Авраам Фиркович: Жизнь и деятельность караимского писателя и археолога

Введение

Авраам (Аврахам) бен Самуил Фиркович (ивр. אברהם בן שמואל Авраам бен Шмуэль; карайский: Аврагъам Фиркович Аврагам Фиркович) (27 сентября 1786 – 7 июня 1874) – известный караитский писатель и археолог, коллекционер древних рукописей и караитский гахам. Родился в Луцке, Волыни, затем жил в Литве и, наконец, поселился в Чуфут-Кале, Крым, где и скончался. Габриэль Фиркович из Троки был его зятем.

Биография

Авраам Фиркович родился в 1787 году в крестьянской семье крымских караимов в Луцком районе Волыни, тогда части Российской империи, ныне Украины. В 1818 году он служил местным крымским караимским общинам в качестве младшего хазана, или религиозного лидера, и в 1822 году отправился в город Евпатория в Крыму. В 1825 году караимская община назначила его хазаном. Вместе с крымским караимским дворянином Симхой Бабовичем он направил царю меморандумы с предложением освободить караимов от тяжелых налогов, налагаемых на еврейскую общину. В 1828 году он переехал в Бердичев, где встретил многих хасидов и узнал больше об их толкованиях еврейских писаний, основанных на Талмуде и раввинской традиции. Знакомство с раввинистическими евреями привело Фирковича к конфликту с ними. Он опубликовал книгу "Масса и Мерива", в которой полемизировал с преобладающей еврейской галахой раввинистов. В 1830 году он посетил Иерусалим, где собрал множество еврейских рукописей. По возвращении он два года преподавал в Константинополе в караимской общине. Затем он отправился в Крым и организовал общество для издания старых караимских трудов, некоторые из которых вышли в Евпатории (Кослов) с его комментариями. В 1838 году он обучал детей Симы Бабовича, главы русских крымских караимов, который годом позже рекомендовал его графу Воронцову и Одесскому историческому обществу как подходящего человека для сбора материалов по истории крымских караимов. В 1839 году Фиркович начал раскопки на древнем кладбище Чуфут-Кале и обнаружил множество старых надгробий, утверждая, что некоторые из них датируются первыми веками нашей эры. Следующие два года он провел в путешествиях по Кавказу, где исследовал генизы старых еврейских общин и собрал много ценных рукописей. Он доехал до Дербента и вернулся в 1842 году. В последующие годы он совершил другие подобные поездки, посетив Египет и другие страны. В Одессе он подружился с Безалелем Штерном и Симхой Пинскером. В Вильне он познакомился с Самуилом Иосифом Фуэнном и другими еврейскими учеными. В 1871 году он посетил небольшую караимскую общину в Галиции, где провел несколько реформ. Оттуда он отправился в Вену, где был представлен графу Бюсту и познакомился с Адольфом Йеллинеком. Он вернулся, чтобы провести свои последние дни в Чуфут-Кале, от которого сейчас остались лишь несколько зданий и множество руин. Однако дом Фирковича до сих пор сохранился на этом месте. Фиркович собрал огромное количество еврейских, арабских и самаритянских рукописей во время своих многочисленных путешествий в поисках свидетельств традиций своего народа. В их числе тысячи еврейских документов со всей Российской империи, которые стали известны как Первая коллекция Фирковича. Его Вторая коллекция содержит материалы, собранные на Ближнем Востоке. Его визит состоялся примерно за тридцать лет до более известной поездки Соломона Шехтера в Египет. Эта "Вторая коллекция Фирковича" содержит 13 700 единиц хранения и представляет огромную ценность. В результате своих исследований он сосредоточился на происхождении предков крымских караимов, которые, по его утверждению, прибыли в Крым до нашей эры. Следовательно, караимов нельзя считать виновными в распятии Иисуса, поскольку они поселились в Крыму в столь ранний период. Его теории убедили российский императорский двор в том, что крымских караимов нельзя обвинить в распятии Иисуса, и они были исключены из ограничительных мер против евреев. Многие из его выводов были оспорены сразу после его смерти, и, несмотря на их важность, по-прежнему существуют споры по поводу многих собранных им документов. Российская национальная библиотека приобрела Вторую коллекцию Фирковича в 1876 году, чуть более чем через год после смерти Фирковича. Среди сокровищ коллекции Фирковича – рукопись "Сада метафор", эстетическая оценка библейской литературы, написанная на иудео-арабском языке одним из величайших сефардских поэтов, Моисеем ибн Эзрой. Жизнь и творчество Фирковича имеют большое значение для истории и литературы караимов. Его коллекции в Российской национальной библиотеке важны для библеистов и историков, особенно для исследователей истории караимов и самаритян. Споры о его предполагаемых открытиях и достоверности его работ продолжаются.

