Греки в Канаде
Чехия | | менее 3 500; 12 000 (1949–1974) | | Греки в Чехии
Румыния | 6 472 (2002) | 14 000 | Извоареле (43.82%), Сулина (1.69%), Констанца, Бухарест | Греки в Румынии
Грузия | 15 166 (2002) | 12 703 (2010) | 7 415 в Квемо-Картли, 3 792 в Тбилиси, 2 168 в Аджарии | Греки в Грузии
Казахстан | | 10 453 (1989) | 2 160 в Карагандинской области, 1 767 в Алматы, 1 637 в Жамбылской области | Греки в Казахстане
Узбекистан | 900 (2011) | 2 000 | | Греки в Узбекистане
Армения | | | | Греки в Армении

Происхождение и генетика

Понтийские греки — этническая подгруппа греков, коренное население региона Понт в северо-восточной Анатолии. Греки жили в Понте с "времени аргонавтов, Геродота, Ксенофона и Десяти тысяч". Однако, поскольку с древних времен в этом регионе проживало и смешивалось множество различных этнических групп, современные понтийские греки, вероятно, ведут своё происхождение также от древних анатолийцев, других греков, переселенцев в Понт, кавказских народов (таких как эллинизированные лазы и армяне) и турок. Генетически похожи понтийцы в Грузии и лазы. Также генетически схожи армяне в Грузии и понтийцы в Грузии. Кроме того, исследованные понтийцы оказались генетически разнообразны, что свидетельствует о смешении с другими группами. Регион Понт был многонациональным, по крайней мере, со времён Средневековья; в 1204 году только в районе Матзука (Мачка) проживали греки, итальянцы, лазы и немного армян.

Самоидентификация

В XXI веке большинство понтийцев отождествляют себя с греками. Однако, так было не всегда. До формирования диаспоры многие понтийцы не считали себя греками. Этническая группа состоит из людей, связанных общим происхождением или культурной средой. Самоидентификация – важная часть принадлежности к этнической группе. У понтийцев много общего с другими греками; например, они говорят на ромейке, разновидности греческого языка. Понтийцы традиционно исповедуют греческую православную веру, хотя в Турции есть меньшинство суннитских мусульман. Понтийские греки также разделяют черты с другими этническими группами. Как и турки, они готовят хавиц (куймак), бортсог и имам баилды. Другие аспекты их культуры схожи с лазами, персами и армянами. Некоторые аспекты их культуры могут быть унаследованы от древних анатолийских народов. Новообразованное Королевство Греции учредило консульства в Османской империи для распространения идеи Мегали. Хотя анатолийцы признавали общее культурное наследие, большинство не участвовало в ирредентистском движении. Лишь немногие понтийские греки поддержали идею Мегали, за исключением некоторых греческих националистов, таких как Никос Капетанидис. Очень немногие стремились к созданию независимого понтийского государства, и мало кто хотел присоединиться к Греции, даже в начале 1900-х годов. Причина этого неясна. Бенни Моррис и Дрор Зеэви приводят три теории, объясняющие, почему большинство понтийских греков отстранились от национализма и сепаратизма: слабо развитое политическое сознание, традиция подчинения исламской гегемонии или опасения массовых убийств и экономического ущерба. Эти понтийцы придерживаются греческой православной церкви и исповедуют сильную греческую идентичность. После греко-турецкого обмена населением в 1923 году, несмотря на то, что государство никогда не считало их "национальной угрозой", многие из этих понтийцев воспринимали свой язык как "культурный недостаток" и стремились от него избавиться. Историк и психолог Ставрос Ясон Гавриилидис утверждает, что это было следствием травмы, пережитой ими во время греческого геноцида. Широкий спектр торговли процветал между различными греческими колониями, а также с коренными племенами, населявшими внутренние районы Понта. Вскоре Трапезунд занял лидирующее положение среди других колоний, а близлежащий регион стал центром понтийской греческой культуры и цивилизации. Известным жителем региона был Филетер (ок. 343 г. до н.э. – 263 г. до н.э.), родившийся от греческого отца. Эта империя просуществовала более 250 лет, пока окончательно не пала под натиском Мехмеда II Османского в 1461 году. Однако османам потребовалось еще 18 лет, чтобы окончательно подавить греческое сопротивление в Понте. В течение этого длительного периода сопротивления многие понтийские греки, дворяне и аристократы, вступали в брак с иностранными императорами и династиями, особенно с представителями средневековой Руси, средневековой Грузии или династии Сефевидов, а в меньшей степени – с правителями Кара-Коюнлу, чтобы получить их защиту и помощь против османской угрозы. Многие землевладельцы и семьи низшего класса Понта "обратились в ислам", приняв турецкий язык и турецкий ислам, но часто оставаясь тайными христианами, прежде чем вернуться к греческому православию в начале XIX века. В 1600-х и 1700-х годах, по мере того как турецкие феодалы, известные как деребеи, усиливали контроль над землей вдоль побережья Черного моря, многие прибрежные понтийцы переселялись в Понтийские горы. Там они основали деревни, такие как Санта. Между 1461 и второй русско-турецкой войной 1828–1829 годов понтийские греки из северо-восточной Анатолии мигрировали в качестве беженцев или экономических мигрантов (особенно шахтеров и скотоводов) в соседние Армению или Грузию, где они образовали ядро понтийских греков, которое увеличивалось с каждой волной беженцев и мигрантов, пока эти восточные понтийские греческие общины региона Южного Кавказа не стали идентифицировать себя как кавказские греки. В период Османской империи многие понтийские греки приняли ислам и турецкий язык. Это могло происходить добровольно, например, чтобы избежать уплаты более высоких налогов, налагаемых на православных христиан, или чтобы повысить свои шансы на получение более высоких государственных должностей и регулярной военной службы в империи (по крайней мере, в более поздний период после отмены печально известной практики набора христианских мальчиков для янычарского корпуса, которая в ранний османский период была основным источником рекрутов). Однако обращение в ислам могло происходить и под давлением центрального правительства и местных мусульманских ополченцев, например, после одной из русско-турецких войн, в которых этнические греки из приграничных регионов Османской империи сотрудничали, сражались на стороне и даже возглавляли вторгшиеся русские войска, как это было в случае с греками, управлявшими полуавтономными Румынскими княжествами, Трапезундом и территорией, которая ненадолго стала частью Русского Кавказа на северо-востоке.

