Последний из правителей

Введение

Рассказ Филиппа К. Дика "Последний из Мастеров" (также известный как "Агентство защиты") – научно-фантастическая повесть американского писателя Филиппа К. Дика. Оригинальный манускрипт рассказа был получен литературным агентством Скотта Мередита 15 июля 1953 года, а повесть была опубликована корпорацией Hanro в последнем номере журнала Orbit Science Fiction в 1954 году. С тех пор она была перепечатана в нескольких сборниках рассказов Филиппа К. Дика, начиная со сборника "Золотой человек" в 1980 году. "Последний из Мастеров" изображает общество спустя 200 лет после глобальной анархистской революции, свергнувшей национальные правительства мира (точный год не указан). Цивилизация застопорилась из-за утраты научных знаний и промышленности во время легендарного восстания. В другом месте, последнее государство, управляющее высокоцентрализованным и эффективным обществом, скрывается от Анархистской Лиги – глобального ополчения, препятствующего возрождению любого правительства. Когда три агента Лиги отправляются расследовать слухи о существовании этого микрогосударства, правительство организует их убийство, в результате чего один агент погибает, а другой попадает в плен. Напряжение быстро нарастает, когда агенты государства осознают, что третий агент сумел сбежать. Предполагая, что он доложит о существовании государства, правительство начинает мобилизацию для тотальной войны. Однако выживший анархист решает попытаться спасти своих товарищей и убить главу государства – последнего выжившего "правительственного робота". Основная тема повести – конфликт между анархизмом и государственностью, политические и этические аспекты которого исследуются через диалоги персонажей. Хотя до смерти автора в 1982 году повесть не получила широкого признания, впоследствии она была переиздана в нескольких сборниках рассказов Филиппа К. Дика и подверглась критическому анализу за её постмодернистскую критику технологий и политические последствия.

Последнее правительство

Главный герой, Борс, 200-летний "государственный интеграционный робот" — и последний из существующих — пробуждается после плановой проверки технического обслуживания, чтобы узнать, что его двигательная система приходит в упадок. Искусственный интеллект, проявляющий определенную степень эмоций и даже психологической сложности, узнает от Фаулера, своего личного механика, что его тело начало разрушаться из-за возраста. Его ноги больше не функционируют, его двигательная система станет неремонтопригодной в течение нескольких месяцев, а полный паралич наступит менее чем через год. Из всего его тела только пять "синапсовых катушек" пока не начали деградировать. Эти блоки памяти незаменимы из-за нехватки квалифицированных техников и редких компонентов, необходимых для их воссоздания. В них он хранит последние записи передовой науки и техники, которые использует для управления своим обществом с высокой эффективностью, как доброжелательный диктатор, действующий в соответствии с утилитарными принципами. Несмотря на то, что он обладает гегемонистским контролем над своим обществом, он рассматривает свою диктатуру как последний оплот научного прогресса человечества и считает себя хранителем, который следит за этим прогрессом и защищает его. Это заставляет его втайне отчаиваться от того, что он — и знания, которыми он обладает — скоро погибнут. Он также становится все более параноидальным, боясь доверять своему верному помощнику Питеру Грин и доверяя только Фаулеру, своему личному механику. Скрытый в отдаленной горной долине, Борс командует последним правительством в мире. Микрогосударство жестко централизовано вокруг него, и он управляет им бюрократически для достижения оптимальной эффективности во всех секторах экономики и армии. Результатом является "точное и детальное воспроизведение общества, существовавшего два столетия назад". Команда из трех человек состоит из Эдварда Толби, его дочери Сильвии Толби (неопределенного возраста, но расплывчато описанной как подросток или молодая взрослая) и их общего друга Роберта Пенна. По пути в долину команда прибывает в небольшой сельский городок под названием Фэрфакс. Фэрфакс усеян древними, разрушающимися устройствами — последними остатками эпохи правительств и высокотехнологичного общества, которые местные жители не знают, как починить или воспроизвести. Возбужденные незнакомцами, местные жители спрашивают о Лиге. Толби отвечает на их вопросы, заканчивая объяснением хронологии событий, приведших к великому восстанию. Событие обобщается как начавшееся с восстаний в Европе, свергнувших национальные правительства. После того, как Франция просуществовала месяц без правительства, миллионы присоединились к тогда уже явно анархистскому движению по разоружению ядерных держав. В каждом свергнутом правительственном центре миллионы записей сжигаются, а государственные интеграционные роботы уничтожаются. Эти события приводят к обстановке, описанной в истории: мир, полный анахроничных высоких технологий, перемежающихся с доиндустриальной, аграрной культурой.