Abraham Firkovich was born in 1787 into a Crimean Karaite farming family in the Lutsk district of Volhynia, then part of the Russian Empire, now Ukraine. In 1818 he was serving the local Crimean Karaite communities as a junior hazzan, or religious leader, and he went in 1822 to the city of Yevpatoria in Crimea. The Karaite community there appointed him hazzan in 1825. Together with the Karaite noble Simha Babovich, he sent memoranda to the czar, with proposals to relieve Karaites from the heavy taxes imposed on the Jewish community. In 1828 he moved to Berdichev, where he met many Hasids and learned more about their interpretations of Jewish scriptures based on the Talmud and rabbinic tradition. The encounter with Rabbinical Jews brought Firkovich into conflict with them. He published a book, "Massah and Meribah" which argued against the predominant Jewish halakha of the Rabbinites. In 1830 he visited Jerusalem, where he collected many Jewish manuscripts. On his return he remained for two years in Constantinople as a teacher in the Karaite community. He then went to [
Crimea and organized a society to publish old Karaite works, of which several appeared in Yevpatoria (Koslov) with his commentary. In 1838 he tutored the children of Sima Babovich, head of the Russian Crimean Karaites, who a year later recommended him to Count Vorontzov and to the Historical Society of Odessa as a suitable man to send to collect material on the history of Crimean Karaites. In 1839, Firkovich began excavations in the ancient cemetery of Çufut Qale, and unearthed many old tombstones, claiming that some of them dated from the first centuries of the common era. The following two years were spent in travels through the Caucasus, where he ransacked the genizots of old Jewish communities and collected many valuable manuscripts. He travelled as far as Derbent, and returned in 1842. In later years he made other journeys of the same nature, visiting Egypt and other countries. In Odessa he became the friend of Bezalel Stern and of Simchah Pinsker. While in Wilna he made the acquaintance of Samuel Joseph Fuenn and other Hebrew scholars. In 1871 he visited the small Karaite community in Halych, Galicia, where he introduced several reforms. From there he went to Vienna, where he was introduced to Count Beust and also made the acquaintance of Adolph Jellinek. He returned to spend his last days in Çufut Qale, of which only a few buildings and many ruins now remain. However, Firkovich's house is still preserved at the site. Firkovich collected a vast number of Hebrew, Arabic and Samaritan manuscripts during his many travels in his search for evidence on the traditions of his people. These included thousands of Jewish documents from throughout the Russian Empire in what became known as the First Firkovich Collection. His Second Collection contains material collected from the Near East. His visit took place about thirty years before Solomon Schechter's more famous trip to Egypt. This "Second Firkovich Collection" contains 13,700 items and is of incredible value. As a result of his research he became focused on the origin of the ancestors of the Crimean Karaites who he claimed had arrived in Crimea before the common era. The Karaites, therefore, could not be seen as culpable for the crucifixion of Jesus because they had settled in Crimea at such an early date. His theories persuaded the Russian imperial court that Crimean Karaites could not be accused of Jesus' [[crucifixion and they were excluded from the restrictive measures against Jews. Many of his findings were disputed immediately after his death, and despite their important value there is still controversy over many of the documents he collected. The Russian National Library purchased the Second Firkovich Collection in 1876, a little more than a year after Firkovich's death. Among the treasures in the Firkovich collection is a manuscript of the Garden of Metaphors, an aesthetic appreciation of Biblical literature written in Judeo Arabic by one of the greatest of the Sephardi poets, Moses ibn Ezra. Firkovich's life and works are of great importance to Karaite history and literature. His collections at the Russian National Library are important to biblical scholars and to historians, especially those of the Karaite and Samaritan communities. Controversy continues regarding his alleged discoveries and the reliability of his works.