In the 21st century, most Pontians strongly identify as Greeks. However, this has not always been the case. Before the creation of the diaspora, many Pontians did not consider themselves Greek. An ethnicity is made up of people with ancestry or cultural background in common. Self identification is an important part of belonging to an ethnic group. Pontians have a lot in common with other Greeks; for example, they speak Romeika, a Greek language variety. Pontians also traditionally follow the Greek Orthodox faith, although a minority in Turkey are Sunni Muslims. Pontian Greeks also share traits with other ethnic groups. Like Turks, they cook havítz (kuymak), boortsog, and İmam bayıldı. They share other aspects of their culture with Lazes, Persians, and Armenians. They may owe some aspects of their culture to ancient Anatolian peoples. The newly established Kingdom of Greece set up consulates in the Ottoman Empire to spread the Megali Idea. While the Anatolians recognized a shared cultural heritage, most weren't involved in an irredentist movement. Few Pontic Greeks supported the Megali Idea except for some Greek nationalists such as Nikos Kapetanidis. Very few wanted an independent Pontic state, and few had ambition to join with Greece, even in the early 1900s. The reason for this is unclear. Benny Morris and Dror Ze'evi give three theories on why most Pontic Greeks distanced themselves from nationalism and separatism: poorly developed political consciousness, tradition of submissiveness to Islamic hegemony, or fears of massacres and economic harm. These Pontians follow the Greek Orthodox Church and profess a strong Greek identity. After the Greek Turkish population exchange in 1923, even though the state never considered them a "national threat", many of these Pontians saw their language as a "cultural flaw" and desired to get rid of it. Historian and psychologist Stavros Iason Gavriilidis states that this was a result of the trauma they faced from the Greek genocide. A whole range of trade flourished among the various Greek colonies, but also with the indigenous tribes who inhabited the Pontus inland. Soon Trebizond established a leading stature among the other colonies and the region nearby become the heart of the Pontian Greek culture and civilization. A notable inhabitant of the region was Philetaerus (c. 343 BC–263 BC) who was born to a Greek father

This empire lasted for more than 250 years until it eventually fell at the hands of Mehmed II of the Ottoman Empire in 1461. However it took the Ottomans 18 more years to finally defeat the Greek resistance in Pontus. During this long period of resistance many Pontic Greeks nobles and aristocrats married foreign emperors and dynasties, most notably of Medieval Russia, Medieval Georgia, or the Safavid Persian dynasty, and to a lesser extent the Kara Koyunlu rulers, in order to gain their protection and aid against the Ottoman threat. Many of the landowning and lower class families of Pontus "turned Turk", adopting the Turkish language and Turkish Islam but often remaining crypto Christian before reverting to their Greek Orthodoxy in the early 19th century. In the 1600s and 1700s, as Turkish lords called derebeys gained more control of land along the Black Sea coast, many coastal Pontians moved to the Pontic Mountains. There, they established villages such as Santa. Between 1461 and the second Russo Turkish War of 1828–29, Pontic Greeks from northeastern Anatolia migrated as refugees or economic migrants (especially miners and livestock breeders) into nearby Armenia or Georgia, where they came to form a nucleus of Pontic Greeks which increased in size with the addition of each wave of refugees and migrants until these eastern Pontic Greek communities of the South Caucasus region came to define themselves as Caucasian Greeks. During the Ottoman period a number of Pontian Greeks converted to Islam and adopted the Turkish language. This could be willingly, for example so to avoid paying the higher rate of taxation imposed on Orthodox Christians or in order to make themselves more eligible for higher level government and regular military employment opportunities within the empire (at least in the later period following the abolition of the infamous Greek and Balkan Christian child levy or 'devshirme', on which the elite Janissary corps had in the early Ottoman period depended for its recruits). But conversion could also occur in response to pressures from central government and local Muslim militia (e. g.) following any one of the Russo Turkish wars in which ethnic Greeks from the Ottoman Empire's northern border regions were known to have collaborated, fought alongside, and sometimes even led invading Russian forces, such as was the case in the Greek governed, semi autonomous Romanian Principalities, Trebizond, and the area that was briefly to become part of the Russian Caucasus in the far northeast.

Современный

Крупные общины (около 25% населения) христианских понтийских греков проживали на территории Понта (включая Трабзон и Карс в северо-восточной Турции / на Русском Кавказе) вплоть до 1920-х годов, а в некоторых районах Грузии и Армении – до 1990-х годов, сохраняя свои обычаи и собственный диалект греческого языка.

