Диего Ривера: Жизнь и творчество мексиканского художника

Введение

Мексиканский художник-муралист (1886–1957)

Диего Ривера (8 декабря 1886 – 24 ноября 1957) был выдающимся мексиканским художником. Его масштабные фрески способствовали становлению движения монументальной живописи в мексиканском и мировом искусстве. В период с 1922 по 1953 год Ривера расписывал стены в Мехико, Чапинго и Куэрнаваке (Мексика), а также в Сан-Франциско, Детройте и Нью-Йорке (США). В 1931 году в Музее современного искусства в Нью-Йорке прошла его ретроспективная выставка, до завершения его серии из 27 фресок, известных как «Фрески Детройтской промышленности». У Риверы было четыре жены и множество детей, в том числе как минимум одна внебрачная дочь. Его первый ребенок и единственный сын умер в возрасте двух лет. Его третьей женой была мексиканская художница Фрида Кало, с которой у него были бурные отношения, продолжавшиеся до её смерти. Его четвёртая и последняя жена была его агентом. В связи с его значимостью в истории искусства страны, правительство Мексики объявило произведения Риверы историческими памятниками. По состоянию на 2018 год Ривера удерживает рекорд по самой высокой цене, за которую было продано произведение латиноамериканского художника на аукционе. Картина 1931 года «Соперники», входившая в коллекцию Пегги и Дэвида Рокфеллеров, была продана за 9,76 миллиона долларов США.

Личная жизнь

Ривера родился 8 декабря 1886 года в Гуанахуато, Мексика, в семье Марии дель Пилар Барриентос и Диего Ривера Акоста, состоятельной пары. Его брат-близнец Карлос умер через два года после их рождения. Говорили, что его мать, Мария дель Пилар Барриентос, имела корни в среде конверсо (испанских предков, которых в XV и XVI веках принуждали принять католицизм, будучи иудеями). Ривера писал в 1935 году: "Моя еврейская сущность – определяющий элемент моей жизни". Хотя он никогда не был воспитан в иудейской традиции, Ривера считал, что его еврейское происхождение повлияло на его искусство и дало ему "сочувствие к угнетенным". Ривера начал рисовать в возрасте трех лет, спустя год после смерти брата-близнеца. Когда его застали рисующим на стенах дома, родители установили там грифельные доски и холсты, чтобы поощрять его.

Брак и семья

После переезда в Париж Ривера встретил Анджелину Белофф, художницу из дореволюционной Российской империи. Они поженились в 1911 году и у них родился сын Диего (1916–1918), который умер в раннем возрасте. В это время у Риверы также были отношения с художницей Марией Воробьефф-Стебельской, которая в 1918 или 1919 году родила дочь по имени Марика Ривера. Ривера развелся с Белофф и женился на Гвадалупе Марин в июне 1922 года, после возвращения в Мексику. У них родились две дочери: Рут и Гвадалупа. Он был еще женат, когда познакомился со студенткой художественного училища Фридой Кало в Мексике. Они начали страстный роман, и после развода с Марином Ривера женился на Кало 21 августа 1929 года. Ему было 42 года, а ей – 22. Их взаимные измены и вспыльчивый характер привели к разводу в 1939 году, но они снова поженились 8 декабря 1940 года в Сан-Франциско, Калифорния. Спустя год после смерти Кало, 29 июля 1955 года, Ривера женился на Эмме Хуртадо, которая с 1946 года была его агентом. В последние годы жизни Ривера жил в Соединенных Штатах и Мексике. Ривера умер 24 ноября 1957 года в возрасте 70 лет и был похоронен на кладбище Пантеон Долорес в Мехико.

Личные убеждения

Ривера был атеистом. Его монументальная роспись «Мечты о воскресном дне в Аламеде» изображает Игнасио Рамиреса, держащего плакат с надписью: «Бога не существует». Эта работа вызвала негодование, но Ривера отказался убрать надпись. Картина не выставлялась в течение девяти лет – пока Ривера не согласился удалить надпись. Он заявил: «Чтобы утверждать, что «Бога нет», мне не нужно прятаться за доном Игнасио Рамиресом; я атеист и считаю религию формой коллективного невроза».