Работы

Главным трудом Фирковича является его "Абне Зиккарон", содержащий тексты надписей, обнаруженных им (Вилна, 1872). Ему предшествует подробный рассказ о его путешествиях в Дагестан, который Штрак характеризует как смесь правды и вымысла. Другие его работы – "Хотам Токнит", антираббинская полемика, приложенная к его изданию "Мибхар Ешарим" Аарона Старшего (Кослов, 1835); "Эбель Кабод", посвященная смерти его жены и сына Яакова (Одесса, 1866); и "Бене Решеф", сборник эссе и стихов, опубликованный Перецем Смоленскиным (Вена, 1871).

Коллекции

Авраам Фиркович собрал несколько отдельных коллекций документов. В общей сложности коллекция Фирковича насчитывает приблизительно 15 000 единиц хранения, многие из которых представляют собой фрагменты. Его коллекции являются «беспрецедентно крупнейшим собранием иудейско-арабских рукописей» и в настоящее время хранятся в Национальной библиотеке России в Санкт-Петербурге, а микрофильмы всех рукописей – в Институте микрофильмированных еврейских рукописей при Еврейской национальной и университетской библиотеке в Иерусалиме.

Одесская коллекция

В этой коллекции содержатся материалы из Крыма и Кавказа. Она была собрана преимущественно в период с 1839 по 1840 год, но с добавлениями Фирковича, датированными 1852 годом. Первоначально коллекция принадлежала Одесскому обществу истории и древностей и хранилась в Одесском музее. Вкратце, среди обнаруженных материалов – основная часть рукописей, описанных в "Prospectus der Odessaer Gesellschaft für Geschichte und Alterthum Gehörenden Aeltesten Hebräischen und Rabbinischen Manuscripte" (Одесса, 1845), довольно редком труде, который кратко упоминается в "Literaturblatt des Orients" за 1847 год, № 2. Эти рукописи включают в себя:

Пятнадцать свитков Закона с постскриптами, указывающими, в караитском стиле, дату и место написания, имя писца или корректора, а также другие интересные сведения. Двадцать копий книг Библии, за исключением Пятикнижия, некоторые полные, другие – фрагментарные. Среди них – книга Аввакума, датированная 916 годом, представленная факсимиле. Девять единиц талмудических и раввинских рукописей.

Первая коллекция

Содержит материалы из Крыма и Кавказа, собранные преимущественно в 1839–1841 годах. В 1862 году приобретена Императорской публичной библиотекой.

Вторая коллекция

Содержит материалы, собранные на Ближнем Востоке. Материал был собран в период с 1863 по 1865 год. Фиркович собирал в Иерусалиме, Алеппо и также в Каире. Вероятно, он собрал материалы из Каирской Генизы за тридцать лет до того, как Соломон Шехтер её обнаружил. Фиркович продал эту коллекцию Императорской публичной библиотеке в 1873 году. Он стремился опровергнуть какую-либо связь между раввинистическим иудаизмом и караизмом, утверждая, что караимы являются потомками Десяти потерянных колен. Фиркович успешно ходатайствовал перед российским правительством об освобождении караимов от антиеврейских законов, мотивируя это тем, что караимы иммигрировали в Европу до распятия Иисуса и, следовательно, не могут нести ответственность за его смерть. С. Л. Рапопорт указал на некоторые несоответствия в надписях (Ha Meliẓ, 1861, №№ 13–15, 37); А. Гейгер в своем Jüdische Zeitschrift (1865, с. 166), Шорр в He Ḥaluẓ, и А. Нойбауэр в Journal Asiatique (1862–63) и в его Aus der Petersburger Bibliothek (Лейпциг, 1866) оспорили достоверность фактов и теорий, основанных на них, которые Йост, Юлиус Фюрст и Генрих Гретц использовали в своих трудах о караимах, заимствуя их из "Ликкуте Кадмониёт" Пинскера, где данные, предоставленные Фирковичем, принимались безоговорочно. Дальнейшие разоблачения были опубликованы Штраком и Харкави (Санкт-Петербург, 1875) в Catalog der Hebr. Bibelhandschriften der Kaiserlichen Oeffentlichen Bibliothek in St. Petersburg; в работе Харкави "Древнееврейские памятники из Крыма" (ib. 1876); в труде Штрака "А. Фиркович и его открытия" (Лейпциг, 1876); в работе Франкеля "Ахаре Решет ле Баккер" (Ха Шахар, VII.646 и далее); в "Масса Криме" Денарда (Варшава, 1878); и в других источниках. В отличие от этого, наиболее симпатичный критик Фирковича, Чвольсон, после рассмотрения всех противоречий, пришел к выводу, что Фирковичу удалось доказать, что некоторые еврейские надгробия из Чуфут-Кале датируются VII веком, и что, казалось бы, современные формы надгробных надписей и метод исчисления лет от сотворения мира были распространены среди евреев гораздо раньше, чем считалось ранее. Только Чвольсон защищал его, но и он был вынужден признать, что в некоторых случаях Фиркович прибегал к фальсификации. В своем "Corpus Inscriptionum Hebraicarum" (Санкт-Петербург, 1882; русское издание, ib. 1884) Чвольсон пытается доказать, что коллекция Фирковича, особенно эпитафии с надгробных камней, содержит значительное количество подлинных материалов. В 1980 году В. В. Лебедев исследовал коллекцию Фирковича и пришел к заключению, что фальсификации не следует приписывать самому Фирковичу, а скорее предыдущим владельцам, которые пытались увеличить стоимость рукописей. В течение многих лет эти рукописи были недоступны западным ученым. Степень фальсификации в материалах Фирковича до сих пор устанавливается. Материалы Фирковича требуют тщательного изучения в каждом конкретном случае. Его коллекция по-прежнему представляет большую ценность для исследователей еврейской культуры.