Остальная архитектура и поселения

В течение тысячелетий своего присутствия на южном побережье Черного моря понтийские греки возвели множество строений, некоторые из которых сохранились до наших дней. Многие сооружения лежат в руинах, другие же продолжают использоваться. Примером служит мечеть Накип в Трабзоне, изначально построенная как греческая православная церковь в IX-X веках. Древние греки достигли и заселили Черноморское побережье к 700 году до н.э., а Синопа, вероятно, была самой ранней колонией. По словам понтийского греческого историка Страбона, греки из колонии Милет основали поселения в регионе Понта. В период поздней Османской империи и в новейшее время в крепости располагалась государственная тюрьма. С 281 года до н.э. по 62 год н.э. регионом Понта правили митридатовские цари, именовавшие его Королевством Понт. Хотя правящая династия имела персидское происхождение, многие цари были греческого происхождения, поскольку понтийские правители часто брали в жены представительниц селевкидской знати. Некоторые из этих персидско-греческих правителей были похоронены в гробницах понтийских царей, их некрополь до сих пор виден в Амасье. Возможно, понтийский царь Фарнак I Понтийский построил замок Гиресун в II веке до н.э., хотя не исключено, что он был возведен и в средневековье. С замка открывается вид на Черное море и большую часть Гиресуна. Многие другие сооружения датируются периодом греческой оккупации в древности. Древние греки населяли Гиресун, известный тогда как Керасус, начиная с V века до н.э. В это время они, вероятно, также использовали остров Гиресун, упомянутый поэтом Аполлонием Родосским в его эпической поэме «Аргонавтика». Алтари на острове датируются классическим или эллинистическим периодом, а его использование в качестве религиозного центра продолжалось и после распространения христианства в регионе. В византийский период, предположительно в IV-V веках н.э., на острове был построен монастырский комплекс, посвященный либо святому Фоке Синопскому, либо Пресвятой Богородице. Он служил одновременно религиозным центром и крепостью. Многие древнепонтийские греческие города-государства до сих пор лежат в руинах. Один из них – Афины, археологический памятник недалеко от современного Пазара. Он располагался на побережье Черного моря и включал в себя храм Афины. После распространения христианства в регионе Понта в римскую эпоху понтийские греки начали возводить церкви, монастыри и другие религиозные сооружения. Монастырь Пресвятой Богородицы в районе Шебинкарахисар провинции Гиресун, возможно, является одним из старейших греческих православных монастырей в регионе; турецкие археологи предполагают, что он мог быть основан во II веке. Монастырь высечен в скале и расположен в пещере. В середине 2010-х годов он был открыт для посещения туристами. Позднее были построены и другие религиозные сооружения. Три разрушенных монастыря находятся в Мачке, провинция Трабзон: монастырь Панагия Сумела, монастырь Святого Георгия Перистеротас и монастырь Вазелон. Они были возведены в ранневизантийский период. Например, монастырь Вазелон был построен около 270 года н.э. и сохранял важное политическое и общественное значение до своего запустения в 1922-1923 годах. Монастыри Святого Георгия (также известный как Куштул) и Вазелон заброшены, в то время как Сумела является популярной туристической достопримечательностью. В византийский период понтийские греки также возводили нерелигиозные здания. В VI веке, например, по приказу Юстиниана I был построен замок в Ризе, который впоследствии был расширен. Старая крепость до сих пор стоит и принимает туристов. Позднее понтийцы построили новые церкви и замки. Церковь Балатлар, датируемая 660 годом, является византийской церковью, расположенной на побережье Черного моря. Несмотря на вандализм и естественное разрушение, в церкви сохранились старинные фрески, представляющие интерес для современных историков. Само сооружение, возможно, относится к римскому периоду и могло использоваться по-разному на протяжении веков, например, в качестве общественных бань и гимназии до того, как стать церковью. На месте были найдены керамические изделия римской и эллинистической эпох. Существуют также предположения, что в церкви Балатлар был