Художественное образование и кружок

С десяти лет Ривера изучал искусство в Академии Сан-Карлоса в Мехико. Его спонсировал Теодор Дехеса Мендес, губернатор штата Веракрус, для продолжения учебы в Европе. Прибыв в Европу в 1907 году, Ривера сначала отправился в Мадрид, Испания, чтобы учиться у Эдуардо Чичарро. Оттуда он переехал в Париж, Франция – место притяжения для молодых европейских и американских художников и писателей, которые селились в недорогих квартирах в Монпарнасе. Его окружение часто посещало «Ла Руш», где его итальянский друг Амедео Модильяни написал его портрет в 1914 году. В круг его близких друзей входили Илья Эренбург, Чайм Сутин, Модильяни и его жена Жанна Эбютерн, Макс Якоб, владелец галереи Леопольд Зборовски и Моиз Кислинг. Бывшая возлюбленная Риверы Мари Воробьёва Стебельска (Маревна) запечатлела этот круг в своей картине «Посвящение друзьям из Монпарнаса» (1962). В те годы многие молодые художники экспериментировали с художественной формой, которая впоследствии получила название кубизм, направление, возглавленное Пабло Пикассо и Жоржем Браком. С 1913 по 1917 год Ривера с энтузиазмом воспринял этот новый стиль. Около 1917 года, вдохновленный картинами Поля Сезанна, Ривера перешел к постимпрессионизму, используя простые формы и крупные мазки ярких цветов. Его работы начали привлекать внимание, и он смог представить их на нескольких выставках. В своей автобиографии Ривера утверждал, что в 1904 году, находясь в Мексике, он занимался каннибализмом, собирая деньги с другими, чтобы «покупать трупы из городского морга» и особенно «с наслаждением вкушать женские мозги в винегрете». Это заявление считается сомнительным или вымышленным. Он писал в своей автобиографии: «Я верю, что когда человечество достигнет цивилизации, более высокой, чем нынешняя механизированная, но все еще примитивная, употребление человеческой плоти будет разрешено. Тогда человек избавится от всех своих суеверий и иррациональных табу».

