Симазу Нариакира: Даймё и реформы Сацумы

Введение

Японский феодальный лорд (даймё) Шимазу Нариакира (島津斉彬) был японским феодальным лордом (даймё) периода Эдо, 28-м по счету из линии лордов клана Шимазу домена Сацума. Он был известен как проницательный и мудрый лорд, проявлял большой интерес к западным знаниям и технологиям. После смерти он был обожествлён как синтоистский ками Терукуни Даймёдзин (照国大明神) в мае 1863 года.

Ранняя жизнь и приход к власти

Шимазу Нариакира родился в поместье домена Сацума в Эдо 28 апреля 1809 года. По материнской линии он был потомком Дате Масамунэ, Токугава Иэясу и Оды Нобунаги. Он достиг власти как даймё домена Сацума лишь после того, как пережил жестокую и изнурительную войну внутри собственной семьи и домена, известную как Оюра Содо или Такасаки Кузурэ. Он столкнулся с сильной оппозицией в Сацуме, поскольку большую часть жизни провёл в Эдо (и это было обязательным требованием для наследника даймё, установленным сёгунатом); таким образом, он считался чужаком в своём собственном домене. В стремлении подготовить Сацуму к возможной агрессии Запада, он также столкнулся с различными противостоящими военными школами мысли в Сацуме, которые не соглашались с планом семьи Симазу по укреплению береговой обороны. Нариакира не находил общего языка со своим отцом, Симазу Нариоки, и главным советником отца, Зусё Хиросато. И Нариоки, и Зусё с подозрением относились к сёгунату Токугава. Зусё также видел много общего между Нариакирой и его дедом Сигэхидэ. Сигэхидэ также проявлял большой интерес к голландским исследованиям, а также к научным и промышленным проектам, что быстро привело к ухудшению финансового положения домена. Зусё, приложивший столько усилий для восстановления и укрепления казны Сацумы, не поощрял амбициозную и дорогостоящую программу Нариакиры по наращиванию военной мощи. Ещё одним серьёзным и опасным препятствием для Нариакиры, как в его планах по укреплению обороны всей Японии, так и в его восхождении к должности даймё Сацумы, была Юра, мать его сводного брата Хисамицу. К тому времени, когда Нариакира прибыл в Сацуму для решения кризиса, связанного с Королевством Рюкю (вассальным государством Сацумы) в 1846 году, Юра использовала своё обаяние, чтобы убедить Нариоки продвигать интересы своего сына Хисамицу в ущерб законному сыну Нариоки и очевидному наследнику (Нариакире). Зусё, Нариоки, Юра и Хисамицу были ключевыми членами коалиции, которая объединила других чиновников Сацумы, чувствовавших угрозу от огромного и устрашающего интеллекта Нариакиры, и пытались помешать всем его попыткам отправить отца в отставку и занять его место. Нариакира прибыл в Сацуму, чтобы попытаться разрешить кризис в Рюкю по приказу высокопоставленного чиновника сёгуната Абэ Масахиро 25 июня 1846 года. Французский корабль прибыл в Рюкю в 1844 году, а два британских корабля – в следующем году, требуя договоров о дружбе и торговле; поскольку королевство было полунезависимым и обычно не считалось частью собственно Японии, это создавало дилемму. Нариакира и Абэ Масахиро в конце концов решили, что, несмотря на политику изоляции сёгуната, такие отношения следует разрешить в Рюкю, а не рисковать насильственным конфликтом с западными державами. 8 марта 1847 года Нариоки прибыл в Сацуму, что сделало должность Нариакиры, эквивалентную должности заместителя отца, устаревшей. Конфликт вышел из-под контроля настолько, что у Нариакиры не осталось иного выбора, кроме как обратиться за помощью к Абэ Масахиро. Абэ, видя, что Нариакире препятствуют в разрешении кризиса в Рюкю его собственный отец и семейные слуги, помог добиться отставки Нариоки и отстранения Зусё. Абэ сначала взялся за задачу отстранения Зусё, на которого сильно полагался Нариоки, пригласив его в Эдо. Заявленной целью Абэ было желание обсудить кризис в Рюкю и его текущее решение. В ходе разговора Абэ начал задавать Зусё ряд вопросов, которые ясно дали понять Зусё, что Абэ, а также сёгун Токугава, знали правду о незаконных торговых отношениях Сацума с Рюкю и Западом, которые проводились вопреки политике изоляции сёгуната. Преданность Зусё Нариоки побудила его взять на себя полную ответственность за незаконную торговлю, совершив сэппуку 18 декабря 1848 года. Благодаря его любви к образованию. Чтобы лучше понять этот момент, необходимо рассмотреть его происхождение и образование. В 1812 году, в возрасте трёх лет, Нариакира был назначен наследником домена Сацума своим отцом. Как и любой наследник даймё, Нариакира готовился к своей будущей роли, получив всестороннее образование в военном и научном искусстве. Как уже упоминалось выше, Нариакира разделял увлечение своего деда Сигэхидэ западной культурой и знаниями. Юного Нариакиру очаровала коллекция западных предметов, принадлежавшая его деду, в которую входили часы, музыкальные инструменты, телескопы, микроскопы и оружие. Он построил Ироха Мару, один из первых кораблей западного типа, построенных в Японии. Он был основан на модели Минаёси размером 6 футов (2 м) на 3 фута (1 м). Нариакира затем построил верфь для строительства кораблей западного типа в Сакурадзиме. Он перенёс свою любовь к западной культуре в армию Сацумы, где внедрил кавалерию западного типа и требовал ежегодных военных манёвров. Он часто посещал школы и просил студентов объяснить смысл конфуцианских текстов, чтобы убедиться, что их западное образование не подорвало их чувство национализма. Эта фотография стала объектом поклонения в святилище Тэрукуни (照国神社) (также известном как святилище Сёкоку) после смерти Симазу, но позже она пропала. Утерянная на столетие, дагерротип был обнаружен на складе в 1975 году, и позже было установлено, что это старейший дагерротип, созданный японским фотографом. По этой причине он был объявлен важным культурным достоянием правительством Японии в 1999 году, первой фотографией, удостоенной этой чести.

