Воздушные силы Гуадалканала: «Кактус» и борьба за Соломоновы острова.

Введение

Военно-воздушные силы союзников на острове Гуадалканал в 1942 году

"Cactus Air Force" – это общее название для сил авиации союзников, дислоцированных на острове Гуадалканал с августа по декабрь 1942 года в период наиболее ожесточенных боев Гуадалканальской кампании, особенно тех, что базировались на аэродроме Хендерсон. Название "Cactus" происходит от кодового обозначения острова, принятого союзниками. В 1943 году "Cactus Air Force" была включена в состав AirSols – объединенного командования авиационных подразделений союзников на Соломоновых островах.

Предыстория

7 декабря 1941 года японцы атаковали Тихоокеанский флот США в Перл-Харборе, на Гавайях. Атака нанесла серьезный урон большей части американского линкорного флота и привела к состоянию войны между двумя странами. Развязывая эту войну, японские лидеры стремились нейтрализовать американский флот, захватить территории, богатые природными ресурсами, и получить стратегические военные базы для защиты своей обширной империи. Японские войска также атаковали и взяли под контроль Гонконг, Филиппины, Таиланд, Малайю, Сингапур, Голландскую Ост-Индию, остров Уэйк, Новую Британию и Гуам. Две попытки японцев расширить свой оборонительный периметр на юге и в центральной части Тихого океана были сорваны в битве в Коралловом море (май 1942 года) и в битве при Мидуэе (июнь 1942 года). Эти две стратегические победы союзников предоставили возможность взять инициативу в свои руки и начать контрнаступление против японцев в каком-либо районе Тихого океана. Союзники выбрали Соломоновы острова, в частности южные Соломоновы острова Гуадалканал, Тулаги и Флорида. Союзники знали, что японский флот оккупировал Тулаги в мае 1942 года и построил там базу для гидросамолетов. В начале июля 1942 года японский флот начал строительство крупного аэродрома в районе Лунга-Пойнт на близлежащем острове Гуадалканал. После завершения строительства эти базы должны были защитить главную японскую базу в Рабауле, угрожать линиям снабжения и связи союзников в Южной части Тихого океана, ведущим в Австралию и Новую Зеландию, и создать плацдарм для потенциальных наступлений против Новых Гебридских островов, Фиджи, Самоа и Новой Каледонии. План союзников по нападению на южные Соломоновы острова был разработан адмиралом ВМС США Эрнестом Кингом, главнокомандующим флотом Соединенных Штатов. Кинг предложил контрнаступление с целью лишить японцев возможности использовать южные Соломоновы острова в качестве баз для угрозы маршрутам снабжения между Соединенными Штатами и Австралией, а также использовать их в качестве отправной точки для кампании, направленной на изоляцию новой и важной японской базы в Рабауле, одновременно поддерживая кампанию союзников в Новой Гвинее. Конечной целью всего этого было открытие пути для США по возвращению Филиппин. Американский адмирал Честер Нимиц, главнокомандующий всеми союзными силами в Тихом океане, создал Южно-Тихоокеанский театр военных действий, и 19 июня 1942 года вице-адмирал Роберт Л. Гормли был назначен командующим для руководства наступлением союзников на Соломоновых островах. 7 августа 1942 года Первая дивизия морской пехоты высадилась на Тулаги и Гуадалканал в районе Лунга-Пойнт, захватив недостроенный японский аэродром, что ознаменовало первое контрнаступление союзников на Тихоокеанском театре военных действий. Союзники немедленно продолжили строительство аэродрома, используя захваченное японское оборудование. 12 августа аэродром был переименован в Хендерсон-Филд в честь майора Лофтона Р. Хендерсона, погибшего в битве при Мидуэе, первого пилота Корпуса морской пехоты, погибшего в этой битве. К 18 августа Хендерсон-Филд был готов к эксплуатации.

