Введение

Камбоджийский политик и военный преступник (1926–2019)

Ранние годы

Нуон Чэа родился как Лао Ким Лорн в Воат-Кор, провинция Баттамбанг, 7 июля 1926 года. Отец Нуона, Лао Лив, работал торговцем и выращивал кукурузу, а его мать, Дос Пэнь, была портнихой. В интервью японского исследователя в 2003 году Нуон Чэа утверждал, что Лив был китайцем, а Пэнь – дочерью китайского иммигранта из Шантоу, провинции Гуандун, и его кхмерской жены. Однако в 2011 году Чэа сообщил Трибуналу по делам Красных Кхмеров, что он лишь на четверть китаец по линии своего отца, который был наполовину китайцем. В детстве Нуон Чэа воспитывался в китайских и кхмерских традициях. Семья молилась в буддийском храме Тхеравады, но соблюдала китайские религиозные обычаи во время празднования Лунного Нового года и фестиваля Цинмин. Нуон Чэа начал учиться в школе в семь лет и получил образование на тайском, французском и кхмерском языках. В сентябре 1960 года он был избран заместителем генерального секретаря Рабочей партии Кампучи (позже переименованной в Коммунистическую партию Кампучи). В Демократической Кампучии он был известен как «Брат номер два». В отличие от большинства лидеров Красных Кхмеров, Чэа не учился во Франции. Северные вьетнамцы больше доверяли Нуон Чэа, чем Пол Поту или Йенгу Сари, хотя Чэа «постоянно и сознательно вводил в заблуждение вьетнамское руководство относительно реальных планов кхмерского руководства». В результате «Ханой не предпринял никаких действий для изменения структуры власти в высших эшелонах Коммунистической партии в свою пользу». По словам Дмитрия Мосякова, «в октябре 1978 года Ханой все еще полагал, что в Пномпене есть две видные партийные фигуры, симпатизирующие Вьетнаму – Нуон Чэа и бывший первый секретарь Восточной зоны Со Пхим. Вьетнамцы надеялись, что эти фигуры возглавят восстание против Пол Пота, но эти надежды не оправдались: Со Пхим погиб во время восстания в июне 1978 года, а Нуон Чэа, как известно, оказался одним из самых преданных последователей Пол Пота – он не перешел на сторону вьетнамцев. Трудно понять, почему до конца 1978 года в Ханое считали Нуон Чэа «своим человеком», несмотря на то, что весь предыдущий опыт должен был доказать обратное. Не знал ли Ханой о его постоянной поддержке Пол Пота, его требованиях о том, чтобы «вьетнамскому меньшинству не разрешалось проживать в Кампучии», о его крайней жестокости, а также о том, что «по сравнению с Нуон Чэа люди считали Пол Пота образцом доброты»? По словам командира тюрьмы Каинга Хек Иева (более известного как Дуч), который описывал Чэа как «главного вдохновителя убийств», Чэа «приказал мне убить всех оставшихся заключенных» в Туол Сленге незадолго до падения режима; сообщалось, что Чэа был «в ярости» из-за того, что Дуч не уничтожил обширные архивы Туол Сленга, документирующие пытки и массовые убийства в тюрьме, до того, как объект был захвачен вьетнамцами. Правительство во главе с премьер-министром Хун Сеном, сам бывший членом Красных Кхмеров, согласилось отказаться от попыток привлечь Чэа к ответственности, решение, которое было осуждено западными странами. Американский журналист Нейт Тейер, последний человек, взявший интервью у Пол Пота, описывает Нуон Чэа как «вероятно, более виновного, чем сам Пол Пот, в фактических убийствах, которые происходили во время правления Красных Кхмеров».

Арест и суд

19 сентября 2007 года 81-летний Чеа был арестован в своем доме в Пэйлине и доставлен в Трибунал Красных Кхмеров в Пномпене, который предъявил ему обвинения в военных преступлениях и преступлениях против человечности. После ареста он находился под стражей непрерывно. В феврале 2008 года Чеа заявил суду, что его дело должно рассматриваться в соответствии с международными стандартами. Он утверждал, что суд должен отложить разбирательство, поскольку его голландский адвокат, Михель Пестман, еще не прибыл. В мае 2013 года Чеа сказал суду и семьям жертв: "Я испытываю раскаяние за преступления, совершенные намеренно или непреднамеренно, независимо от того, знал я о них или не знал". 7 августа 2014 года суд признал Чеа виновным в преступлениях против человечности и приговорил его к пожизненному заключению. Его адвокат немедленно объявил, что Чеа подаст апелляцию на приговор. Чеа также предстал перед отдельным судом по обвинению в геноциде. Суд признал его и Кхиеу Самфана виновными в геноциде в отношении вьетнамского народа и народа чамов 16 ноября 2018 года. Эти пожизненные сроки были объединены в единый пожизненный срок Судебной палатой 16 ноября 2018 года. В своей заключительной речи перед судом, состоящей примерно из 500 страниц, Чеа "возложил вину за практически все неудачи правления Красных Кхмеров на вьетнамских агентов". Он также отрицал ответственность за массовые убийства, однако этому противоречили подробные документы, оставленные самим режимом Красных Кхмеров, включая странные "признания", полученные под пытками в Туол Сленге, и фотографии жертв чисток, а также запись, сделанная камбоджийским журналистом до ареста Чеа в 2007 году, в которой Чеа признался: "Поверьте мне, если бы эти предатели были живы, народ кхмеров был бы уничтожен. Если бы мы проявили милосердие к этим людям, нация была бы потеряна". Он был госпитализирован 2 июля из-за недостаточного кровоснабжения пальца ноги, который почернел. Кровообращение не обеспечивало должной подачи крови к пальцу. Недостаток кровоснабжения привел к инфекции пальца ноги, которая в конечном итоге стала причиной его смерти, скорее всего, вызвав сепсис и последующую множественную органную недостаточность.