Shimazu Nariakira was born at the Satsuma domain's estate in Edo, on April 28, 1809. From his mother, he was descendant of Date Masamune, Tokugawa Ieyasu and Oda Nobunaga. He rose to power as daimyō of the domain of Satsuma only after surviving a gruesome and arduous war within his own family and domain, known as the Oyura Sōdō or the Takasaki Kuzure. He faced much opposition in Satsuma since he spent most of his life in Edo (and compulsory requirement as the heir of daimyo, set by the Shogunate); as such he was considered a stranger in his own domain. In his quest to prepare Satsuma for potential Western aggression, he also faced many opposing military schools of thought in Satsuma who disagreed with the Shimazu family's plan for strengthening coastal defense. Nariakira did not see eye to eye with his father, Shimazu Narioki, or his father's chief advisor, Zusho Hirosato. Both Narioki and Zusho were wary of the Tokugawa shogunate. Zusho also saw many similarities in Nariakira and his grandfather, Shigehide. Shigehide also had a great interest in Dutch studies as well as scientific and industrial projects, which promptly led to the deterioration of the domain's financial position. Having worked so hard to rehabilitate and strengthen the treasury of Satsuma, Zusho did not encourage Nariakira's ambitious and costly program for a military build up. Another formidable and dangerous obstacle for Nariakira in not only his plans to bolster the defenses of all of Japan but also his ascendancy to daimyō of Satsuma was Yura, the mother of his half brother, Hisamitsu. By the time Nariakira had arrived in Satsuma to address a crisis related to the Ryūkyū Kingdom (a vassal state under Satsuma) in 1846, Yura had used her charm to thoroughly convince Narioki to promote the interests of her son Hisamitsu over Narioki's legitimate son and heir apparent (Nariakira). Zusho, Narioki, Yura, and Hisamitsu were the key members of the coalition which rallied other Satsuma bureaucrats who felt threatened by Nariakira's immense and highly intimidating intelligence, and tried to impede all attempts Nariakira made to retire his father as daimyō and take his place. Nariakira arrived in Satsuma to attempt to resolve the Ryūkyū crisis, as per the orders of shogunal high official Abe Masahiro, on June 25, 1846. A French ship had arrived in Ryūkyū in 1844, and two British ships the following year, demanding treaties of amity and commerce; as the kingdom was semi independent and not generally regarded to be part of Japan proper, this presented a dilemma. Nariakira and Abe Masahiro decided in the end that, despite the shogunate's policies of seclusion, such relations should be allowed in Ryūkyū, rather than risking violent conflict with the Western powers. On March 8, 1847, Narioki arrived in Satsuma, making Nariakira's position, something equivalent to deputy to his father, obsolete. The conflict had gotten so far out of hand that Nariakira was left with no choice but to request aid from Abe Masahiro. Abe, seeing that Nariakira was being hindered in his proceeding with the Ryūkyū crisis by his own father and family retainers, aided in getting Narioki to retire and removing Zusho. Abe first went about the task of removing Zusho, who was greatly relied upon by Narioki, by inviting him to Edo. Abe's stated purpose was a desire to discuss the Ryūkyū crisis and its current handling. In the process of the conversation, Abe began to ask Zusho a line of questioning that made it apparently clear to Zusho that Abe, as well as the Tokugawa shōgun, knew the truth of the illegal Satsuma Ryūkyū Western trade relations, which were being carried out against the shogunate's policy of seclusion. Zusho's devotion to Narioki pushed him to take full responsibility for the illicit trade by committing seppuku on December 18, 1848. thanks to his love of education. In order to better understand this point, his background and education must be considered. In 1812, at age three, Nariakira was designated the heir to the Satsuma lordship by his father. As with any daimyō’s heir, Nariakira was prepared for his future role, by receiving a well rounded education in the martial and scholarly arts. As stated above, Nariakira shared his grandfather Shigehide's fascination with Western culture and learning. The young Nariakira was fascinated by his grandfather's collection of western items, which included clocks, musical instruments, telescopes, microscopes, and weapons. build the Iroha maru, one of the first Western style ships built in Japan. It was based on Minayoshi's 6 feet (2 m), 3 feet (1 m) model. Nariakira then built a shipyard for Western style shipbuilding at Sakurajima. He carried his love of Western culture into the military of Satsuma where he implemented Western style cavalry and demanded annual military field maneuvers. He would frequently visit schools and ask students to explain the meaning of the Confucian texts, to ensure that their Western learning did not corrupt their sense of nationalism. This photograph became an object of worship in the Terukuni Shrine (照国神社) (also referred to as Shōkoku Shrine) after Shimazu's death, but it later went missing. Lost for a century, the daguerreotype was discovered in a warehouse in 1975 and was later determined to be the oldest daguerreotype in existence created by a Japanese photographer. For this reason, it was designated an Important Cultural Property by the government of Japan in 1999, the first photograph ever given this honor.