найден фрагмент Истинного Креста, однако более вероятно, что найденные материалы были мощами святого или другого почитаемого лица. В Трабзоне сохранилось по крайней мере три поздневизантийские церкви. Церковь Святой Анны, как следует из названия, была посвящена Святой Анне, матери Богородицы. Точная дата постройки неизвестна, но церковь была отреставрирована византийскими императорами в 884 и 885 годах. Она имела три апсиды и тимпан над дверью. В отличие от многих церквей Трабзона, нет свидетельств того, что она была превращена в мечеть после османского завоевания в 1461 году. Два других сооружения в Трабзоне, построенные как церкви в византийский или трапезундский период, в настоящее время функционируют как мечети. Новая Пятничная мечеть, например, изначально была церковью Святого Евгения Требизндского. Другая – мечеть Фатих, изначально церковь Панагии Хрисокефалос, собор Трабзона. Название оправдано: «фатих» означает «завоеватель» как в османском, так и в современном турецком языке. Еще одна церковь, трабзонская Святая София, возможно, была построена Мануилом I Комнином. После турецкого завоевания она была превращена в мечеть, и фрески могли быть закрыты для мусульманского богослужения. Святая София была отреставрирована в середине XX века. После захвата Константинополя европейскими захватчиками в 1204 году Византийская империя распалась. Регион Понта перешел под власть семьи Комнинов, которые правили новой Империей Трапезунда. В период Империи Трапезунда было построено множество новых сооружений. Одним из них является замок Кыз в провинции Ризе, расположенный на небольшом острове недалеко от Черноморского побережья. По словам Энтони Брайера, британского византиниста, он был построен в XIII-XIV веках по приказу трапезундских правителей. Замок Зилкале – еще одна крепость в провинции Ризе. По словам того же историка, он мог быть построен Империей Трапезунда для местных правителей хемшин. Еще одна крепость, замок Ков в провинции Гюмюшхане, возможно, была построена трапезундским императором Алексеем III. Алексей III, один из последних императоров, при которых Империя Трапезунда достигла своего расцвета, построил монастырь Панагии Теoскепастос в XIII веке. Это был женский монастырь в Трабзоне, который, возможно, будет отреставрирован для развития туризма. После осады Трабзона Мехмедом Завоевателем в 1461 году Империя Трапезунда пала. Многие церковные здания были превращены в мечети, в то время как другие остались в распоряжении греческой православной общины. Понтийские греки продолжали жить и строить под османским правлением. Например, понтийцы в Гюмюшхане основали долину Санта (ныне Думанлы) в XVII веке. И сегодня сохранились многие каменные школы, дома и церкви, построенные греческими православными жителями Санты. Однако они не были оторваны от османского общества, понтийские греки также вносили свой вклад в османские строительные проекты. В 1610 году понтийцы построили стену Хаджи Абдуллаха в провинции Гиресун, которая имеет значительную длину. Трабзон оставался важным центром понтийского греческого общества и культуры на протяжении всего османского периода. Ученый Севастос Кимитис основал Фронтистерион Трапезуса, греческую школу, действовавшую в Трабзоне с конца XVII века до начала XX века. Она была важным центром греческого языкового образования во всем регионе Понта. Некоторые ученики приезжали из-за пределов Трабзона, чтобы учиться здесь (например, Никос Капетанидис, родившийся в Ризе). После Османского Реформационного Эдикта 1856 года, гарантировавшего большую религиозную свободу и гражданское равенство для евреев и христиан Османской империи, были построены новые церкви. Одной из них была церковь на мысе Ясон в Першембе, провинция Орду, построенная местными грузинами и греками в XIX веке, которая сохранилась до наших дней. Еще одна – небольшая каменная церковь в Чакрак, провинция Гиресун. Еще одна – церковь Ташбаши в Орду, построенная в XIX веке; после изгнания греческих православных из Турции она использовалась в качестве тюрьмы. Многие другие менее известные церкви сохранились по всему региону Понта. Некоторые старые дома, принадлежавшие понтийским грекам, до сих пор стоят. Например, Константинос Теофилактос, богатый грек, владел особняком…