On 7 December 1941, the Japanese attacked the U. S. Pacific fleet at Pearl Harbor, Hawaii. The attack crippled much of the U. S. battleship fleet and led to a state of war between the two nations. In launching this war, Japanese leaders sought to neutralize the American fleet, seize possessions rich in natural resources, and obtain strategic military bases to defend their far flung empire. Japanese forces also attacked and took control of Hong Kong, the Philippines, Thailand, Malaya, Singapore, the Dutch East Indies, Wake Island, New Britain, and Guam. Two attempts by the Japanese to extend their defensive perimeter in the south and central Pacific were thwarted in the Battle of the Coral Sea (May 1942) and the Battle of Midway (June 1942). These two strategic victories for the Allies provided an opportunity to take the initiative and launch a counter offensive against the Japanese somewhere in the Pacific. The Allies chose the Solomon Islands, specifically the southern Solomon Islands of Guadalcanal, Tulagi, and Florida. Allied strategists knew the Japanese Navy occupied Tulagi in May 1942 and constructed a seaplane base near there. During early July 1942, the Japanese Navy began constructing a significant airfield near Lunga Point on nearby Guadalcanal island. After completion, these bases would protect Japan's major base at Rabaul, threaten Allied supply and communication lines across the South Pacific to Australia and New Zealand, and establish a staging base for potential offensives against the New Hebrides, Fiji, Samoa, and New Caledonia. The Allied plan to attack the southern Solomons was conceived by U. S. Navy Admiral Ernest King, Commander in Chief of the United States Fleet. King proposed the counter offensive to deny the use of the southern Solomon Islands by the Japanese as bases to threaten the supply routes between the United States and Australia, and to use them as starting points for a campaign with the goal of isolating the new and major Japanese base at Rabaul while supporting the Allied New Guinea campaign. All of this had the eventual goal of opening the way for the U. S. to retake the Philippines. American Admiral Chester Nimitz, the Allied Commander in Chief for all forces in the Pacific, created the South Pacific theater of operations, with Vice Admiral Robert L. Ghormley placed in command on 19 June 1942, to direct the Allied offensive in the Solomons. On 7 August 1942, the First Marine Division landed on Tulagi and Guadalcanal at Lunga Point, capturing the uncompleted Japanese airfield, and marking the first counter offensive by the Allies in the Pacific Theater. The Allies continued construction on the airfield immediately using captured Japanese equipment. On 12 August, the airfield was renamed Henderson Field, for Major Lofton R. Henderson, killed during the Battle of Midway, the first Marine Corps pilot killed during the battle. By 18 August, Henderson Field was ready for operation.

Поле Хендерсона

Сразу после высадки на Гуадалканал морские пехотинцы из 1-го инженерного батальона работали круглосуточно, используя захваченную японскую тяжелую технику для завершения строительства аэродрома. Первым самолетом, приземлившимся, был военно-морской PBY Catalina, который приземлился 12 августа для оценки состояния поля. В то время поле было длиной 2600 футов, что было достаточно для истребителей, но все еще слишком коротко и мягко для бомбардировщиков. Три дня спустя прибыло первое подразделение Seabee, располагавшее Carryall, что значительно ускорило строительство. 18 августа поле было объявлено готовым к полетам. Когда прибыли первые самолеты, Хендерсон-Филд едва ли можно было назвать аэродромом. Это был неправильный участок, вырезанный из островной растительности, наполовину в кокосовой роще, с короткой взлетно-посадочной полосой и небольшим количеством защитных земляных валов для защиты самолетов от осколков. При посадке на Хендерсон-Филд 4 сентября командующий 25-й морской авиационной группой полковник У. Фиске Маршалл описал увиденное как "рисунок ада, нарисованный Доре". Взлетно-посадочная полоса представляла собой гравийное покрытие длиной 2400 футов (732 м) с дополнительными 1000 футами (305 м) покрытия из марстона, часто усеянное кратерами от японской артиллерии и огня с кораблей. Полоса была в таком плохом состоянии, что вызывала столько же потерь самолетов, сколько и действия противника. В жару поле превращалось в чашу с черной пылью, которая загрязняла двигатели самолетов. Во время дождя аэродром быстро превращался в грязь, в которой самолеты увязали. Майор Марион Карл описал его как "единственное место на Земле, где можно стоять по колено в грязи и все равно получить пыль в глаза". Тяжелые пикирующие бомбардировщики SBD испытывали наибольшие трудности, поскольку их жесткие резиновые шины, предназначенные для посадки и взлета с авианосцев, разрывали взлетно-посадочную полосу, как плуги. Экспериментировали с деревянными колесами, но они не показали лучших результатов. В ходе длительной кампании на Гуадалканале взлетно-посадочная полоса несколько раз расширялась и уширялась, и к 4 сентября ее длина составила 3800 футов (1158 м), а ширина – 150 футов. Хендерсон-Филд также находился очень близко к слабо удерживаемым позициям Первой дивизии морской пехоты США, поэтому безопасность всегда была предметом беспокойства. Не было ни топливозаправщиков, ни ангаров для самолетов, ни ремонтных мастерских. Поврежденные самолеты разбирались на запчасти, а из-за отсутствия подъемников для бомб все боеприпасы для самолетов приходилось загружать вручную. Топливо, всегда в критическом дефиците, приходилось выкачивать вручную из 55-галлонных бочек. После прибытия топливозаправщиков авиационный бензин все еще приходилось перекачивать в них вручную. 9 сентября 1942 года 6-й морской строительный батальон США (SeaBees) открыл вторую взлетно-посадочную полосу примерно в 1,6 км к востоку от первоначальной взлетно-посадочной полосы Хендерсон-Филд. Эта новая взлетно-посадочная полоса, получившая название "Fighter 1", состояла из утрамбованной дернины и имела длину около 1402 м и ширину 91 м. Истребительные эскадрильи морской пехоты базировались на "Fighter 1", в то время как остальные самолеты, базирующиеся на Хендерсон-Филд, продолжали использовать первоначальную взлетно-посадочную полосу, называемую "Бомбардировочное поле № 1". Сооружения Хендерсон-Филд улучшились примерно 15 ноября, после того как он официально стал авиабазой Корпуса морской пехоты. Были установлены нормальные взлетно-посадочные полосы из измельченного коралла, доставленного с материка, поскольку местный коралл считался гнилым и рыхлым.