Сотрудники и смерть

Нариакира за свою жизнь обзавёлся многими влиятельными друзьями. Эти связи пригодились ему в усилиях, направленных на отставку отца. Абе Масахиро, в то время бывший родзю, был одним из этих друзей. Абе выступал от имени сёгуна Токугава по вопросам национальной военной обороны Японии и именно он назначил Нариакиру ответственным за урегулирование кризиса, связанного с Западным торговым договором Рюкю. Абе, и косвенно сёгун Токугава, были обеспокоены отстранением Нариакиры от решения кризиса с Западным торговым договором Рюкю, поскольку их политика в отношении этого кризиса основывалась на доверии к нему, а не к его отцу или Зушо Хиросато. Он поручил своим соратникам Ямагути Садаясу и Симазу Хисатаке собирать информацию в Сацуме для него, а также тщательно следить за деятельностью Зушо, уделяя особое внимание товарам и деньгам, поступающим в домен. Окубо Тошимити был сослан Нариоки за поддержку Нариакиры, но после прихода Нариакиры к власти он был помилован и быстро продвигался по службе. Сайго и Окубо работали на благо Нариакиры, беседуя с Нариаки, даймё Мито, чтобы убедить его поддержать точку зрения Нариакиры о том, что правительство должно уделять больше внимания императору и меньше сёгуну. Сайго и Окубо переняли многие взгляды Нариакиры, которые впоследствии легли в основу нового правительства Мэйдзи. Незадолго до смерти Нариакира оставил после себя двухлетнего сына (Тетсумару) и восьмилетнюю дочь (Терухиме). Он был вынужден просить Нариоки решить, кто из них – Хисамицу или сын Хисамицу Тадаёси – должен сменить его на посту даймё. Сайго и Окубо считали, что смерть всех потенциальных наследников Нариакиры была вызвана Юрой и жаждали возмездия, но Нариакира не позволил им этого. 8 июля 1858 года Нариакира руководил совместными подготовительными манёврами в Темпозане для отправки 3000 солдат Сацумы в Эдо, где и поддался жаре. Его перевезли в замок Цурумару, где он скончался 16 числа. Спустя несколько лет после его смерти он был обожествлён как синтоистский ками, Терукуни-даймёдзин. Его сын Тетсумару умер вскоре после отца.

In the course of his life, Nariakira made many friends in high places. These connections came in handy during his efforts to force the retirement of his father. Abe Masahiro, who at the time was a rōjū, was one of these friends. Abe spoke on behalf of the Tokugawa shōgun in regards to Japan's national military defense and was the one who placed Nariakira in charge of Satsuma's dealing with the Ryūkyū Western Trade Treaty crisis. Abe, and indirectly, the Tokugawa shōgun, were disturbed by Nariakira's removal from responsibility over the Ryūkyū Western Trade Treaty crisis because their policy concerning the crisis was predicated on their trust in him, not in his father or Zusho Hirosato. He instructed his associates Yamaguchi Sadayasu and Shimazu Hisataka to gather information in Satsuma for him as well as keep a close watch on Zusho's activities with special emphasis on goods and money being brought into the domain. Ōkubo Toshimichi was exiled by Narioki for supporting Nariakira, but once Nariakira came to power he was pardoned and rose rapidly through the ranks. Saigō and Ōkubo worked on Nariakira's behalf, speaking with Nariaki, the lord of Mito to convince him to back Nariakira's view that government should have greater focus on the emperor and less on the shōgun. Saigo and Ōkubo adopted many of Nariakira's views, which would later become the foundation of the new Meiji government. Shortly before his death, Nariakira was left with only a two year old son (Tetsumaru) and eight year old daughter (Teruhime). He had been forced to ask Narioki to decide between Hisamitsu or Hisamitsu's son Tadayoshi to succeed him as daimyō. Saigō and Ōkubo felt the death of all of Nariakira's viable heirs was caused by Yura and wanted retribution, but Nariakira would not allow it. On July 8, 1858, Nariakira was supervising the joint preparatory maneuvers in Tempozan for sending 3,000 Satsuma soldiers to Edo, and he succumbed to the heat. He was transported to Tsurumaru Castle, where he died on the 16th. A few years after his death, he was deified as a Shinto kami, Terukuni daimyōjin. His son Tetsumaru died shortly after his father.