Карьера в Мексике

В 1920 году, по настоянию Альберто Дж. Пани, мексиканского посла во Франции, Ривера покинул Францию и путешествовал по Италии, изучая ее искусство, в том числе фрески эпохи Возрождения. После того, как Хосе Васкончелос стал министром образования, Ривера вернулся в Мексику в 1921 году, чтобы принять участие в спонсируемой правительством программе мексиканских монументальных росписей, запланированной Васкончелосом. В программе участвовали такие мексиканские художники, как Хосе Клементе Ороско, Давид Альфаро Сикейрос и Руфино Тамайо, а также французский художник Жан Шарло. В январе 1922 года он написал – экспериментально в энкаустике – свою первую значимую монументальную роспись «Творение» в аудитории Боливара Национальной подготовительной школы в Мехико, защищаясь пистолетом от студентов правого толка. Осенью 1922 года Ривера участвовал в создании Революционного союза технических работников, художников и скульпторов, а позже в том же году вступил в мексиканскую Коммунистическую партию (включая ее Центральный комитет). Его монументальные росписи, впоследствии выполненные только фреской, были посвящены мексиканскому обществу и отражали революцию 1910 года в стране. Ривера разработал свой собственный стиль, основанный на крупных, упрощенных фигурах и ярких цветах с отчетливо выраженным влиянием ацтеков, что явно прослеживается в росписях в Секретариате народного образования в Мехико, начатых в сентябре 1922 года и состоящих из ста двадцати четырех фресок, завершенных в 1928 году. На правой стороне изображены Тина Модотти с патронным поясом, обращенная к Хулио Антонио Мелье в светлой шляпе, а позади них – Витторио Видали в черной шляпе. Однако, в детали «Эн-эль-Арсенал» не показана описанная правая сторона и ни одного из трех упомянутых лиц; вместо этого изображена левая сторона с Фридой Кало, раздающей боеприпасы. Леон Троцкий несколько месяцев жил с Риверой и Кало, находясь в изгнании в Мексике. Некоторые из самых известных монументальных росписей Риверы находятся в Национальной школе сельского хозяйства (Автономный сельскохозяйственный университет Чапинго) в Чапинго возле Текскоко (1925–1927), во Дворце Кортеса в Куэрнаваке (1929–1930) и Национальном дворце в Мехико (1929–1930, 1935). Ривера написал монументальные росписи в главном зале и коридоре Автономного сельскохозяйственного университета Чапинго (UACh). Он также создал фреску под названием «Плодородная земля» в часовне университета в период с 1923 по 1927 год. «Плодородная земля» изображает революционную борьбу мексиканских крестьян (фермеров) и рабочего класса (промышленности), в частности, через изображение серпа и молота, соединенных звездой в софите часовни. На росписи «пропагандист» указывает на другой серп и молот. На росписи изображена женщина с кукурузным початком в каждой руке, которую искусствовед Антонио Родригес в своей книге «Canto a la Tierra: Los murales de Diego Rivera en la Capilla de Chapingo» описывает как напоминающую ацтекскую богиню кукурузы. Тела революционных героев Эмилиано Сапаты и Отилио Монтано изображены в могилах, их тела удобряют кукурузное поле над ними. Подсолнух в центре сцены, по словам Родригеса, «прославляет тех, кто умер за идеал и перерождается, преображается в плодородное кукурузное поле нации». На росписи также изображена жена Риверы, Гвадалупа Марин, в виде плодородной обнаженной богини, а их дочь, Гвадалупа Ривера и Марин, – в виде херувима. В результате землетрясения роспись была слегка повреждена, но впоследствии была отреставрирована и подкрашена, сохранившись в первозданном виде.

In 1920, urged by Alberto J. Pani, the Mexican ambassador to France, Rivera left France and traveled through Italy studying its art, including Renaissance frescoes. After José Vasconcelos became Minister of Education, Rivera returned to Mexico in 1921 to become involved in the government sponsored Mexican mural program planned by Vasconcelos. The program included such Mexican artists as José Clemente Orozco, David Alfaro Siqueiros, and Rufino Tamayo, and the French artist Jean Charlot. In January 1922, he painted – experimentally in encaustic – his first significant mural Creation in the Bolívar Auditorium of the National Preparatory School in Mexico City while guarding himself with a pistol against right wing students. In the autumn of 1922, Rivera participated in the founding of the Revolutionary Union of Technical Workers, Painters and Sculptors, and later that year he joined the Mexican Communist Party (including its Central Committee). His murals, subsequently painted in fresco only, dealt with Mexican society and reflected the country's 1910 Revolution. Rivera developed his own native style based on large, simplified figures and bold colors with an Aztec influence clearly present in murals at the Secretariat of Public Education in Mexico City begun in September 1922, intended to consist of one hundred and twenty four frescoes, and finished in 1928. shows on the right hand side Tina Modotti holding an ammunition belt and facing Julio Antonio Mella, in a light hat, and Vittorio Vidali behind in a black hat. However, the En el Arsenal detail shown does not include the right hand side described nor any of the three individuals mentioned; instead it shows the left hand side with Frida Kahlo handing out munitions. Leon Trotsky lived with Rivera and Kahlo for several months while exiled in Mexico. Some of Rivera's most famous murals are featured at the National School of Agriculture (Chapingo Autonomous University of Agriculture) at Chapingo near Texcoco (1925–1927), in the Cortés Palace in Cuernavaca (1929–30), and the National Palace in Mexico City (1929–30, 1935). Rivera painted murals in the main hall and corridor at the Chapingo Autonomous University of Agriculture (UACh). He also painted a fresco mural titled Tierra Fecundada (Fertile Land in English) in the university's chapel between 1923 and 1927. Fertile Land depicts the revolutionary struggles of Mexico's peasant (farmers) and working classes (industry) in part through the depiction of hammer and sickle joined by a star in the soffit of the chapel. In the mural, a "propagandist" points to another hammer and sickle. The mural features a woman with an ear of corn in each hand, which art critic Antonio Rodriguez describes as evocative of the Aztec goddess of maize in his book Canto a la Tierra: Los murales de Diego Rivera en la Capilla de Chapingo. The corpses of revolutionary heroes Emiliano Zapata and Otilio Montano are shown in graves, their bodies fertilizing the maize field above. A sunflower in the center of the scene "glorifies those who died for an ideal and are reborn, transfigured, into the fertile cornfield of the nation", writes Rodrigues. The mural also depicts Rivera's wife Guadalupe Marin as a fertile nude goddess and their daughter Guadalupe Rivera y Marin as a cherub. The mural was slightly damaged in an earthquake, but has since been repaired and touched up, remaining in pristine form.