Immediately after landing on Guadalcanal, Marines from the 1st Engineer Battalion worked around the clock utilizing captured Japanese heavy equipment to complete construction of the airfield. The first plane to land was a US Navy PBY Catalina that touched down on August 12 to assess the condition of the field. At that time the field was 2600ft long, good enough for fighters but still too short and soft for bombers. Three days later the first Seabee unit arrived possessing a Carryall which dramatically sped up construction. The field was declared ready for flight operations on August 18. As the first planes arrived, Henderson Field could barely be described as an airfield. It was an irregular blob cut out of the island growth, half in and half out of a coconut grove, with a short runway, and few revetments to protect the aircraft from shrapnel. Upon landing on Henderson Field on 4 September, Commanding Officer of Marine Aircraft Group 25, Colonel W. Fiske Marshall described the scene "looked like a Doré drawing of hell." The runway was a northwest to southeast running, 2400 feet (732 m) long gravel surface with an extra 1000 feet (305 m) of Marston Mat frequently pockmarked with craters from Japanese artillery and naval gunfire. The strip was in such poor condition, it caused as many losses to aircraft as enemy action. In the heat, the field was a bowl of black dust which fouled the warplanes' engines. During rain, the airfield quickly turned muddy, miring planes in liquid muck. Major Marion Carl described it as " the only place on Earth you could stand up to your knees in mud and still get dust in your eyes." The heavier SBD dive bombers had it the worst, since their hard rubber tires, designed for aircraft carrier landings and take offs, ripped up the runways like plowshares. Wooden wheels were experimented with, but these did not fare any better. The runway was extended and widened several times during the long Guadalcanal campaign, and it was 3800 feet (1158 m) long and 150 wide by 4 September. Henderson Field was also very close to the thinly held lines of the U. S. First Marine Division, so security was always a concern. There were no fuel trucks, aircraft hangars, or repair buildings. Damaged aircraft were cannibalized for spare parts, and with no bomb hoists, all aircraft munitions had to be hand loaded onto the warplanes. Fuel, always critically low, had to be hand pumped out of 55 gallon drums. After the arrival of fuel trucks, aviation gasoline still had to be hand pumped into the trucks. On 9 September 1942, the U. S. 6th Naval Construction Battalion (SeaBees) opened up a second runway about 1 mile (2 km) to the east of Henderson Field's original runway. This new runway, called "Fighter 1", consisted of tamped down sod, and it was about 4600 feet (1402 m) long and 300 feet (91 m) wide. The Marine fighter squadrons operated out of Fighter 1, while the rest of the aircraft operating out of Henderson Field continued to use the original runway, referred to as "Bomber Field No. 1." Henderson Field's facilities improved around 15 November, after it was officially a Marine Corps Air Base. Proper runways were installed using shipped in ground up coral, since the local coral was deemed rotten and slushy.