During their millennia long presence on the Black Sea's southern coast, Pontic Greeks constructed a number of buildings, some of which still stand today. Many structures sit in ruins. Others, however, enjoy active use; one example is Nakip Mosque in Trabzon, originally built as a Greek Orthodox church during the 900s or 1000s. Ancient Greeks reached and settled the Black Sea by the 700s BC; Sinope was perhaps the earliest colony. According to the Pontic Greek historian Strabo, Greeks from the existing colony of Miletus settled the Pontus region. During late Ottoman and recent Turkish times, the fortress housed a state prison. Between 281 BC and 62 AD, the Mithridatic kings ruled the Pontos region and called it the Kingdom of Pontus. While the ruling dynasty was Persian in origin, many kings had Greek ancestry, as Pontic rulers often married Seleucid nobility. Some of these Persian/Greek rulers were interred in the Tombs of the kings of Pontus. Their necropolis is still visible in Amasya. One Pontic king, Pharnaces I of Pontus, may have built Giresun Castle in the 100s BC. There's also a chance it was built during medieval times. From the castle, the Black Sea and much of Giresun are visible. Many other structures date back to Greek occupation in ancient times. Ancient Greeks inhabited Giresun, then called Kerasous, from the 5th century BC. During this time, they must also have used Giresun Island. The poet Apollonius of Rhodes mentioned this island in his best known epic, the Argonautica. Altars on the island date to the Classical or Hellenistic period. Its use as a religious center continued after the rise of Christianity in the region. During Byzantine times, likely in the 400s or 500s AD, a monastic complex was built on the island, dedicated to either St Phocas of Sinope or Mary. It functioned both as a religious center and as a fortress. Many old Pontic Greek city states remain in ruins. One is Athenae, an archaeological site near modern Pazar. It sat on the Black Sea coast and housed a temple to Athena. After Christianity spread to the Pontus region in Roman times, Pontic Greeks began constructing a number of churches, monasteries, and other religious buildings. The Virgin Mary Monastery in Şebinkarahisar District, Giresun Province may be one of the oldest Greek Orthodox monasteries in the region; Turkish archaeologists suspect it may date to the 2nd century. The monastery is made of carved stone and built into a cave. As of the mid 2010s, it was open for tourism. Other religious buildings were constructed later. Three ruined monasteries lie in Maçka, Trabzon Province: Panagias Soumela Monastery, Saint George Peristereotas Monastery, and Vazelon Monastery. These were built during early Byzantine times. Vazelon Monastery, for example, was built around 270 AD, and it retained great political and societal importance until its abandonment in 1922/3. While St. George Monastery (also called Kuştul Monastery) and Vazelon are abandoned, Sumela is a prominent tourist attraction. Pontic Greeks also constructed a number of non religious buildings during Byzantine times. In the 500s, for example, a castle was built in Rize on the order of Justinian I. It was later expanded. The old fortress still stands today, serving tourists. Later, the Pontians built further churches and castles. Balatlar Church is a Byzantine church dating back to 660. It lies on the Black Sea coast. Despite vandalism and natural deterioration, the church still has old frescoes, which have been of interest to modern historians. The actual structure itself may date to Roman times. It likely had different uses over the centuries, potentially being a public bath and gymnasium before its use as a church. Pottery found at the site dates to the Roman and Hellenistic eras. There is also speculation that a piece of the True Cross was found at Balatlar Church; however, it's more likely that the materials found were actually the relics of a saint or other holy person. Trabzon has at least three more late Byzantine churches that stand today. St. Anne Church, as the name suggests, was dedicated to Saint Anne, the mother of Mary. While the actual date of construction is uncertain, it was restored by the Byzantine emperors in 884 and 885. It had three apses and a tympanum over the door. Unlike many churches in Trabzon, there is no evidence of it being converted into a mosque following Ottoman conquest in 1461. Two other structures in Trabzon, built as churches in Byzantine or Trapezuntine times, are now functional mosques. The New Friday Mosque, for example, was originally the Hagios Eugenios Church dedicated to Saint Eugenios of Trebizond. Another is Fatih Mosque. It was originally the Panagia Chrysokephalos church, a cathedral in Trabzon. The name is fitting; fatih means "conqueror" in both Ottoman and modern Turkish. Another church, Trabzon's Hagia Sophia, was perhaps built by Manuel I Komnenos. It was used as a mosque after Turkish conquest; the frescoes may have been covered for Muslim worship. Hagia Sophia underwent restoration work in the mid 20th century. After European invaders sacked Constantinople in 1204, the Byzantine Empire fractured. The Pontus region went into the hands of the Komnenos family, who ruled the new Empire of Trebizond. During the Empire of Trebizond, many new structures were built. One is Kiz Castle in Rize Province. The castle sits on an islet just off the Black Sea coast. According to Anthony Bryer, a British Byzantinist, it was built in the 1200s or 1300s on the order of Trapezuntine rulers. Zilkale Castle is another fortress in Rize Province. According to the same historian, it may have been built by the Empire of Trebizond for local Hemshin rulers. Yet another fortress, the Kov Castle in Gümüşhane Province, may have been built by Trapezuntine Emperor Alexios III. Alexios III, one of the last emperors under whom the Empire of Trebizond flourished, built Panagia Theoskepastos Monastery in the 1300s. It was an all female monastery in Trabzon. The monastery may undergo restoration work to boost tourism. After Mehmed the Conqueror lay siege to Trabzon in 1461, the Empire of Trebizond fell. Many church buildings became mosques around this time, while others remained in the Greek Orthodox community. Pontic Greeks continued to live and build under Ottoman rule. For example, Pontians in Gümüşhane established the valley town of Santa (today called Dumanlı) in the 1600s. Even today, many of the stone schools, houses, and churches built by Santa's Greek Orthodox residents still stand. They weren't divorced from Ottoman society, however; Pontic Greeks also contributed their labor to Ottoman construction projects. In 1610, Pontians built the Hacı Abdullah Wall in Giresun Province. The wall is long. Trabzon remained an important center of Pontic Greek society and culture throughout Ottoman times. A scholar named Sevastos Kyminitis founded the Phrontisterion of Trapezous, a Greek school operating in Trabzon from the late 1600s to the early 1900s. It was an important center for Greek language education across the whole Pontus region. Some students came from outside of Trabzon to learn there (one example being Nikos Kapetanidis, who was born in Rize). After the Ottoman Reform Edict of 1856 guaranteed more religious freedom and civic equality for the Ottoman Empire's Jews and Christians, new churches were constructed. One of these was the church at Cape Jason in Perşembe, Ordu Province. Local Georgians and Greeks built this church in the 1800s; it remains today. Another was the small stone church in Çakrak, Giresun Province. Still another was Taşbaşı Church in Ordu, built in the 1800s; after the Greek Orthodox were expelled from Turkey, it saw some use as a prison. Many other less notable churches remain throughout the Pontus region. Some of the old houses once belonging to Pontic Greeks still stand. For example, Konstantinos Theofylaktos, a wealthy Greek, had a mansion built for him in Trabzon. It now functions as Trabzon Museum. Many structures have not survived to the present day. One example of this is Saint Gregory of Nyssa Church, Trabzon, which was dynamited in the 1930s to make way for a new building.