Поздние годы

Осенью 1927 года Ривера отправился в Москву, Советский Союз, приняв приглашение правительства принять участие в праздновании 10-й годовщины Октябрьской революции. В следующем году, еще находясь в Советском Союзе, он встретил американца Альфреда Барра-младшего, который вскоре стал его другом и покровителем. Барр был директором-основателем Музея современного искусства в Нью-Йорке. Он вернулся в Мексику. В 1929 году, после убийства бывшего президента Альваро Обрегона годом ранее, правительство подавило Мексиканскую коммунистическую партию. В том же году Ривера был исключен из партии из-за подозрений в троцкистских симпатиях. Кроме того, наблюдатели отметили, что его фреска 1928 года «В арсенале» включает фигуры коммунистов Тины Модотти, кубинца Хулио Антонио Мелла и итальянца Витторио Видали. После убийства Мелла в январе 1929 года, предположительно, сталинским убийцей Видали, Ривера был обвинен в том, что заранее знал о запланированном нападении. После развода со своей третьей женой, Гвадалупой (Лупе) Марин, Ривера женился на гораздо более молодой Фриде Кало в августе 1929 года. Они познакомились, когда она была студенткой, и ей было 22 года на момент женитьбы, а Ривере – 42. Также в 1929 году в Нью-Йорке была опубликована книга американской журналистки Эрнестин Эванс «Фрески Диего Риверы» – первая книга об художнике на английском языке. В декабре Ривера принял заказ от американского посла в Мексике на роспись фресок во Дворце Кортеса в Куэрнаваке, где находилось консульство США. В сентябре 1930 года Ривера получил заказ от архитектора Тимоти Л. Пфлюгера на две работы, связанные с его дизайнерскими проектами в Сан-Франциско. Ривера и Кало поехали в город в ноябре. Ривера написал фреску для Городского клуба Сан-Францискоской фондовой биржи за 2500 долларов США. Он также завершил фреску для Калифорнийской школы изящных искусств, которая позже была перенесена в нынешнюю галерею Диего Риверы в Институте искусств Сан-Франциско. В 1932–1933 годах Ривера завершил крупный заказ: двадцать семь фресковых панелей под названием «Детройтская промышленность» на стенах внутреннего двора в Детройтском институте искусств. Часть расходов была оплачена Эдселом Фордом, наследником предпринимателя. Во время маккартизма 1950-х годов во дворе был размещен большой знак, защищающий художественную ценность фресок и критикующий его политические взгляды как «отвратительные». Его фреска «Человек на перекрестке», изначально состоявшая из трех панелей, была заказана Джоном Д. Рокфеллером-младшим в 1933 году для Рокфеллер-центра в Нью-Йорке, но впоследствии была уничтожена. Поскольку на ней был изображен портрет Владимира Ленина, бывшего лидера Советского Союза и сторонника марксистских идей, сын Рокфеллера, пресса и часть общественности выразили протест, но решение об уничтожении приняла управляющая компания. Антикоммунистические настроения были сильны в некоторых американских кругах, хотя многие другие в период Великой депрессии видели в этом движении надежду для трудящихся. Когда Диего отказался убрать Ленина с картины, ему приказали покинуть США. Одному из помощников Диего удалось сделать несколько фотографий работы, чтобы он мог воссоздать ее позже. Американский поэт Арчибальд Маклиш написал шесть «ироничных» стихотворений о фреске. Журнал «Нью-Йоркер» опубликовал светлое стихотворение Е. Б. Уайта «Я рисую то, что вижу: баллада о художественной целостности», также в ответ на споры, вызвавшие недовольство ряда спонсоров. В результате негативной огласки чиновники в Чикаго отменили заказ Ривере на роспись фрески для Всемирной выставки в Чикаго. Ривера выступил с заявлением для прессы, в котором сказал, что использует оставшиеся деньги от заказа в Рокфеллер-центре, чтобы перерисовывать ту же фреску снова и снова, где бы его ни попросили, пока деньги не закончатся. Ему выплатили полную сумму, хотя, как сообщается, фреска была уничтожена. Ходили слухи, что фреску не уничтожили, а закрасили, но это не было подтверждено. В декабре 1933 года Ривера вернулся в Мексику. Он перерисовал «Человека на перекрестке» в 1934 году в Паласио де Беллас Артес в Мехико, назвав эту версию «Человеком, повелевающим Вселенной». 5 июня 1940 года, по приглашению Пфлюгера, Ривера в последний раз вернулся в Соединенные Штаты, чтобы нарисовать десятипанельную фреску для Международной выставки «Золотые ворота» в Сан-Франциско. Его работа «Панамериканская единство» была завершена 29 ноября 1940 года. Ривера писал фреску в присутствии посетителей выставки, которая уже была открыта. Он получал 1000 долларов в месяц и 1000 долларов на расходы на дорогу. В 1946–1947 годах Ривера написал «Мечту об одном воскресном дне в парке Аламеда», фреску, на которой была изображена детально проработанная фигура Ла Калаверы Катрины. Этот персонаж, созданный Хосе Гуадалупе Посадой, первоначально представлял собой гравюру, изображающую голову и плечи скелетированной женщины в большой шляпе. Ривера наделил свою Катрину чертами коренных народов и таким образом превратил ее в национальный символ. Катрина – наиболее распространенный образ, связанный с Днем мертвых.