Условия жизни

Условия жизни на Гуадалканале были одними из самых тяжелых, с которыми сталкивалась морская авиация. Пилоты и механики жили в палатках с земляным полом на затопленной кокосовой плантации, известной как "Москитная роща". Большинство заразились тропическими болезнями, такими как малярия, дизентерия, лихорадка денге или грибковые инфекции. Эти страдания сопровождались смертельной опасностью. Аэродром бомбили почти ежедневно около полудня бомбардировщики Mitsubishi G4M "Betty", летевшие на высоте 20 000 футов (6096 м) идеальным "V-образным строем" в сопровождении истребителей. Он также часто подвергался обстрелу: днем – японской артиллерией, а ночью – японскими военными кораблями. Самая ожесточенная ночь бомбардировок была 13–14 октября 1942 года – два японских линкора обстреляли Хендерсон-Филд, выпустив более 700 тяжелых снарядов, прикрывая высадку японской морской пехоты и армейских подкреплений западнее на Гуадалканале. В результате обстрела погибли шесть пилотов CAF.

Командиры

С момента высадки первой эскадрильи морской пехоты 20 августа до 25 августа не было назначенного командующего морской авиацией, которая вместо этого подчинялась непосредственно генералу Вандегрифту. Морская пехота не определила командира авиационных операций, армия уже имела эскадрилью на месте, и поле приобрело облик военно-морской базы после обещаний, данных определенным военно-морским подразделениям. Первым командующим морской пехоты был полковник Уильям Уоллес, но он временно сохранил командование. ВВС "Кактус" технически находились под командованием контр-адмирала Джона С. Маккейна, который командовал всеми наземными самолетами союзников в южной части Тихого океана. Однако Вандегрифт и его оперативные командиры осуществляли непосредственное командование над самолетами союзников, базирующимися на аэродроме Хендерсон. 3 сентября 1942 года судьба измученных авиаторов изменилась с прибытием бригадного генерала Роя Гейгера на борту первого самолета 1-й морской авиационной группы 25, приземлившегося на острове – R4D Skytrain. В качестве "Командующего самолетами Гуадалканала" (ComAirCACTUS) и командира 1-го морского авиационного крыла Гейгер разместил свой штаб в деревянной японской пагоде на холме, примерно в от аэродрома. Благодаря своей энергии, примеру и силе личности он поднял боевой дух выживших пилотов эскадрильи. Его описывали как "сухого, холодного, а некоторые говорили безжалостного – он был полон решимости выжать максимум возможностей из людей и техники". Во время его командования в пресс-релизах сообщалось о "чувстве отчаяния, но не поражения". В конечном итоге, напряжение командования и тяжелые условия жизни серьезно утомили 57-летнего Гейгера, как физически, так и морально. 7 ноября Гейгер передал командование своему начальнику штаба, бригадному генералу Луису Вудсу. 21-летний ветеран авиации, бригадный генерал Вудс командовал летчиками "Кактуса" в самый критический момент кампании. Он быстро преобразился из "добродушного полковника в жаждущего крови бригадного генерала". На следующий день после Рождества Вудс передал командование "Кактусом" бригадному генералу Фрэнсису П. Малкахи, командующему 2-м авиационным крылом морской пехоты.

From the time of the first Marine squadron landed on 20 August until 25 August, there was no commanding officer for Marine air, which instead reported directly to General Vandegrift. The Marines had not designated an air operations commander, the Army already had a squadron present and the field acquired the air of a naval base after they were promised to certain naval units. The first Marine commander was Colonel William W. Wallace, but he retained command temporarily. Cactus Air Force technically was under the command of Rear Admiral John S. McCain, who commanded all land based Allied aircraft in the South Pacific. Vandegrift and his operational commanders, however, exercised local command over the Allied aircraft operating out of Henderson Field. On 3 September 1942, the fortunes of the beleaguered aviators changed with the arrival of Brigadier General Roy Geiger on board the first Marine Aircraft Group 25 plane to land on the island, an R4D Skytrain. As the "Commander, Aircraft, Guadalcanal" (ComAirCACTUS) and the 1st Marine Aircraft Wing, Geiger established his headquarters in a wooden Japanese pagoda on a hill about from the airfield. Through his energy, example, and sheer force of personality, he raised the collective spirits of the squadron's survivors. He was described as " curt, cold, and some said ruthless he was determined to squeeze the ultimate ounce of performance from men and machines". During his time in command, press releases said there was a "sense of desperation but never defeatism," Ultimately, the strain of command and harsh living conditions seriously fatigued, both mentally and physically, the 57 year old Geiger. Geiger turned over the command on 7 November to his Chief of Staff, Brigadier General Louis E. Woods. Brigadier Woods, a 21 year aviation veteran, commanded the Cactus fliers during the lowest point of the campaign. He quickly transformed from a "kindly colonel to a blood thirsty brigadier general." The day after Christmas, Woods turned the Cactus command to Brigadier General Francis P. Mulcahy, Commanding General of the 2nd Marine Aircraft Wing.