Греки Восточной Анатолии

Этнические греки, коренные жители высокогорного плато Восточной Анатолии к югу от границ империи Требизонда – по сути, северная часть бывшего османского вилайета Эрзурум между провинциями Эрзинжан и Карс, то есть западная половина Армянского нагорья – иногда выделяются как отличные как от собственно понтийских греков, так и от кавказских греков. Эти греки предшествовали беженцам и мигрантам, покинувшим свои родины в Понтийских Альпах и переселившимся на Восточно-Анатолийское плато после падения империи Требизонда в 1461 году. Они были преимущественно потомками греческих земледельцев, воинов, государственных служащих и торговцев, поселившихся в провинции Эрзурум в поздний римский и византийский периоды. В отличие от полностью эллинизированных районов западного и центрального побережья Черного моря и Понтийских Альп, в регионах Эрзинджана и Эрзурума преобладали турецкий и армянский языки, а греки составляли лишь небольшое меньшинство населения. Греки этого региона, следовательно, испытывали большее влияние турецкой и армянской культур, чем понтийцы, и с большей вероятностью владели турецким языком, особенно учитывая, что территории, которые они населяли, также входили в состав Сельджукского султаната Рума и других доосманских турецких государств в Центральной и Восточной Анатолии. Многие из них также "турчились" как в сельджукский, так и в османский периоды, а затем ассимилировались в турецкое общество или вернулись к православному христианству в XIX веке. Провинция Эрзурум неоднократно подвергалась вторжению и оккупации Российской империей в XIX и начале XX веков, и известно, что значительное число греков Восточной Анатолии сотрудничали с русскими в этих кампаниях, особенно в Русско-турецкой войне 1828–1829 годов, вместе с понтийскими греками, проживавшими в районах к северу от Эрзинджана и Эрзурума. Как и в случае с собственно понтийскими греками, те греки Восточной Анатолии, которые мигрировали на восток в провинцию Карс, Грузию, Армению и Южную Россию в период с раннего османского периода до 1829 года, как правило, ассимилировались в ветвь понтийских греков, обычно называемую кавказскими греками. Те, кто остался и сохранил свою греческую идентичность до начала XX века, были либо депортированы в Королевство Греция в рамках обмена населением между Грецией и Турцией в 1923–1924 годах, либо стали жертвами греческого геноцида, последовавшего за более масштабным армянским геноцидом в той же части Анатолии.

Ethnic Greeks indigenous to the high plateau of Eastern Anatolia to the immediate south of the boundaries of the Empire of Trebizond – essentially the northern portion of the former Ottoman Vilayet of Erzurum between Erzinjan and Kars province, that is the western half of the Armenian Highlands – are sometimes differentiated from both Pontic Greeks proper and Caucasian Greeks. These Greeks pre date the refugees and migrants who left their homelands in the Pontic Alps and moved onto the Eastern Anatolian plateau after the fall of the Empire of Trebizond in 1461. They were mainly the descendants of Greek farmers, soldiers, state officials and traders, who settled in Erzurum province in the late Roman and Byzantine Empire period. Unlike the thoroughly Hellenized areas of the western and central Black Sea coast and the Pontic Alps, the Erzinjan and Erzerum regions were primarily Turkish and Armenian speaking, with Greeks forming only a small minority of the population. The Greeks of this region were consequently more exposed to Turkish and Armenian cultural influences than those of Pontus proper, and also more likely to have a strong command of the Turkish language, particular since the areas they inhabited had also been part of the Seljuk Sultanate of Rum and other pre Ottoman Turkish powers in Central and Eastern Anatolia. Many are also known to have "turned Turk" in both the Seljuk and Ottoman periods, and consequently to have assimilated into Turkish society or reverted to Christian Orthodoxy in the 19th century. Erzurum province was invaded and occupied by the Russian Empire several times in the 19th and early 20th centuries, and large numbers of Eastern Anatolia Greeks are known to have collaborated with the Russians in these campaigns, particularly that of the 1828–29 Russo Turkish War, alongside Pontic Greeks inhabiting areas to the immediate north of Erzinjan and Erzurum. As with Pontic Greeks proper, those Eastern Anatolia Greeks who migrated eastwards into Kars province, Georgia, Armenia and Southern Russia between the early Ottoman period and 1829 generally assimilated into the branch of Pontic Greeks usually called Caucasian Greeks. Those who remained and retained their Greek identity into the early 20th century were either deported to the Kingdom of Greece as part of the exchange of populations between Greece and Turkey in 1923 4 or massacred in the Greek genocide that occurred after the larger Armenian genocide in the same part of Anatolia.

Культура

На культуру Понта сильно повлияла топография его различных регионов. В торговых городах, таких как Трапезунд, Самсунда, Керасунда и Синопи, высшее образование и искусство расцветали под покровительством космополитичного среднего класса. Во внутренних городах, таких как Аргируполис, экономика базировалась на сельском хозяйстве и добыче полезных ископаемых, что создавало экономический и культурный разрыв между развитыми приморскими городами и сельскими центрами, расположенными в долинах и равнинах у подножия Понтийских гор.

Язык

Лингвистическое происхождение понтийского диалекта восходит к ионическому греческому через койне и византийский греческий, сохраняя множество архаизмов и включая заимствования из турецкого языка, а также в меньшей степени из персидского и различных кавказских языков.

Образование

Богатая культурная деятельность понтийских греков подтверждается количеством образовательных учреждений, церквей и монастырей в регионе. Среди них – Фронтистерион в Трапезунде, действовавший с 1682/3 по 1921 год и ставший мощным стимулом для быстрого распространения греческого образования по всему региону. Здание этого учреждения до сих пор остаётся самым впечатляющим памятником понтийской греческой культуры в городе. Другим известным учреждением был Аргируполис, построенный в 1682 и 1722 годах соответственно, 38 средних школ в регионе Синопи, 39 средних школ в регионе Керасунда, а также множество церквей и монастырей, наиболее значимыми из которых являются церкви Святого Евгения и Святой Софии в Трапезунде, монастыри Святого Георгия и Святого Иоанна Вазелоноса, и, пожалуй, самый известный и почитаемый из всех – монастырь Панагия Сумела. В XIX веке сотни школ были построены понтийскими греческими общинами в Трапезундском вилайете, что обеспечило региону один из самых высоких уровней грамотности в Османской империи. Греки Кайкары, которые, согласно османским налоговым документам, приняли ислам в XVII веке, также были известны своими образовательными учреждениями. Учителя из долины Оф обеспечивали образование для тысяч анатолийских суннитов и суфиев в домашних условиях и небольших медресе. В некоторых из этих школ понтийский греческий язык преподавался наряду с арабским (и в меньшей степени с персидским или османским турецким). Хотя Ататюрк запретил эти медресе в начале республиканского периода, некоторые из них продолжали функционировать до второй половины XX века из-за их удалённого расположения. Последствия этого образовательного наследия ощущаются и сегодня: многие видные религиозные деятели, учёные и политики происходят из районов, находившихся под влиянием суфийских орденов накшбанди из понтийских греков в Офе, Кайкаре и Ризе, в том числе президент Эрдоган, чья семья родом из деревни Потамия.