The title character, Bors, a 200 year old "government integration robot"—and the last in existence—awakens after a routine maintenance check to learn that his motor system is in a state of decline. An artificially intelligent machine who displays a degree of emotion and even psychological complexity, he is informed by Fowler, a personal mechanic, that his body has begun to break down due to age. His legs no longer work, his motor system will be irreparable in a matter of months, and full paralysis will take place in under a year. Of his entire body, only five "synapse coils" have not yet begun to degrade. These memory units are irreplaceable due to the lack of skilled technicians and rare components needed to recreate them. Within them, he stores the last records of advanced science and technology, which he uses to guide his society at high efficiency as a benevolent dictator, operating according to utilitarian principles. Though he wields hegemonic control over his society, he views his dictatorship as the last bastion of humanity's scientific progress, and views himself as a guardian who oversees and protects that progress. This causes him to privately despair that he—and the knowledge only he possesses—will soon die. He also becomes increasingly paranoid, fearing to trust a loyal assistant, Peter Green, and confiding only in Fowler, his personal mechanic. Hidden in a remote mountain valley, Bors commands the world's last government. The microstate is tightly centralized around him, and he manages it bureaucratically for optimum efficiency in all sectors of the economy and military. The effect is "an accurate and detailed reproduction of a society two centuries gone." The three member team is composed of Edward Tolby, his daughter, Silvia Tolby (of unspecified age, but vaguely described as an adolescent or young adult), and their mutual friend, Robert Penn. While en route to the valley, the team arrives in a small rural town by the name of Fairfax. Fairfax is littered with ancient, decaying gadgets; the last remnants of the era of governments and high tech society, which none of the locals know how to fix or reproduce. Excited by the strangers, the locals ask about the League. Tolby answers their questions in turn, ending with an explanation of the timeline of events which led up to the great revolt. The event is summarized as having begun with revolts in Europe which overthrow the national governments. After France exists for a month free of government, millions join the by then explicitly anarchist movement to disarm the nuclear powers. At each toppled government center, millions of records are burned and government integration robots are destroyed. These events result in the setting of the story; a world full of anachronistic high technology, interspersed in a pre industrialized, agrarian culture.

Конфликт и разрешение

Во время пересказа истории анархистской революции Толби привлекает внимание местной жительницы, которая приглашает трио анархистов в свой дом, но тайно является правительственным шпионом, которому приказано их убить. Последующий заговор с целью убийства проваливается – шпион погибает, но успевает убить Пенна. Сильвия также тяжело ранена и теряет сознание. Её отец, однако, переживает трагедию почти невредимым и приходит в себя, когда прибывает патруль военных разведчиков. Разведчики в панике после короткой контратаки Толби и отступают, уводя Сильвию в плен. Перевооружившись, Толби отправляется на её спасение. Борс узнаёт о ситуации и бурно реагирует на то, что один из трёх анархистов сбежал. Опасаясь, что агент выдаст их существование миру, он начинает подготовку к военной экономике и решает допросить Сильвию в больничной палате. Их разговор раскрывает историю его побега во время падения правительств и основания микрогосударства. Он был повреждён и перевозился на ремонт, когда 200 лет назад началась анархистская революция, что позволило ему выжить в укрытии. Возмущённая его хладнокровным безразличием к перспективе войны, Сильвия нападает на него и пытается бежать, но её сдерживают охранники. Толби проникает в горную долину, пробираясь мимо быстро мобилизующейся армии государства. Убив и перехитрив неопытных солдат, он прибывает в правительственный центр и встречает Фаулера. Фаулер намекает на своё желание положить конец правительству и подталкивает Толби вперёд. В конечном итоге Толби сталкивается с Борсом и убивает его, повергая здание в хаос, а граждане реагируют истерией и скорбью. Предполагается, что это состояние распространяется из города на войска в горах, вызывая массовое дезертирство. Больше не встречая сопротивления со стороны охраны, Толби воссоединяется с Сильвией. История заканчивается тем, что Фаулер тайно извлекает три оставшиеся синаптические катушки из останков Борса, «на всякий случай, если времена изменятся».