In the autumn of 1927, Rivera went to Moscow, Soviet Union, having accepted a government invitation to take part in the celebration of the 10th anniversary of the October Revolution. The following year, while still in the Soviet Union, he met American Alfred H. Barr Jr., who would soon become Rivera's friend and patron. Barr was the founding director of the Museum of Modern Art in New York City. He returned to Mexico. In 1929, following the assassination of former president Álvaro Obregón the previous year, the government suppressed the Mexican Communist Party. That year Rivera was expelled from the party because of his suspected Trotskyite sympathies. In addition, observers noted that his 1928 mural In the Arsenal includes the figures of communists Tina Modotti, Cuban Julio Antonio Mella, and Italian Vittorio Vidali. After Mella was murdered in January 1929, allegedly by Stalinist assassin Vidali, Rivera was accused of having had advance knowledge of a planned attack. After divorcing his third wife, Guadalupe (Lupe) Marin, Rivera married the much younger Frida Kahlo in August 1929. They had met when she was a student, and she was 22 years old when they married; Rivera was 42. Also in 1929, American journalist Ernestine Evans's book The Frescoes of Diego Rivera, was published in New York City; it was the first English language book on the artist. In December, Rivera accepted a commission from the American Ambassador to Mexico to paint murals in the Palace of Cortés in Cuernavaca, where the US had a consulate. In September 1930, Rivera accepted a commission by architect Timothy L. Pflueger for two works related to his design projects in San Francisco. Rivera and Kahlo went to the city in November. Rivera painted a mural for the City Club of the San Francisco Stock Exchange for US$2,500. He also completed a fresco for the California School of Fine Art, a work that was later relocated to what is now the Diego Rivera Gallery at the San Francisco Art Institute. Between 1932 and 1933, Rivera completed a major commission: twenty seven fresco panels, entitled Detroit Industry, on the walls of an inner court at the Detroit Institute of Arts. Part of the cost was paid by Edsel Ford, scion of the entrepreneur. During the McCarthyism of the 1950s, a large sign was placed in the courtyard defending the artistic merit of the murals while attacking his politics as "detestable." His mural Man at the Crossroads, originally a three paneled work, begun as a commission for John D. Rockefeller Jr. in 1933 for the Rockefeller Center in New York City, was later destroyed. Because it included a portrait of Vladimir Lenin, former leader of the Soviet Union and Marxist pro worker content, Rockefeller's son, the press, and some of the public protested, but the decision to destroy it was made by the management company. Anti Communism ran high in some American circles, although many others in this period of the Great Depression had been drawn to the movement as offering hope to labor. When Diego refused to remove Lenin from the painting, he was ordered to leave the US. One of Diego's assistants managed to take a few photographs of the work so Diego was able to later recreate it. American poet Archibald MacLeish wrote six "irony laden" poems about the mural. The New Yorker magazine published E. B. White's light poem, "I paint what I see: A ballad of artistic integrity", also in response to the controversy with number of sponsors taking offense to it. As a result of the negative publicity, officials in Chicago cancelled their commission for Rivera to paint a mural for the Chicago World's Fair. Rivera issued a press statement, saying that he would use the remaining money from his commission at Rockefeller Center to repaint the same mural, over and over, wherever he was asked, until the money ran out. He had been paid in full although the mural was reportedly destroyed. There have been rumors that the mural was covered over rather than removed and destroyed, but this has not been confirmed. In December 1933, Rivera returned to Mexico. He repainted Man at the Crossroads in 1934 in the Palacio de Bellas Artes in Mexico City, calling this version Man, Controller of the Universe. On June 5, 1940, invited again by Pflueger, Rivera returned for the last time to the United States to paint a ten panel mural for the Golden Gate International Exposition in San Francisco. His work, Pan American Unity was completed November 29, 1940. Rivera painted in front of attendees at the Exposition, which had already opened. He received US$1,000 per month and US$1,000 for travel expenses. In 1946 47, Rivera painted A Dream of a Sunday Afternoon in the Alameda Park, a fresco that featured a fully elaborated figure of La Calavera Catrina. This character, which was created by José Guadalupe Posada, originally consisted of a print depicting the head and shoulders of a skeletal woman in a big hat. Rivera endowed his Catrina figure with indigenous features and thus transformed her into a nationalist icon. Catrina is the most common image associated with Day of the Dead.