Музыка

Понтийская музыка сохраняет элементы музыкальных традиций Древней Греции, Византии и Кавказа (особенно региона Карса). Вероятно, существует и влияние коренных народов, населявших эту территорию до греков, однако это не установлено достоверно. Музыкальные стили, подобно языковым особенностям и другим культурным чертам, формировались под влиянием топографии Понта. Горы и реки затрудняли общение между понтийскими греческими общинами, что приводило к их дифференциации. Значительную роль в формировании понтийской музыки играла близость различных негреческих народов на окраинах Понтийского региона. Поэтому музыкальный стиль восточного Понта существенно отличается от стиля западного или юго-западного Понта. Например, понтийская музыка Карса демонстрирует явное влияние кавказской музыки и элементы из других областей Анатолии. Музыка и танцы турок черноморского побережья очень близки к греческим понтийским, и некоторые песни и мелодии являются общими. За исключением определенных плачей и баллад, эта музыка в основном предназначена для танцев. Важной частью понтийской музыки являются акрити́ческие песни – героические или эпические поэмы, положенные на музыку, возникшие в Византийской империи, предположительно в IX веке. Эти песни воспевали подвиги акри́тов, пограничников, защищавших восточные границы Византийской империи. Самым популярным инструментом в понтийском музыкальном фольклоре является кеменче или ли́ра, тесно связанная с другими смычковыми инструментами средневекового Запада, такими как скрипка Kit и ребек. Также важны другие инструменты, такие как анги́он или тулум (вид волынки), даву́л (вид барабана), шиляврин и кава́л или гава́л (флейта-трубка). Зурна существовала в различных региональных вариантах, отличавшихся звучанием, например, зурна из Бафры отличалась более крупным размером. Скрипка была очень популярна в регионе Бафра и во всем западном Понте. Кема́не, инструмент, близкий к каппадокийскому, пользовался большой популярностью в юго-западном Понте и среди понтийских греков, проживавших в Каппадокии. Наконец, стоит упомянуть дефи́ (вид тамбурина), у́ди и в регионе Карса – кларнет и аккордеон. К известным исполнителям понтийской музыки относятся Стелиос Казанцидис, Хрисантос Теодоридис, Статис Николаидис, Теодорос Павлидис, Яннис Цитиридис и Пела Николаиду.

Pontian music retains elements of the musical traditions of Ancient Greece, Byzantium, and the Caucasus (especially from the region of Kars). Possibly there is an underlying influence from the native peoples who lived in the area before the Greeks as well, but this is not clearly established. Musical styles, like language patterns and other cultural traits, were influenced by the topography of Pontos. The mountains and rivers of the area impeded communication between Pontian Greek communities and caused them to develop in different ways. Also significant in the shaping of Pontian music was the proximity of various non Greek peoples on the fringes of the Pontic area. For this reason we see that musical style of the east Pontos has significant differences from that of the west or southwest Pontos. The Pontian music of Kars, for example, shows a clear influence from the music of the Caucasus and elements from other parts of Anatolia. The music and dances of Turks from Black Sea region are very similar to Greek Pontic and some songs and melodies are common. Except for certain laments and ballads, this music is played primarily to be danced to. An important part of Pontic music is the Acritic songs, heroic or epic poetry set to music that emerged in the Byzantine Empire, probably in the 9th century. These songs celebrated the exploits of the Akritai, the frontier guards defending the eastern borders of the Byzantine Empire. The most popular instrument in the Pontian musical collection is the kemenche or lyra, which is related closely with other bowed musical instruments of the medieval West, like the Kit violin and Rebec. Also important are other instruments such as the Angion or Tulum (a type of Bagpipe), the davul, a type of drum, the Shiliavrin, and the Kaval or Ghaval (a flute like pipe). The zurna existed in several versions which varied from region to region, with the style from Bafra sounding differently due to its bigger size. The Violin was very popular in the Bafra region and all throughout west Pontos. The Kemane, an instrument closely related to the one of Cappadocia, was highly popular in southwest Pontos and with the Pontian Greeks who lived in Cappadocia. Finally worth mentioning are the Defi (a type of tambourine), Outi and in the region of Kars, the clarinet and accordion. Popular singers of Pontic music include Stelios Kazantzidis, Chrysanthos Theodoridis, Stathis Nikolaidis, Theodoros Pavlidis, Giannis Tsitiridis, and Pela Nikolaidou.

Танцевать

Понтийский танец сохраняет элементы персидского и греческого танцевальных стилей. Танцы, называемые Horoi/Choroi (Χοροί), в единственном числе Horos/Choros (Chorus) (Χορός), что буквально означает "Танец" как в древнепонтийском, так и в современном греческом языках, носят круговой характер и каждый из них характеризуется особыми, короткими шагами. Уникальной особенностью понтийского танца является тремуло (Τρέμουλο) – быстрое сотрясение верхней части туловища, достигаемое поворотом спины вокруг своей оси. Как и другие греческие танцы, они исполняются в линию, а танцоры образуют круг. Понтийские танцы также напоминают персидские и танцы Ближнего Востока тем, что не имеют ведущего танцора. Наиболее известные понтийские танцы – Тик (танец), Серра, Махерия или Пирехеиос, Коцари и Омал. К другим, менее распространенным танцам относятся Летсина, Дипат, Подараки и Ациапат.