История публикаций

Точная дата написания повести "Последний из мастеров" неизвестна, но оригинальный манускрипт был получен литературным агентством Скотта Мередита 15 июля 1953 года. В то время Дику было 25 лет, и он регулярно отправлял в агентство новые рассказы еженедельно. Незадолго до получения "Последнего из мастеров" агентство получило "Поворотное колесо" 8 июля, а после него – "Отцовское дело" 21 июля. Этот выпуск был последним в серии научно-фантастических антологий под редакцией Дональда А. Вуллхайма. Журнал Orbit Science Fiction поместил "Последний из мастеров" на обложку и включил Дика в список известных авторов, среди которых были Август Дерлет, Гордон Р. Диксон и Чад Оливер. В 1958 году повесть была переиздана для австралийского рынка издательством Jubilee Publications Pty. в сборнике "Космическая станция 42 и другие истории", входившем в серию "Спутник". Впоследствии "Последний из мастеров" был включен в шесть других печатных сборников – большинство из которых выходили в нескольких изданиях, – и две аудиокниги.

Прием

Хотя повесть «Последний из мастеров» осталась незамеченной в годы, последовавшие сразу за её публикацией, она была рассмотрена после выхода сборника «Золотой человек» в 1980 году. Писатель-фантаст Томас М. Диш проанализировал сборник «Золотой человек» Дика наряду с другими произведениями в эссе «Флуф и Физзл», датированном 1979 годом, но опубликованном в 1980 году в журнале «The Magazine of Fantasy & Science Fiction». Восхваляя несколько рассказов в сборнике и призывая читателей к «категорическому императиву» приобрести копию, он тем не менее назвал большую часть его содержания «промахами», приведя в качестве примера «Последний из мастеров». Охарактеризовав повесть как «гиперкинетическую вылазку в манер нарочито мужественного стиля», Диш также высмеял её «насыщенную действием развязку» с участием Эдварда Толби, назвав это примером «показного мачизма».