Contains material collected from the Near East. The material was collected between 1863 and 1865. Firkovich collected in Jerusalem, Aleppo and also in Cairo. He possibly collected from the Cairo Geniza thirty years before Solomon Schechter discovered it. Firkovich sold this collection to the Imperial Public Library in 1873. He wished to repudiate any connection between Rabbinic Judaism and the Karaites, declaring that the Karaites were descendants of the Ten Lost Tribes. Firkovich successfully petitioned the Russian government to exempt the Karaites from anti Jewish laws on the grounds that Karaites had immigrated to Europe before the crucifixion of Jesus and thus could not be held responsible for his death. S. L. Rapoport pointed out some impossibilities in the inscriptions (Ha Meliẓ, 1861, Nos. 13–15, 37); A. Geiger in his Jüdische Zeitschrift (1865, p. 166), Schorr in He Ḥaluẓ, and A. Neubauer in the Journal Asiatique (1862–63) and in his Aus der Petersburger Bibliothek (Leipzig, 1866) challenged the correctness of the facts and the theories based upon them which Jost, Julius Fürst, and Heinrich Grätz, in their writings on the Karaites, took from Pinsker's Liḳḳuṭe Ḳadmoniyyot, in which the data furnished by Firkovich were unhesitatingly accepted. Further exposures were made by Strack and Harkavy (St. Petersburg, 1875) in the Catalog der Hebr. Bibelhandschriften der Kaiserlichen Oeffentlichen Bibliothek in St. Petersburg; in Harkavy's Altjüdische Denkmäler aus der Krim (ib. 1876); in Strack's A. Firkowitsch und Seine Entdeckungen (Leipsic, 1876); in Fränkel's Aḥare Reshet le Baḳḳer (Ha Shaḥar, vii.646 et seq. ); in Deinard's Massa' Ḳrim (Warsaw, 1878); and in other places. In contradiction, Firkovich's most sympathetic critic, Chwolson, gives as a résumé of his belief, after considering all controversies, that Firkovich succeeded in demonstrating that some of the Jewish tombstones from Chufut Kale date back to the seventh century, and that seemingly modern forms of eulogy and the method of counting after the era of creation were in vogue among Jews much earlier than had been hitherto suspected. Chwolson alone defended him, but he also was forced to admit that in some cases Firkovich had resorted to forgery. In his Corpus Inscriptionum Hebraicarum (St. Petersburg, 1882; Russian ed., ib. 1884) Chwolson attempts to prove that the Firkovich collection, especially the epitaphs from tombstones, contains much which is genuine. In 1980, V. V. Lebedev investigated the Firkovich collection and came to the conclusion that forgery cannot be attributed to Firkovich, but rather to the previous owners, in an attempt to increase the price of the manuscripts. For many years the manuscripts were not available to Western scholars. The extent of Firkovich's forgeries is still being determined. Firkovich's materials require careful examination on a case by case basis. His collection remains of great value to scholars of Jewish studies.