Военная традиция

19 мая каждого года эвзоны президентской гвардии греческой армии надевают традиционную черную форму понтийцев в память о геноциде понтийского гречества.

В Греции

В Греции существует множество различных взглядов на понтийцев. Их могут превозносить как воплощение греческого героизма или почти мифических воинов. Однако понтийцев также стереотипизировали как простых и отсталых сельских жителей. Существует жанр греческого юмора – понтийские анекдоты, – в которых понтийцы изображаются как клоуны, а в некоторых греческих сленговых выражениях слово "понтиец" может означать "глупец". Это связано с тем, как принимали беженцев из Понта до 1950-х годов, и сегодня большинство понтийцев находят эти анекдоты забавными.

Понтийские греки в популярной культуре

В фильме 1984 года "Путешествие на Китеру" (Ταξίδι στα Κύθηρα), режиссёром которого является Теодорос Ангелопулос, главный герой – понтийский грек, депортированный в Советский Союз после греческой гражданской войны. Он возвращается в Грецию через 32 года. В своём фильме 1998 года "От края города" (Από την άκρη της πόλης) режиссёр Константинос Джаннарис описывает жизнь молодого "русского понтийца" из Казахстана в афинском мире проституции. В фильме 1999 года "Земля и вода" (Χώμα και νερό) один из персонажей – понтийский грек из Грузии, работающий торговцем женщинами для стриптиз-клуба. В мемуарах 2000 года "Не даже моё имя: от марша смерти в Турции к новому дому в Америке, правдивая история о геноциде и выживании юной девушки" Теа Хало её мать Сано Хало описывает жизнь в регионе Понта до и после греческого геноцида. В фильме 2000 года "Очень бедные, А.О." (Πάμπτωχοι Α.Ε.), один из персонажей – понтийский грек из Советского Союза по имени Тимос Хлоридис. Математик, специализирующийся на теории хаоса, Хлоридис вынужден зарабатывать на жизнь продажей нелегальных сигар возле фондовой биржи. В романе 2002 года "Миддлсекс" Джеффри Евгенидеса одним из второстепенных персонажей является американский преступник понтийского происхождения по имени Зизмо. В турецком фильме 2003 года "В ожидании облаков" (Bulutlari Beklerken, Περιμένοντας τα σύννεφα) понтийская гречанка, не покинувшая Понт в детстве вместе со своим братом во время обмена населением, встречает Танасиса, понтийского грека из Советского Союза, который помогает ей найти брата в Греции. В фильме содержатся упоминания о понтийском геноциде. В короткометражном фильме 2008 года "Понтос", написанном, спродюсированном и снятом Питером Стефанидисом, автор стремится запечатлеть небольшой фрагмент геноцида глазами двух главных героев, которых играют Ли Мейсон (Кемаль) и Росс Блэк (Панцо). Поэтический сборник 2012 года "Чёрное море" Стефаноса Пападопулоса изображает воображаемые испытания и странствия понтийских греков, покинувших родной край. Издан издательством Sheep Meadow Press.

In the 1984 movie Voyage to Cythera (Ταξίδι στα Κύθηρα), directed by Theodoros Angelopoulos, the protagonist is a Pontian Greek who was deported to the Soviet Union after the Greek civil war. He returns to Greece after 32 years. In his 1998 movie From the Edge of the City (Από την άκρη της πόλης), the film director Constantinos Giannaris describes the life of a young "Russian Pontian" from Kazakhstan in the prostitution underworld of Athens. In the 1999 movie Soil and Water (Χώμα και νερό), one of the characters is a Pontian Greek from Georgia who works as a woman's trafficker for a strip club. In the 2000 memoir Not Even My Name: From a Death March in Turkey to a New Home in America, A Young Girl's True Story of Genocide and Survival by Thea Halo, life in the Pontus region is described by her mother Sano Halo before and after the Greek genocide. In the 2000 movie The Very Poor, Inc. (Πάμπτωχοι Α.Ε. ), one of the characters is a Pontian Greek from the Soviet Union named Thymios Hloridis. A mathematician with a specialty in chaos theory, Hloridis is forced to make a living selling illegal cigars in front of the stock market. In the 2002 novel Middlesex by Jeffrey Eugenides, one of the side characters is a Pontian American career criminal named Zizmo. In the 2003 Turkish movie Waiting for the Clouds (Bulutlari Beklerken, Περιμένοντας τα σύννεφα), a Pontian Greek woman who didn't leave Pontus as a child with her brother during the population exchange, meets Thanasis, a Pontian Greek man from the Soviet Union, who helps her to find her brother in Greece. The movie makes some references to the Pontic genocide. In the 2008 short movie Pontos, written, produced, and directed by Peter Stefanidis, he aims to capture a small part of the genocide from the perspective of its two central characters, played by Lee Mason (Kemal) and Ross Black (Pantzo). A 2012 poetry collection, The Black Sea by Stephanos Papadopoulos, depicts the imagined trials and voyages of the Pontic Greek exodus from the region. It was published by Sheep Meadow Press.