Технологическая критика

В своем комментарии к рассказу 1980 года Дик также предположил, что его решение сделать Борса симпатичным было результатом определенного доверия к роботам, в отличие от андроидов. «Возможно, – предположил он, – это потому, что робот не пытается обмануть вас относительно своей природы». Например, когда Сильвия встречает робота, управляющего правительством, она восклицает: «Боже мой, вы ничего не понимаете в нас. Вы всем этим управляете, и вы не способны к сочувствию. Вы всего лишь механический компьютер». Кристофер Палмер из Университета Ла-Троба писал о постмодернистских литературных темах ранних рассказов Дика, анализируя истории, в которых «разрушение и невежество» являются следствием социальных потрясений. Палмер предположил, что Дик часто создавал постапокалиптические сценарии разрушенных миров с высокотехнологичными гаджетами, чтобы представить взгляд на постмодернистский материализм. Для многих рассказов Дика характерны условия, в которых развитие современности приводит к миру, где естественное разрушается, а искусственное преобразуется наукой в фантастически высокотехнологичную форму. Палмер привел «Последнего из мастеров» в качестве примера этого, а также «Переменного человека» и «Предпоследней истины» – еще два постапокалиптических произведения Дика. Палмер утверждал, что эти общие темы были «не просто выражением антиутопической тоски или предательского увлечения луддизмом в популярной научной фантастике. Это указывает на последовательную интерпретацию индустриализма и постиндустриализма». Предполагая, что многие философские и политические основы рассказов автора проистекали из его взглядов на домашнюю жизнь, Палмер обратил внимание на частое использование Диком стерильности как метафоры. В «Орудии», «Второй разновидности», «Предпоследней истине» и «Последнем из мастеров» люди, а иногда и сама земля, были доведены до бесплодия. Как отметил Палмер в отношении «Последнего из мастеров», Борса можно интерпретировать как символ бесплодия: «Неясно, почему он не воспроизводит себя или не обучает своих человеческих слуг: просто факт, что он бесплоден. Старая, технологически развитая, высокоорганизованная цивилизация – это цивилизация производства, но теперь под руководством Борса она может лишь поддерживать себя». После изучения других рассказов с аналогичными упоминаниями о стерильности Палмер утверждает, что работа Дика представляла собой социальный и экзистенциальный протест. Палмер интерпретировал социальную критику Дика так: если акт творения подтверждает существование и искренне выражает форму индивидуальности, то процесс воспроизводства отчуждает, угнетает и ограничивает свободу личности. Как объясняет Палмер, «этот процесс лишает потребителей и даже технократов власти, делая их зависимыми от процесса, о котором они стали совершенно не осведомлены». Экзистенциально Палмер интерпретировал Дика в том смысле, что воспроизводство нарушало концепцию автора об уникальности и ценности объекта: «Вещь не может быть настоящей вещью, если она в каком-то смысле не является индивидуальной». Написав биографию автора, Брайан Стейблфорд поместил несколько рассказов Дика в контекст, который установил их связь с личными трудностями автора. «Ему [Филиппу К. Дику] всегда казалось, что его карьера – это каталог незаслуженных разочарований, а запись его опубликованных работ – пародийное изображение его истинных амбиций». Личные проблемы, с которыми Дик боролся на протяжении всей своей жизни, послужили топливом для нескольких тревожных тем в его рассказах. В