Японский

Большинство японских самолетов, задействованных в воздушных боях с Cactus Air Force, принадлежали к авиационным частям Императорского японского флота. 7 августа, во время кампании на Гуадалканале, 5-я воздушная ударная группировка под командованием контр-адмирала Садаёси Ямады действовала с баз Рабаул (Новая Британия) и Лаэ (Папуа — Новая Гвинея) и отвечала за военно-морские воздушные операции в восточной части Новой Гвинеи и Соломоновых островов. 5-я группировка представляла собой смешанную организацию, состоящую из приданных подразделений 25-й воздушной флотилии, и подчинялась 11-му воздушному флоту (также известному как "Базовые воздушные силы") под командованием Нисидзо Цукахары. Утром 7 августа авиационная мощь 5-й группировки включала 39 истребителей, 32 средних бомбардировщика, 16 пикирующих бомбардировщиков и 17 гидросамолетов, в том числе 15 гидросамолетов, уничтоженных в Тулаги в ходе первоначальных воздушных ударов союзников во время высадки на Тулаги и Гуадалканал. Основным бомбардировщиком 5-й группировки была 4-я авиагруппа, использовавшая бомбардировщики Mitsubishi G4M Type 1 "Betty". Двадцать четыре истребителя из состава 5-й группировки принадлежали "Тайнан Кокутай" под командованием капитана Масахиса Сайто. В "Тайнан Кокутай" служили одни из лучших японских истребителей-асов, летавших на истребителях A6M2 Zero. Имея в своем составе 55 пилотов и 24 самолета, в боевых действиях последовательно допускались только самые опытные и подготовленные пилоты "Тайнан Кокутай". Пикирующие бомбардировщики (Aichi D3A1 "Vals") и остальные истребители (A6M3 Zeros) принадлежали 2-й авиагруппе. Большинство пикирующих бомбардировщиков было потеряно во время ударов 7 и 8 августа по десантным силам союзников. Также 7 и 8 августа авиагруппа Мисава из 6-й воздушной ударной группировки (также известной как 26-я воздушная флотилия) под командованием вице-адмирала Сеиго Ямагаты, базировавшаяся на Тиниане с 27 бомбардировщиками типа 1, присоединилась к 5-й воздушной ударной группировке в Рабауле. Примерно в то же время адмирал Цукахара перебазировался из Тиниана в Рабаул для контроля воздушных операций против сил союзников в районе Гуадалканала. 4-я и Мисава авиагруппы понесли тяжелые потери во время атак на союзные десантные флоты у Гуадалканала 7 и 8 августа, потеряв 24 бомбардировщика и 153 членов экипажа, в то время как "Тайнан Кокутай" потеряла четыре истребителя "Zero" и четырех пилотов. До прибытия подкреплений 5-я воздушная ударная группировка не смогла продолжить атаки на позиции морской пехоты на Гуадалканале, предоставив США время для подготовки захваченного аэродрома в Лунга-Пойнт без помех с воздуха. 20 августа 19 бомбардировщиков типа 1 из авиагруппы Кисаразу 6-й воздушной ударной группировки прибыли в Кавиенг. 2 сентября к ним присоединились десять бомбардировщиков типа 1 из авиагруппы Читосе 24-й воздушной флотилии в Кавиенге. Обе группы участвовали в последующих бомбардировках Гуадалканала. Тринадцать истребителей "Zero" и пилотов из 6-й воздушной группы присоединились к 2-й авиагруппе в Рабауле 31 августа, выполняя боевые вылеты над Гуадалканалом 11 сентября. С 1 октября до конца войны 11-м воздушным флотом командовал Дзиничи Кусака, также находившийся в Рабауле. Среди известных пилотов, служивших в 11-м воздушном флоте, были Хироёси Нисидзава и Джуничи Сасаи. 28 августа была создана группа японских гидросамолетов под названием "Военно-воздушные силы района R" под командованием контр-адмирала Такацугу Джоджимы, которая действовала из Рабаула, а также с передовых оперативных баз в Буине, на Шортлендских островах и в заливе Реката (Санта-Исабель). Самолеты "Района R" были выделены из четырех эскадрилий, приписанных к японским гидросамолетам-базам Kamikawa Maru, Chitose, Sanyo Maru и Sanuki Maru. "Военно-воздушные силы района R" в основном обеспечивали прикрытие японских конвоев, доставлявших войска и припасы на Гуадалканал, проводили разведывательные миссии в районе Соломоновых островов и время от времени атаковали аэродром Хендерсон-Филд. Кроме того, авиационные подразделения авианосцев Объединенного флота Японии, включая Shōkaku, Junyō, Zuikaku и Ryūjō, действовавшие как с наземных баз 11-го воздушного флота, так и с авианосцев, вступали в воздушные бои с самолетами Cactus Air Force во время кампании на Гуадалканале.