Членство в AMORC

В 1926 году Ривера стал членом AMORC, Древнего Мистического Ордена Роза Круцис, оккультной организации, основанной американским оккультистом Харви Спенсером Льюисом. В 1926 году Ривера был одним из основателей ложи AMORC в Мехико, названной в честь древнего бога коренных народов – Кетцалькоатля. Он написал изображение Кетцалькоатля для местного храма. В 1954 году Ривера попытался восстановиться в рядах Мексиканской коммунистической партии. Его исключили, в частности, из-за поддержки Троцкого, который был изгнан и убит в Мексике за несколько лет до этого. Ривера должен был оправдать свою деятельность в AMORC. В то время Мексиканская коммунистическая партия исключала лиц, связанных с масонством, и рассматривала AMORC как подозрительно схожую с ним организацию. Ривера заявил своим допрашивающим, что, вступив в AMORC, он хотел внедриться в типичную "американскую" организацию в интересах коммунизма. Однако он также утверждал, что AMORC "по сути материалистичен, поскольку признает лишь различные состояния энергии и материи и основывается на древнеегипетских оккультных знаниях, восходящих к Аменхотепу IV и Нефертити".

Представление в других СМИ

Диего Ривера появлялся в нескольких фильмах. Рубен Блэйдс сыграл его в фильме «Колыбель Уилл Рок» (1999), Альфред Молина — в фильме «Фрида» (2002), а Хосе Монтини — в фильме «Эйзенштейн в Гуанахуато» (2015) (в эпизодической роли). В романе Барбары Кингсолвер «Лакуна» Ривера, Кало и Леон Троцкий являются ключевыми персонажами.