ранних работах Дика Стейблфорд выделил повторяющиеся темы в самых популярных из них. К ним относятся параноидальные подозрения, опасная враждебность «кажущихся невинными сущностей» и «механизация окружающей среды и компьютеризация принятия политических решений». К рассказам, в которых андроиды и роботы представляют опасность для главного героя, относятся «Автофабрика», «Колония» и «Молот Вулкана». Однако, как утверждает Стейблфорд, «Последний из мастеров» был исключением из обычных дистопических изображений технологий Дика, учитывая интерпретацию Стейблфордом Борса как альтруиста, который был «благосклонен» в своей роли. В своем анализе работы Дика Барлоу сравнил несколько рассказов, в которых обычные люди теряют определенную степень свободы в своем обществе перед элитной группой. Примеры включают «Автофабрику», «Нуль О» и «Некоторые виды жизни». Из этих рассказов Барлоу выделил три темы, важные для антиправительственных произведений Дика: во-первых, человечество часто обречено властью институтов, созданных самими людьми; во-вторых, паранойя является естественным аспектом управления, поскольку «ни одна элита никогда не может полностью доверять народу, которым она управляет», и это недоверие ставит под угрозу безопасность управляемых; и в-третьих, вера в то, что индивидуальность должна быть принесена в жертву – ради социальной стабильности или выживания – является постоянной угрозой. «Для Дика, – добавляет Барлоу, – мало что более опасно, чем это». Каждая из этих тем будет пересмотрена в «Последнем из мастеров». Продолжая свой анализ, Барлоу обратился к «Последнему из мастеров», противопоставив его более ранней работе Дика «Защитникам». В «Защитниках» человечество обмануто благородной ложью – предоставленной их роботами-солдатами – в веру в войну, которая на самом деле не происходит. В этом рассказе Барлоу утверждает, что Дик удивительным образом согласился с такими неоконсервативными теоретиками, как Лео Штраус, в эффективности обмана. «Здесь [роботы] спасли человечество. «Благородная ложь» выполнила свою функцию». Однако Барлоу признает: «Но это очень ранняя история, и Дик еще не прояснил свою собственную мировоззренческую позицию». Сравнивая эту историю с «Последним из мастеров», Барлоу отметил комментарий Дика из сборника «Золотой человек» («иногда существует пропасть между тем, что теоретически правильно, и тем, что практически»). В то время как в большинстве рассказов Дика правительство представлено в скептическом ключе, чтобы предупредить читателя о потенциальном злоупотреблении властью, «Последний из мастеров» представил аргумент в пользу полезности правительства. Барлоу проанализировал Анархистскую лигу и «противоречивую природу их организации», которая патрулировала «бедный и грязный» мир, и противопоставил это «роскошной организации (государства)». В частности, он выделил диалог робота-мастера Борса, иллюстрирующий важность его руководства для успеха микрогосударства. В рассказе в разговоре с механиком робот заявляет: «Вы знаете, я единственный, кто может все это удержать вместе. Я единственный, кто знает, как поддерживать спланированное общество, а не беспорядочный хаос! Если бы не я, все это рухнуло бы, и вы бы получили пыль и руины и сорняки. Все внешнее ворвалось бы, чтобы захватить власть!» Барлоу заключил, что, хотя история закончилась триумфом анархистов, она не стала подтверждением их общества. «Дик не оправдывает их, – пишет Барлоу, – давая понять, что робот, безусловно, чего-то достиг в этой долине, хотя в конечном итоге зашел слишком далеко».