The majority of the Japanese aircraft engaged by the Cactus Air Force were from Imperial Japanese Navy air units. On 7 August, during the Guadalcanal campaign, 5th Air Attack Force, under Rear Admiral Sadayoshi Yamada, operated from Rabaul, New Britain, and Lae, Papua New Guinea, and were responsible for naval air operations in eastern New Guinea and the Solomon Islands. The 5th was a hybrid organization consisting of attached units from the 25th Air Flotilla, and reported to the 11th Air Fleet (also called the "Base Air Force"), under Nishizo Tsukahara. On the morning of 7 August, the 5th's air strength consisted of 39 fighters, 32 medium bombers, 16 dive bombers, and 17 seaplanes, including the 15 seaplane aircraft at Tulagi destroyed in the initial Allied air strikes during the landings on Tulagi and Guadalcanal. The 5th's principal bomber unit was the 4th Air Group operating Mitsubishi G4M Type 1 "Betty" bombers. Twenty four of the fighter aircraft in the 5th belonged to the Tainan Kōkūtai under Captain Masahisa Saito. The Tainan contained some of the top scoring Japanese fighter aces, and flew the A6M2 Zero fighter. With 55 pilots and 24 aircraft, only the most experienced and able Tainan pilots were allowed to consistently participate in combat operations. The dive bombers (Aichi D3A1 "Vals") and the rest of the fighters (A6M3 Zeros) belonged to the 2nd Air Group. Most of the dive bombers were lost during the 7 and 8 August strikes on the Allied landing forces. Also on 7 and 8 August, the Misawa Air Group of the 6th Air Attack Force (also called the 26th Air Flotilla) under Vice Admiral Seigo Yamagata from Tinian with 27 Type 1 bombers joined the 5th Air Attack Force at Rabaul. Around the same time, Admiral Tsukahara moved from Tinian to Rabaul to supervise air operations against Allied forces around Guadalcanal. The 4th and Misawa Air Groups took heavy losses during attacks on the Allied landing fleets off Guadalcanal on 7 and 8 August, losing 24 bombers and 153 crewmen killed while the Tainan Air Group lost four Zeros and four pilots. Until reinforcements could arrive, the 5th Air Attack Group was unable to continue attacking Marine positions on Guadalcanal, giving the U. S. time to prepare the captured airfield at Lunga Point uninterrupted by air attack. On 20 August 19, Type 1s from the Kisarazu Air Group of the 6th Air Attack Force arrived at Kavieng. On 2 September, ten Type 1s from the Chitose Air Group of the 24th Air Flotilla joined them at Kavieng. Both groups participated in subsequent bombing raids on Guadalcanal. Thirteen Zeros and pilots from the 6th Air Group joined the 2nd Air Group at Rabaul on 31 August, flying combat missions over Guadalcanal on 11 September. From 1 October until the end of the war, the 11th Air Fleet was commanded by Jinichi Kusaka, also located at Rabaul. Some notable pilots flying with the 11th Air Fleet included Hiroyoshi Nishizawa and Junichi Sasai. A force of Japanese seaplanes called the R Area Air Force was created on 28 August under Rear Admiral Takatsugu Jojima, and operated from Rabaul as well as forward operating bases at Buin, the Shortland Islands, and Rekata Bay, Santa Isabel. The R Area aircraft came from the four squadrons assigned to the Japanese seaplane tenders Kamikawa Maru, Chitose, Sanyo Maru, and Sanuki Maru. The R Area Air Force mainly provided cover for Japanese convoys delivering troops and supplies to Guadalcanal, conducted reconnaissance missions around the Solomon Islands' area, and occasionally attacked Henderson Field. Also, air units from Japan's Combined Fleet's aircraft carriers, including Shōkaku, Junyō, Zuikaku, and Ryūjō, either operating from land bases with the 11th Air Fleet, or operating from the carriers, engaged Cactus Air Force aircraft during the Guadalcanal campaign.

Веб

Переиздано на HistoryNet.com. История авиационных частей Армии США, участвовавших в кампании за Гуадалканал.