In his 1980 commentary on the story, Dick also suggested that his reasoning for making Bors sympathetic was a result of a form of trust he advanced towards robots, as opposed to androids. "Perhaps", he suggested, "it's because a robot does not try to deceive you as to what it is". For example, when Silvia meets the robot that runs the government, she exclaims "My God, you have no understanding of us. You run all this, and you're incapable of empathy. You're nothing but a mechanical computer." Christopher Palmer, of La Trobe University, has written on the postmodern literary themes of Dick's early short stories, analyzing stories in which "breakdown and ignorance" are the result of social upheaval. Palmer proposed that Dick often created post apocalyptic scenarios of ruined worlds which held high tech gadgets in an attempt to present a view of postmodern materialism. Common to many of Dick's short stories were settings in which the outgrowth of modernity is a world where that which is natural is in ruin, and what is artificial is reshaped through science into a fantastically high tech form. Palmer presented "The Last of the Masters" as an example of this, as well as "The Variable Man" and The Penultimate Truth, two other post apocalyptic works by Dick. Palmer contended that these shared themes were " not simply the expression of dystopian malaise, or of Luddism treacherously taking up residence in popular SF It points to a coherent interpretation of industrialism and post industrialism." Suggesting that many of the philosophical and political underpinnings of the author's short stories stemmed from his views on domestic life, Palmer's focus turned to Dick's common use of sterility as a metaphor. In "The Gun", "Second Variety", The Penultimate Truth, and "The Last of the Masters", people and sometimes the earth itself have been driven to sterility. As Palmer noted of "The Last of the Masters", Bors can be interpreted as a symbol of infertility: "It is not clear why he does not replicate himself, or educate his human servants: it is simply a given that he is sterile. The old, technologically advanced, highly organized civilization is a civilization of production, but now under Bors it can do no more than maintain itself." Following an inspection of other short stories with similar references to sterility, Palmer asserts that Dick's work presented a social and existential protest. Palmer interpreted Dick's social critique to be that if the act of creation validates existence, and genuinely expresses a form of individuality, then the process of reproduction is alienating, oppressive, and retards an individual's liberty. As Palmer explains, " this process disempowers consumers, and even technocrats, by making them dependent on a process of which they have become entirely ignorant." Existentially, Palmer interpreted Dick to further mean that reproduction violated the author's concept of what made an object unique and valuable: "A thing can't be a real thing unless it is in some sense an individual thing." In writing a biography on the author, Brian Stableford placed several of Dick's short stories in a context that established their relationship to the author's personal hardships. " it always seemed to him [Philip K. Dick] that his career was a catalogue of undeserved disappointments and the record of his published work a travesty of his true ambitions." The personal problems which Dick struggled throughout his life provided fuel for several of the anxiety driven themes for his short stories. In Dick's early work, Stableford highlighted recurring themes in those most popular. These included paranoid suspicions; the dangerous hostility of "seemingly innocent entities"; and "the mechanization of the environment and the computerization of political decision making". Stories in which androids and robots are a danger to the protagonist include "Autofac", "Colony", and Vulcan's Hammer. However, "The Last of the Masters", Stableford contends, was an exception to Dick's common dystopic portrayals of technology, given Stableford's interpretation of Bors as an altruist, who was "benign" in its role. In his dissection of Dick's work, Barlow compared several stories in which normal humans lose some form of liberty in their society to an elite group. Examples presented include "Autofac", "Null O", and "Some Kinds of Life". From these stories, Barlow drew three themes important to Dick's anti government writings: first, that humanity is often doomed by institutions of power created by the humans themselves; second, that paranoia is a natural aspect of governance, as "[n]o elite can ever completely trust the people it governs," and this distrust leaves a governed people in perpetual danger; and third, that the belief that individuality must be sacrificed—either for the sake of social stability or survival—is a constant threat. "To Dick," Barlow adds, "there are few attitudes more dangerous than this." Each of these themes would be revisited in "The Last of the Masters". Continuing his analysis, Barlow addressed "The Last of the Masters", contrasting it with an earlier work by Dick, "The Defenders". In "The Defenders", humanity has been duped by a noble lie—provided by their robot soldiers—into believing in a war which is not actually taking place. In the latter story, Barlow asserts that Dick surprisingly agreed with such neoconservative theorists as Leo Strauss in the efficacy of the deception. "Here, the [robots] have saved mankind The 'noble lie' has served its purpose." However, Barlow concedes, "[b]ut this is an extremely early story and Dick had not yet clarified his own world view " Comparing this story to "The Last of the Masters", Barlow took note of Dick's commentary from The Golden Man collection (" sometimes there lies a gulf between what is theoretically right and that which is practical.") Where most of Dick's stories presented government in skeptical terms to warn the reader of potential abuse, "The Last of the Master" presented an argument for the utility of government. Barlow dissected the Anarchist League and "the contradictory nature of their organization" which patrolled a "poor and dirty" world, and juxtaposed this with the "opulent organization of the (state)". In particular, he highlighted dialogue by the robot master, Bors, as illustrating the importance of his leadership to the success of the micro state. In the story, a conversation with a mechanic leads the robot to state, "You know I'm the only one who can keep all this together. I'm the only one who knows how to maintain a planned society, not a disorderly chaos! If it weren't for me, all this would collapse, and you'd have dust and ruins and weeds. The whole outside would come rushing in to take over!" Barlow concluded that while the story ended in triumph for the anarchists, the story did not go so far as to validate their society. "Dick does not vindicate them," writes Barlow, "keeping it clear that the robot had certainly accomplished something in that valley, though it had eventually gone too far."

Духовная аллегория

В комментарии к антологии 1980 года "Золотой человек" Филип К. Дик вкратце упомянул несколько тем рассказа, включая христианскую аллегорию "страдающего слуги", воплощенную в образе Борса. Это было отмечено в биографии Дика "Божественные вторжения", написанной мемуаристом и биографом Лоуренсом Сутиным. Исходя из комментариев Дика, Сутин рассматривает Борса как часть религиозной закономерности в произведениях Дика, как "робота, подобного Христу", и сопоставляет этого робота с персонажами из других рассказов Дика, страдающими от недугов.